Бессмертные столпы:Новый уровень

— Сколько раз говорить, чтобы ты не появлялся из ниоткуда, лис паршивый! — прорычала она.

— Да как ты смеешь меня бить, когда я тебе душу изливаю, карга старая! — возмутился он.

— Разбежался! Буду я доверять словам Девятихвостого! И хочу тебе напомнить, что ты старше меня на пятьсот лет, так что возьми свои слова обратно!

— Вот так ты относишься к отцу, который проводил тебя до алтаря!

— Ты мой единственный наставник‑мужчина, который не сбежал после первой тренировки. То, что ты с Ягой заменили мне родителей, не делает тебя папой для меня!

Когда они начали свои обычные склоки с Залиной, как в прежние времена, мы поняли: нам нечего волноваться. И только тогда я осознал, в какую семейку угораздило меня попасть.

Из этих раздумий меня вывел окрик Карины, моей помощницы:

— Александр, можно обратиться?

Это была девушка‑химера с заячьими ушами, сильный маг копирования: она могла копировать предметы, магию других людей и даже самих людей.

— Что случилось?

— У нас проблемы с поставками: не пришли материалы для изготовления пушек и укрепления магических конструктов кораблей.

Шэт Лин отреагировал первым:

— Так отправьте вооружённый отряд, чтобы разобрались.

— Я уже это сделала. Они вернулись ни с чем: сказали, что по дороге нашли следы борьбы тёмной магии. Возможно, отряд кикимор. Никаких тел или повозок с материалами не нашли.

— Шэт Лин, оставляю на тебе укрепление обороны, а я с Кариной отправлюсь за материалами.

— Но, дядя, следы ведут в Плачущий лес. Нас точно будет недостаточно.

Шэт Лин усмехнулся:

— И правда, дядя. Ты сможешь вдвоём справиться с кикиморами?

Я проигнорировал усмешку Шэт Лина.

— Карина, не волнуйся. У тебя сильнейшая магия копирования. Знаешь, кто до тебя владел этой редкой магией?

Она покачала головой.

— Эх, горе ты луковое! Ты что, историю Шэтленда не проходила?

Шэт Лин шёпотом на ухо сказал:

— Ну, вообще, Алиса просила эту информацию засекретить и не упоминать про неё.

— Чего? Она — герой, который спас нас.

— Она пошла против правил рода Яги и считается нарушителем, — он заметил, как у меня сжимаются руки. — Хорошо, я понимаю и полностью поддерживаю. Но ты сам понимаешь: про её судьбу нельзя рассказывать детям. Это недетская история.

— Так, и я уже не ребёнок, — пророкотала Карина.

Наши склоки услышала Дарья:

— Они говорят про Ульяну, мою подругу. Ты на неё очень похожа: тоже с красными волосами и заячьими ушами, и той же магией. Она жила девятьсот лет назад. Она открыла мне правду про зверства моего отца. Тогда она потеряла всех своих близких. Александр тогда считался мёртвым, а Залина пожертвовала собой, чтобы задержать Вия. Обоих считали мёртвыми несколько лет, пока Ульяна не нашла способ воскресить Александра, поглотив Жар‑птицу, и поменялась с Залиной в тюремном заточении с Вием.

— Залина никому этого не позволила бы — пожертвовать собой вместо неё, — парировала Карина. Сразу видно — ученица Залины.

Тогда она была в положении и не могла в полной мере пользоваться силой. Она это знала, но всё равно пошла на это.

— Но почему она пожертвовала собой? — Когда Карина задала вопрос Дарье, та посмотрела на меня.

Я с грустью ответил:

— Она была нашей младшей сестрой и знала о беременности Залины. Я ничего не мог сделать, так как тогда был одержим Жар‑птицей, которая меня воскресила. По словам очевидцев, я тогда избивал Петра, который пришёл убить Ульяну. Я очнулся в больничной койке, и мне потом рассказали, что именно произошло.

Шэт Лин строго на меня посмотрел:

— Ты можешь фильтровать информацию? Про Петра было лишнее — это секретная информация.

— Дядя Шэт Лин, я про него всю подноготную знаю. Я скопировала у вас бумаги в кабинете и полностью их изучила, а всю информацию передала Залине.

