Триединство Бога: аргументы, история, проблемы, реальность

Тринитарный мессианский еврей Михаэль Цин, специалист по еврейскому пониманию Писания, в своей лекции для международной школы теологии TVSEMINARY сказал:

«Само по себе употребление множественного числа существительного ни о чем не говорит. Знаете, нам часто говорят, вот, это есть доказательство, что Бог множественный, однако это не так. Мы имеем дело с Востоком, когда мы кого-то почитаем, это всегда делалось во множественном числе»24.

«Почему я это говорю? Когда вам начинают рассказывать, и я знаю, это часто бывает, что вот, например, множественное число Бога говорит о том, что, наверное, Бог Отец разговаривал с Богом Иисусом или с Духом Святым. Дорогие мои, это не выдерживает никакой критики. Причем это не выдерживает критики не философски, это не выдерживает критики даже по словам Писания. И даже в третьей книге «Царств» о Давиде говорится во множественном числе. То есть, и Давид, и Потифар, и Авраам, люди, которые каким-то образом заслужили почет и уважение, они говорятся во множественном числе. Много есть объяснений к тому»25.

Интересно отметить, что, в случаях использования глаголов в 1-м лице во множественном числе в прямой речи Бога, глаголы меняют свою форму на единственное число, как только речь перестает идти от имени Самого Бога и глаголы начинают звучать в 3-м лице:

«И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему [и] по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, [и над зверями,] и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле. И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их» (Быт.1:26-27)

«И сказал Господь: вот, один народ, и один у всех язык; и вот что начали они делать, и не отстанут они от того, что задумали делать; сойдем же и смешаем там язык их, так чтобы один не понимал речи другого. И рассеял их Господь оттуда по всей земле; и они перестали строить город» (Быт.11:6-8)

Это очень хорошо вписывается в утверждение о том, что слова Бога о Себе во множественном числе – это Pluralis majestatis, употребляемое Богом для подчеркивания Своего величия. Если бы здесь речь шла о внутренней множественности в Боге, то при употреблении этих же и им подобных слов в форме 3-го лица множественное число должно было сохраниться, но оно не сохранилось, а перешло в единственное число.

Касательно приведенных выше примеров употребления по отношению к Богу слов «святой», «создатель», «супруг» во множественном числе привожу ниже ответ иерусалимского преподавателя ветхозаветного иврита Леви Шептовицкого, на вебинаре которого я учился.

«Слово Элоhим может иметь 3 значения: 1. Имя Б-га; 2. Ангелы, Силы; 3. Судьи.

Нав. 24:19 «Он Бог Святый» можно перевести как «Силы святые Он». Но есть и классический комментарий:

Раши: «Святой Б-г» - в большинстве мест все имена власти называются во множественном числе, например: начальствующие над той землей (Бытие 42:30), взял Иосифа господа его (Бытие 39:20), хозяев его не было при нем (Исход 22:14).

Еккл. 12:1 ("Создателей"): совсем не факт, что здесь множественное число, это умножение почета, уважительная форма множественного числа.

Пс. 149:2 ("о Создателях"): думаю, что смысл тот же, умножение почета.

Ис. 54:5 ("Супруги"): то же самое и здесь: уважительная форма множественного числа».

Выводы

Из приведенного выше анализа следует, что попытки усмотреть указание на множественность в Боге в слове «Элохим» и в других словах о Боге во множественном числе не являются обоснованными.

Тринитарный богослов Джон Мак-Артур признает, что вывод о таком указании основан на предварительном принятии тринитарной доктрины, которая затем проецируется на ветхозаветный текст 26:

«Приведенные тексты показывают, что Бог говорит о Себе и в единственном, и во множественном числе. Как и с именем "Элохим", эти слова во множественном числе могут использоваться и в значении усиления. Но ясность, которую Новый Завет позднее внес в понимание Троицы, больше говорит о том, что относящиеся к Богу слова во множественном числе вместе с глаголами и местоимениями в единственном числе представляют собой утверждения Бога, что Он один и при этом множественен».

