Непокорные

ГЛАВА 52. После чар

Мираби проснулась в смятении. Тяжело дыша, она схватилась за виски: настойчивый шёпот, внушающий ей долг перед Покровительницами и Мёртвой Королевой, хоть и уходил, но цеплялся за податливый разум девушки. Она поморщилась, вспоминая события минувших дней. Ведьма многое натворила, пусть и не по своей воле, но досада вперемешку со стыдом тяжким грузом навалились на неё.

Лежать в постели и страдать было бессмысленно. Ночью Мёртвая Королева восстала, а её ящеры до сих бродили по землям континента, и с этим надо было что-то делать. Мираби решила найти Ника: вместе они придумали бы план.

Покои короля оказались пусты. Через слуг ведьма выяснила, что ночь он провёл не в комнате, а под дакхаарским небом, в саду близ кладбища. Туда девушка и отправилась. Ещё издалека она услышала странные звуки вроде стука, а после, заметив Ника, остановилась возле высокой ограды и оттуда наблюдала за ним.

Под небом, где набухал рассвет, Никос копал могилы. Благо, зима в Дакхааре вышла не столь холодной, земля не до конца промёрзла, да и королю помогали стражники. Вокруг вертелись снежинки. Пространство за садом близ дакхаарского замка покрывал рядок из чернеющих ям, понизу припорошённых ночным снегом. Мираби сосчитала их: восемь могил, осталась последняя. Никому не удалось обмануть судьбу: Ритуал свершился, унеся жизни почти всех ведьм.

Ник остановился передохнуть. У него под глазами залегли синяки. Под закатанными рукавами виднелись вены, набухшие от натужной работы. Он оставил лопату в стороне, снял шапку и встряхнул взмокшими волосами. Пальцы едва двигались, и юноша попытался согреть их дыханием. Он не смог остановить Ритуал, потому заботится о ведьмах хотя бы так: готовя для них могилы. Девушка опасалась сейчас подходить к нему. Она не была виновата в том, что произошло, ведь её действиями руководило чужое заклинание, и всё же она была отголоском смерти, тем связующим звеном, благодаря которому свершился обряд. Выжили двое: она и Шоара. Слабейшая и сильнейшая из ведьм. Мираби «повезло», что вчера она не владела собой, потому магия Ритуала и избрала её самой слабой.

Ник вновь взялся за лопату, и девушка, решив не терять времени, направилась в его сторону. Не успела она позвать возлюбленного, как он сам заметил её, и его взгляд стал хмурым. Смелость, которую Мираби едва собрала по кусочкам, вновь дала трещину, и к королю она подошла, до боли прикусывая губу.

– Ник… – обратилась она, не представляя, что сказать дальше.

– Что? – Его голос оказался холоден и резок, как зимний ветер.

Ник с силой воткнул лопату в землю, но она, не удержавшись, рухнула в выкопанную яму. Он закатил глаза. Его взвинченность и раздражённость сбивали Мираби с толку, разговаривать с ним сейчас оказалось не лучшей идеей. Пока она подбирала слова, король посмотрел ей за спину и уже более спокойным голосом спросил у кого-то:

– Готово?

– Готово, Ваше Величество.

Мираби обернулась: позади стоял слуга. Ник сразу направился вслед за ним, девушка растерянно окликнула его, но он сухо ответил:

– Я устал, мне надо отдохнуть, – и вместе со стражей скрылся за оградой.

Ведьма несколько секунд озадаченно смотрела на опустевший сад, а после в ней вскипела злость. Ник вёл себя так, будто она виновна во всём, хотя прекрасно понимал, что это не так. «Дрянные Существа!» – прошипела она, сжимая кулаки, и двинулась за ним в замок. Она шла поодаль, чтобы не привлекать внимания. Коридоры сменялись один за другим, заставляя Мираби гадать, куда же слуга ведёт короля. Дакхаарский замок был ей мало знаком, за пару дней пребывания здесь она успела изучить лишь башню, где жили ведьмы, внутренний двор и комнату Карленны. Мираби вздрогнула, вспомнив, как сжимала её ладонь во время Ритуала, и помотала головой, отгоняя эту мысль. Ритуал в прошлом, она свободна и хочет быть с Ником.