— Она подослала ко мне шпиона? — Недоумённый взгляд Шэт Лина так и сверлил меня.

— Ну ты же отправил к ней Зарину.

— Это совершенно другое. Я не к ней её отправлял, а для слежки за внучкой Петра.

— Это академия Залины. Отправлять туда шпиона без её ведома — значит показывать недоверие. Она всего лишь ответила тебе той же монетой, чтобы ты почувствовал, как это неприятно.

— Ты сейчас делаешь предположения, а не говоришь слова Залины. У неё каждое действие с тройным дном.

Дарья вмешалась в наш разговор:

— А нам можно слушать ваш разговор? Это что, типа секретная информация?

— Дядя Шэт Лин, если я вам случайно проболтаюсь о том, что шпионила… Залина просила передать это письмо.

Шэт Лин взял письмо и с недоверием прочитал содержимое:

— Дядя, информация, которую добыла эта девочка, для меня бесполезна. Я и так знаю про Петра больше тебя. Я просто хотела показать тебе, как больно бьёт по мне твоё недоверие. Я возьму твою дочку под свою опеку. Если мне понадобится помощь, я обязательно тебе сообщу. С любовью, твоя Залинка.

Я посмотрел на письмо, которое так долго читал Шэт Лин. Да, это всё‑таки моя Залинка. В политике она монстр, как и в магии. После того как она вернулась из заточения, я видел: она очень сильно изменилась, стала жестокой и властной. И только когда впервые увидела Карину, она смогла по‑настоящему обрадоваться. Она как будто видит в Карине Ульяну — тот самый лучик света в безпросветной тьме. Она хотела взять её в Питер, но побоялась испортить детскую непосредственность Карины в этом жестоком обществе.

Я похлопал Шэт Лина по плечу:

— Я же говорил: я знаю Залину и её методы. А ты её учитель — должен понимать, что она давно не ребёнок и не нуждается в помощи.

— Я её обучал магии, когда ты под себя ходил! Не тебе меня учить.

Он ещё немного побесился и успокоился:

— Так идите разбираться с кикиморами, возьмите Дарью.

На этих словах Шэт Лин ушёл командовать строительством.

Смотря на уходившего лиса, ко мне обратилась Карина:

— Может, ещё возьмём Федьку? Мы с ним отличная команда.

— Хорошо, возьмём Федьку, но ты будешь в паре со мной.

— Но почему не с ним?

— Так, Карина, я беру его для подстраховки. Тебе нужно научиться работать без него, и сегодня ты будешь учиться у меня.

Дарья улыбнулась:

— Эх, Сашка, не понимаешь ты женского сердца. Только ведьмино сердце тебе подвластно — читаешь, как открытую книгу.

— А я смотрю, ты своему сыночку уже невесту подобрала.

На меня грозно посмотрела Карина:

— Вообще, Федька — мой, и Даше решать, с кем он будет.

— Теперь понимаешь, Сашка, насколько всё серьёзно? Что даже родная мать не может вмешиваться в любовь этих голубков. Но я хочу побыть со своим сыночком, пока мне это ещё позволяют, так что я пойду с вами.

— В этом городе есть нормальные оборотни? Пожалуйста, помогите! У меня война на носу, а я занимаюсь не своим делом. Ладно, есть ещё надежда на Федьку — он парень смышлёный.

Как бы ни было парадоксально, Федька нас сам нашёл.

— Ваше превосходительство, Карина сказала, что вы меня искали.

— Но она была со мной — как она тебе сказала?

— У нас с ней телепатическая связь. Ошхомахо, местный дух горы, говорит, такая связь возникает только у влюблённых, связанных судьбой навеки. И Карина уже распланировала нашу свадьбу, не спросив даже меня с мамой.

Надежда умерла, не успев родиться. Ладно, союзников не выбирают — работаем с тем, что имеем.

— Так, Федька, идёшь со своей мамой в паре. Идём в классической связке: оборотень — химера. Мы с Кариной — основная связка, прикрываем вас. Если что‑то пойдёт не так — по моему сигналу. А до этого, что бы ни происходило и какие звуки вы ни услышали, вы не вмешиваетесь.

— Это похоже на учения, а не на миссию.

Я посмотрел на Федьку, показывая, что его комментарии сейчас неуместны. После этого он пошёл с Дашей позади нас.

