Точка Х. Когда рушатся стены

— И я требую, — он выдержал паузу, глядя прямо в глаза Сергею, — отставки этого человека с поста командира. Он допустил серьёзную ошибку, которая в будущем может стоить нам всех жизней.

Люди дрогнули. Ктот-о закивал, кто-то забормотал, послышались голоса возражения.

— Хорошо, — Артём кивнул, явно ощущая, что большинство пока на стороне Сергея. — Мы поднимем этот вопрос после. А пока можете идти.

Он кивнул дружинникам, но, как только Сергей повернулся к выходу, Артём крепко сжал его локоть.

— Мы с тобой попозже поговорим, — с явной угрозой произнёс он тихо.

— Хорошо. Руку убери.

Артём сжал сильнее.

— Я тебе говорю. Руку. Отпустил.

Артём вдруг увидел поднятые на него стволы оружия дружинников. Он усмехнулся, но руку убрал. В этот момент откуда-то из-за стены донесся протяжный вой, а через открытую входную дверь потянуло холодом.

Сергей взлетел на второй этаж, вернулся с автоматом. Металл был холодным на ощупь, а ремень слегка потрёпанным.

— Андрей! — позвал он.

Тот вышел из толпы, его лицо было серьёзным, а взгляд сосредоточенным.

— Андрей, Миша — вы на базе. Смотрите в оба. Андрюх, помогай, дружище.

Андрей коротко кивнул, сжимая в руке пистолет.

Во дворе Сергей коротко сказал:

— Пешком, мужики. Теперь машина не нужна. Нам нужно смотреть везде, по обе стороны дороги.

***

Ворота с протяжным скрипом закрылись за четырьмя вооружёнными людьми. Александр, лишившийся автомата, позаимствовал ТОЗ у Андрея. Ружьё было непривычно лёгким в руках. Саша внимательно осмотрел ружье. Деревянный приклад слегка потрескался от времени, но в целом надежная штука.

— Так, мужики, быстрым шагом до «Мерседеса». Если там никого, то спускаемся с горки до пустыря, — голос Сергея звучал ровно, но в глазах читалась напряжённая сосредоточенность.

— Туда? — Слава вдруг вспомнил рёв под ливнем, а потом — ночной. По спине пробежал холодок, и он невольно потёр плечи, будто пытаясь согнать неприятное ощущение.

— Да. Имеем в виду, — Сергей поправил автомат на плече, металл холодно коснулся шеи, — что по округе может бродить медведь.

При этих словах Игорь крепче сжал карабин — пальцы побелели на цевье. Александр бросил взгляд на линию диких груш, пересекающих поле от дороги до ж/д насыпи. Ему показалось, что мелькнула какая-то тень среди ветвей. Но всё было спокойно: только ветер шелестел листвой.

— Если и там не найдём, на обратном пути растягиваемся в цепь, захватывая больше места.

— Может, они в коттеджах? — спросил Александр.

— Вариант, — Сергей согласно кивнул. — Но все коттеджи мы не успеем осмотреть до сумерек. Если не найдём их, то завтра с утра приступим к осмотру коттеджей.

— Что их вообще туда понесло? — раздражённо спросил Слава, пиная мелкий камень под ногами.

— А то, — ответил Игорь, глядя в землю. — Потому что условий нет на базе. Тебе не понять — ты-то с женой в отдельной комнате живёшь.

— Ааа. Вон для чего, — протянул Слава с наигранной беспечностью. — Понятно. Жаль вас. — Он хохотнул. — Тыто, Игореш, что с Анюткой мутишь? Както я вас в душе видел

— Замолчи, — огрызнулся Игорь.

— Да ладно, ладно, не сердись. Вы с ней отличная пара, — примирительно сказал Слава.

— А места для встреч действительно нет, — проговорил Александр, вспоминая свою встречу с Ириной. — Хоть отдельную комнату для встреч выделяй.

