Федерация. Прапор

Глава 7

«Анти»

Каюта № 8

Выйдя из каюты, тройка столкнулась с первой проблемой. Как закрыть дверь? Понятно, что красть у них попросту нечего, но оставлять каюту распахнутой всё равно не хотелось. Найти решение проблемы смогли путем коллективного разума. Оказывается, панель, размещенная возле двери, реагировала на приближение выданных им браслетов. Стоило поднести руку — и через секунду дверь либо открывалась, либо закрывалась.

До кают-компании добрались быстро. Шли широким шагом по пустым коридорам. Входная дверь послушно открылась перед ними — снова благодаря браслетам.

Кают-компания оказалась просторным, около ста квадратных метров, прямоугольным помещением. Одну стену целиком занимало изображение космоса — такое же, как в их каюте, только здесь «окно» было куда больше.

У противоположной от входа стояли какие-то аппараты. Прапору они напомнили кофемашины, только в несколько раз крупнее. Перед ними тянулась линия раздачи — почти как в столовой, где посетители медленно выбирают себе еду. Слева и справа от центрального прохода, разделявшего помещение на две равные половины, располагались столики с диванчиками на четыре и более человек.

В кают-компании был всего лишь один человек. Он сидел спиной, и Прапор не мог понять, встречал ли его раньше. Да и времени на разглядывание не оставалось: часы тикали, до конца обеда было всего три минуты.

Тройка пошла прямо, по проходу в направлении устройств, которые, предположительно, должны были утолить их голод и любопытство. Благо с подносами и приборами не было проблем. Всё было сложено слева и можно было взять то, что считаешь необходимым. А вот что делать дальше? На четырёх машинах горели разноцветные огоньки, ряды кнопок мерцали непонятными обозначениями, и не было ясно, в какой последовательности на них нажимать. Как бы не сломать чего…

— Вам помочь? — раздался голос за спиной.

Прапор обернулся и встретился взглядом с мужчиной азиатской внешности — лет пятидесяти, может, старше. Седые волосы, слегка тронутое морщинами лицо, спокойные глаза. Одет он был, как и все на корабле, в чёрную форму.

— Да, если вам не трудно, — ответил Прапор. — Мы тут новенькие и… ещё не разобрались, что к чему.

— Все на корабле уже в курсе новостей по поводу вас, — сказал незнакомец. — Смотрите. Начинать нужно слева направо. Первый автомат выдаёт жидкую пищу. Вроде супа, хотя разглядывать там нечего: мяса вы там не увидите, только сильно разбавленный концентрат. Прикладываете браслет вот сюда, к панели, потом нажимаете одну из зелёных кнопок. Зелёный — порция есть. Оранжевый — закончилось. Главное не забыть подставить нужную тарелку вот в это углубление, иначе аппарат попросту откажется выдать вам желаемое, а попытка будет засчитана, как успешная. Следующий аппарат такой же, только с кашей. В двух последних — напитки. Все порции стандартные, заказать больше не получится, только по особым праздникам или за свой счет. На этом всё. Мне пора на свой пост. Дальше уже сами разберётесь.

Он говорил быстро, но без раздражения, каждое слово подтверждая делом. Браслет коснулся панели, кнопка вспыхнула, внутри аппарата что-то глухо вздохнуло — и первая тарелка, наполненная бледной горячей жижей, плавно перекочевала на поднос Механа. Затем последовала каша и напитки.

Завязать разговор не вышло. Незнакомец кивнул и ушёл. Прапор с Медведем поспешили выбрать порции и для себя. Не особо заморачиваясь над тем, что они берут. Быстро подставляли тарелки и нажимали на зелёное. Главное — успели. Ещё один маленький корабельный навык лёг в копилку опыта.

Сесть решили у «окна». Зрелище было необычайно поразительным… Космос…

Он выглядел иначе, чем с поверхности планеты. Прежде всего поражает чернота. Не просто ночная темнота, а глубокая, почти абсолютная бездна. На этом фоне звезды выглядели совсем не так, как с поверхности Земли. Они были ярче, насыщеннее. Одни горели ровным белым огнём, другие отдавали голубизной, золотом, едва заметной красной теплотой. Чем дольше смотришь, тем больше их проступает из мрака. Но даже это звездное множество не разрушало чувства пустоты, а даже наоборот, подчеркивало его.

