Непокорные

ГЛАВА 55. Тяжело, противоречиво, но заманчиво

Ник ходил взад-вперёд по двору под окнами той комнаты, где обосновалась Мёртвая Королева, и продумывал речь к ней. Его правление оказалось под угрозой, потому он должен был встретиться с опасностью лицом к лицу и узнать, что она из себя представляет. Ветер хлестал его по щекам. Король никак не мог построить до конца разговор с Лиатрис – но до отъезда оставалось всего ничего, не было времени доводить каждую фразу до совершенства. Пора. Он поспешил наверх.

– Я так понимаю, тот приятный старик, лорд Кединберг, передал тебе мои слова? – с напускной доброжелательностью спросила ведьма, когда Ник пришёл в её покои.

– О возрождении Амиррии? Передал, – ответил король, присаживаясь и ловя на себе изучающий взгляд девушки.

– Вы с Анной Мельден уже приняли какое-нибудь решение?

– Приняли. Мы считаем, что это несправедливо.

– Почему же? – в её тоне не было удивления, лишь холодность.

– Эфлея принадлежит мне, Дакхаар – Анне Мельден. Я не вижу оснований отдавать свои земли кому бы то ни было.

– Я не кто бы то ни было. Я – королева.

– Бывшая королева, – поправил её Ник.

Лиатрис не разозлилась. Она хмыкнула, а после на её лице проступила задумчивость.

– Знаешь, почему бывшая? Потому меня убили. И не кто-то там, а твои предки и предки Карленны. Я помню советника Таяльди и советника юн Реймстона – они громче всех кричали, что я ведьма и недостойна быть королевой; они же первые воткнули в меня ножи и смотрели, как я умираю. Так что я считаю вполне справедливым, если верну назад своёкоролевство.

Ник смутился, но спорить не перестал – просто выбирал слова аккуратнее.

– Я – не мой предок, я тебя не убивал. Я получил королевство от брата, брат – от отца, и я обязан о нём заботиться, как позаботились бы они. Я не знаю, какой ты была королевой. Быть может, хорошей – но это в прошлом. Ты ничего не знаешь о настоящем мире, поэтому я не отдам тебе свои земли.

– Зря, – пожала плечами Лиатрис. – Зря, что ты, как и многие, с самого начала идёшь против меня.

– Потому что из-за тебя умерло девять человек, могли погибнуть десятая и одиннадцатая, и исчезла двенадцатая.

– Так главная проблема в двенадцатой? – поинтересовалась ведьма. – Я могла бы её вернуть.

– Вернуть Карленну? – встрепенулся Ник.

– Я в её теле только потому, что её использовали в Ритуале. Но я могла бы занять любое другое.

В Нике червями шевелилось недоверие, но надежда пересиливала.

– Какая тебе от этого польза?

– Я сделаю это взамен на крохотную услугу.

– Смотря какую.

– Ничего страшного: никто не умрёт и не пострадает…

Для исполнения «услуги» они условились встретиться вечером, ровно перед сном. Лиатрис объяснила подробности своего плана и попросила пока никому не говорить об этом, Ник согласился скрепя сердце. Ему хотелось посоветоваться с инквизитором, стоит ли поддаваться ведьме и совершать опрометчивый поступок, но согласие молчать он всё же дал. Единственной, кого король с разрешения Лиатрис мог предупредить о задуманном, была Мираби – она проводила ночи с Ником и так или иначе обо всём бы узнала.

Начались часы ожидания. Юноша бродил по замку. Тревога о будущем не отступала, она следовала за королём, как бы он ни пытался себя отвлечь. Он прислонился к заиндевелому окну, размышляя, стоит ли верить Лиатрис в том, что она освободит тело Карленны, если он не доверяет ей в остальном? Впрочем, выбор он уже сделал, отступать поздно.

Когда солнечные лучи потянулись вниз за горизонт, а ночь накинула свой покров, Ник сошёл с места. Взволнованный и будто опьянённый, он направился к себе. В комнате, с напряжённым видом скрестив руки на груди, его на кровати ждала Мираби, а в кресле напротив сидела Лиатрис. Покои окутывал полумрак, и в глазах Мёртвой Королевы, тёмно-карих, как бабочка-крапивница, отражались огни зажжённых свечей. Она подала Нику наполненный сосуд:

– Пей.