— Каков план, дядя Саша? — спросила Карина, выпучив свои наивные глазки.

— Надо бы тебе пороху понюхать, а то с тобой беды не дождёшься. Ты будешь в авангарде — все кикиморы на тебе, я пока буду искать припасы.

— Но мы же в паре! Вы хотите меня одну против них оставить?

— Да, солнышко. Ситуация патовая: оказалось, что кикиморы — две группы, и Федька с Дашей там не смогут помочь.

— Я что‑то не уверена в вашей честности, дядя… А если я…

Я блокировал их телепатическую связь блокиратором — это амулет, который блокирует любые телепатические связи в радиусе пятидесяти метров.

— Карина, не обижай меня своим недоверием. Ты видела, что Залина сделала с Шэт Лином? — Она кивнула головой. — А знаешь такую пословицу: муж и жена — одна сатана? Хочешь увидеть мой гнев?

— Хорошо, но я просто хотела напомнить, что блокираторы не работают на телепатическую связь, благословлённую духами горы. У вас с Залиной такая же связь — должны бы знать.

«Какая смышлёная козявка! — подумал я. — Ну не могу я представить эту девчонку ученицей Залины. Как с такими наивными глазами она продержалась у неё год? Ладно, она хитрая и умная — не ребёнок. Нужно относиться к ней по‑взрослому».

— Дядя Саша, будете конфетку? — Она издевалась.

— И как ты так легко становишься маленькой девочкой?

— Залина сказала, вам это нравится. И для такого хитрого лиса это будет хорошей зарядкой ума.

— Это она тебя научила этому?

— Вы о чём? Я всегда была такой. — Эта козявка начинала раздражать. — Дядя Саша, первое правило политики: никогда не раскрывай свою маску.

— Первое правило ребёнка: не показывай незнакомым взрослым больше, чем они заслуживают доверия. Это учение Залины. Играть в политику и надевать маски у нас с детства. Но в детстве мы делаем это настолько органично, что взрослые нас недооценивают. И наши самые простые манипуляции иногда оказываются самыми действенными.

— Залина, что ты создала за монстра? Как мне её учить, когда ты её научила своим манипуляциям?

— Но ты сделала ошибку, девочка: ты раскрылась передо мной.

— Это мне мало помешает манипулировать вами. Мне просто не нравится, когда мне лгут.

— Козявка, имей совесть — я твой наставник! Стой… Это же копия того письма, подделанная под меня?

— Да. Только не говорите Шэт Лину. Я хоть и ученица Залины, но мне не нравится лгать — это не мой метод. Я люблю манипулировать через правду. А я не хочу, чтобы дядя Шэт Лин ругался с Залиной.

У меня уже глаз дёргается. Залина, если я выживу в этой войне, у меня с тобой будет серьёзный разговор.

— И спасибо за идею содержания письма — если бы не ваше предположение, я бы не додумалась до этого.

— То есть ты всё это придумала в момент нашей перепалки?

Она по‑детски кивнула.

Я набрал воздуха — мне нужно успокоиться. За тысячу лет меня никто так не выводил из себя, как эта девчонка.

— Ладно, Карина, пусть будет по‑твоему. Скоро на этот город обрушится страшная война, и мне нужно, чтобы самое мощное наше оружие нам помогло. Ты — великолепная манипуляторша, но мне нужно, чтобы ты стала ещё и военной мощью. Ульяна одна могла сражаться с Петром на равных. Я понимаю: мы с Залиной на тебя многое возлагаем. Но ты сама понимаешь — ты лучшее оружие Шэтленда. Против твоего лома нет приёма. Если ты полностью освоишь свою магию, ты станешь тем, кто диктует правила игры.

— А ты хорош, наставник, — быстро нашёл ко мне подход. Но главное — я буду с Федькой, которому от меня не сбежать.

Я не знаю, посочувствовать Федьке или поздравить — но она намертво в него вцепилась. У меня даже мурашки по коже от её детской улыбки.

— Кстати, я надеюсь, ты не угрожала горному духу, когда говорила про вашу судьбу?

— Наставник, вы меня переоцениваете. Я просто пообещала, что месяц не буду к нему захаживать — и он мигом согласился.