Ровно та же обратная логика содержится в словах тринитарного богослова Брюса Уэйра:

«Например, Бытие 1.26: «и сказал Господь, сотворим человека по образу Нашему». По образу Нашему, кто это? Я думал, что Бог един. Зная доктрину о Троице, мы можем посмотреть на этот текст и понять, о чем идет речь»27.

«… уже зная доктрину о Троице, мы можем смотреть назад на эти тексты, и мы можем понять, в чем состоял смысл тех намеков на Троицу, однако в самом Ветхом Завете это понять очень трудно»28.

Признания таких авторитетных богословов, как Джон Мак-Артур и Брюс Уэйр, показывают, что тринитарное понимание слов Ветхого Завета о Боге во множественном числе становится возможным только после принятия доктрины о Триединстве в качестве аксиомы.

Методологически это означает, что доктрина о Триединстве не выводится из ветхозаветного текста в его историческом контексте, а привносится в него извне как ключ для толкования. Такой подход является логической ошибкой («petitio principii» – порочный круг в доказательстве): в качестве аргумента, обосновывающего тезис, приводится положение, которое хотя и не является заведомо ложным, однако само нуждается в доказательстве.

Итак, употребление слов о Боге во множественном числе само по себе не является свидетельством о Триединстве Бога.

Из приведенного выше анализа также следует, что в качестве разумного альтернативного объяснения употребления слов о Боге во множественном числе может быть принято объяснение, основанное на использовании формы множественного числа, называемой «множественное величия» (Pluralis majestatis).

Возражения против «Множественное величия»

Против аргумента об употреблении «множественного величия» в Ветхом Завете (в качестве объяснения того, почему в отношении Бога нередко употребляются слова во множественном числе) сторонники доктрины о Триединстве выдвигают 4 встречных возражения.

1. Если бы речь шла о Pluralis majestatis, то в других местах Ветхого Завета эта форма множественного числа употреблялась бы по отношению к себе какими-либо монархами, но этого нет, значит мы имеем не Pluralis majestatis.

Тринитарный служитель и апологет Макс Волков в этой связи говорит29:

«Объяснение, что это лишь множественность величия, также имеет большие серьёзные проблемы. И об этих проблемах мы сейчас и поговорим. В библейском иврите почти нет примеров множественности величия для существительных, подобно тому, как монарх говорит: «Мы повелеваем». Проблема в том, что в библейском иврите цари не говорят о себе во множественном числе. Нет также убедительных примеров, где существительное в форме множественного числа употреблялось бы исключительно как множественное величие или в уважительной форме. Таких примеров нет».

Однако утверждения Макса Волкова не соответствуют действительности.

Во-первых, с точки зрения еврейского менталитета, пропасть между Богом и человеком бесконечно велика и непреодолима, Бог бесконечно выше любого человеческого монарха, поэтому тот факт, что и Бог, и человеческие цари являются монархами, совсем не означает, что если Бог как монарх говорит о Себе во множественном числе, то и монарх-человек тоже должен говорить о себе во множественном числе.

Следовательно, отсутствие применения этой формы монархами-людьми по отношению к себе в каноническом тексте Ветхого Завета вовсе не свидетельствует о том, что Бог не применяет эту форму по отношению к Себе, здесь просто нет причинно-следственной связи.

Во-вторых, примеры употребления монархами-людьми такой множественной формы по отношению к себе есть в неканонической иудейской литературе межзаветного периода:

«И услышал царь Александр о тех обещаниях, какие Димитрий послал Ионафану, и рассказали ему о войнах и храбрых подвигах, которые совершил Ионафан и братья его, и о трудностях, понесенных ими. Тогда он сказал: найдем ли мы еще такого мужа, как этот? Сделаем же его нашим другом и союзником. И написал и послал ему письмо в таких словах: «Царь Александр брату Ионафану – радоваться. Услышали мы о тебе, что ты – муж, крепкий силою и достойный быть нашим другом. Итак, мы поставляем тебя ныне первосвященником народа твоего; и ты будешь именоваться другом царя (он послал ему порфиру и золотой венец) и будешь держать нашу сторону и хранить дружбу с нами»» (1Мак.10:15-20)

