Юное сердце на Розе Ветров

Я стану для тебя казнью

Шинья вошел в класс. В руках у него была книга, которую он листал по пути. Обратив внимание на отсутствующее место друга и несколько удивившись этому, он направился к Глену, который, сидя за партой, подперев рукой голову, читал учебник.

– А Юу разве уже ушел? – с оттенком удивления осведомился Хиираги.

– Буквально пару минут назад, вместе с Синго и остальными.

– Да? – Шинья растеряно взглянул на двери. – Что-то частенько он с ними уходит в последнее время, ну да ладно. Дело в том, что я ему как раз энциклопедию спорта принес, он так просил. Я сказал, что на следующей перемене обязательно достану, он вроде бы загорелся. Ну хорошо, видимо случилось что-то важное. Позже отдам, – с этими словами он присел на свой стул и забросил книгу в нишу стола.

Волнение мешало Глену сосредоточиться на словах, мысли толпились в голове, не давая покоя, пока он наконец не выдержал. Однако, чем говорить напрямую, он решил пойти окольными путями. Все же не хотелось напрасно кидаться обвинениями и подозрениями по поводу своего товарища, в последнее время свернувшего не на ту тропу.

– Послушай, Шинья, – с тревогой позвал он друга детства. – Я все думаю…

– И о чем же? – откинувшись на спинку стула, не оборачиваясь, безмятежно осведомился тот.

– Не поторопились ли мы с решением проблемы?

– В каком смысле?

Глен вздохнул, объяснить ход своих суждений было сложно как никогда.

– Как ты относишься к тому, что Юу начал встречаться с твоей сестрой?

– Нормально отношусь, – пожал плечами парень. – Ей нравится, ему нравится – что еще нужно? А почему ты спрашиваешь меня об этом сейчас?

Ичиносе замялся, явно медля с ответом. Это дало повод Хиираги развернуться к нему и внимательно вглядеться в лицо друга.

– Тебя совесть грызет что ли? Я не совсем понимаю, – усмехнулся он.

– Да не то что бы совесть, – неуверенно проговорил Глен. – Но мы нарочно подтолкнули их на эти встречи, а сами они и в мыслях не имели до того дня начать встречаться.

– Ну тогда не имели, теперь имеют, – хмыкнул Шинья, уразумев, что друга снова терзают излишние глупые сомнения. – Мы же их не навязали друг другу. Они сами сделали свой выбор. Мы всего лишь решили познакомить их, а как бы они решили дальше продолжаться или разбегаться – от нас это уже не зависело. Сейчас они встречаются по собственной инициативе, а не потому что мы их свели. Хм, – он остановился. – Сдается мне, ты меня совсем не слушаешь, хотя сам задал вопрос. И зачем я все это говорю.

– Я просто отвлекся, извини, – неискренне улыбнулся Глен. В его глазах все еще сквозило беспокойство.

– Что с тобой? – серьезно спросил Шинья.

Глен уже было хотел открыть рот, дабы пояснить, но в последнюю минуту передумал.

– Да ничего, забудь, – простодушно сказал он. – Если тебя ничего не смущает в их отношениях и ты спокоен за свою сестру, значит, резона беспокоиться и впрямь нет.

– Я не вижу ни единого повода, который мог бы заставить меня беспокоиться на этот счет. Моя сестра уже не маленькая, чтобы я вмешивался в ее личную жизнь, – спокойно проговорил парень, после чего усмехнулся. – Конечно, мне не все равно с кем она будет встречаться, но на данном этапе кандидатура Юичиро на роль парня для моей сестренки меня полностью удовлетворяет.

– Вот ты и рассеял мои подозрения, – улыбнулся Ичиносе. – Как всегда легко. Ладно, мне нужно идти.

– Разве рассеял? – Хиираги поглядел вслед выходящему из класса другу. Что-то навязчиво твердило ему о том, что его слова никоим образом не успокоили мысли товарища, если не всколыхнули их с новой силой.