Он взболтал пузырёк и приблизил его к свече, разглядывая мутноватую жидкость.

– Не бойся, это тебе никак не навредит, – сказала Лиатрис.

– Я и не боюсь, – соврал он.

– Это зелье помогает контролировать сны. То есть те особенные сны, которые ты видел.

Ник открутил колбу и понюхал, попробовал на язык. Отвар и вправду напоминало тот, который однажды вручили ему Покровительницы. Мираби вскочила с кровати и тоже, кривясь, попробовала зелье. Она покачала головой, отдавая пузырёк обратно королю, но ничего не сказала против.

– Видишь ли, я считаю, что Ритуал провели не совсем правильно, – пустилась в объяснения Лиатрис. – Кое-что пошло не так, как мне нужно, и я хочу знать, что именно и как это исправить. Поэтому мне надо, чтобы ты во сне понаблюдал за Ритуалом и описал мне всё в деталях.

– Что именно пошло не так?

– Пустяки, – улыбнулась Лиатрис.

По пустякам она не стала бы обращаться за помощью и освобождать удобное ей тело, но допытываться правды Ник не стал.

– Как я пойму, что что-то в Ритуале не так? – поинтересовался он. – За чем или за кем я должен наблюдать?

– За всем и за всеми. Скорее всего, кто-то будет неправильно читать слова заклинания. Я думаю, ты сможешь найти ошибку.

– Я постараюсь.

Ник поднёс пузырёк к губам.

– Ты знаешь, как вызвать нужный сон? – уточнила королева.

– Да, доводилось.

Король выпил всё до дна. Он облизал губы и горлышко пузырька, подхватывая оставшиеся капли. «Спокойной ночи», – подумал он, ложась в постель. Лиатрис сидела рядом в кресле и наблюдала. «Ритуал, Мираби, Ритуал, Шоара», – повторял Ник, чтобы сон перенёс его не просто к названным ведьмам, но и к конкретному событию; главное – сосредоточиться. Через несколько минут его сморило, и король, переступив порог сна, оказался в коридоре дакхаарского замка.

За окном стояла ночь. Луна возвышалась на небе, её сияние мягко касалось оконного стекла. Самое время для Ритуала. Ник двинулся к выходу из замка. Мимо пронеслась девушка, она бы сбила его с ног, если бы он не был призраком. «Мираби», – узнал он возлюбленную. Король последовал за ней, и девушка вывела его наружу, во внутренний двор замка. Ведьмы готовили поленья для костра. Поодаль, серьёзная и вовлечённая, стояла Шоара: она заправляла всем, раздавала приказы. Мираби подбежала к ней.

– Надо начинать! – воскликнула она. – Иначе появятся две проблемы, которые я заперла на чердаке!

Шоара кивнула и объявила остальным:

– Начинаем Ритуал! – после добавила, обращаясь к одной Мираби: – Веди её сюда.

«Её» – без сомнения, обозначало Карленну.

Ник посмотрел на верхушку замка: где-то там он – он настоящий – заперт на чердаке вместе с Робертом. Они пытаются выбраться. Где-то в соседней башне сидит, недоумевая, Анна Мельден, и не знает, что надо бежать вниз и прекращать Ритуал. Где-то в придорожной гостинице ночует инквизитор, который направляется в дакхаарский замок. Они ещё надеются всё предотвратить. Но ведьмы окружают костёр, который вздымается в ночь, и зачинают колдовскую песню.

Вернулась Мираби. Она за руку тащила за собой Карленну, та шла неохотно и постоянно озиралась. Ведьмы встали в круг, Мираби присоединилась к ним и поманила королеву, но та отшатнулась. Тогда ведьма указала на балкон впереди. Ник посмотрел туда – и увидел себя. Ненастоящего. Он покачал головой, усмехаясь: Мираби, пользуясь своими силами, успешно всех обманула. Карленна доверилась ей и вступила в круг. Ладони сомкнулись, завелась колдовская песня, и взвыл ветер.