Несмотря на серьёзность ситуации, Сергей улыбнулся про себя, слушая их разговор: «Вот ухари». В этот момент солнце скрылось за тучей, и тени удлинились, накрывая дорогу мрачной пеленой.

Впереди за поворотом начал вырастать кузов «Мерседеса» . Никого вокруг не было видно.

Они тихо подошли к машине. Сергей осторожно постучал по кузову — металл отозвался глухим звуком.

— Жень, — позвал он, вслушиваясь в тишину. — Ты тут?

Тишина. Ветер, словно издеваясь, рванул, подняв вокруг них кучу дорожной пыли. Слава потянул ручку боковой двери — внутри никого. Холодный сквозняк пахнул в лицо, неся запах затхлости и пластика.

— Следов не видно. А может, они просто покинули нас? Надоело им жить вот так? — голос Александра дрогнул.

Сергей не знал ответа. Но искать всё равно нужно. Хотя бы чтобы успокоить себя.

— Смотрите! — Игорь поднял монтировку у обочины, шагах в пяти от «Мерседеса». Металл был холодным и липким .

— Это монтировка из шинки, помнишь? — Александр спросил Сергея. — Значит, они дошли всё же до машины. Но почему бросили? И где другие две?

Дружинники обшарили всё вокруг. Ничего. Только трава шуршала под ногами, да где-то в отдалении откликнулась птица.

— Может, в этих деревьях поискать? — спросил Слава, указывая на густые заросли.

Но Сергей отрицательно мотнул головой:

— Вряд ли они бы полезли сквозь эти заросли. Опасно. Женя не дурак, в конце концов, настолько сильно рисковать. По дороге — я понимаю, обзор хороший. Всё, идём вниз.

Спускались с неприятным ощущением внутри. Обследовали пятак у спуска, всматривались в заболоченный пустырь. Там, среди камышей виднелись кочки, а воздух был пропитан запахом болота. Но никаких следов не обнаружили.

— Возвращаемся, — Сергей тяжело вздохнул. — От «Мерседеса»: я — по левую сторону дороги, Игорь — по дороге, прикрываешь. Сань, ты — по правую. Слава — двадцать шагов в поле, параллельно нам.

У «Мерседеса» ещё раз остановились. Парни достали по бутылке воды, чтобы утолить жажду. Сергей остановил взгляд на откатных железных воротах въезда на завод. Пересёк дорогу, потрогал металл — он оказался теплым ( нагрело солнце) и шершавым на ощупь. Сквозь решётчатый верх взглянул на дорогу территории, идущую слева от цехов: мусор, обрывки картона, сломанные ящики. «Интересно, сколько заражённых в цехах?» — пронеслось в голове.

Он подошёл к тёмному окну КПП, всмотрелся в черноту, где могли скрываться тени. Внутри ни звука, ни движения.

— Командир, чего там застрял? Идти надо, — окликнул Александр, и его голос эхом отразился от стен заброшенного здания.

С каждым шагом, приближаясь к базе, тревога у дружинников нарастала. Кроме монтировки, не нашли ни единого следа. Мысли рисовали в их головах страшные картины, от которых они и не пытались избавится.

Метров сто до базы. Уже отчётливо виднеется минивэн, перегородивший половину дороги. Воздух стал гуще, словно перед грозой.

Выстрел. Ещё один.

Все разом остановились, замерли, прислушиваясь.

— Это там за ж/д насыпью, — прохрипел Сергей. — Там начинаются промышленные цеха и склады.

***

Артём молча стоял на крыльце, провожая взглядом дружину. Ворота ухнули за ними. И он прошёл в штаб. Молча сидел, бесцельно водя взглядом по карте, мимо линий и разноцветных кнопок. «Ситуация ухудшается, — думал он. — Зря я начал столь ранний конфликт. Нужны терпение и выдержка. Но времени нет. Если он первый начнёт действовать, может всё поменяться».

Артём ещё раз провёл пальцем по линии железной дороги на карте, когда в дверь постучали.

Вошла Надежда.