Король наконец остановился перед одной из дверей и, оставив стражу у входа, скрылся в комнате. Недолго думая, ведьма обратилась невидимкой и подошла ближе. Она подождала подходящего момента, когда слуга выходил из комнаты, и юркнула туда. Дверь закрылась. Ника Мираби увидела сразу, но показываться ему пока не спешила, для начала осмотрелась: она попала в купальню. Посреди небольшой комнаты, пол которой был покрыт плиткой, стояла наполненная ванна. Окна были закрыты плотными шторами, на стенах горели свечи в резных подсвечниках. Под низким потолком клубился пар. На столе возле входа лежали полотенца и стопка чистой одежды для короля, а сам он погрузился в воду и с закрытыми глазами массировал волосы. Комнату наполнял сладкий запах мыльного отвара.

Мираби рассматривала разомлевшего Ника. Его губы были плотно сложены, но лицо разгладилось, ярость постепенно уходила. Любопытно, позвал ли он служанок, чтоб помогли ему помыться? Девушка сняла заклинание невидимости и тихо подошла ближе к ванне. Она зачерпнула мыльный отвар и, склонившись над королём, прикоснулась к его волосам.

– Не надо, – пробормотал он, перехватывая руку. Открыл глаза и, наткнувшись взглядом на Мираби, нахмурился: – Ты что здесь делаешь?

– Я же сказала: нам надо поговорить.

– Не сказала.

– Не успела, потому что ты сбежал, – съехидничала она, глубже запуская пальцы в его волосы. Её движения были похожи на массаж, однако ногти царапали кожу.

– С тебя пример взял, – не остался в долгу Ник.

Мираби замерла. Ей хватило пары секунд, чтобы принять решение. Она медленно поднялась и зашуршала одеждой. Король с любопытством обернулся на неё: она расстёгивала пуговицы на груди. Ведьма сняла корсет, скинула юбку. Ник следил за ней, не отрываясь, и молчал. Мираби нарочно делала всё медленно, улавливая, как он пытается выглядеть спокойным, но в нетерпении постукивает пальцами по борту ванны. Ведьма ступила босыми ногами на прохладный пол, встряхнула волосами, прикрывая ими плечи, и неспешно обошла ванну. Она потрогала пальцами воду – горячая, идеально, чтобы согреться после улицы.

– Что ты делаешь? – не выдержал Ник.

Мираби не ответила. В качестве мести она решила устроить ему ожидание. Никто не любит ждать непонятно чего. Вода, разбавленная мыльным отваром, цветочной сывороткой и хвоей, мутно-зеленоватого цвета, скрывала тело короля, но девушка была уверена – он возбуждён.

Ведьма завязала волосы, чтобы не намочить их, и залезла в ванну. Она опустилась на Ника, усевшись чуть ниже его паха и опустив руки ему на плечи, и прикоснулась губами к уголку рта. Король потянулся к ней, желая ответить на поцелуй, но она тут же отстранилась. Пусть теперь он играет по её правилам. Она провела руками по его коже, очертила мышцы на плечах и на груди, опустилась ниже, не видя, но чувствуя его тело под мутной водой. Он был тёплым, нагретым. Она же сидела так, что плечи и грудь остались над водой, потому покрылись мурашками. Соски встали, и от девушки не укрылось, с каким вожделением Ник смотрит на них. Она добралась до паха и сжала твёрдый член – горячее, чем всё тело. Юноша облизал губы. Хотелось вновь прижаться к ним, поцеловать, но Мираби не торопилась. Она провела рукой по члену, едва дотрагиваясь до него, и приблизила лицо к Нику.

– За что ты на меня разозлился? Считаешь меня виноватой в том, что произошло? – с укором спросила она, разбивая магию момента.

Король раздосадовано застонал. Он убрал руки Мираби и усадил её на себя удобнее, приобнимая, чтобы она не мёрзла.

– Нет, конечно, нет. – Он поцеловал её пальцы. – Я просто устал. Я так много думал, так много делал, противостоял Ритуалу. Он не должен был случиться. Я пытался остановить его, казалось, это так просто. Но я оказался бессилен против магии. И ты тоже не смогла противостоять чарам Шоары.

– Вот именно.

– Но от этого не легче, – Ник развёл руками. Он зажмурился и вздохнул, с грустью добавляя: – Как бы то ни было, участницы Ритуала мертвы.

– Не все. Шоара жива, Карленна – относительно.