Ритуал начался.

Ник медленно ходил по двору. Он искал нечто необычное, о чём говорила Лиатрис. Ведьмы пели, и дух заклинания пропитывал всё вокруг. Воздух становился тяжёлым, снег почти полностью растаял, звёзды выглядывали из-под облаков. Танцевал костёр. Карленна вертела головой и вздрагивала. Она, наверно, хотела уйти, но не могла: уже попала под власть колдовства. Ник жалел её. Какие-то считанные минуты-секунды не позволили ему добежать до двора и спасти девушку. Прошлое не изменить, всё было предрешено ещё в его снах.

Король со вздохом поднял глаза вверх. Он рассматривал окна башен, ища то самое, откуда он и Роберт звали Карленну, и быстро обнаружил нужное. Он увидел сам себя, кричащего до боли в горле, но девушка его не слышала. Заклинание всё перекрыло, оно полностью овладело ей, и она качалась в такт колдовской песни, как заворожённая. Хлопнула входная дверь. Во дворе, со взбешённым и одновременно потерянным взглядом появился мужчина, которого Ник не сразу смог рассмотреть за дымом. Мужчина побежал к ведьмам, пытаясь схватить Карленну, но пелена сна не пропустила его к дочери.

«Джеральд», – узнал его Ник. Они однажды встречались в этом сне. Карленна встрепенулась, будто бы услышала его, но не посмела обернуться. Джеральд яростно звал её. Знал ли он, что с ней будет? Он метался между ведьмами и дочерью, свирепый и бессильный. «А ведь он мёртв», – вспомнил Ник. Так странно встречаться с мёртвым в мире, что находится посреди жизни и смерти!

Джеральд заметил юношу. Он грозно прищурился, передвигая взгляд с макушки и до ног Ника.

– Никос? Что ты здесь делаешь? – спросил он, но в ответе не нуждался. Король тут же перескочил дальше: – Кто эта ведьма с короной на голове? Я знаю, это та самая мейфорская ведьма, но не могу рассмотреть её лицо. Она опасна для Карленны. Нам надо увести её отсюда и остановить Ритуал.

Ник помотал головой:

– Не получится. Он уже произошёл. Этот сон – прошлое.

Джеральд поражённо замолк, скрипнув зубами.

– Охотник говорил, что Мёртвая Королева займёт тело живой. Это произошло? – напряжённо спросил он.

– Да, – кивнул Ник.

– Я знаю, что я мёртв. Но ты – ты должен вернуть её.

– Я верну её, – пообещал юноша, наблюдая, как Джеральд растворяется в воздухе.

Небо плакало. В волнах костра тонули снежинки, рыжий свет устремлялся в небеса, грозясь задеть низкие облака. В колдовском танце вздымались и опускались руки ведьм, их тени метались по неровной земле, а заклинание вихрем опутывало двор. Наблюдая за ведьмами, Ник нарезал круги по двору. Вот Мираби – она вдохновенно, со взглядом горячее, чем огонь, читала заклинание; вот Шоара, «девушка с короной», как Ник поначалу запоминал её; вот Тейха – она спокойна и, видимо, зачарована тем же заклятием «послушания», которое завладело Мираби; следом Гехера, девушка со шрамом; и остальные, кого Ник видел во снах. Карленна венчала колдовской круг. Она безвольно покачивалась среди ведьм, её взгляд опустился на землю, на порог костра, а губы едва шевелились. Сети колдовства окончательно опутали её.

Одиннадцать раз простучали часы. Ник повторно обошёл ведьм. Ничего нового. Ещё один круг. И ещё. Король начинал отчаиваться: неужели он выйдет из сна, так и не выяснив самого главного? Что могло нарушить ход Ритуала? Быть может, дело в Джеральде, призрак которого пытался всё остановить? Или дело в том, что некоторые ведьмы зачарованы и участвовали против своей истинной воли? Или… Ник дошёл до Шоары и прислушался. Ему почудилось, что она произносила не то же заклинание, какое читали остальные. Общий тон оставался тем же, но слова были другие. Лиатрис говорила, что никто не должен выбиваться из единого круга – ни словом, ни действием.