«Царь согласился и написал Ионафану обо всем этом письмо такого содержания: «Царь Димитрий брату Ионафану и народу Иудейскому – радоваться. Список письма, которое мы писали о вас Ласфену, родственнику нашему, посылаем и к вам, чтобы вы знали. Царь Димитрий Ласфену-отцу – радоваться. Народу Иудейскому, друзьям нашим, верно исполняющим свои обязанности перед нами, мы рассудили оказать благодеяние за их доброе расположение к нам. Итак, мы утверждаем за ними как пределы Иудеи, так и три области: Аферему, Лидду и Рамафем, которые присоединены к Иудее от Самарии, и все, принадлежащее всем жрецам их в Иерусалиме, за те царские оброки, которые прежде ежегодно получал от них царь с произрастаний земли и с плодов древесных, и все прочее, принадлежащее нам отныне из десятин и даней, следующих нам, соленые озера и венечный сбор, нам принадлежащий, все вполне уступаем им. И ничего не будет отменено из сего отныне и навсегда. Итак, позаботьтесь сделать список с сего, и пусть будет отдан он Ионафану и положен на святой горе в известном месте»» (1Мак.11:29-37)

В-третьих, в каноническом тексте Писания есть примеры употребления слова во множественном числе по отношению к одному человеку, занимающему высокую должность:

«И пришли к Иакову, отцу своему, в землю Ханаанскую и рассказали ему все случившееся с ними, говоря: начальствующий над тою землею говорил с нами сурово и принял нас за соглядатаев земли той» (Быт.42:29-30)

Здесь слово «начальствующий» имеет в оригинале форму множественного числа («адоней», «начальствующие»), что скорее всего выражает форму почтения по отношению к Иосифу как второму человеку в Египте после фараона.

«и взял Иосифа господин его и отдал его в темницу, где заключены узники царя. И был он там в темнице» (Быт.39:20)

Здесь словом «господин» переведено то же самое слово «адоней» (начальствующие, господа) во множественном числе, которое в данном случае применено по отношению к Потифару, хозяину Иосифа как раба.

«Если кто займет у ближнего своего скот, и он будет поврежден, или умрет, а хозяина его не было при нем, то должен заплатить» (Исх.22:14)

Здесь словами «хозяина его» переведено слово «баалав» (хозяев его) во множественном числе, которое в данном случае применено по отношению к хозяину скота.

«Лаван сказал: в нашем месте так не делают, чтобы младшую выдать прежде старшей; окончи неделю этой, потом дадим тебе и ту за службу, которую ты будешь служить у меня еще семь лет других. Иаков так и сделал и окончил неделю этой. И [Лаван] дал Рахиль, дочь свою, ему в жену» (Быт.29:26-28)

Здесь Лаван говорит о себе как о хозяине во множественном числе «дадим» («нитна»); то, что речь идет об одном человеке, вытекает из последующего указания «дал» в единственном числе.

Таким образом, утверждение о том, что в Писании слово во множественном числе не применяется по отношению к единственному человеку, – неверно.

Много ли таких примеров в Писании? Ответ зависит от того, с чем сравнивать. Ранее я привел порядка десяти примеров употребления слов во множественном числе по отношению к Богу, а здесь – четыре примера употребления слов во множественном числе по отношению к человеку (возможно, есть и другие примеры), то есть мы имеем сравнимое количество примеров того и другого рода. Следовательно, количество примеров употребления слов во множественном числе по отношению к человеку следует считать достаточным для того, чтобы утверждать о принципиальном наличии таких примеров в Писании.

2. Использование множественного числа в качестве формы уважительного обращения совершенно чуждо еврейскому языку.