Мираби на несколько секунд прикрыла глаза, восстанавливая в памяти вчерашнюю ночь. Некоторые события она, объятая чарами Шоары, помнила смутно. Вот кончаются слова заклинания, пламя, словно живое, взвивается вверх, ведьмы падают. Ник кричит. Мираби чувствует под собой холодный мокрый снег, который мигом пропитывает платье, и отпускает руку Карленны. Та лежит рядом. Слышатся чьи-то причитания и шаги. На улицу выбегает Роберт, он подхватывает сестру на руки и тормошит её, стараясь привести в чувства. Девушка открывает глаза, но через секунду отталкивает брата, осматривается и неуверенной походкой направляется к дверям замка. Мираби знает – это уже не Карленна. Опешивший Роберт замечает, как ведьма почти теряет сознание, и одновременно с Ником подскакивает к ней. Утром она просыпается у себя.

– И, главное, я жива, – добавила ведьма.

Король кивнул. В его взгляде скорбь боролась с теплотой к Мираби.

– Да, главное, ты жива.

Он замолчал, и девушка поддержала тишину. Она прижалась к Нику, греясь и наслаждаясь его заботой.

– Почему ты сбежала? – вдруг спросил он.

Мираби вынырнула из его объятий. От воспоминаний того утра, когда она впопыхах собрала вещи и села на корабль, её объяла холодная грусть. Ещё во время ночи с Ником она знала, что ей придётся уехать, и хотела сполна насладиться ей, но послевкусие удовольствия оказалось слишком коротко.

– А что мне оставалось? Я хотела спастись.

– Я же обещал защищать тебя.

– А смог бы? Шоара заставила тебя выдать последнюю ведьму. А если бы я не уехала, то тебе пришлось бы выдать и меня.

– Нет! – с жаром возразил Ник, но Мираби горько усмехнулась.

– Да. Тебя шантажировали жизнью сестры. Нельзя спасти всех, кем-то пришлось бы пожертвовать, и этой жертвой стала бы я.

– Я не отдал бы тебя Шоаре.

Мираби в ответ покачала головой.

– Ты позволил бы сестре умереть от колдовской болезни?

– Нет, но я бы что-нибудь придумал. Я не стал бы выбирать между тобой и Маргарет, я нашёл бы другой способ спасти тебя.

– В том-то и дело, что не было другого способа! – Воспоминания обросли шипами, и горечь девушки превратилась в гнев. Она оттолкнула Ника и, выпутавшись из его объятий, поднялась. – Поэтому мне и пришлось сбежать.

Ведьма вылезла из воды. Капли струились с тела, оставляя дорожку на полу, пока Мираби шла к полотенцам. Обтереться бы скорее, одеться и выскочить из купальни, чтобы не видеть Ника. Встреча с ним вышла короткой, но изматывающей. Девушка услышала позади плеск воды и шаги, но не обернулась. Она схватила полотенце и едва успела накинуть его на плечи, когда почувствовала объятия. Ник притянул ведьму к себе, уткнувшись дыханием ей в шею. Мираби прикрыла глаза. Они стояли так, молча и неподвижно, пару минут, пока злость не иссякла, вытесненная спокойствием, и оглушающий стук сердец не затих. Тепло Ника дарило чувство защищённости.

– Ты помнишь, что сказала мне вчера? – спросил он, разворачивая девушку к себе лицом.

– Много чего.

Мираби ощутила, как щёки загорелись румянцем. Тем вечером она поцеловала короля, а потом, твердя о долге перед Покровительницами и Мёртвой Королевой, заперла его на чердаке.

– Ты сказала, что тебя невозможно удержать. – Ник резко подхватил девушку под бёдра и сделал шаг вперёд, прижимая её лопатками к стене. – Только вот ты не поняла, что от меня невозможно сбежать. Я всегда буду тебя находить.

Он жадно впился в губы Мираби. Она, помедлив, ответила на поцелуй, чувствуя, как руки короля сжимают её талию и спускаются к бёдрам, гладя влажную кожу. Волосы растрепались, полотенце сползло с плеч. Сердце вновь затрепетало, будто стремилось выскочить наружу, ближе к Нику. Мираби запустила пальцы в его волосы, притягивая к себе. Дыхание участилось. Тело отвечало на ласки короля, от прикосновений расползались мурашки удовольствия, от ощущения, как член упирается ей в живот, лоно пульсировало. Юноша сминал и прикусывал её губы, наслаждаясь ими, словно перед разлукой, но в этот раз Мираби не собиралась сбегать. Не отвлекаясь от поцелуев, она потянула Ника на пол. Он смахнул со стола одежду и полотенца, расправил их на плитке и уложил на них девушку.

– Смотри мне в глаза, – приказал король, опускаясь сверху.

Мираби вспыхнула от смущения, когда он, изучая её тело, провёл пальцами от груди до лона. Яркий свет свечей позволял рассмотреть её полностью. Ник коснулся влажного входа и ввёл пальцы, девушка прикусила губу, сдерживая стоны. Её взгляд молил о продолжении, и юноша направил в неё член. Он медленно вошёл в Мираби до предела, заставляя её жмуриться и задерживать дыхание от удовольствия.

– Смотри на меня, – услышала она вновь и нехотя открыла глаза, сталкиваясь с его заволоченным возбуждением взглядом.

Мираби вновь вспыхнула. Ей нравилось, как Ник смотрел на неё, ощущение, что она настолько желанна, распаляло и расковывало. Он начал с медленных движений, но даже от них она не смогла сдержать стонов. Король тут же зажал ей рот.

– Стража, – напомнил он, указывая взглядом на дверь, рядом с которой они лежали.

Мираби произнесла короткое заклинание:

– Теперь они нас не услышат.

Ник вошёл в неё резко, вновь выбивая стоны, будто хотел проверить действие чар. Девушка тут же крепко обхватила его ногами, вынуждая двигаться спокойнее. Они всё так же смотрели друг другу в глаза, задыхаясь от возбуждения, а тела сплелись в едином ритме. Мираби уткнулась в шею Ника, пряча там стоны. Она и представить не могла, что когда-нибудь станет возлюбленной короля, и сейчас всё происходящее казалось ей слишком сладким, будто она пребывала во сне. Слишком хорошо. Но жаркие поцелуи на коже и горячее тело, прижимающее ведьму к полу, убеждали её, что всё реально. Она чуть не вскрикнула от очередного толчка, который отдался тягучим чувством внизу живота. Ник накрыл губы Мираби поцелуем и ускорился, наполняя её лоно жаром. Она вцепилась в его плечи, дрожа и ощущая, будто одновременно и падает, и взмывает ввысь. Не было жёсткого пола и сладкого запаха воды, – только воздух, который девушка с жаром глотала, и тело, объятое негой. Казалось, вместо крови внутри струился огонь. Он медленно затухал, и Мираби расслаблялась, выпуская Ника из объятий.

Король, тоже вымотанный, вскоре опустился рядом. Они долго лежали, восстанавливая дыхание, пока стражники, взволнованные подозрительной тишиной, не окрикнули Ника. Из купальни юноша и девушка вышли вместе.

ГЛАВА 53. Лиатрис

Окна комнаты Роберта выходили на сад. Принц видел Ника с лопатой и свежие могилы для ведьм, большинство из которых он знал с детства. Половины его прошлого больше не было в живых, Ритуал похоронил всё, и юноша чувствовал обжигающую ненависть. Самое страшное – ничего не закончилось. Роберт знал, что колдовской обряд стал лишь началом великих переворотов на континенте.

Он рывком смахнул с широкого подоконника рисунки, которые сделал за ночь. Портреты погибших ведьм попадали на пол, среди них затесалось изображение ещё одной девушки – той, которую принц видел в своих воспоминаниях, попадая в воду. Роберт смутно догадывался, кто она такая, и если он прав, то она тоже стала частью Ритуала. Юноша облокотился на стол, закрывая глаза и тяжело дыша. Злость рвалась наружу, пропитывая каждый уголок его комнаты.

Принц не обратил внимания на стук в дверь, лишь сжал зубы, – сейчас он не хотел никого видеть, даже Анну, но стук повторился. Роберт шагнул к двери, дёрнул ручку и хотел прогнать нежданного посетителя, но в растерянности отступил назад. Гость, точнее, гостья, прошла в комнату, по-хозяйски осматриваясь. Она кинула взгляд на сердитое лицо принца, на незаправленную постель и рисунки на полу, усмехнулась и закрыла дверь, отрезав их двоих от внешнего мира. Роберт с трудом мог смотреть на эту девушку. Ночью он потерял сестру; она не умерла, но исчезла – может, на время, может, навсегда. И вместо неё теперь была эта девушка – осторожная, высокомерная и опасная. Естественное состояние для той, которая несколько веков пролежала под землёй.