«Юу, ты слишком сильно приблизился к ним, желая отдалиться от него. Но правильно ли ты поступил? – Глен шагал по шумному коридору, погруженный полностью в свои думы. – Неужели ты не видишь их настоящих? Почему продолжаешь общаться? Они не могут привлечь тебя. Они другие… Я отлично знаю Синго и его друзей, знаю, чего они стоят, а потому просто не могу понять, почему ты остаешься с ними. Неужели не понимаешь, к чему тебя может привести такое общение? Или тебе все равно, лишь бы быть подальше от него? Одумайся же, Юу! Это ни к чему тебя не приведет, только сделает тебя хуже. Неужели ты готов броситься в любой омут, лишь бы только не позволить ему ранить тебя еще больше? Ты и так думаешь только о нём и не понимаешь, что с каждой минутой, с каждым днем увязаешь всё сильнее. Чем старательней ты пытаешься отдалиться, тем больше тянется к нему твоя душа. Это как болото – чем сильней сопротивляешься, тем быстрей увязаешь.

Ты даже не понимаешь, как выглядишь со стороны. Ты попал в его сети, но все еще находишься в неведенье и пытаешься сбежать, хотя эта сеть уже опутала тебя целиком. Я не знаю, что должно случиться, чтобы ты высвободился. Я буду только надеяться, что увлеченность Шиноа вернет тебе здравый рассудок, которого ты лишился с момента, как встретился с ним в школе. Буду надеяться, что ошибаюсь, считая тебя безнадежным, хоть и сам не верю в благополучный исход…

А Шинья… На твоем месте я бы поостерегся. Юу сейчас находится в компании не лучших наставников и мало ли как это может сказаться на Шиноа в будущем. Не подвергнется ли она какой-нибудь опасности? Ты совсем об этом не думаешь, друг?.. Или ты только делаешь вид, что не думаешь?

Я не знаю, как мне это всё воспринимать. Я совершенно запутался…»

– Шиноа, не желаешь прийти к нам на репетицию?

– А это удобно? – осторожно спрашивает девушка, глядя парню в глаза с явным смущением.

– Я ведь тебя приглашаю, а значит удобно, – с улыбкой отвечает он ей.

– Раз так, я с удовольствием приду посмотреть на вас, точнее на тебя.

– Надеюсь, она всё-таки придет, – думает Юичиро, глядя в окно. Словно вдалеке звучит голос учителя, а классная комната и ученики в ней кажутся нереальными для того, кто погружен в пьянящие мысли пылкого чувства, затмевающего разум.

Внезапно на парту перед ним с глухим стуком падает какой-то предмет. Юу подскакивает от неожиданности и, мгновенно вскипая от того, что кто-то посмел выкинуть такую глупую шутку, бросив ему какую-то старую коробку подрывается с места.

– Ой, – звучит не столько испуганная, сколько певучая, трепетная интонация, когда Амане налетает на того, кто оказался непосредственно перед ним. Урок окончен, но только парень не сразу это замечает.

– Юу, ты что, рано еще на меня набрасываться. Постыдись, люди кругом, – звучит дразнящая интонация Микаэля Шиндо, изящно отпрянувшего от Юу.

– Нарываешься что ли?! – рычит Амане.

– Я? – вопрос звучит так, что поневоле осознаешь, насколько твой вопрос был нелеп. Мика только смеется над ним по своему обыкновению.

– Юу, ты извини, это я случайно, – Амане оборачивается к парню на соседнем ряду, который машет ему. – Промахнулся чуть-чуть.

– Ага, это он мне бросал, извини, что тебя задели, – забирая со стола Амане коробку, говорит другой одноклассник.

– Так это вы? – удивленно глядит то на одного то на другого Юу, чувствуя, что попал в неловкую ситуацию. Когда он поднимает взгляд на Шиндо, который оказывает вовсе не причем, видит лишь холодную презрительную насмешку в чистом взгляде голубых глаз.

– Рано витать в облаках, – хмыкнув, проговаривает Микаэль. Но потом его словно осеняет догадка и, растягивая губы в усмешке, он касается рукой приспущенного галстука, делая шаг навстречу. – Или ты предлоги ищешь?