Даже великие духи перед ней бессильны. Залина, что ты наделала? Она — твоя светлая копия, которая ещё не видела тяжести потерь. В будущем она или погубит империю, или возвысит её.

В течение двадцати минут мы нашли следы повозок, замаскированных магией кикимор. Судя по магическому следу — изумрудного уровня. Но у меня уже нарвский уровень платины: на меня такое не действует. Теперь нужно, чтобы Карина сама взяла след.

Когда я посмотрел в её сторону, я обомлел: я увидел маленьких мошек Ульяны, которых она копировала для разведки. Никто не мог отследить магический след. Глава тайной канцелярии рвал на себе волосы, мучаясь вопросом: откуда Шэтленд берёт информацию? Обвиняли даже меня, когда я ещё был канцлером России.

— Откуда у тебя эта магия?

— Вычитала из книги заклинаний, которую подарила Залина.

— А ну‑ка покажи книгу.

— Не отдам! Это первый подарок, который мне сделали, — он дороже всего. Я всё детство обучалась у Залины, и мне даже не разрешали нормально играть с ребятами. А это первый подарок Залины, после которого она стала добрее ко мне. Я не отдам.

— Я тебе его сразу верну — только одним глазком посмотреть.

— Не отдам. Этот дорогой подарок… Залина как будто душу оторвала, когда дарила его. Не отдам.

— Хорошо, я посмотрю из твоих рук.

Она отошла от меня на два метра и достала книгу. Это был дневник Ульяны — с розовыми зайчиками и её корявым почерком. На обложке было написано: «Улька». У неё был каллиграфический почерк, и она думала, что, если коряво писать важную информацию, так она её зашифрует.

У меня от воспоминаний навернулись слёзы. Чёрт, только не перед ней! Я еле оторвал взгляд от дневника Ульяны и отошёл за дерево. Я думал, за тысячу лет у меня и слёз не осталось.

Карина окликнула меня сзади:

— Дядя Саша, это была та Ульяна, о которой мы говорили утром? — Она всё поняла по моему взгляду, и глупо было что‑то отрицать.

Она продолжала:

— Залина однажды повела меня к одной разрушенной избушке. Там произошёл взрыв, и избушка была в плачевном состоянии. Уцелел лишь сундук с магической защитой. Там было письмо под названием «Лисёнок». После прочтения Залина передала его мне и сказала: «Отдай нужному человеку, когда придёт время. Ты узнаешь этого человека». — Она передала мне письмо.

«Если ты читаешь это письмо, лисёнок… Тут мокрые отпечатки — кажется, она плакала, когда это писала. Конечно, ты его не прочтёшь: ты погиб у меня на руках, пытаясь меня успокоить. Кого ты думал обмануть своей ложью, что идёшь к Жене с дочкой? Они не погибли, а навеки золочёные с Виямом. Я только недавно узнала суть их последнего заклинания. Я нашла это у тебя на рабочем столе. Если бы ты мне сказал, мы бы вместе нашли решение. Вы — дорогие для меня люди после Хадиса, которые приняли меня в семью. Знай, лисёнок: я спасу Залинку. И если ты каким‑то чудом окажешься жив, моя переродившаяся душа будет мучиться навеки. С любовью, твоя Улька. Надеюсь, ты всё же выжил».

На последних строках она начала рыдать — отметины говорят об этом.

Карина не могла подделать это письмо: она не знала столько подробностей и моего старого прозвища — «лисёнок».

— Дядя Саша, похоже, в письме говорится обо мне. Я должна вас мучить? Я могу продолжить в старом темпе, или вы любите пожёстче? — Карина смотрит на меня практически детским взглядом, и я начинаю громко смеяться сквозь слёзы.

На мой громкий смех сбежались кикиморы.

— Дядя Саша, я понимаю, сейчас вам нелегко, но, может, вы всё‑таки примете оборонительную стойку?

Я отсмеялся:

— Картинка, ты просто нечто! Ты психологический монстр — пора становиться магическим! — Сказав это, я использовал обмен с веткой на вершине дуба.

Когда Карина обернулась в мою сторону, чтобы поспорить со мной, меня уже не было.

Она закричала во всё горло:

— Дядя Саша, я обещаю исполнить угрозу Ульяны, когда выберусь отсюда!

— Ты сначала выберись.