Мёртвая Королева.

Но Роберта волновало вовсе не то, что возродилась древняя могущественная ведьма, а то, что она заняла тело его сестры. Вот для чего в Ритуале использовалась королева: она должна была стать сосудом для воскресшей.

Принц не готов был жертвовать сестрой. Карленна, которая сейчас стояла перед ним, была совсем другой, чужой, и он ожесточённо следил за её походкой, жестами и лукавой улыбкой. Ведьма наверняка заметила его злость, но осталась спокойной. Интересно, какая она на самом деле? Чудовище, которым её в своих летописях называли советники, или жертва? Роберт знал, что сразу после Ритуала Анна Мельден вызвалась пообщаться с ведьмой, понять, чего та хочет, но исход разговора он не застал. Теперь, при личной встрече, принцу подвернулась возможность самому узнать ответ на вопрос.

– Ты, значит, Роберт? – спросила девушка.

– А ты, значит, Мёртвая Королева? – язвительно переспросил он. Стоило быть помягче с могущественной ведьмой, но её надменный тон раздражал. Принц сел на край стола, сложив руки на груди.

– Уже не Мёртвая. И меня зовут Лиатрис.

– А мою сестру зовут Карленна. Ты заняла её тело.

– Сожалею.

По холодному лицу ведьмы принц не видел, чтобы она сожалела. Взаимная неприязнь уже пустила корни.

– Я бы предпочёл, чтобы ты оставалась мёртвой, а Карленна – живой.

Лиатрис поджала губы.

– Надеюсь, ты не попробуешь воплотить это пожелание в жизнь?

«Убить её – и вернуть Карленну?» – прикинул Роберт. Он не был убийцей, но если это единственный способ спасти сестру, то…

– Тогда сразу предупрежу, – опередила Лиатрис его мысли, – что не стоит этого делать. Убьёшь меня – умрёт и Карленна, всё-таки у нас одно тело на двоих. И к тому же не забывай, зачем меня воскресили: кто, если не я, сможет обуздать ящеров, которые терроризируют континент?

– Ты их сама и создала, – усмехнулся Роберт.

– Потому что вокруг меня слишком много врагов.

Принц поморщился:

– В прошлый раз ящеры тебе от них не помогли.

– Значит, в этот раз буду осмотрительнее, – бросила Лиатрис. – И окружу себя преданными людьми.

– Прекрасный план.

– За этим я к тебе и пришла.

Роберт наигранно рассмеялся. Ему не было смешно, наоборот, тревога смешивалась со злостью и непониманием, а Лиатрис осталась непроницаема.

– Я здесь совсем одна, если не считать моих ящеров, – продолжила ведьма. – Я мало что знаю о современном мире, о его порядках и нравах. Мы даже говорим на разных языках! Понимаем друг друга лишь благодаря магии. Мне нужны друзья, те, кто не только станет моим проводником в этом веке, но и поможет мне вернуть трон Амиррии. Я думаю, ты мог бы стать моим другом. Ты ведь должен быть благодарен мне за спасение.

Ведьма щёлкнула пальцами, и вместо Карленны перед принцем предстала черноволосая девушка из его видений. Та, чей портрет, лежавший на полу возле подоконника, она наверняка увидела. На Лиатрис было старинное платье, в котором её похоронили, распущенные локоны струились по стройной фигуре, в тёмных, как ночной лес, глазах можно было утонуть. Понятно, чем она привлекла амиррийского короля.

– Ты ведь помнишь меня? – спросила девушка, смотря Роберту в глаза. Даже её голос был наполнен магией: такой завораживающий и мелодичный, что хотелось, чтобы она не замолкала.

– Помню, – сглотнул принц. – Но не понимаю, как это произошло.

– Ты тогда утонул. Умер и попал в темницу между жизнью и смертью. Существа утащили бы тебя в загробный мир, если бы я не вмешалась. Ты воскрес из воды.

– Почему ты спасла меня?

– Я думала, ты потомок советников, которые убили меня, и видишь колдовские сны. Правда, ты оказался не сыном Джеральда, но всё же помог Покровительницам, пусть и не так, как я ожидала.

– Я больше не помогаю Покровительницам, – отрезал принц. – И тебе не буду, пока не верну сестру.