Что-то внутри Амане вспыхивает и следующее движение происходит неосознанно, но получивший пощечину Мика снова пятится назад. Еще больший страх охватывает Юичиро от собственного поступка, и, не зная, как его объяснить ни себе ни другим, он покидает класс, так ничего и не сказав.

– Правильно, так тебе и надо.

– Нечего лезть.

– Получил теперь!

– Молодец, Юу, так держать!

Одобрительный насмешливый гул звучит со всех сторон. Мика отходит в сторону. Несмотря на то, что происходит в классе, на боль, его губы озаряет ликующая улыбка, а взор обращен на дверь класса.

– Глен, ты не пойдешь за ним? – удивляется Шинья, который, как и Ичиносе становятся свидетелями этой сцены.

– Нет, – склоняет голову капитан. «Уже бесполезно его отчитывать. Он сам не понимает что с ним происходит и почему он поступает так»

– Глен… – сдвигает брови Хиираги, взирая на друга.

Все оставшиеся уроки Юу думает о своем спонтанном поступке и корит себя за несдержанность. И почему он ударил его? По сути Мика не был виноват перед ним, так зачем? Почему он не сдержался перед этим вызывающим поведением? Шиндо же нарочно сделал это, чтобы его спровоцировать. И почему он подвергается его воздействию, идет на поводу?

Конечно, его враг такой, что нередко заслуживает получить сполна, но в этот раз он не должен был так поступать.

Замечая Микаэля в компании его дружков, Юу сразу отводит глаза каждый раз, а Мика как назло появляется то там, то здесь, будто преследуя его. Но, разумеется, это банальные совпадение. Когда чувствуешь вину и не хочешь видеть человека, перед которым виноват, начинаешь подмечать то, на что раньше не обращал внимания. И тот, кого ты иной раз мог не заметить среди прочих, в такие моменты сверкает среди толпы как драгоценный камень среди простого щебня.

А приободряющие комментарии Синго, говорящего, как правильно он поступил, шутки, отпускаемые дружками по этому поводу, только сильнее удручают. Юу старается не выдать, что его гнетет собственное действо, показывая всем своим видом, что он ни капли не сожалеет, но душу никуда не деть и она заставляет по возможности избегать контакта с Микаэлем.

Ну вот приходит время репетиции и это становится настоящим испытанием для него. Не зря говорят, что мы любим людей за то добро, которое для них сотворили и ненавидим за то зло, которое им причинили. Сейчас Юичиро хорошо ощущает на себе эту старую пословицу, когда вынужден стоять с Шиндо на одной сцене и участвовать в одних актах.

Амане с трудом удается держать себя в руках. Кровь пульсирует в висках, дыхание ускоряется, мысли путаются. Проговаривая стихотворный текст влюбленной Дездемоны, пытающейся доказать своему возлюбленному, как она ему верна и предана, Шиндо для большей убедительности прижимается к Юичиро всем корпусом, с мольбой невинно глядя в глаза, в пылу, ведет изящными руками по его плечам, разглаживая рубашку, взволнованно и прерывисто дышит.

Наблюдающий за ними из зала Медина в полном восторге от чувственности своих юных актеров, вкладывающих в сюжет всю свою душу. Он совсем не ожидал, что ребята будут так великолепны. Даже Микаэль так самоотвержен и искренен в своей игре, что от него не отвести глаз. Дирекция не зря настаивала на выборе этой пары на главные роли. Теперь он вынужден признать, что они лучшие среди всех, кто участвует в школьном спектакле.

Старому учителю в голову не может прийти, что заставляет этих молодых людей быть столь пылкими и страстными на оборудованной сцене, играть с такой усердной горячностью свои роли. Какие чувства движут ими в эти секунды и как тяжело они им даются. Если бы он мог узнать об этом, то скорее всего прекратил бы постановку и заменил актеров, не желая способствовать кипучей страсти двух давних врагов, в которой появилось новое неизведанное течение, влекущее за собой ужасные последствия внутренней боли.

– Нет! Уйди! – в пылу восклицает Юичиро, отталкивая от себя Мику, терпеть чью близость уже не хватает мо́чи. Он слишком близко, это уже даже не по сценарию.

– Почему, почему ты гонишь меня? Неужели больше не любишь? – в сердцах восклицает Шиндо. Юу видит этот манящий дьявольский огонек в его взгляде и не может позволить этому человеку снова приблизиться к себе, отходя назад.

В этот самый момент Медина останавливает репетицию на перерыв, как полагается после завершения сцены и, не переставая восторгаться актерами, выходит из зала.

Как ни в чем не бывало, Шиндо сбрасывает с себя личину издевки и соблазнительности и уходит за кулисы. Там у столика он пьет воду, когда к нему залетает разгоряченный Юичиро, едва дождавшийся конца этого мучительного акта.

– Ты все еще во власти Феба? – ухмыляется Шиндо, окидывая его быстрым взглядом, но не отвечая на эту колкость, Юу припечатывает его к стенке.

– Что ты себе позволяешь?!

– А что, собственно, не так? – дерзко бросает Мика, нисколько не пугаясь яростного выпада, будто бы предвидя его заранее. – Что-то не нравится?

– Всё! – выкрикивает Амане, чувствуя, что его силы на исходе. Он не может работать в таком напряжении, которое заставляет его чувствовать этот мерзавец.

– Соболезную, но ничем помочь не могу, – хмыкает Шиндо.

– Прекрати этот спектакль! – крепче сжимая ворот чужой рубашки, шипит Юу, едва удерживаясь от физической расправы над ухмыляющимся противником, решившим посмеяться над ним во всеуслышанье, прикрываясь игрой.

– Ууу, наш спектакль в самом разгаре, – проговаривает Микаэль и в его глазах блестит недобрый огонек. – Уже не выдерживаешь? Так быстро сдулся?

– Я серьезно, прекрати это!

– Извини, – с яростью ударяя Юу по рукам, Мика высвобождается из его хватки и, посмеиваясь, отходит в сторону. Запуская пальцы в свои волосы, он слегка взъерошивает их перед выходом на сцену. – Скоро начало, мне нужно подготовиться. – После этого покидает кулисы, придавая своему образу гордости и надменного величия.

– Черт подери! – Юу со всей силы ударяет по стене, где пару минут назад находилась голова Шиндо. – Да что же это?! – шепчет он, прислоняясь головой к холодной поверхности.

– Юу, там к тебе пришли, – в слабоосвещенное помещение, заглядывает Синго, отодвигая штору.

«Должно быть это она. Нет, она. Точно, она»

– Иду, – приободряясь, ведь все же девушка сдержала обещание, отвечает Юичиро.

– Э, Юу! – на лице Синго непонятное замешательство, но Амане этого не замечает и выбегает на сцену. Оказываясь в зале, он в первую очередь устремляет взор в сторону входа и тут же замирает на месте, когда видит рядом со своей ненаглядной, Микаэля. Он что-то говорит ей, а она приветливо улыбается в ответ, не спуская с собеседника глаз. Юу не слышит, о чем любезничает с его девушкой враг, но это и не нужно, ведь в долю секунду в нем вспыхивает жгучее чувство ревности. Также подсознательно испугавшись внешнего превосходства противника, эти два чувства толкают его немедленно прекратить происходящее.

– Юу! – ужасается Шиноа, когда подлетая к ним Амане отталкивает Микаэля.

– Ты что тут забыл?! Отойди от нее! – становясь между испуганной Шиноа и Микой, рычит Амане.

– Юу, что с тобой?! Мы же просто разговаривали.

– Она права. Самый обычный разговор, что это ты так завелся? – ухмыльнулся Шиндо. – К слову, у тебя очень милая подружка. Просто ангел. – Снова усмехнувшись, Мика вышел из зала, напоследок послав Шиноа воздушный поцелуй. Юу был в ярости и уже хотел было броситься за Микаэлем, но его остановила Хиираги.

– Юу, остынь, что случилось? – с безмятежной улыбкой спросила она, взяв его за руку.

– Зачем ты с ним заговорила?! – раздосадовано впился в нее взглядом Амане.