Она что‑то достаёт — ожерелье.

— Глупая, они не ведутся на драгоценности.

—Если не собираетесь помогать, то не мешайте.

Чёрт! Это кольцо, которое я подарил Ульяне. Там хранятся сотни заклинаний, которые она скопировала. После смерти старика Севрюга, личного мастера Морского царя, никто не смог повторить это чудо магической архитектуры. За спасение сына Морского царя я попросил подарок для Ульки, и этот старик мастерил его три месяца.

Когда она надела кольцо, её глаза окрасились алым цветом, а меня чуть не сдуло волной магической энергии от активации кольца.

В руке Карины оказались два кинжала адамантового уровня — клинки, на которые она смотрела на витрине Ломоносовых, пуская слюнки. Я даже хотел их подарить ей на день рождения.

Так эта козявка не просто любовалась — она изучала строение кинжала для копирования. На меня люди смотрели как на изверга, который не хотел купить ей любимую игрушку.

Она бросает один из кинжалов в кикимору, но та уворачивается. Когда я подумал: «Минус кинжал», — она использовала мой обмен: в мгновение ока появилась перед кикиморой и пронзила её вторым кинжалом.

Я и забыл, что, когда отдавал кольцо Ульяне, то позволил скопировать свою технику обмена. Но всё равно ей надо учиться: в кольце есть структура этой техники. Чтобы его использовать, нужно разобрать её на составляющие и снова собрать, чтобы полностью узнать природу магии.

Если она это сделала в свои шестнадцать лет без помощи, то она гений. Хотя Улька обладала фотографической памятью, и ей было проще с этой магией, а Карине приходится вникать в суть каждой техники, проводя бесчисленное количество времени.

Я помню, как Карина плакала, не понимая структуры магии, хотя я пытался ей разжевать всё как можно детальнее. Эти бессонные ночи, слёзы, всхлипы — так продолжалось пять лет.

Тогда первые десять лет её жизни она провела с Залиной, и я только сейчас узнаю, что та была настоящим монстром. Я тогда занимался обучением Семёна, и у нас всё шло прекрасно, пока Залина не потребовала поменяться внуками. Жизнь превратилась вот в это…

Другие кикиморы пошли в бой. Они выплёвывают тёмные шары, которые взрываются при их крике. Когда тёмная жидкость попадает на противника, он сразу вязнет — и, не имея шанса на сопротивление, идёт на корм кикиморам. Это самое страшное: ты остаёшься в сознании, пока тебя полностью не поглотят.

Карина снова использует обмен с одной из кикимор, которая попадает в ловушку, которую они заранее приготовили. Теперь она ищет, с чем можно обменяться вблизи кикимор, запутывая их и одновременно ставя огненные бомбы — один из моих навыков. «Почему она пользуется только моей магией?» — пронеслось у меня в голове.

Когда она закончила свой прыжок, произошёл сильнейший взрыв. Но Карина не расслаблялась: из пламени вышел главарь, который заранее разбросал чёрные шары, и оглушительно крикнул:

— Умно для химеры‑зайца! Это вдвойне больно, и среагировать в такой ситуации вдвойне сложнее.

Это было правдой: Карина была вся в чёрной жиже, не имея возможности пошевелиться. Очередной обмен уже не поможет — магия ограничена тёмной жижей, далеко телепортироваться не получится. Использовать огненную бомбу слишком рискованно — она сама подорвётся.

А кикимора, хоть и ранена, всё равно медленно, но верно приближается к ней.

— Дядя Саша, помогите!!! — Но в ответ лишь молчание. — Пожалуйста, вы знаете все мои боевые заклинания — они все нацелены на массовое уничтожение, я сама пострадаю!

Когда я не ответил, то почувствовал приближение двух сильных магов — это были Фёдор и Даша.

— Каришка, они тебе не помогут, так как будут сражаться со мной. Выбирайся сама, — произнёс я.

— Нет, дядя, прошу!!!

— Извини, я слишком долго щадила тебя. Нужно становиться сильнее.

Я мгновенно оказываюсь на пути Фёдора и Даши:

— Куда собрались? Я, кажется, не подавал знака к действию.

— Вы сошли с ума! Её надо спасти! — кричал Фёдор. — Отойдите по‑хорошему, или будет по‑плохому.

