Выбор охотника

Глава 2

Портал. Шаг. Чувство падения. Маркус зажмурил глаза.

Это был не первый его переход, но в те разы толпа серых не давила со спины. Он готовился к худшему. Вот сейчас, не успеет он опомниться, как серые схватят его, закуют в цепи, а дальше допрос, пытки. Все по старинке.

Нога уперлась в твердый каменный пол.

— Маркус, — едва слышно позвал Феликс.

Маркус открыл глаза и увидел три серые спины. Слишком близко. Слева, справа, и даже позади тоже сновали серые. Времени на размышления не оставалось, и он указал рукой туда, где было меньше всего воинов.

Местные сосны с тонкими голыми стволами не предоставляли никакого укрытия, а дневной свет не облегчал задачу. Маркус и Феликс крались наугад и всякий раз замирали, когда рядом проходил очередной серый. «Лесные духи на нашей стороне», — повторял Маркус и неустанно благодарил своих покровителей за удачу.

Вот впереди показался глубокий овражек и молодые охотники забрались туда, чтобы перевести дух. Глубоко дыша, Маркус достал из мешочка, привязанного к ремню, компас отца. Направление стрелки сменилось, север в этом мире находился в другой стороне.

— Юго-восток, — прошептал Феликс, заглянув в карту. — Судя по расстоянию, идти еще три часа. Духи! До сих пор не верю, что все обошлось.

— Еще не обошлось.

Выглянув из овражка, Маркус увидел воинов Серебряной луны. Их становилось все больше и больше. К горлу подступил ком. Здесь что-то нечисто. Серых слишком много. Так много, как будто объединилось сразу несколько отрядов, да еще и в полном составе. Никогда в жизни Маркус не видел столько серых, и что-то подсказывало ему, что даже отец не видел.

— Как думаешь, что они здесь делают? — спросил он, внимательно наблюдая за противником.

— Понятия не имею, брат. Я хочу поскорее убраться отсюда.

Пока они ждали, когда откроется путь, Феликс без остановки отламывал куски хлеба и проглатывал, почти не жуя. Маркус тоже с радостью занял бы свои руки и голову, но боялся даже моргнуть. Серые опустили забрала. Они с напряжением осматривались, будто в любую секунду ждали атаки. Маркус так крепко сжал компас, что чуть не сломал его. Кто бы ни был этот таинственный враг серых, лучше с ним не встречаться.

Наконец, когда Феликс доел всю буханку, лес опустел.

— Идем, — скомандовал Маркус.

— Они ушли? — Феликс выглянул из овражка. — Там еще двое!

— Я знаю. Но лучше двое, чем десятеро. За мной.

Какое-то время воины Серебряной луны еще попадались на пути. Все они шли на восток и вскоре полностью пропали из вида. Но ни Маркус, ни Феликс не теряли бдительности. Этот лес был им чужд. Здесь обитали звери, чье поведение оставалось для них загадкой. Отец как-то рассказывал, что их маленький отряд атаковала целая стая рогатых жуков размером с его ладонь. Они разорвали охотникам штаны, растащили припасы и даже умудрились унести меч.

«Следи за окружением», — мысленно повторял Маркус всю дорогу.

Наконец впереди, почти сросшаяся воедино с деревьями, появилась бревенчатая хижина с покосившейся соломенной крышей.

— Хижина Пророка! — обрадовался Феликс и, спустив повязку на подбородок, устремился вперед.

Маркус тоже ускорился. «Может, Пророк знает, что ищут здесь серые? — подумал он. — Он же пророк, в конце концов!»

Феликс нетерпеливо постучал в старую едва держащуюся на проржавевших петлях дверь.

— Сначала отдохнем, а потом о делах, — предупредил он и снова постучал. — Это Рыжий и Жук. Открывайте, мы за вами!

За дверью тишина. Ни скрипа половицы, ни ворчания, ни вдоха. Маркус с опаской осмотрелся, не было ли здесь серых?