Это возражение приведено на сайте «Евреев за Иисуса» в статье в защиту доктрины о Троице. В данной статье, помимо приведенного выше в п.1 возражения, приводится также следующая критика объяснения Pluralis majestatis30:

«Комментаторы-раввины и языковеды признают, что в древнееврейском языке нет подтверждений такому объяснению…

В «Еврейской грамматике Гезениуса» (ред. Коули А.Е., Оксфорд, 1976) о «множественном величия» сказано следующее: «Специалисты по еврейской грамматике называют такую форму множественного числа … plur. virium или virtutum; более поздние грамматисты называют ее plur. excellentiae, magnitudinis, или plur. maiestaticus. Последнее название могло быть подсказано традицией монархов говорить о себе, используя местоимение «мы» (сравните 1 Макк. 10:19, 1 Макк. 11:31). Формы множественного числа, которые использует Бог, говоря о Себе в Быт. 1:26 и 11:17 и в Ис.6:8, некорректно причислять к этому типу… Наиболее правильным представляется их трактовка в качестве «множественного внутреннего рассуждения». Использование множественного числа в качестве формы уважительного обращения совершенно чуждо еврейскому языку».

Олнако здесь происходит подмена понятий: обращение к кому-либо и именование самого Себя – не одно и то же. В иврите действительно нет уважительного обращения к кому-либо на «вы» в форме множественного числа (например, даже к президенту любой человек обратится на «ты»), но этот факт ровно ничего не говорит о невозможности для Всевышнего Бога назвать Самого Себя местоимением «Мы», и потому ивритская грамматика или специфика языка здесь совершенно не при чем.

Кроме того, в этой же статье говорится:

«В комментариях Герца к Бытию это объяснение (Pluralis majestatis) рассматривается как одно из двух возможных толкований … Ибн Эзра цитирует Гаона, предположившего, что множественное число в Бытии 1:26 – это множественное монархическое».

Трудно представить себе, что известный еврейский комментатор Герц, а также Гаон (титул духовного лидера народа, в статье не указано, о каком Гаоне идет речь), были не знакомы с особенностями своего родного языка.

Кроме того, выше я привел развернутую цитату современного раввина Ари Шват, который считает использование Pluralis majestatis обычным для библейского иврита и древнеарабского языка.

Средневековый еврейский раввин, ученый и философ Авраам Ибн Эзра писал31:

«подобным образом в нашем языке принято выражать почет: ведь у каждого языка есть свой способ для выражения величия и власти. В других языках тоже принято, например, чтобы младший говорил о ком-то старшем в его присутствии во множественном числе. В арабском языке, например, принято выражать почтение к старшему, говоря о нем во множественном числе».

Таким образом, грамматическое возражение фактически ничтожно.

3. В стихе Быт.3:22 «один из Нас» говорится о численной множественности, а не о величественной.

Цитирую одного из современных верующих, разместивших на своем сайте статью в защиту доктрины о Триединстве32:

«Иудаисты и исламисты пытаются истолковать это … понятием «множественности величия» или «царским Мы», то есть, когда к одному лицу применяется форма множественности как знак большого почета. Можно ли с ними согласиться? Такое толкование было бы правдоподобным, если бы не одно место, которое опровергает такую трактовку, а именно:

«И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно» (Быт.3:22)

На этот раз ивритский текст предельно ясен. Обратим внимание на фразу “один из Нас”, если бы для Бога использовалась форма “множественности величия”, то там должно было бы быть записано “Адам стал как Мы”, но форма “один из Нас” весьма определенно говорит о численной множественности, а не о величественной».

Что ж, давайте отдельно разберем стих Быт.3:22. Вы увидите, что он в принципе не подпадает под общую тему множественного числа применительно к Богу.

Дело в том, что словом, переведенным в синодальном переводе как «из нас», в оригинале является слово «мимЭну». У этого слова есть два равновероятных значения – «из нас» и «от него».