— Для этого я и позвал вас двоих. Мне нужно оценить ваши силы — мы уже десять лет ни с кем не воевали.

Даша сжимала кулаки: ей явно не нравились мои методы, хотя она отлично с ними знакома — ведь была в той же ситуации, что и Карина.

Начал моросить дождь. Магия Даши поистине ужаснее: через десять‑пятнадцать минут начнётся сильнейший буран. Этому она научилась точно в такой же ситуации, что и Карина, правда, тогда она сломала практически все кости на своём теле из‑за перенапряжения — и мне пришлось оправдываться перед Петром. Тогда мы с ним схлестнулись не на шутку, мне даже стало страшно за свой зимний дворец.

Фёдор начал с водных стрел. Обмен с близлежащим камнем — камень летит к Фёдору, удар под дых и пятидесятиметровый полёт.

— Не отключайся там так быстро! Нам с вами долго нужно отрабатывать старые навыки.

— Вы тогда не отвлекались, как сейчас, у вас не было помех. Пожалуйста, проверьте нас после того, как она будет в безопасности.

— Нет, после её нужно будет лечить в срочном порядке: ведь чёрная жижа через некоторое время начинает разъедать кожу.

Послышались крики со стороны Карины:

— Уже началось! Я ещё чувствую присутствие кикиморы, так что у нас есть ещё время. Начинай!

Когда мы с Дашей хотели начать бой, произошёл мощнейший взрыв, от которого Даша отлетела вслед за своим сыном.

Я же, использовав обмен, вернулся на аллею, где была Карина: обожжённая кожа и отсутствие левой руки. В таком виде я встретил Карину. Во второй руке она держала голову кикиморы, которая откусила руку. Взгляд холодной убийцы смотрел на меня. Она проковыляла ко мне и посмотрела прямо в глаза:

— Вы хотели увидеть этот взгляд? Надеюсь, вы довольны результатом?

Когда появились ребята, её взгляд снова меняется — на детский, а голос — от угрожающего и холодного на уставшее громыхание. Кажется, я только что нажил себе очень страшного врага, и самое ироничное, что я его и создал.

Пока Даша восстанавливала руку Карине, Фёдор хотел на меня напасть, но его остановила Карина:

— Федя, стой! — Голос обрёл металл, что сразу остудил голову мальца. — Это необходимая часть обучения. Когда ты будешь готов, ты тоже через это пройдёшь.

Фёдор был в шоке от изменений Карины, а Даша лишь с молчаливым пониманием продолжила восстанавливать руку.

После того как мы закончили лечение Карины, мы нашли потерянный обоз. При полном осмотре я нашёл амулет, привлекающий кикимор, и остатки людей, которые перевозили груз. Что ж, это дело набирает всё более интересные обороты: ведь я нашёл остаточную силу упыря в амулете.

Даша подошла ко мне:

— Я чувствую знакомую энергию.

— Думаешь, это дело рук Петра или Екатерины?

— Думаю, это папа. Это в его стиле. Екатерина действует тоньше и хитрее.

— Согласен. Что с Кариной?

— Руку восстановила, кожа восстановится в течение двух дней. Неужели до сих пор нужны эти методы для обучения? Мир давно изменился, войн стало намного меньше, я не вижу в этом необходимости.

— Тысячи лет назад на нас напал Египетский Халифат. В тот злополучный период мы с Залиной сражались с Вием и не смогли присутствовать при обороне. Тогда из семи членов нашей семьи в живых осталось только двое: я и Ульяна. Это потери нашей семьи: город потерял половину населения. Ещё четверть — тяжело ранены и балансируют на грани жизни и смерти. Сейчас с нами Алисы и пять сильнейших магов того времени, которые сдерживали египетских богов. У нас не хватает кадров, и мы должны просить помощи у Москвы. И даже с ними я не уверен, что мы победим в этот раз. Теперь, надеюсь, ты понимаешь уровень угрозы.

По движению заячьих ушей Карины я понял, что она услышала весь разговор, и на минуту я увидел страх в её лице. Не то чтобы я хотел, чтобы она услышала…

После того как мы вернулись, Фёдор и Даша пошли отчитываться Шэт Лину, а мы с Кариной пошли домой. Когда я закрыл входную дверь, Карина обняла меня: