Измена. Жена на подмену

Глава 4: Не ищи меня.

Ярослав

— Илья, пробей, пожалуйста, номер Алины. Нужно найти эту сумасшедшую. Срочно.

— Хорошо, Ярослав Владимирович. Будет сделано.

— Спасибо. Жду тебя у себя в кабинете.

Я отключаюсь и ухожу, наконец, из этого чужого офиса, что приютил мою холодную ярость и стал свидетелем семейных разборок.

Надо продумать стратегию поведения и…

Стоп.

Я даже замираю среди пустого коридора, как громом пораженный.

Мне не нужно готовить никакой стратегии поведения. И речи тоже.

Не я же теперь директор. А Олег.

Улыбка сама по себе расползается на моем лице.

Мне. Не. Нужно. Никак. Реагировать.

Я могу полностью посвятить себя своей дражайшей жене и разобраться, наконец, с ней. Ведь раньше у меня на нее практически не было времени. А теперь…

О-о-о… Теперь у меня оно появилось. Спасибо отцу.

Черт. Да у меня же внеплановый отпуск, считай!

Я последний раз нормально отдыхал наверно лет пять назад, на свое тридцатилетие…

А дальше только и делал, что работал. А отец еще удивлялся, что я холостой. Да когда мне отношения строить, когда у меня каждый день посвящен компании и благополучию счетов Гросс?

Но теперь у меня есть возможность посвятить это время себе и своей благоверной!

Я чувствую такое воодушевление, что, кажется, будто меня сейчас поднимет над землей и унесет в космос. Поэтому я звоню Илье и отменяю последний приказ. Говорю ему, чтоб ехал в ближайший бар. Теперь не обязательно официоз разводить.

Еду туда сам, чувствуя, как впервые за долгое время, с меня приподняли ношу весом с гору. Не то чтобы мне не нравилось руководить компанией, но это была отцовская компания, и я ей руководил по воле долга перед семьей, как наследник, как старший сын, на которого отец «возлагал большие надежды», а не по своей воле.

Меня же самого он никогда не спрашивал — хочу я или не хочу это делать.

И Алина была единственная, кто спросила меня однажды:

«А сам ты хочешь там работать? Если не хочешь, не работай. Ты же можешь себе это позволить»

Я помню, как впал в ступор тогда. Потому что я совершенно точно не хотел, я это понимал, но продолжал делать из чувства долга. А она заметила это…

Единственная заметила.

Я паркуюсь, задумчиво перекладывая мысли в голове то так, то эдак. Ладно. Я ей объясню свой косяк и верну домой.

Женщина моя? Моя. Будет она еще сваливать от меня на людях.

Кто еще тут оскорбленный. Это моя голая задница была засвечена на несколько сотен человек. А завтра вообще станет достоянием тысяч. Но я же не ною.

Вообще, это меня сделали крайним. А прощения просить, как всегда, именно мне…

Подумаешь, с бабой покувыркался. Когда это было?

Вылезаю из машины, иду в бар, сажусь за стойку, влезаю в свои мысли, пытаясь себя как-то реабилитировать в своих глазах и толком не могу.

А что тут исправишь?

Накосячил, да. Точнее, это так выглядит. Кто-то ведь подсуетился. Узнать бы кто…

И узна́ю. Пфф… тоже мне проблема. Я не я, если не расшибусь и не выясню это.

Пока я вливаю в себя дорогущий вискарь, перебираю в голове людей, которые могли бы точить на меня зуб. А еще мотивы такого поступка…

Кто, черт?

Кто этот черт?

Логичнее всего предположить, что это Олег. Самое очевидное событие. Меня сняли с должности, его назначили.

И это был бы самый простой и верный ответ, если б не одно «но».

Я знаю своего брата. И он сам никогда туда не стремился. Этот оболтус только и, может, что облегчать семейный бюджет в клубах. Разбрасывается пачками денег на бухло, тачки и эскорт.

И если б он действительно хотел взять на себя ответственность, он бы этим уже занялся. Но он не тот, кто любит ответственность брать, он тот, кто ее обожает спихивать на других.

Так что нет… Олег — весьма очевидный вариант, и поэтому я его отметаю именно как самый очевидный. Возможно, его хотят как раз подставить.

Кто еще?

Алина.

Да, она тоже весьма очевидный вариант. Злая жена решила отомстить мужу-изменщику и опозорила его…

Тем более что это в ее духе. Она же уже начала ту речь не так, как я ей сказал это сделать. Так что эту выходку с фотками можно было бы приписать ей, если б я не видел ее лица.

Перекошенное от боли.

Мне и самому тогда стало больно… Еще бы. Моя задница на всеобщем обозрении…

Я бы, может, и рассказал ей о той девчонке, но в личной беседе, а не на презентации.

Так что нет… Это точно не Алина. Она бы тоже не стала выносить это на всеобщее обозрение. Я уже понял о ней то, что она не особо любит публичность…

Что странно. Мне Илья описывал ее как совершенно другого человека… Она сумела меня удивить.

— Вечер добрый, Ярослав Владимирович.

— С какой стороны посмотреть, Илья, — я хмыкаю, отпивая из бокала. — Удалось что-то отыскать?

— К сожалению, локация номера больше не пробивается. Симку, скорее всего, вытащила из телефона.

— Какая хитрая дама… — вздыхаю, невольно растянув улыбку. Не зря она мне понравилась. — Ладно. Ищи по старинке. Она должна была попасть на камеры. Я еще подключу тебе в помощь своих… — мой телефон звонит, и я отвлекаюсь. — Извини. Подожди-ка.

Какой-то неизвестный номер…

Так…

— Гросс. Слушаю.

— Дорогой, привет, — ее голос какой-то странный. Вроде Алина, а вроде и нет. — Прости, я не готова сейчас к разговору. Мне нужно время все это пережить, поэтому не ищи меня. Я скоро вернусь, и мы все обсудим.

___________________________________________________

"Дорогой"

Глава 5: Как я в это впуталась?

— Либо возвращаешься, либо хрен тебе, а не деньги, — голос Михаила режет меня без ножа.

Вот же шантажист чертов!

Тоже мне…

Нельзя шантажировать того, у кого ничего нет.

Точнее. У меня навалом того, что более ценно, чем бабки. Да, денег у меня немного.

Я живу на грани нищеты всю свою жизнь. Мне не привыкать. Выкручивалась раньше, выкручусь и сейчас.

Он думает, что держит меня на крючке, но…

Нет.

— Окей, — я коротко откликаюсь, даже не желая его послать куда подальше.

Просто сбрасываю звонок и выключаю телефон. Вынимаю симку, ломаю ее и смываю в унитаз. Сажусь на него сверху и застываю в позе Мыслителя памятником самой себе.

Как я в это впуталась?

Ха.

Очень даже просто.

Такого в моей жизни навалом.

Когда ты живешь в режиме постоянного решения проблем своей семьи, играя роль мамы, сестры, отца, медсестры, ремонтника, добытчика, учительницы, няньки, соседки, подруги, доктора и прочих, вляпаться в какую-нибудь историю не составляет большого труда.

Я же всегда играла чьи-то роли, надевала маски.

Это моя работа так-то. Я аниматор (а еще официантка, уборщица, библиотекарь и бариста иногда, в основном по воскресеньям). Играть я умею, а без образования - это одна из немногих работ, доступная мне. С зарплатой более менее позволяющей сводить концы с концами.

Кручусь, как умею…

Я как-то отстраненно погружаюсь в воспоминания. С чего все началось?

Да с обычного декабрьского вечера, как сегодня. Только предложение о работе в этот раз отличалось.

— Наконец-то… — устало пробормотала, вываливаясь из душного помещения банкетного зала на пронизывающий декабрьский мороз.

Я устала, но все равно живенько перебирала ногами, потому что морозец кусал. В одной руке у меня было несколько пакетов сразу с реквизитом для детского праздника, в другой руке — голова…

Не моя, конечно. Медвежья.

Здоровая такая, поролоновая, воняющая изнутри кислым потом. Потому что после Артура она всегда так воняла. Он ее никак не стирал и не чистил.

Фу.

Меня передернуло…

Я почувствовала, как и сама вспотела внутри этого громоздкого костюма. Майка липла к спине.

Работа аниматором на чужом дне рождении, соединенным с тематикой Нового года… то еще испытание.

Я запихнула в маленькую оку белого цвета со ржавчиной на капоте голову медведя, пакеты и следом тяжело вздохнула. Потому что следом нужно теперь было запихнуть себя. Я вспомнила, как я упаковывала себя в эту консервную банку днем.

Но эта консервная банка моя родная, поэтому я ласково погладила ее холодную крышу и уже занесла ногу, чтобы всунуть ее в машину, как меня окликнул глубокий низкий голос.

— Наконец-то. Я думал, весь бензин сожгу, пока тебя дождусь.

Я вздрогнула, чуть не поскользнувшись, обернулась.

Со стороны серого седана ко мне подошел мужчина, смутно знакомый мне. Где я могла видеть его? Может, старый клиент?

Я прищурилась, пытаясь рассмотреть его. Он был высокий, широкоплечий, но сутуловатый и с небольшим пузиком, которое он умело замаскировал дорогим костюмом и теплым пальто.

Его орлиный нос и кудрявые темные волосы реально мне кого-то напоминали…

Он выкинул недокуренную сигарету и окинул меня оценивающим взглядом. Таким, как и все «денежные мешки», привыкшие получать все, что захотят. Только от этого веяло еще и чем-то опасным.

— Чего надо? — не совсем вежливо отозвалась я. Он ведь также начал, поэтому и я церемониться не собиралась.

Так-то я вежливая, если и ко мне вежливо.

Мужчина усмехнулся.

— Резвая какая. Ну-ка, поди сюда, поговорим.

— Здесь говорите. Я никуда не пойду. Мне еще один праздник отплясать надо. Давайте быстрее. Хотите заказать аниматора?

— Можно и так сказать.

— Я могу вам дать визитку агентства, в котором работаю. Там вам согласуют все, что нужно. Сейчас я занята. Кого сыграть-то надо?

— Жену.

Я озадаченно царапаю бровь.

— Чего?

— А вообще, дочь мою сыграть надо, — я вконец теряю суть, так ее и не уловив. — Ладно, вижу, что не признала. Давно не виделись, понимаю. Я отец твой. Помнишь такого? Михаил Муратович Киньшев. Привет, — и он так ручкой мне взмахнул, как будто невзначай.

Мое сердце бултыхнулось, вяленько отреагировав на его слова. Я слишком устала, чтобы реагировать на подобные заявления.

Ну, подумаешь, отец.

Этот хотя бы опрятный.

Дома же ждал помятый алкаш — вариантик похуже, но зато уже привычный и родной. А этот еще неизвестно кто такой. Может, врет все.

— И чего тебе надо?

Я уже поняла, что он не просто так ко мне заявился. Вряд ли отцовские чувства взыграли и он решил найти свою потерянную дочурку.

Он вздернул брови, удивляясь, но тут же взял себя в руки. На лице появилась улыбка.

— Давай сходим в ресторан, поужинаем, и я тебе все объясню толком.

— Я тороплюсь. У меня работа.

— Я заплачу.

— Это уже оплаченная работа. Меня там ждут.

— Двойне оплачу.

Я оглядываю себя.

— У меня вид непрезентабельный. Четверная оплата и тогда поеду.

Мужчина, назвавшийся моим отцом, расплылся в довольной улыбке.

— Вот это я понимаю деловой подход. Сразу видно породу Киньшевых.

Я закатываю глаза.

— Деньги на карту. Вперед.

И он действительно перевел мне деньги. Тут же достал телефон, я продиктовала ему номер, и он скинул мне четверной оклад за пропущенный праздник.

Я позвонила подруге, с которой мы нередко меняемся, и попросила в очередной раз поменяться, не подставлять же детишек, что ждут на праздник мишку.

Только заехала, костюм подруге отдала, и же через час мы сидели в ресторане. Я с жадностью поедала стейк, который без зазрения совести заказала за его счет.

Есть возможность — пользуюсь.

Это мое правило… Дают — бери. Не дают? Отбери.

— Ну, и что тебе нужно? Давай рассказывай, папуля.

— Да ладно, ладно, давай без этого. Я не рассчитываю на дочернюю любовь, — я хмыкаю, молча продолжая жевать. — У меня к тебе деловое предложение. Поэтому и нашел тебя. Послушай внимательно и отнесись с пониманием.

— Послушать — без проблем. Ты за это заплатил. Второе не обещаю.

— Мне нужно, чтобы ты сыграла мою дочь.

— Я и так твоя дочь. Ну, если верить твоей сказочке.

— Это не сказочка. У тебя же стоит в паспорте отчество Михайловна?

— У меня стоит Александровна.

Это заявление его удивило.

— Почему? Твоя мать же мое оставляла…

— Я когда паспорт получала, поменяла на Александровну. Ты же бросил меня, так что ты мне не отец, — жму плечами. — Но ты рассказывай. Что дальше? Дочь сыграть твою? Что еще? Зачем? Больше информации.

Он немного молчит, отпивает кофе из чашки.

— Так, лады. Я понял, — он кивает сам себе. — Я занимаюсь определенным бизнесом, который… — он качает головой, — ну, не совсем легальный. И хочу сделать его легальным. А еще хочу побрататься с одним крутым бизнесменом и войти в высшую лигу. Он мне легализацию, я ему связи. Обмен выгодный. И чтоб все было чики-пики, мы договорились о браке между нашими детьми. У него как раз два сына холостые. Вот старшего Владимир и хочет женить. Владимир — это тот бизнесмен.

— Угу, — киваю. — Поняла.

— Для меня — лайковый вариант выйти на новый уровень. Для тебя — шанс на лучшую жизнь, так я считаю.

Я смотрю на него внимательно, жуя нежнейшее мясо. Я такое пробовала только один раз в жизни. Как-то на новогоднем корпоративе в крупной компании удалось поесть порцию, которая была лишней.

— Еще плюсы будут?

— А тебе мало? Деньги, положение, лучшее будущее.

— Слишком радужно.

Он усмехается.

— А ты не промах.

Я не отреагировала на его сомнительный комплимент.

— Так что, какие минусы?

— Ну, тебе придется поменять отчество, — он усмехнулся, глядя мне в глаза. Только сейчас поняла, что глаза у нас похожи. Может случиться так, что он реально мой отец… — И имя. И фамилию…

— Еще чего! — я фыркаю.

— Да не ссы. Я дам тебе новые документы. Старый паспорт можешь припрятать. Доки делаю, и ты занимаешь место моей дочери, выходишь замуж за Ярослава, становишься его женой. Без развода… — ага, вот и минус. — потому что этот брак будет своего рода скреплением «дружбы» между мной и Владимиром.

— Ага, значит, ты ему пообещал брак с дочкой, а дочки-то и нет. И тебе тут надо, чтоб у тебя была дочка?

Михаил улыбается как-то странно. Ласково смотрит, словно на маленькую наивную девочку.

Так. Мне это не нравится.

— Дочка как раз есть. Просто она не подходит под эту роль.

И вот тут я реально удивилась.

— Чего-о?

— Так Алина же. А ты разве не знала о ней?

________________________________________________________________________

Ягодки мои, в нашем литмобе вышла еще одна новинка. Заглядывайте на огонёк))

Приятного чтения ❤️

https://litnet.com/shrt/4tRS

В рамках литмоба "Красная нить судьбы"

Глава 6: Адская сделка.

— Дочка как раз есть. Просто она не подходит под эту роль.

— Чего-о?

— Так Алина же. Ты разве не знала? Близняшка твоя.

Я перестала жевать, едва не поперхнувшись.

— Что? — уже менее вежливо переспрашиваю. — Какая, к черту, близняшка?

— Обычная. Родная, — я всматривалась в его глаза, пытаясь увидеть проблеск лжи, но не находила…

Меня редко можно застать врасплох, но ему это удалось…

Я даже не знаю, что сказать и как отреагировать.

Пока я сидела и не могла раздышаться толком, он достал телефон, что-то там нашел и протянул мне.

Я приняла его и всмотрелась в экран, с которого на меня смотрела… Я.

— Слушай, вы с ней как две капли воды. Почти. Если целенаправленно не искать различия, то и не поймешь подвоха. Волосы подстрижешь и все.

— Ну, сейчас ага, — я хоть и ошарашена, но не собираюсь тут же терять контроль. — Бегу и тапочки теряю. Пусть наращивает сама.

Она реально похожа на меня. Как будто я…

Я бы даже предположила, что это меня сфотографировали, если б не мелкие отличия. Она улыбается чуть по-другому, и я никогда не одевалась в такие вещи.

Она на этой фотографии в дорогой одежде… Рубашка, брючки, шпильки…

— Мы тебя приоденем, сводим в салон, прихорошим и тогда совсем никто разницы не заметит. А ее и не заметят, так как не знают о твоем существовании. Даже не подозревают.

— Ну, так и пусть она сама выходит за этого… Как его там? Ярослав? В чем проблема?

— Да не может она, я же говорю.

— Что так?

— Беременна. Узнали поздно. После того как договорились о браке. Обратно не отмотать, посчитают, что я ненадежный, слово не держу, а это уже все… Конец репутации.

И поэтому чтоб ее сохранить, нужно ТАК врать?

Я вскидываю на отца взгляд. А это именно отец, без всяких сомнений. Теперь-то с такими доказательствами. Уверена процентов на девяносто…

— М-да… Это реально задачка не из простых. Я не собиралась замуж, так-то… Да еще и без возможности развестись.

— Не проблема. Точнее, как… Да, беременность — это проблема. Но не для тебя. Это временная проблема для нас. Поэтому ты и нужна.

— Стоп. В смысле «временная проблема»? Ребенок не может быть вре́менной проблемой. Ребенок это навсегда, вообще-то, — хмурюсь возмущенно.

— Алина родит и сможет заменить тебя, а ты станешь свободной.

Я думала, что удивить меня сегодня больше ничего не сможет.

— В смысле? Что за…

— Смотри, — он расставляет локти на столе. — Ты выходишь замуж под именем своей сестры. Вы похожи, это проканает. Ты живешь под ее именем с этим Ярославом, сколько потребуется. Ну, годик-два, не больше. Алина родит, отойдет от родов, приведет себя в форму и заменит тебя. А ты будешь свободна, да еще и при бабках. Это твой счастливый билетик в лучшую жизнь. Ты же устала от нищеты, верно?

Я смотрела на него, пытаясь переварить услышанное.

Это безумие какое-то…

Разочарование от встречи нахлынуло резко, словно на меня ушат холодной воды вылили.

Даже доедать стейк резко перехотелось.

Он предлагал мне обман, который попахивал гнильцой.

— А ребенка она куда денет?

Михаил жмет плечами.

— В приют. Или у меня будет жить. Няньку найму, будет воспитывать. Или отдам в приемную семью. Да мало ли какой вариант можно придумать. Когда родит, тогда придумаем, как от ребенка избавиться. А она тебя сменит. Не в этом же сейчас вопрос стоит.

Я не могу сдержать гримасу отвращения.

«Избавимся от ребенка»?

Это слишком даже для моей прожженной жизни. Это слишком даже по меркам моей матери, которая нарожала шестерых…

Точнее, семерых, получается, если у меня есть близняшка.

Опустим ту информацию, что она родила семерых и свалила в закат… Причин она не объясняла. Просто однажды ушла «за хлебом».

Да, в нашей семейке это была мать, а не отец. Отец хоть и алкашонок, но до сих пор коптит потолок нашего дома.

Но даже моя мать не «избавлялась» от нас. Она не сдала ни одного своего ребенка ни в какой детдом. Тянула до последнего.

Другой вопрос, что она свалила всех на меня, когда исчезла… А потом вернулась и подкинула еще и Андрейку. Но не об этом сейчас.

— Идите вы… Оба. Далеко и надолго, — я поднялась, отодвигая стул со скрипом.

— Подожди, я же еще не озвучил денежные условия.

— Обойдусь, — я пошла к выходу.

— Пять твоих годичных окладов!

Я замерла и обернулась.

Сумма заставила меня обернуться. Я ведь так и жила, хватаясь за любую возможность. Но это была сделка с совестью…

Адская сделка.