— Приятного аппетита, — вдруг громко сказал Механ.

Он уже целиком сосредоточился на еде и этим вернул Медведя с Прапором, напрочь засмотревшихся на открывшуюся за бортом картину, обратно к еде, которая успела немного остыть.

— Спасибо, Механ, — ответил Медведь и осторожно попробовал первое блюдо.

— И вам, друзья, — присоединился Прапор.

Ели не спеша. Блюда и напитки у всех оказались разными, так что по очереди снимали пробу друг у друга, чтобы в дальнейшем понять, что достойно внимания, а что лучше обходить стороной и употреблять в крайнем случае.

Механ закончил первым, аккуратно отложил приборы и удовлетворённо выдохнул.

— Капитан, это лучше того, что нам приносили.

— Такое ощущение, будто нас раньше кормили, как свиней, — поддержал его Медведь.

— Вы оба правы. По сути, такой у нас статус и был. На большее рассчитывать не приходилось. Теперь главное не расслабляться и постараться заслужить те же права, что есть у остальных членов экипажа. Конечно, я не уверен, что это будет так легко. Мы недавно спасли им шкуры, а благодарность получили несоразмерную. Но ничего. Придёт время — всё встанет на свои места.

— Что будем делать дальше? — спросил Медведь.

— Заслуженный отдых. Потом вернёмся сюда на ужин, попробуем завести новые знакомства и постараемся выудить полезную для нас информацию.

Прапор поднялся, взял поднос и понёс его обратно к зоне выдачи. Куда ставить грязную посуду, он понял сразу: там уже громоздилась целая куча тарелок, ложек, кружек и подносов, разложенных по отдельным отсекам. Всё выглядело аккуратно, почти стерильно.

— Интересно, кто это всё моет? — пробормотал Прапор скорее себе, чем остальным.

После того как они поели, вся тройка отправилась обратно в свою каюту.

Ровно в двадцать ноль-ноль по корабельному времени на ужин идти не стали. Решили подождать, пока там теоретически наберется побольше людей, чтобы было больше шансов с кем-то заговорить.

На этот раз коридоры уже не казались пустыми. Им всё чаще попадались члены экипажа: кто-то спешил мимо, не поднимая глаз, кто-то бросал короткий мимолётный взгляд. Из знакомых встретился только Винс.

— Здравствуйте, Док, — первым заговорил Прапор, на правах командира их группы.

— О… здравствуйте. Рад видеть вас в добром здравии, — Винс перевёл взгляд на Медведя. — Как самочувствие?

— Спасибо, что вытащили меня, — сказал Медведь и протянул руку.

Доктор помедлил, будто не сразу понял жест, потом всё же пожал её. Медведь, переборщив с благодарностью, так размашисто затряс его руку, что худощавого Винса повело из стороны в сторону, словно шлюпку на порывистом ветру.

— Не за что, не за что, это моя работа, — поспешил высвободиться из захвата Док. — Наоборот, это я должен вас поблагодарить. За моё спасение. И, я знаю, как это лучше всего сделать.

Он оглянулся, понизил голос:

— Увы, мои ресурсы и возможности несколько ограничены. Но ввиду того, что наш экипаж стал более кхм… свободным, то я смогу найти для вас немного времени в капсуле. Скажем, по тридцать минут для каждого… До конца нашего полёта…

— Прости, Док, но мы с товарищами не совсем понимаем, что нам дадут эти полчаса, — осторожно сказал Прапор. В бесплатный сыр он не верил.

— Процедура совсем не опасна, — Винс чуть замялся. — Пока вы все находились в капсуле, я просмотрел ваши показатели. Ваши организмы… находятся в очень плачевном и крайне изношенном состоянии. Безусловно, капсула не сотворит чуда за один столь короткий сеанс, но если проходить процедуры регулярно, к концу полёта разница будет заметной. Очень заметной.

Прапор задумался. Что-то темнит этот «дохтор», а может быть, просто не договаривал. Но где именно зарыта собака, понять не получалось. Но и отказываться от такого предложения было бы глупо. В крайнем случае, они могут изменить решение после первого сеанса, если что-то пойдет не так.

— Ладно, — сказал он наконец. — Попробуем. Но надеюсь, подвоха там нет. Потому что если есть, браслет меня не остановит.

Прапор пристально и холодно посмотрел на Винса, всем видом давая понять, что он явно не шутит. Рядом с Прапором Медведь стоял неподвижно, как скала, мрачно разглядывал доктора с таким же молчаливым интересом.

Винс сглотнул, но улыбку всё-таки удержал.

— Вот увидите, всё будет в лучшем виде… — обрадовался медик.

— Мы будем очень признательны, если так и будет. Извини, Док. Нам пора, ещё увидимся, — произнёс Прапор уже спокойным тоном.

Они распрощались с доктором и без новых остановок добрались до кают-компании.

На этот раз зал не выглядел вымершим. За столами сидело человек шесть. Из знакомых — только тот азиат, что днём помог им разобраться с пищевыми автоматами. Голоса звучали негромко, столовые приборы сухо постукивали о подносы.

По пути к раздаточным автоматам Прапор ловил на себе взгляды: мимолетные, косые, пристальные. Но он делал вид, что не замечает их. В этот раз к выбору еды и напитков подошли более тщательно. Среди напитков нашёлся вкус, отдалённо напоминавший кофе, хотя это точно не был кофе. Напиток больше напоминал цикорий, но тоже ничего.

Свободных столиков хватало, однако Прапор решил не упускать шанс. Азиат оставил неплохое впечатление, и потому он повёл своих к его столу, чтобы получше с ним познакомиться.

— Извините, у вас не занято? — спросил Прапор.

Тот поднял глаза на внезапную делегацию, коротко оценил тройку и кивнул.

Друзья подсели и принялись за свой ужин. Первые минуты прошли молча. В отличие от азиата, тройка действительно наслаждалась едой, будто перед ними была не стандартная корабельная еда, а блюда из ресторана с мишленовской звездой. Особенно старался Механ, который явно получал удовольствие от еды. Он ел с выражением восторга, и время от времени довольно улыбался.

Азиат сперва делал вид, что не обращает на них внимания. Потом начал поглядывать чаще. Наконец не выдержал:

— Впервые вижу, чтобы это ели с таким аппетитом.

— Вы плохо знаете нашего друга, — ответил Прапор. — У него желудок как чёрная дыра. В нем исчезает всё, что можно есть… Кстати, как вас зовут?

— Можете звать меня Чу. Я младший техник на этом корабле. А вас и правда зачислили в команду Роуда?

— Рад знакомству. И ещё раз спасибо, что помогли. Я — Прапор, этот здоровяк — Медведь, а этот проглот — Механ. Что касается зачисления в команду, то да, можно сказать, что нас и правда зачислили в команду, но выбора как такового нам не дали. Думаю, что вы знаете, что это такое?

Прапор поднял руку. На запястье тускло блеснул браслет.

Чу сразу понял. Улыбка стала несколько натянутой.

— Вот оно как, теперь стало понятно. Просто мы с моим коллегой находимся на другой стороне корабля и новости до нас доходят не так быстро, как нам хотелось. — посетовал Чу.

Он помолчал, потом осторожно спросил:

— Говорят, что вы там убили большую часть врагов? Это правда?

— Не совсем, — Прапор качнул головой. — Нам сильно помог Крайтар. Без него мы бы не справились. Слухи, как обычно, сильно преувеличены и не стоит им верить.

Чу кивнул, но по глазам было видно, что слухам он всё равно верит больше.

— Чу, мы тут новички по сути, можешь дать нам несколько полезных советов? Что нам стоит знать?

Техник задумался. Потёр пальцами переносицу, словно взвешивал, что можно говорить, а о чём лучше умолчать.

— Если вас взял Роуд, выполняйте его приказы сразу. Не спорьте. Он второй человек на корабле. Если сумеете заслужить его расположение — считайте, вам повезло. Своих он в обиду не даёт. Даже капитану приходится считаться с его мнением.