Феликс снова постучал. Без ответа.

Нос уловил запахи испорченного мяса и плесени. Переглянувшись с Маркусом, Феликс выломал ногой дверь.

Мерзкий смрад усилился. Перед глазами предстала нелепая куча холстов на деревянной раме в центре помещения. Рядом на табурете догорала масляная лампа. Дневной свет проникал внутрь через маленькое прямоугольное окошко, оголяя на стенах пятна засохшей краски. В углу аккуратно столпились законченные картины. Одинокое лоскутное одеяло валялось на куче сена в окружении облысевших кистей и пустых горшков.

— Пророк? — неуверенно позвал Маркус.

Никто не ответил.

— Хм, может, ушел на охоту? — предположил Феликс.

— Тогда почему не потушил лампу?

— Забыл? Сколько ему лет? Наверняка, с памятью проблемы. Давай для начала осмотримся. Ты здесь, а я у очага. — Феликс прикрыл нос рукой. — Погляжу, что у него так воняет.

Первым делом Маркус решил изучить картины. Черные фигуры со смазанными лицами сражались на них с серыми, бежали по лесу, охотились, ставили палатки, растили детей и погибали. Маркус равнодушно перебирал холсты. Всё одно и то же. Ничего нового, обыденная жизнь охотника, разве это предсказания? И за это Пророка освободили от обязанностей перед кланом?

А там что? Медвежата? Он подошел к противоположной стене. Нет, показалось, простые кучи земли. Маркус хмыкнул. Надо же, какое будущее! Он достал следующую картину и не сдержал смешка. На ней Пророк изобразил охотников, бегущих по городской площади. Несусветная чушь! Даже младенец знает, охотники и на версту не приблизятся к городу. Это слишком опасно. Да и зачем? Наверное, Феликс прав насчет травы. Старик рисует свои фантазии. Да на этих картинах даже лиц нет. Он предсказал, что кто-то погибнет? Кто-то всегда погибает. Обыкновенный шарлатан.

— Маркус! — позвал Феликс со стороны очага.

Маркус собрался было подойти к другу, но руки уже вытащили из стопки следующий холст. Эта работа сразу привлекла его внимание. На ней не было ничего черного. В центре композиции деревенские столпились вокруг человека, одетого в красные и зеленые цвета. Как загипнотизированный Маркус уставился на него, не в силах отвести взгляд.

На груди этот человек носил подвеску с зеленым камнем.

— Маркус? — снова позвал Феликс. — Ты что-то нашел?

Заскрипела половица. Маркус дернулся и спрятал картину в самый конец стопки.

Феликс остановился рядом.

— У очага полно испорченной еды, — доложил он. — Похоже, он ничего не ел. А у тебя что? — Он осмотрел первую в стопке картину. — Это что? Мы в городе? Хах! Старик точно голову потерял. Ты веришь, что он видит наши судьбы?

Маркус замялся с ответом. Как Пророк узнал о его мечтах? Может, простое совпадение? У деревенских наверняка тысячи таких подвесок. Но зачем тогда Пророк нарисовал их? А вдруг это и правда его будущее? Вдали от охотников, в деревне?

На лицо полезла идиотская улыбка, хорошо что Маркус так и не снял повязку с лица.

— Давай еще осмотримся, — предложил он как можно более спокойно. — Пророк не мог просто исчезнуть. Здесь должны быть какие-то следы.

В последний раз бросив взгляд на место, где оставил картину, Маркус последовал за Феликсом ко входу в хижину.

— Гляди! — Феликс остановился у большой кучи в центре комнаты. — Он нарисовал себя.

С трудом Маркус заставил себя отвлечься от мыслей и посмотреть на картину, которую нашел друг. Пророк на ней изобразил себя за работой, но его вид удивлял. Растрепанные волосы, исхудавшее тело, порванная рубаха, едва держащая кисть рука. Как будто он днями напролет только и делал, что рисовал, позабыв обо всем на свете.

— А здесь еще одна такая же! — Из кучи Феликс достал второй холст, почти в точности как первый. — И еще! И еще! Похоже, он и правда накурился. Надо бы посмотреть за домом. Может, у него там целый сад?

— Подожди.

Маркус схватил друга за локоть. То, что он увидел, не сулило ничего хорошего. Под всей этой грудой одинаковых картин торчали синие босые ноги.

— Серые! — воскликнул Феликс. — Серые были здесь!

Предмет за предметом Маркус раскапывал тело Пророка. Пустые рамы, чистые и исписанные холсты, горшки с красками и под конец самодельный мольберт. Пророк лежал под ним с приоткрытым ртом, покрасневшими глазами, сальными седыми волосами и растрепанной бородой. Безэмоциональное, запачканное краской лицо смотрело в потолок, а на животе лежала незаконченная картина. Очередная копия тех, что нашел Феликс.

Осмотрев тело, Маркус не нашел свежих ран, только синяки и старые шрамы.

— Наверное, его убило этой трехногой штукой, — задумался Феликс. — Или он просто помер и упал с табурета? Сердце или… не знаю. От голода? Он же совсем ничего не ел.

— А почему он ничего не ел?

Несколько минут друзья молча разглядывали тело старого охотника.

— Я вот думаю, может, так он предсказал собственную смерть? — негромко высказался Маркус. — Но если он знал, что его ждет, почему ничего не сделал?

— А что он мог сделать?

— Не знаю. Поесть. Оставить какое-то послание.

— Хм… Если честно, меня больше другое волнует. Что нам теперь с ним делать? Не оставлять же его так лежать, он все же наш товарищ, пускай и шарлатан.

Маркус закрыл умершему глаза. Они еще не успели помутнеть. Смерть настигла Пророка недавно. Если бы не серые, возможно, Маркус и Феликс смогли бы спасти ему жизнь. Если ее вообще можно было спасти.

— Похороним его здесь. — Маркус вздохнул. — Мы не пронесем его через портал и серых.

— Старшие не обрадуются… Хорошо. Тогда сделаем это. Надеюсь, здесь где-нибудь завалялась лопата…

Маркус отряхнул руки. Взгляд инстинктивно упал туда, где он спрятал картину с деревенскими. Ее нельзя здесь оставлять. Лучше сжечь и как можно скорее.

— Я тут думаю по поводу картин, — начал он издалека. — Мы же все равно должны доложить о них Волку. Он как-никак во все это верит. Хотя бы в общих чертах. Прежде чем старшие сами придут сюда. Каждая картина и что на ней. Я мог бы заняться этим. Мне не сложно. Сегодня или завтра. Пока ты будешь охотиться.

Феликс прищурился.

— И ты все это запомнишь?

— Нет, я имел в виду… что могу записать.

Секунду Феликс в упор смотрел на друга, а потом разошелся в веселом хохоте.

— Ты еще и писать умеешь?! Почему никогда не говорил?

— Думал, тебе такое не интересно.

Феликс вздохнул.

— Ну если так, то пожалуйста. Может, в этом и правда есть толк. Надо же! Охотник, который умеет писать! Да ты больше на петуха похож. А я думал, уметь читать — твоя самая большая странность.

Маркус пожал плечами. За эти навыки он еще сотню раз сказал бы матери спасибо, если бы была возможность. Она не только научила его чтению и письму, но специально украла для него книгу, чтобы он мог читать ее, когда захочет.

И Маркус перечитывал ее много-много раз. До сих пор. По утрам, когда не было возможности сбежать в лес или понаблюдать за деревней, он доставал из мешка манускрипт со старыми летописями и погружался в историю строительства городов. Феликс всегда смеялся над ним. Разве это интересно? Но Маркусу было. Даже несмотря на то, что он почти наизусть помнил каждый абзац, каждое предложение, каждое слово. Ему нравилось распознавать буквы и слова, складывать из символов смысл.

Он с радостью прочел бы и что-нибудь новое, но это была единственная книга в клане. Охотники не приносили книги с грабежей. А если и приносили, бумага и чернильные буквы сгорали в качестве топлива для костра. На такое было тяжело смотреть.

— Значит решили, — заключил Маркус. — Тогда за дело.

Прошло два дня. Пора было уже возвращаться в лагерь, но Маркуса с Феликсом постоянно преследовали незаконченные дела. То они забыли помолиться духам, то поесть перед дорогой, то вдруг выяснялось, что Маркус неполно описал картины для Волка, а Феликс не положил в свой мешок очередную чашу, хотя сам не знал, зачем она ему. Потом оказывалось, что он набрал слишком много, и, вместо того, чтобы просто выбросить пару последних вещей, ему было необходимо все перебрать. Снова и снова.

Вот и сейчас, перед самым выходом, он внезапно посчитал, что не справится с такой тяжестью и вывалил из мешка все, кроме старого чугунка.

— Честно, не знаю, что еще придумать, чтобы задержаться, — признался он, усевшись на пороге. — Думаешь, серые еще там?

Маркус заходил туда-сюда, приминая редкую лесную траву.

— Если бы я знал, что они там делали, мог бы прикинуть, когда они уйдут. Но у меня даже идей нет. Если бы я только знал, брат.

— Боюсь, наши нас похоронят, если мы скоро не вернемся.

— Уж лучше так, чем по-настоящему.

— И съедят медведя! Я уже полгода не ел медведя!

Маркус вздохнул. Снова столкнуться с полчищем серых он не горел желанием. Еще от первой встречи не отошел. Но делать в этой хижине было совершенно нечего. Вонь так и не отступила. Припасы закончились и приходилось готовить каких-то желтых с трудом жующихся ящериц, единственных существ обитающих неподалеку. К тому же отвратительных на вкус. Ко всему добавлялись бессонные дни. Стена серых продолжала являться Маркусу в кошмарах.

— Тогда давай так, — он решительно посмотрел на друга, — если увидим, что серые еще там — вернемся в хижину. Согласен?

Феликс поднялся и перекинул через плечо мешок с чугунком.

— Если их мало, я готов драться.

— Да помогут нам лесные духи.

В ночном лесу пахло хвоей и шишками, издалека доносилось щелканье ящериц, которое сливалось со стрекотанием то ли птиц, то ли насекомых. Дорога была чиста. За три часа пути не встретилось никого серого. Даже зверька. Это одновременно радовало и пугало. Маркусу казалось, что они с Феликсом остались последними людьми в этом лесу, а может, и во всем мире. Таком пустом и чужом. Что там на опушке леса? Кончается ли он хоть где-то?

Маркус хотел как можно быстрее добраться до портала. Ускориться. Бежать. Но боялся наделать шуму. Он не позволял себе лишних звуков, с Феликсом общался только жестами, они даже карту не доставали. Нужен был только компас Стрелы, который точно указывал путь.

Наконец впереди Маркус увидел каменную арку на ступенчатом возвышении. Пришли.

— Аид говорил, с другой стороны ее закрыли красной тканью, — прошептал он, указав на портал.

— Видимо уже сняли.

— Ты не понял? С этой стороны мы все равно ее не увидим. Из-за преломления.

Феликс нахмурился, а потом закивал.

— Точно! Никак не пойму эти преломления. Пока тихо, давай по-быстрому глянем, что там с другой стороны?

Обогнув портал, они замерли, впившись глазами в скрывающую арочный проход плотную красную ткань. Почти новую. На вид такую теплую. Манящую. Стоит только постирать, и сгодится как одеяло.

Маркус с Феликсом хитро переглянулись.

— Чур мое! — Первее друга Феликс рванул к арке, но шорохи за спиной заставили его остановиться.

Сердце застучало, словно град по каменным дорогам. Только не серые! Лучше медведь или местный монстр, недобрый лесной дух, даже восставший из мертвых Пророк! Злой на то, что его похоронили в чужом мире. Но не отряд серых. Пожалуйста, только не они!

Маркус с усилием развернулся.

Стволы сосен. Огонек фонаря. Меч. Шлем. Серое! Маркус чуть было не рухнул спиной на ступеньки, но вовремя заметил, что это была всего лишь стеганка, а не характерный для ордена Серебряной луны латный доспех с накидкой. Нет, серые одевались побогаче. Это явно был кто-то другой.

— Он не один, — прошептал Феликс.

Увидев охотников, два неизвестных воина приготовили к бою клинки. Маркус и Феликс переглянулись. Слова были излишни. Они и так знали, что нужно делать. Годами отработанная тактика, согласованные движения, в бою они почти что читали мысли друг друга.

Три, начал мысленный отсчет Маркус, обнажив лезвие сабли. Феликс бросил на землю мешок с чугунком. Два. Портал прямо за спиной. Они не вернутся в хижину. Один.

В момент Маркус метнулся вправо, а Феликс влево. Сабля столкнулась с вражеским мечом. Тут же подоспело копье. Феликс держался на расстоянии и разил противника сразу после атаки Маркуса.

Вот сабля порезала вражеский рукав. Без крови. Пришлось отступить на шаг. Второй воин мелькнул слева. Феликс хотел пырнуть его копьем, но тот увернулся. Сражались воины не хуже серых. Маркус едва успевал парировать их удары. Они атаковали попеременно, наступали на Маркуса, ловко отбрасывая в сторону спешащее ему на помощь копье.

Наконец Феликс переманил на себя одного из воинов, и Маркус решительнее атаковал второго. Удар, блок, контратака. Сабля проколола стеганку и достигла тела врага, но его меч прошелся Маркусу по правой руке, разорвав черную ткань. Полилась кровь.

Боль придала Маркусу сил. Рядом появился Феликс. Его копье устремилось к врагу. В момент, когда противник отразил атаку, Маркус повторил удар. Получилось. Противник отступил, схватившись за рану. Прохрипел что-то на непонятном языке и, прежде чем копье успело добить его, скрылся за деревьями.

В тот же миг меч второго нацелился Маркусу в грудь, но Феликс вовремя вмешался. Противнику пришлось отступить. Заметив, что остался один, он схватил фонарь и помчался следом за товарищем.

Маркус проводил его взглядом. Пот стекал со лба. Битва продлилась не больше пары минут, но Маркусу казалось будто он только-только закончил двухчасовую тренировку без единого перерыва.

— Ты ранен! — испугался Феликс.

Маркус посмотрел на руку. Кровь все еще шла, но боль утихла.

— Это пустяк…

Феликс покачал головой. Из мешочка первой помощи, крепленного к ремню, он достал отрезок чистой ткани и перевязал другу руку, но этого оказалось недостаточно. Ткань быстро пропиталась кровью. Тогда Феликс взял второй, последний кусок ткани, из мешочка Маркуса и туже перевязал рану.

— Поменьше махай рукой! — скомандовал он. — Тебе нужно срочно к Лисе. Обработать рану.

— Это всего лишь порез.

— Ну да. Всего лишь! Давай, живо в портал!

Позабыв про мешок с чугунком и ткань, скрывающую одну сторону портала, они нырнули под арку и оказались прямо перед тремя серыми, патрулирующими территорию.

— Лесные духи! — вырвалось у Феликса, когда те заметили их. — К старому дубу. Встретимся там!

Не успел Маркус и глазом моргнуть, как Феликс ринулся на серых. Сделал несколько выпадов копьем и на всех парах помчался в противоположном от дуба направлении. Двое серых погнались за ним, а третий… Маркус не стал дожидаться его решения. Придерживая уже пропитавшуюся кровью повязку, он побежал в сторону дуба, главному ориентиру клана в этих краях. Если Феликс сумеет оторваться от преследователей, то даже без компаса найдет туда дорогу.

Споткнувшись, Маркус упал прямо на раненую руку. Боль снова заявила о себе, и кровь пошла с новой силой. Нехорошо, если у дуба Феликс найдет уже мертвого друга. Но чем перевязать рану? Может, воспользоваться повязкой на лицо или оторвать кусок от плаща?

Хруст веток напомнил Маркусу, что он на опасной территории. Нужно спрятаться. Поваленное дерево! Отлично! Он поднялся с земли и пересекся взглядом с появившимся рядом серым.

Рефлекс подтолкнул Маркуса в укрытие, и, только когда сухие ветки больно царапнули лицо, он понял, что это бесполезно. Враг уже заметил его. Драться или бежать? Маркус извлек саблю и вдруг обратил внимание на тишину. Серый не атаковал.

Он что, слепой? Как можно не заметить охотника, который прямо перед твоим носом сиганул за дерево? Маркус выглянул из-за ствола. Узнать, кто перед ним, даже при тусклом свете фонаря оказалось проще простого. Среди серых только один скрывал лицо за маской. Даже когда носил шлем. Это был Нейт. Один из хранителей, которым и подчинялись воины Серебряной луны. Член тайного ордена и совета.

Нейт был старше Маркуса всего на год, но так редко появлялся на поле боя, что охотники почти ничего о нем не знали. Зато они хорошо знали его наставника, Денета. Маркус резко обернулся, боясь, что за спиной вдруг появится старший хранитель. Значит, это именно его воины патрулируют территорию у портала. Вряд ли за пару лет Нейт успел бы обзавестись таким большим войском.

Паршиво. Отряд Денета убил немало охотников. В числе жертв был и отец Маркуса. Аид рассказывал, как Денет лично пронзил его мечом.

Феликс… Хоть бы с Феликсом ничего не случилось!

Шорох рядом заставил Маркуса повернуться к Нейту. У Денета не было сыновей. И никогда не будет, потому что хранителям запрещено иметь семью. Но в ученики они берут еще годовалых детей. За все время даже этот бездушный воин должен был хоть немного привязаться к своему. Убив Нейта, Маркус отомстил бы за отца.

Но Нейт не спешил вступать в схватку. Его длинный меч оставался нетронутым в ножнах. Поставив на землю фонарь, он копался в сумке через плечо. Маркус усмехнулся. Это даже хорошо. Ничего не подозревающий противник — легкая нажива. Скоро Маркус положит его голову под ноги Волка. Точь-в-точь как отец.

Только бы рука не подвела.

Вот серые глаза Нейта посмотрели туда, где прятался Маркус. Тот затаил дыхание. Взгляд на саблю. Сейчас или никогда.

— Этим можно перевязать рану, — негромко произнес Нейт.

Маркус в изумлении уставился на хранителя. Тот постелил на землю платок и положил на него чистый моток хлопковой ткани.

— А этим обработать. — Последовала склянка с коричневой полупрозрачной жидкостью и комочек зеленой кашицы из горшочка.

На всякий случай Маркус несколько раз моргнул, не мерещится ли ему от кровопотери. Но Нейт так и остался на месте, как и лекарства на земле.

Медленно, словно боясь спугнуть лесного зверя, Нейт отступил на несколько шагов и посмотрел на дерево, за которым притаился Маркус. Маркус не двигался. Если это такая ловушка, то он не дурак, не клюнет.

— Я ухожу, — предупредил Нейт и действительно исчез из вида.

Однако Маркус еще долго не вылезал из укрытия, хотя никто больше не появлялся. В округе стояла тишина, нарушаемая только далеким криком хищных птиц.

Чистая ткань и склянка с лекарствами манили к себе. Мокрую, пропитанную кровью повязку необходимо было сменить. Руки чесались воспользоваться дарами. Из последних сил Маркус боролся с собой. «Это всего лишь тряпка, — рассуждал он. — Ничего страшного не случится». Выскочив из-за дерева, он схватил лекарства и умчался к ветвистым кустам, месту более безопасному и надежному. Огляделся и прислушался. Никого.