— Что тебе? — процедил он.

— В смысле «что мне»? — она тут же вспыхнула.

Её глаза сквозь очки заметали искры.

— Я напомню тебе, что сказал ранее Сергей: ты всего лишь член Совета. Такой же, как и я. Это понятно?

Он еле подавил гнев.

— Я не так выразился. Прости, Надя. Просто там — он указал за стенку, — люди. Наши люди. Одни. Это беспокоит меня.

Надежда села, и, чтобы сгладить начало разговора, протянула ему исписанные листы.

— Это статистика по продуктам питания и бытовой химии для нужд.

— А по оружию где?

— Оружие не относится к моему ведению. Оно в ведении дружины.

— Но это в корне неправильно. Ты так не считаешь? — Она отрицательно покачала головой. — Я считаю. Надо иметь учёт всему: какое оружие, количество, сколько боеприпасов, чтобы эффективно пополнять их.

— Пополнять нечем и нигде. Разве Сергей не сказал?

— Он сконцентрирован на защите. Это правильно. Но как хозяйственник он некомпетентен. Видимо, поэтому он ничего мне об этом не говорил. Значит, проблемы с оружием и боеприпасами есть?

— Есть.

Вошла Елена, присела, подняла взгляд на Артёма.

— Так, — он продолжил, будто не видел её, — что у нас по остальному?

— Всё написано, — коротко сказала Надя.— А если словами?

Она помолчала, собралась с мыслями и начала выкладывать цифры. Получалось, что продуктов на тридцать два человека хватит на семнадцать дней.

— Но это при том, что консервы закончатся через двенадцать дней, а остальные дни мы будем употреблять макароны и крупы.

— А почему нет хлеба? Я видел печь на кухне.

— Из последней вылазки муки привезли килограмм. Девчата пустили её в виде приправы для блюд, ибо этого количества мало было, чтобы испечь хлеба на всех.

— Понял. Ладно, — он хотел сказать «ты свободна», но вовремя спохватился, — можешь идти. Нам с Еленой нужно ещё обсудить, как поступить, если дружинники приведут наших раненых людей.

Надежда пожала плечами, но встала и вышла. Артём посмотрел на Лену.

— Ну что? — спросил он. — Не прошла твоя идея с отставкой.

— Пройдёт. Ты просто должен донести это до людей. Не сам решать об его отставке, а чтобы люди решили и убрали его из дружины. Через голосование. Я в этом помогу. Осторожно переговорю с людьми. Но и ты должен это сказать. Сделать открытое собрание, на котором всё скажешь: мол, Сергей хорошо зарекомендовал себя как дружинник, но времена изменились, группа растёт, и нужен новый командир с опытом. Укажешь на явные промахи Сергея: дисциплины в дружине нет. Можно выгнать этого мальчишку Игоря из дружинников. За оружием никто не следит, любой может украсть его у дружинников. Предложи чёткую и понятную людям структуру: дисциплинированная дружина, всё оружие под замком и выдаётся только на вылазки и караул. И новый надёжный командир. Ты нашёл, кто может заменить его?

— Да, — Артём смотрел на Лену. — Михаил. Он бывший участковый. А все полицейские продажны. Если клюнет, предложу ему пост.

— Михаила? Ты что, он с ними заодно, он сразу сдаст тебя.

— Он просто мент. Я не буду предлагать ему пост напрямую, пойду издалека. Если клюнет — предложу. Всё, иди, только сама не приходи с ним. Не нужно, чтобы он нас видел.

***

Михаил вошёл спокойно. Постоял у двери и, увидев, что Артём рукой показал на стул, — подошёл к столу и присел.

Артём некоторое время изучал его.

— Я ознакомился с твоим досье, Михаил.

Лампочка над столом вдруг замерцала, бросая дрожащие тени на лицо Артёма.

— С чем? — перебил тот Артёма.

Артём смешался. Его пальцы непроизвольно стукнули по столу.

— Досье. Ты разве не в курсе, что на всех здесь живущих Сергей и Андрей заводили досье? — он специально сделал удивительные глаза.

— Нет, — коротко ответил дружинник, — я знаю, что обычная информация была — ФИО, возраст, профессия и опыт в работе. А и про вакцинацию от собачьей оспы.

Михаил заметил, как на окне дрожит паутинка, пойманная лучом света. Ему на секунду показалось, что и в штабе вдруг поселился паук и плетет паутину заговора. От такой мысли звук собственного дыхания показался ему слишком громким.

Артём про себя выругался.В горле пересохло. Он провёл языком по губам - соленый пот.

— Это не совсем так, — начал он, — это для тебя они так сказали, на деле

— Что на деле? — снова перебил Михаил. — Что они могли обо мне знать, кроме моих слов? Я вообще мог натрепать что угодно. Я не пойму, что ты от меня сейчас хочешь? Я на карауле, ты отрываешь меня. Плетешь какую-то чушь о досье. Покажи мне это досье.

За окном хрустнула ветка. Или это сустав в пальцах Артёма. Свет лампы снова дрогнул. Обстановка накалялась.

Артём растерялся, не зная, что сказать. Его огромные ручищи сжались в кулаки. Разговор пошёл явно не так, как он рассчитывал. «Промах, — думал он, — это ж мент. Ладно — давай напрямую». Холодок скользнул между лопаток. Он вдохнул.

— Выкладываю карты на стол, Миша, — он поёрзал в кресле, — Совет собирается отправить в отставку Сергея с поста командира дружины. Ты человек опытный, полицейский. Совет предлагает тебе эту должность.

Повисло молчание.Тишина зазвенела, как натянутая струна. Михаил чувствовал, как под подошвами крошится старая краска с пола.

«Вот оно что, — думал Миша, — интриги. Пытается зачистить всех неугодных. Интересно».

— И кто из Совета за отставку? — спросил он, нарушая тишину. Артём моргнул. На миг в его глазах мелькнул отблеск лампочки — холодный, как лезвие.

— Все. И подумай о привилегиях, которые совет собирается ввести для руководителей всех рангов.

«Врёт. По глазам, по мимике вижу. Купить хочет. Действие? Потянуть время. Дать согласие, потом предупредить Сергея».

— Хорошо. Я согласен на этот пост, — Михаил встал, — что-то ещё?

Стул скрипнул, откатываясь. В воздухе повис запах пыли, поднятой движением.

Артём, не скрывая облегчение, тоже поднялся, здоровый, мощный.

— Рад, что мы договорились, — он протянул руку Мише, — я уверен, что ты прекрасно справишься с обязанностями.

Но Михаил не пожал руку. Он встал, посмотрел в глаза Артёму. Тот выдержал изучающий взгляд Михаила.

— Пожмём руки, когда получу должность, — отрезал Миша, — но только после отстранения действующего командира. Мне проблемы не нужны.

И он кивнул напоследок, вышел.Дверь хлопнула. Эхо раскатилось по коридору, будто выстрел.

Влетела Лена. На щеках следы румянца, будто она бежала.

— Получилось? — её голос сорвался от волнения.

— Конечно. Я же говорил, что все полицейские продажны. Сказал ему, что плюсом к посту будут привилегии — согласился как миленький.

Лена коснулась рукава Артёма. Ткань была горячей, словно он только что вышел из парилки.

— Артём, но надо учитывать, что он всё же полицейский. В будущем может быть опасен. Вдруг, почувствовав силу, решит применить её и захватить власть?

— Сергей сейчас опаснее. А потом, когда утихнет всё, я и его сменю. Мне нужны преданные и лояльные люди везде.

Он умолк и рассматривал её с ног до головы.

— Иди запри дверь, — приказал он ей.

Её глаза потеплели. Она сделала шаг к двери.

Тишину нарушили два хлопка где-то вдали. Один за другим.

Они ворвались сквозь приоткрытое окно. Казалось, беда стучит в двери.