Лиатрис щёлкнула пальцами, и морок с её образа спал. Она снова оказалась в теле Карленны.

– Не глупи, Роберт. Я всегда добиваюсь своего, и ты ещё придёшь ко мне. Лучше бы нам быть друзьями.

Принц ничего не ответил, но постарался вложить в свой взгляд всё, что думает о предложении ведьмы. Отказ её не расстроил. Хмыкнув, она развернулась к двери.

– Не я выбрала это тело, – добавила Лиатрис перед тем, как уйти.

Он кивнул ей в след. Не она выбрала тело – верно, – но от этого не легче.

ГЛАВА 54. Знакомство с ведьмой

Под равномерный стук колёс Фергюс перечитывал письмо, которое гонец от Анны Мельден доставил сегодня утром. Королева с нетерпением ждала инквизитора в гости. «Вы мне нужны. Мёртвая Королева восстала, и я надеюсь, вы сможете разобраться с ней», – гласило послание. Верхушка дакхаарского замка уже нависала над лесом, и минуты пути истекали.

Когда карета въехала во двор замка Фелл, на улицу, румяная и улыбчивая, в распахнутой шубе выскочила Анна Мельден. Фергюс выполз из кареты. Во дворе свистел ветер, инквизитору пришлось вжать голову в меховой воротник и прикрыть глаза. Королева взяла его под локоть и проводила в гостиную, где подробно пересказала события последних дней. Слушая её, старик тоскливо прикрыл глаза: если бы он не маялся плохим самочувствием после кровавого заклинания Шоары, то, возможно, приехал бы сюда раньше и успел остановить Ритуал. Но теперь Мёртвая Королева воскресла, и ему с Анной предстоит найти к ней подход и заставить укротить ящеров.

– Даже не знаю, что сказать о Лиатрис, – задумчиво протянула королева. – Она довольно сдержанна и немногословна, я пока не разобралась, что она из себя представляет. Роберт тоже говорил с ней.

Из писем и рассказов Анны старик знал, что его сын в безопасности. Он старался казаться невозмутимым, но было тяжело делать вид, что их связывают отношения только инквизитора и призрака.

– Как он? – спросил Фергюс, спрятав крепко сцепленные руки под столом, чтобы не выдавать волнения.

– В порядке. Приятно, что вы интересуетесь моим воспитанником. – Королева лукаво улыбнулась, будто понимая, что инквизитор что-то недоговаривает, и вынуждая его стать откровеннее. – Мне кажется, или вы хотите спросить о нём что-то ещё?

– Хочу, – сдался Фергюс. Он зажмурился, сильнее сжимая кулаки, и скорее утвердил, чем спросил: – Роберт – мой сын?

– Я рада, что вы это поняли, – кивнула Анна.

– Как давно вы знаете? Почему вы молчали?

– Я с самого начала догадывалась, ведь прорицательница предсказала вам смерть двоих детей. А когда Эмилия с сыном бежали из дома, мои догадки лишь укрепились. Позже она открыла мне правду и попросила молчать. Она была моей подругой и предпочла остаться под королевской защитой, а не под защитой советника, которого видела раз в жизни. – Анна вздохнула. – Я не раскрыла тайну ни Роберту, ни вам. Воспитывала мальчика, как умела. Я дала ему всё, что смогла, но теперь ему требуется и отцовская рука, поэтому я рада, что он попал к вам. Вы ему рассказали о своей догадке?

Фергюс покачала головой.

– Нет. Я не готов стать отцом, не хочу его отпугнуть. Родительской любви ему достаточно от вас, а я буду его наставником.

Анна прищурилась, видно, желая возразить, но всё же согласилась:

– Как считаете правильным.

Фергюс кивнул, расслабляясь. В душе воцарилось спокойнее, осталась лишь одна неувязка, которая интересовала инквизитора:

– Ещё один вопрос, если позволите. Прорицательница нагадала, что оба мои ребёнка погибнут в воде. Но Роберт всё же жив, как такое возможно?

– Он тогда умер. Лиатрис вернула его к жизни.

Старик затих на мгновение, с ужасом переваривая услышанное.

– Почему?

– Чтобы он помог воскресить её, – объяснила королева.

– Алчные мотивы.

– Как бы то ни было, главное, что Роберт с нами, и я благодарна ей за это.

– К слову о Лиатрис. Что Роберт о ней думает?