Чтобы понять, какой из двух вариантов будет правильнее использовать, посмотрим на стихи, находящиеся в непосредственной близости к изучаемому стиху, причем перед ним:

«а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2:17)

«Адаму же сказал: за то, что ты послушал голоса жены твоей и ел от дерева, о котором Я заповедал тебе, сказав: не ешь от него, проклята земля за тебя; со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей» (Быт. 3:17)

Если у вас есть возможность посмотреть оригинальный текст на иврите, то вы легко можете убедиться в том, что словом, троекратно переведенным здесь как «от него», является ровно то же самое «мимЭну». Таким образом, если переводить слово «мимЭну» в Быт.3:22 так же, как и в Быт.2:17 и 3:17 (что вполне логично), то следует перевести как «один от него», а не «один из Нас».

Рабби Ицхак Абарбанель, комментируя перевод Онкелосом (известный переводчик Торы на арамейский язык) стиха Быт.3:22, пишет:33

«Слово «мимэну», переведенное «из нас», следует переводить «от него», что с грамматической точки зрения безупречно, поскольку в иврите «из нас» и «от него» – омонимы».

От кого же – «от него»? См. опять же Быт.3:17 – от дерева познания добра и зла.

Далее. Словом, переведенным как «один», в оригинале является «эхад» (один, единственный), а переведенным как «зная» – в оригинале является слово «ладАат» (неопределенная форма глагола «знать»).

Следовательно, обсуждаемый фрагмент стиха Быт.3:22 будет правильнее перевести так: «вот, Адам стал как единственный (вкусивший) от него (дерева) (чтобы) знать добро и зло» (в древнем иврите подразумеваемые слова иногда пропускаются). Таким образом, ни о какой множественности в отношении Бога здесь вообще речи не идет.

К слову, иерусалимский ортодоксальный еврей Леви Шептовицкий, на вебинарах которого я изучал библейский иврит, в личном письме на мое имя подтвердил возможность такого перевода стиха Быт.3:22 с точки зрения грамматики древнего иврита.

Но даже если предположить, что под «мимЭну» имеется в виду все же «из нас», а не «от него» (несмотря на многократные переводы этого слова в близлежащем тексте как «от него»), множественность в Боге этот текст все равно не доказывает, так как «из нас» здесь может иметь совершенно другое значение.

Знаменитый еврейский комментатор РАШИ (раби Шломо Ицхаки) предложил следующее прочтение стиха Быт.3:2234:

««… стал как один из нас…» - Всевышний словно говорит: «он единственный в нижних мирах, так же, как и Я – один в высших», а в чем его «единственность»? В познании добра и зла, которое не дано ни животным, ни зверям»,

и далее составитель книги комментариев поясняет эту мысль Раши: «человек уникален в своей способности различать добро и зло, и этим подобен Всевышнему, который как бы говорит о нем: «он уподобился Мне и стал «одним из нас» – из нас двоих», так же как и Всевышний в высших мирах, среди обитателей нижнего мира человек является уникальным, единственным».

Повторю ключевую мысль РАШИ: «стал как один из нас» означает «из нас двоих». До грехопадения знал добро и зло только один Бог, а после грехопадения, кроме Бога, добро и зло стал знать также еще человек, итого – добро и зло стали знать двое (Бог и человек). Поэтому, когда Бог говорит «стал как один из нас», Он подразумевает «стал как один из нас двоих». Но почему поставлена частица «как» (один из нас)? «Как» - потому что по факту настоящее добро и зло человек так и не узнал, ведь им владеет только Бог, а человек от Бога отказался. Человек стал «как бы знающий», но на самом деле он лишь предъявил претензию на это знание, не более того.

Таким образом, даже перевод «мимЭну» фразой «из нас» не доказывает множественность в Боге.

4. В Танахе (Ветхом Завете) слово «Бог» выражается не только как «Элохим» (множественное число, «Боги»), но и как «Элоах» (единственное число, «Бог»).

Я слышал мнение, что если бы множественное число «Элохим» и др. объяснялось через Pluralis majestatis, то слово «Бог» всегда бы фигурировало во множественном числе («Элохим»), а поскольку есть упоминания в единственном числе («Элоах»), то Pluralis majestatis не может служить объяснением тех случаев, когда слово «Бог» использует форму множественного числа.