— А капитан? — спросил Медведь.

Чу отвёл взгляд.

— От капитана держитесь подальше.

— Почему?

— Просто держитесь…

Он сказал это тихо, почти без выражения. Чу больше ничего не добавил. Азиат поднялся, отнёс грязную посуду и покинул кают-компанию.

Медведь проводил его взглядом.

— И что это значит?

Прапор почесал уже изрядно отросшую щетину.

— Это значит, что здесь всё как везде. Интриги, коварство и люди, которые с радостью захотят прокатиться на чужом горбу.

— И кому тогда можно верить? — спросил Механ.

— Никому. Кроме тебя, меня и Медведя, — ответил Прапор. — Считаем, что здесь кругом враги, и делаем это до тех пор, пока мы не поймём, кто чем дышит и что кем движет на этом корабле. И даже тогда нужно будет оставаться начеку.

На несколько секунд за столом повисла тишина.

— Друзья! Вот вы где! А я вас искал! — прогремело от входа.

Крайтар появился внезапно. После чего, под взглядами тройки, неуклюжим утиным шагом направился к их столику. Но по пути он что-то переосмыслил и поменял свою траекторию, сделав крюк в направлении автоматов с напитками. И уже через минуту разместился за их столиком с кружкой горячего «цикория» в руке.

— Как вы тут? Вам нужна моя помощь? — участливо спросил он, оглядев тройку. — Вижу, с автоматами для еды вы уже разобрались.

— Спасибо, всё хорошо. Нам помог техник Чу. Знаешь такого? — спросил Прапор.

— Знаю. Но мы редко пересекаемся с техниками. С ними больше общаются пилоты да операторы дронов.

Прапор помолчал, провёл ладонью по заросшей щеке и усмехнулся.

— Раз уж ты предложил помощь… Есть одна проблема.

Крайтар сразу подобрался.

— Какая?

— Крайтар, чем вы тут бреетесь? — Прапор указал на свою щетину. — Мы с товарищами уже так обросли, что в пору Дедом Морозом становиться.

— Дедом Морозом?

— Не бери в голову, это наше, земное. Так можешь помочь с этим?

— Думаю, да, — тихо ответил Крайтар.

Он опустил взгляд на кружку. Пальцы крепко, до хруста, сжались вокруг неё.

— В моей команде погибли все, кроме меня. От них остались вещи. Наверное, там найдётся то, что вам нужно. Завтра занесу.

Лицо Крайтара посерело. В его голосе на миг проступило что-то тяжёлое, плечи осели, будто на них разом легла вся тяжесть потерь. За столом стало неуютно тихо.

Прапор понял, что нужно как-то отвлечь Крайтара. Он понимал его, но мало чем мог ему помочь.

— Крайтар, ещё вопрос, — осторожно сменил он тему. — Для чего у вас используют капсулы? Мы встретили Винса, и он сказал, что к ним тут даже очередь. Расскажешь?

Ах это… — Крайтар заметно потерял интерес к разговору, но всё же ответил. — Капсулу на нашем корабле используют для загрузки знаний. Если нет нейросети, то это единственный быстрый способ их изучения. По договору с капитаном, когда нет больных, каждому члену экипажа положено двадцать пять часов в месяц. Тем, кто занимает командные должности, — ещё пять часов сверху. Всё, что сверх нормы, оплачивается из своего кармана. И да, сначала нужно купить базу знаний.

— Теперь понятно, как мы выучили язык, — сказал Прапор.

Они переглянулись.

— Именно. Языковая база — самая дешёвая. На неё уходит часа три-четыре. Стоит всего сотню кредитов.

— Спасибо, Крайтар, — кивнул Прапор. — А что такое кредиты? То есть мы понимаем, что это деньги, но…

— Кредиты — основная универсальная денежная единица у многих рас. Как и галенский язык, они пошли от галенов. От них вообще многое распространилось.

— Как доллар… — вставил свои пять копеек Медведь.

Прапор с укором посмотрел на Медведя: мол, зачем ты мне сбиваешь человека.