– А это разве запрещено? – подняла бровь девушка, но уразумев, что нужно говорить мягче, добавила: – Он просто подошел ко мне и спросил, что я здесь делаю. Я ответила, что пришла к тебе, потому как ты меня пригласил к вам на репетицию. Он сказал, что тоже участвует и тут подбежал ты и налетел на него. Почему? Неужели приревновал? – задавая этот вопрос ее губы расплылись в улыбке.

– Да, пожалуй, – рассеяно ответил Амане и сам для себя не осознавая, что вызвало в нем такую бурю. Нет. Определенно его разгневал факт, что Мика общается с его девушкой. Иначе и быть не может.

– Дурачок, – засмеялась девушка. – Незачем ревновать. Мне никто кроме тебя не нужен.

Глядя в ее лучистые глаза, Юу тяжело вздохнул, отметая от себя мрачные и волнующие мысли.

– Ладно, извини меня за этот выпад, – сказал он мягко. – Я рад, что ты пришла. Ты меня простишь?

– Ну конечно, – отозвалась Шиноа. – Это даже приятно.

– Давай, занимай любое место и смотри, – сказал Юичиро, когда в зал вошел Медина, что значило окончание перерыва. – А мне нужно идти.

Вернувшись на сцену, Юу оглянулся посмотреть на девушку. Шиноа послушалась и, пройдясь вдоль рядов, села неподалеку от сцены. Медина, похоже, против ее присутствия не возражал, хотя вначале и покосился с неодобрением в сторону парочки у дверей.

– А у тебя милая подружка.

Юу содрогнулся и сцепил зубы, когда прозвучал этот комментарий. Обернувшись, он увидел Микаэля, стоящего на сцене в своей неизменной элегантной позе, глядящего в зал. Еще не успевшая улечься злость с новой силой вспыхнула в нем.

– Я с тобой еще об этом поговорю, не обольщайся.

– О, так я должен ожидать кровавой расправы после спектакля, это ты хочешь сказать? – хмыкнул Шиндо, незаметно подмигнув девушке. – Ты истинный Отелло.

Смех недруга разрывал Юичиро на части. Он готов был броситься на него прямо сейчас, а если и не броситься, так увести отсюда Шиноа, чтобы она не подвергалась гнусному влиянию Микаэля. Он хотел оградить ее от людей, подобных Шиндо, которые доставляют всем только неприятности.

Он ни в коем случае не собирался их знакомить, но Мика сделал это сам. Случайно или…? Невозможно думать об этом. Нужно выбросить лишние мысли и сосредоточиться на тексте. Вот, что сейчас важно. Все же Шиноа пришла и он должен показать ей достойную игру, а не жалкий лепет испуганного ребенка. Юу был больше чем уверен, что этот маневр Шиндо был именно для того, чтобы сбить его с толку. Оставалось загадкой, почему он вообще заговорил с Хиираги, обычно это не в его манере, если только он не знал, что они встречаются и не подошел нарочно. Но откуда он мог узнать? Впрочем, возможно донесли дружки, с них станется. И так версия, что он знал о том, что Шиноа его девушка, потому и подошел, с целью вывести Юу из себя и заставить его фальшивить во время игры, вполне реальна.

«Но ничего, – Амане бросил взгляд на свою «Дездемону». – Я тебе такой радости не доставлю».

Мой ответ

Невзирая на свои же внутренние заверения о том, что отыграет безупречно при любых обстоятельствах, Амане несколько переоценил свои возможности. Как он не пытался сдержать своё беспокойство, оно упрямо вспыхивало в самые неподходящие моменты, заставляя фальшивить и путаться в тексте. Медина делал замечания и качал головой, не понимая, что ни с того ни с сего случилось с его лучшим актером во время короткого перерыва. Ни у кого другого из присутствующих, кроме учителя Медины и, быть может, Шиноа, сомнений в том, почему вдруг их товарищ стал таким нервным, разумеется, не возникало. Все стали невольными свидетелями разыгравшейся комедии и нисколько не осуждали Юу в его рассеянности.