В частности, известно следующее:

❏ Слово «Элохим» – это стандартное, наиболее частое обозначение Бога в Ветхом Завете (встречается более 2000 раз);

❏ Слово «Элоах» встречается значительно реже (около 50 раз по данным ИИ DeepSeek), и практически исключительно в поэтической литературе: в Книге Иова (более 40 раз, это ключевое обозначение Бога в этой книге), а также всего несколько раз в Псалмах, в Книге пророка Даниила, в Песни Песней и у пророка Аввакума.

Таким образом, «Элоах» – это, в первую очередь, поэтическая форма, а не богословская. Авторы (особенно в Книге Иова) использовали ее для ритма, размера строки (в древнееврейской поэзии это было критически важно) и для создания высокого, торжественного стиля. Искать среди таких поэтических исключений оправдание «множественному» значению слова «Элохим» – весьма неблагодарное занятие.

Для сравнения приведу очень интересное толкование стиха Рим.1:5:

«через Которого мы получили благодать и апостольство, чтобы во имя Его покорять вере все народы» (Рим.1:5)

О ком именно Павел говорит в словах «мы получили»? Мне самому всегда казалось, что Павел обобщенно говорит о всех апостолах. Однако Томас Шрайнер, профессор толкования Нового Завета в Южной баптистской теологической семинарии в Луисвилле, считает иначе, а именно – что в данном стихе Павел говорит только о себе35:

«Множественное число «мы приняли» иногда понимают, как относящееся и к другим апостолам помимо Павла. Большинство комментаторов справедливо считают множественное число эпистолярным. Четыре факта подтверждают мнение, что Павел имеет в виду только себя. Во-первых, в этом послании Павел указывает только себя как отправителя, хотя Тимофей был с ним. Во-вторых, Павел прекрасно понимал, что имеет уникальное служение как апостол язычников, и 5-й стих подтверждает, что он думал именно об этом служении язычникам. В-третьих, и это более решающий фактор, постоянное повторение первого лица единственного числа в стихах 8-16 говорит о том, что в 5-м стихе Павел имел в виду собственное апостольское служение. Наконец, первое лицо множественного числа в посланиях Павла часто бывает апостольским множественным числом, обозначающим одного Павла».

И действительно, множественное число явно обозначает одного Павла также в следующих стихах:

«Мы же, братия, быв разлучены с вами на короткое время лицем, а не сердцем, тем с бо́льшим желанием старались увидеть лице ваше. И потому мы, я Павел, и раз и два хотели прийти к вам, но воспрепятствовал нам сатана» (1Фес.2:17-18)

«И потому, не терпя более, мы восхотели остаться в Афинах одни, и послали Тимофея, брата нашего и служителя Божия и сотрудника нашего в благовествовании Христовом, чтобы утвердить вас и утешить в вере вашей, … Ибо мы и тогда, как были у вас, предсказывали вам, что будем страдать, как и случилось, и вы знаете» (1Фес.3:1-2,4)

«Мы, я Павел» и «мы восхотели остаться одни» – это явно о Павле в единственном числе.

Обратите внимание: то, что Павел регулярно обозначает себя в первом лице единственного числа, с точки зрения Шрайнера, является решающим фактором в пользу того, что отдельные упоминания Павлом множественного числа следует толковать не как собственно множественное число («все апостолы получили»), а как эпистолярную форму обозначения самого себя (авторское «мы»), то есть также как единственное число.

Но если упоминания Павлом себя в единственном числе являются решающим фактором для понимания множественного числа «мы получили», «мы хотели», «мы остались одни» в качестве особой формы единственного числа (авторское «мы»), то почему упоминания Бога в единственном числе («Элоах») не позволяют принять слово во множественном числе «Элохим» также в качестве особой формы единственного числа (множественное величия)? Наоборот, следуя логике Шрайнера, наличие в Писании слов о Боге в единственном числе (а таковых, если принять во внимание вообще все слова о Боге, в Писании подавляющее большинство) является решающим фактором для принятия слов о Боге во множественном числе в качестве особой формы единственного числа.