— Крайтар, последний вопрос. Мы и так тебя задержали. Сколько нам ещё лететь?

Крайтар помолчал. На его лице мелькнула усталость.

— Честно — не знаю. В вашу систему мы добирались почти тридцать дней. И это на полностью исправном корабле. Сейчас нас сильно потрепали, так что, возможно, в пути будем чуть дольше. Точный ответ знают лишь пилоты и капитан…

Он одним глотком допил напиток, коротко попрощался и ушёл. По дороге задержался у автоматов, взял что-то ещё и направился к другому столику, где почти сразу втянулся в разговор.

Ребята проводили его взглядами.

— Вот и пойми его, — хмуро сказал Медведь. — Друг он нам или кто?

— Или кто, — негромко ответил Прапор. — Смотри сам. С одной стороны, он понимает, что мы ему помогли. С другой — каждый раз, глядя на нас, вспоминает своих погибших. А убили их наши же товарищи. Такое из головы не выкинешь.

Он помолчал, задумчиво постучал пальцами по столу.

— Его благодарность не бесконечна. Рано или поздно она иссякнет. И хорошо, если после этого он будет просто держаться в стороне. А может и переклинить. Посчитает, что все его долги перед нами списаны, да и воткнёт нож в спину — и будет считать, что имел право. Так что иллюзий насчёт него не строим.

Медведь нахмурился.

— Думаю, ты прав.

— Поели, пора и честь знать, — Прапор поднялся первым. — А то сидим тут как белые вороны.

Они молча направились к своей каюте. Подходя к ней, товарищи увидели, как дверь открылась.

Медведь остановился.

— У нас гости?

Гадать дальше не пришлось. Из каюты выехал робот-уборщик — полутораметровая угловатая тумба на колёсах, чем-то похожая на мусорное ведро. Вместо крышки у него вращался полукруглый купол. По бокам робот имел два манипулятора вместо рук. Он что-то деловито пискнул, невозмутимо миновал троих людей и покатил дальше, оставляя за собой влажный блеск на полу и резкий запах озона.

Прапор медленно убрал руку с рукояти пистолета.

— А я всё думал, как они тут убираются. Теперь знаю. Надеюсь, ночью эта штука не приедет, а то с перепугу пристрелю.

В каюте стало заметно свежее. Исчезли застоявшийся запах пота и корабельная духота. На каждой койке лежал «свежий» комплект постельного белья и теперь у них есть одеяла.

Они молча заправили койки и почти сразу провалились в сон. Завтра будет новый день, новые вопросы и новые опасности. У них нет права на ошибку.

На обзорной панели чёрная бездна со звёздами дрогнула, смазалась и рассыпалась яркой снежной пургой.

Корабль ушёл в гиперпрыжок…

Глава 8

«Анти»

Каюта № 8

Новый день начался вполне буднично.

Подъем. Очередь в туалет, куда, как всегда самым первым, словно молния, проскочил Механ, и заправка кроватей. Сегодня решили выйти пораньше, учитывая, что должен прийти человек от Роуда.

Без пятнадцати восемь дверь каюты открылась. На пороге появился уже знакомый боец — тот самый, что сопровождал их раньше. Имени его они по-прежнему не знали.

— Меня прислал командир. Просил передать: за завтраком будет ждать вас за своим столиком. Не опаздывайте.

Сказано это было с такой плохо скрытой неприязнью, будто они успели ему чем-то крепко досадить. Закончив, боец развернулся и ушёл.

— Что это с ним? — спросил Медведь.

— Да кто его знает. Я его вижу то ли третий, то ли четвёртый раз. Перейти ему дорогу мы точно не успели. И в долг у него, вроде, не брали, — ответил Прапор.

— Может он расист? — предположил Механ.

— Ага. Космический, — хмыкнул Прапор. — Ладно, хрен с ним. Потом разберёмся, что за вожжа ему под хвост попала. Лучше поторопимся: не дело опаздывать в первый рабочий день.

Он первым направился к выходу.