Дверь в замок распахнулась. Настоящий Ник, всклокоченный, взбудораженный, вылетел на улицу. Он вытянул руку вперёд, словно бы хотел дотянуться до Карленны и Мираби, и побежал к ним. Оставалась всего пара шагов, но ему не суждено было остановить Ритуал: в тот момент ведьмы окончили свою песнь и, бездыханные, рухнули на землю. Костёр погас.

Когда Ник проснулся, Лиатрис сидела рядом. Стояла полная ночь, но ведьма не задремала, она ждала ответа на свой вопрос. Король рассказал ей всё: в нарушении Ритуала он обвинил Шоару.

***

В эту ночь Роберту не спалось. Мешали тревога, расстройство и растерянность. Луна заглядывала в окно через отодвинутые шторы, и дорожка её ледяного света пролегала по застеленному ковром полу.

Махнув рукой на сон, принц встал и, вынув из ящика стола портрет Лиатрис, зажёг свечу. Девушка смотрела на него с рисунка яркими и тёмными, как чёрный сапфир, глазами, волосы волнами стекали по её плечам, губы были сложены в лёгкой улыбке. Роберт был благодарен ведьме за спасение, но не собирался из-за этого служить ей, как бы сладко она с ним ни разговаривала. Он вздрогнул, когда в дверь постучали. За окном царствовала ночь, и замок должен был спать, но стук повторился. Принц спешно спрятал рисунок в угол ящика.

– Кто? – растерянно спросил он, догадываясь, что ночной гость заметил полоску света из-под двери.

– Я, – послышался голос Лиатрис. Помянешь ведьму – она и появится.

Роберт открыл дверь. Мёртвая Королева пришла не одна, вместе с ней на пороге комнаты появились Ник и Мираби.

– Что случилось? – вопросил Роберт. Его накрыло волнение: никто не приходит посреди ночи с хорошими новостями.

– Лиатрис сделала нам предложение. Она готова освободить тело Карленны, – сказал Ник, но радости в его голосе не было, лишь напряжение.

Принц застыл. Ведьма делала им одолжение, и звучало это слишком подозрительно. Но если Ник здесь, значит, Лиатрис поделилась с ним своим планом, и он либо уже согласился, либо пришёл сюда, чтобы посоветоваться и уговорить Роберта присоединиться.

– В чём подвох?

– Никакого подвоха, – пожала плечами Лиатрис. – Просто мне понадобится ваша помощь, чтобы сменить тело. Я освобожу Карленну и займу другое тело. Шоару.

– Прекрасный выбор, – злорадно подтвердил Роберт, припоминая, как королева издевалась над ним.

– Она вряд ли согласится на такой… обмен, – продолжила девушка. – Нам надо незаметно пробраться в её замок и совершить ритуал переселения.

«Опять ритуал!» – досадливо подумал Роберт, а вслух сказал:

– Что для этого нужно?

– Расскажу по пути в Мейфор, если согласитесь мне помочь. Готовы? – Лиатрис обвела взглядом собеседников, и в комнате повисла тишина.

– Нам надо подумать, – решил Роберт, Ник кивнул ему.

– Даю вам время до утра. Посовещайтесь пока между собой.

Ведьма покинула комнату. Её предложение выглядело тяжёлым, противоречивым и в то же время заманчивым. Что, если это единственный способ освободить Карленну? Роберту, в самом деле, не нужно было время до утра: он готов был дать согласие прямо сейчас, неважно, какие будут последствия.

– Что думаешь? – всё же уточнил он у Ника.

Тот пожал плечами:

– Если Лиатрис займёт тело Шоары, у неё будет власть и над ящерами, и над Калледионом. Сражаться с ней станет в разы сложнее.

– Зато вместо двух могущественных ведьм у нас останется одна.

– И то верно.

– Мираби? – Принц повернулся к девушке, которая до этого момента хранила молчание.

Она хмыкнула:

– Я терпеть не могу Шоару, и если появится возможность навредить ей, то я непременно этим воспользуюсь.

Решение было единогласным.

– Тогда не будем откладывать: завтра же выезжаем в Калледион, – объявил Роберт.

ГЛАВА 56. Новые силы

Дерек юн Бальфур, многообещающий лорд и жених королевы, стоял на пустынном балконе громадного замка. Ветер волнами раскидал снег по земле, а складки облаков на темнеющем небе нагоняли тоску. Внизу во дворе суетились мелкие людишки. Дерек презрительно разглядывал их, своих будущих подданных, и представлял, как будет управлять ими, какие изменения настигнут королевство, когда он взойдёт на престол наравне с Шоарой. Осталось лишь дождаться её возвращения.

Когда совсем стемнело и звёзды оспинами покрыли небо, в комнату Дерека постучались.

– Милорд, Её Величество прибыла домой, – отчитался слуга.

Лорд юн Бальфур, который уже собирался ложиться в кровать, спешно переоделся из спального костюма в праздничный и направился к королеве. Он надеялся быть первым, кто встретит Шоару из поездки в Дакхаар, но его опередили. Сестра уже сидела в кабинете и выспрашивала у ведьмы новости. Дерек отвлёк их вежливым покашливанием.

– Проходи, – королева махнула рукой на кресло. – Я как раз рассказывала Аэлии, как прошёл Ритуал. Всё получилось именно так, как я рассчитывала.

– Рад это слышать. Ты задержалась в пути. Всё в порядке?

Из дакхаарского замка ведьма выехала сразу после Ритуала, но в письмах уточнила, что вернётся домой позже из-за некоторых важных дел.

– Всё более чем в порядке, – оскалилась Шоара. – Моя сила увеличилась, и мне надо было кое-что проверить, потренироваться.

– В чём?

– Скоро сам всё увидишь, или Аэлия тебе расскажет, – загадочно произнесла королева.

Дерек коротко вздохнул – и здесь Аэлия его опередила.

– Хорошо. Наша свадьба в силе? – уточнил он. – Ты говорила, что мы поженимся сразу после Ритуала.

– Да, конечно, – Шоара скорее отмахнулась, чем дала согласие, и Дерек едва скрыл раздражение. – Ты готов к тому, что с короной на голове приобретёшь новых врагов? Мне нужны верные люди, на которых можно положиться. Ты сможешь поддержать меня во всём, что будет твориться дальше?

– А что будет твориться дальше?

– Война.

– Война, – задумчиво повторил Дерек. Он никогда не гнушался грязных, жестоких методов добиться своего, но не любил убытки. А война – это угроза для его будущего трона, уменьшающаяся казна и недовольные подданные. Не самый лучший способ начать правление. – Это обязательно?

Шоара снисходительно улыбнулась:

– Дерек, мы воюем всю жизнь, просто в меньших масштабах. У меня слишком много врагов. Я никому не хотела причинять зла, но ничего не добилась, если бы решала все проблемы миром и оставалась просто женой второго королевского сына. Нет! Первым делом мне пришлось избавиться от короля, который с показной жестокостью уничтожал ведьм! То же и с его старшим сыном, и с охотником на ведьм, и с мужем, который не вынес правды о том, что я ведьма. – Шоара вздохнула. Видно, мужа она и вправду жалела. – Мне пришлось защищаться. Из-за этого я поссорилась с Карленной. Жаль, она могла бы быть на моей стороне, но семью она любила больше, чем справедливость. Её брат Роберт тоже мог бы стать моим помощником – это, собственно, и подразумевал его приезд сюда. Но он лишь мешался под ногами и всё портил, пока его не отослали в Эфлею, где он сдружился с Ником. Ник же разозлился на меня из-за одной из ведьм, которая была нужна для Ритуала, и из-за проклятья, которое я наложила на его сестру. – Шоара сделала паузу, чтобы перевести дыхание. – Как считаешь, Дерек, можно ли с кем-то из них заключить мир, или война неизбежна?