— Да… Уж больно рожа у него знакомая, — задумчиво произнёс Медведь, почесав затылок. — Где-то я его видел. Только вспомнить не могу…

И поспешил следом за Прапором и Механом, уже вышедшими из каюты.

В столовой с утра было заметно многолюднее. После вчерашних обеда и ужина это бросалось в глаза.

Прапор насчитал восемь человек. Негусто, если учесть размеры корабля.

Он быстро нашёл нужный столик. Роуд сидел там с двумя незнакомцами. По пути к раздаточным автоматам Прапор кивнул Чу, устроившемуся в одиночестве в самом углу. Тот ответил коротким кивком и снова уткнулся в свою тарелку.

Экспериментировать с едой не стали. Выбрали вчерашний набор, посчитав его проверенным и безопасным, и отправилась к ожидавшим их новым товарищам.

Подойдя к столику, Прапор остановился первым и окинул сидящих спокойным взглядом.

— Не знаю, как у вас принято здороваться, — сказал он, — но доброго утра всем.

Ответом была тишина.

После чего не услышав ничего в ответ, Прапор сел как ни в чём не бывало и принялся за завтрак. Товарищи последовали его примеру. Прапор с Медведем ели неторопливо, основательно, будто вокруг не было ни чужих лиц, ни натянутого молчания. Один Механ работал ложкой с такой скоростью, что Прапор внутренне чертыхнулся и, не поднимая головы, процедил по-русски:

— Механ, зараза, не позорь меня. Ты как с голодного края

Услышав недовольство командира, Механ сбавил темп и, косясь на Медведя, стал неуклюже копировать степенность старшего товарища.

Утренний провожатый ехидно ухмыльнулся и что-то сказал своему соседу. После этого сам же и засмеялся от своей шутки. Медведь медленно поднял на него взгляд и укоризненно посмотрел.

— Прапор, можно я ему дам по башке? — спросил он с азартом в голосе.

— Ему уже одного раза хватило. — ответил за Прапора Роуд.

Товарищи переглянулись. Никто из них ничего не понял.

— Можешь пояснить? — спокойно попросил Прапор.

— Тут нечего пояснять. Когда вы попали на корабль, твой боец напал на моих людей. Стиву разбил лицо и сломал челюсть, — сказал Роуд, до этого лишь молча наблюдавший за происходящим.

Медведь медленно повернулся к утреннему провожатому.

— Блин. Так это ты был среди тех, кто мне форму порвал? — то ли спросил, то ли уже вынес приговор Медведь и начал подниматься из-за стола.

— Тихо, Медведь. Тихо. — Прапор положил ему руку на плечо.

Он знал. Если этот здоровяк выйдет из себя, его фиг успокоишь. Проверено выбитыми дверями, шкафами, разнесёнными в щепу, и людьми, которые бледнели от одного вида Медведя в ярости.

Стив, впрочем, тоже не отвёл взгляда. Оскалился и подался вперёд, готовый ответить.

— Хватит. Оба! — рявкнул Роуд и положил на стол пистолет. — Я пристрелю любого, кто вздумает разлагать дисциплину и мешать выполнению задачи. И неважно, мой это человек или кто-то из новеньких.

— Командир, они же рабы. Мясо. — попытался возразить Стив, злобно рыча.

— Ещё одно слово и мясом станешь ты, — холодно сказал Роуд, посмотрев на бойца так, что тот поспешил заткнуться.

Пожар, едва не вспыхнувший посреди комнаты, был потушен в зародыше. Роуд медленно обвёл взглядом новобранцев и свою команду. После чего произнёс:

— Итак, сначала начнём со знакомства. Меня вы уже знаете. Этого товарища, который сегодня излишне агрессивен зовут Стив. Стрелок. Умеет обращаться со всем, что способно стрелять. Рядом с ним — Исфен. Он отвечает за роботов, дронов и техническую поддержку команды. Теперь по вашей команде. Я не вижу смысла ломать ваше взаимодействие, поэтому ты, — он указал на Прапора, — так и останешься у них старшим. Что можешь рассказать о своих людях?

Прапор не видел смысла что-либо скрывать. Их текущие знания стоили мало, и решил говорить, как есть на самом деле: