Серинити. Осколки темной империи

Солнце начинало уже скрываться за горизонт, окрашивая огромный город в причудливые желто-красные цвета. На улицах, уже начали меланхолично ходить фонарщики, зажигая фонари на чугунных столбах, уличные торговцы устало собирали свои лотки с товаром. Понемногу начали появляться ночные патрули стражников в легких латах с алебардами наперевес, негромко переговариваясь между собой. Рассматривая одного из стражников, Серинити в последний момент увидела, что на нее несутся два всадника, лишь благодаря своей нечеловеческой ловкости она успела отскочить в сторону с узкой дороги.

– Никакого уважения к путникам… – покачала головой Серинити и свернула с главной дороги, ведущей в центр, в совсем другой район: район Порока. Достаточно гнусного места по определению, где стража появлялась в самых крайних случаях и обязательно хорошо вооруженная. Однако именно в этом месте можно было найти все: начиная с путан на любой вкус и заканчивая контрабандными артефактами дроу. Именно в этом районе Серинити обожала находить себе жертву. По ее представлению охотится на охотников, было чем-то сродни рока или неизбежности, если угодно. Пройдя до постоялого двора и по совместительству нелегального казино «Веселый утопленник» вампирша не раздумывая, завернула на задний двор: где, как она знала, уже три года стоят огромные пустые бочки из под дешевого вина. Обнаружив, что ничего не изменилось, Серинити двумя прыжками запрыгнула на самую верхнюю бочку и, уцепившись за край крыши, подтянулась. С этого здания район нельзя было полностью осмотреть, но чутким слухом вампира она могла уловить иногда весьма интересные разговоры, или увидеть жертву, возбуждающий в Серинити аппетит. Устроившись поудобнее она стала ждать свой час…

Свой вампирский голод Серинити утолила быстро, даром, что ждать подходящую цель ей пришлось довольно долго: проходящий мимо дворянин неизвестно каким ветром занесенный сюда был не столь осмотрителен, чтобы вырваться из объятий упавшей на него в темном переулке ночной хищницы.

Когда Серинити возвратилась в дом сытая и морально готовая к любым приключениям то увидела, что все гости были уже в сборе. Первой вампиршу заинтересовала женщина лет двадцати восьми с огненно-рыжими волосами, перетянутыми на затылке кожаным шнурком, волевым лицом и со светло-зелеными глазами. Одета она была в потрепанный камзол, обтягивающие лосины и ботфорты. На левой руке у нее был кожаный наруч с наплечником, где красовалась эмблема свободных городов, а от локтя свисали привязанные перья на кожаных шнурках. Зачем они были нужны этой гостье, Серинити могла только предполагать. Рядом с креслом, где она сидела и читала какие-то документы, стоял новенький мушкет. Судя по всему, Кархен несколько покривил душой, когда говорил, что достать такое оружие ему будет крайне сложно.

На диване расположился худощавый молодой мужчина с тонкими ухоженными усиками, черными волосами и весьма смазливым лицом. Этакий вариант поизносившегося дворянина, впрочем, женщинам при дворе такие очень нравятся. Он был одет в кожаную броню черного цвета, кожаные перчатки, которые обычно носят кавалеристы, и ботинки с мягкой подошвой. Рядом с ногами мужчины неряшливо валялся грязный походный плащ, а поверх – кинжалы в ножнах. Поймав взгляд Серинити, он поднялся и шутливо сделал реверанс.

– Миледи, я думал, что кроме Капитана, тут не будет больше представительниц прекрасного. Поэтому я безумно счастлив лицезреть такой чудесный образец женственности как Вы. Позвольте спросить, как Вас зовут, чтобы я мог запомнить, как могут называться столь прекрасные богини.

– Рекомендую успокоить свои разыгравшиеся воображения Ловкач, эта девчушка тебя убьет за несколько секунд. И забудет твое лицо раньше чем твое бездыханное тело упадет на этот достаточно дорогой ковер. – оторвав глаза от бумаг равнодушно заметила Капитан.

Ловкач непонимающе посмотрел на Капитана, вся его шутливость вмиг улетучилась, затем помедлив, он бухнулся обратно на диван и еле заметно улыбнувшись, спросил Серинити

– И могу я поинтересоваться, что может быть опасного в тебе?

– Поинтересоваться можете, но я не уверена, что вы получите ответ прямо сейчас. – Серинити загадочно улыбнулась, скрывая свое вновь пробудившееся раздражение. Этот человек был вором и плутом, и скорее всего одним из лучших, раз ему предложили место в 9 отделе. Таких людей она различала сразу же и старалась с ними не иметь ничего общего: мораль, таких как он, была более чем гибкой, а за кошельком приходилось следить постоянно. Да и в целом такой сорт людей был Серинити противен.

Чуть в стороне, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди, стоял эльф. Правда, выглядел он весьма неординарно для этого народа: около двух метров ростом с хорошо заметными под одеждой рельефными мышцами, белой пышной гривой волос, которая ему доставала до самой поясницы. Его можно было бы назвать красивым, если бы часть лица не было жестоко изуродована, а правый глаз закрывала повязка. Одет он был в кожаную безрукавку, зеленые штаны и кожаные сапоги. Кроме всего прочего на нем был легкий пластинчатый нагрудник, стальные наручи и наголенники, судя по всему, работы его народа. За спиной у него висел двуручный фламберг оружие совершенно не свойственное этой расе, однако вампирша нисколько не сомневалась, что эльф умеет им пользоваться в совершенстве.

В это время как раз в комнату вошел Маркус и продолжил разговор с эльфом, который видимо начал еще до прихода Серинити

– Послушай, Эллионархол, мне совершенно плевать, что ты думаешь про меня или про то, что я вытворял, черт знает сколько времени назад! Ты сейчас на службе у императора. Поэтому будь добр в моем, подчеркиваю, МОЕМ доме вести себя подобающе гостю, а не вести себя диким зверенышем, коими эльфы по своей природе и являются.

Эллионархол захлебнулся от ярости, его правая рука потянулась к рукоятки меча, однако Капитан оказалась быстрее

– Достаточно! – крикнула она, вскакивая с кресла, бросив бумаги и хватаясь за мушкет. Переведя, полный гнева, взгляд на эльфа она прошипела

– Эл, оставь свою ярость на наших врагов. Их будет в изобилии.

Затем повернувшись к хозяину дома, глубоко вздохнула и уже спокойно продолжила

– Маг. Мы постараемся покинуть ваш дом как можно скорее… Проявите немного терпения и уважения к моим людям.

Маркус лишь с раздражением махнул рукой. В гостиной повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь тиканьем настенных часов с маятником. Серинити незаметно переместилась поближе к кинжалам Ловкача: задание заданием, но если эльфу хватит глупости решиться напасть на ее хозяина, то он мгновенно умрет.

– Я могу подождать ответов на свои вопросы – сказал Эл, недобро сверкнув своим глазом на мага, однако руку от меча убрал.

– Если вернешься, то мы поговорим – зловеще улыбнулся маг и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

– Итак, нас кажется не представили друг другу, а старина Кархен сказал что с нами отправится еще один человек. – попытался разрядить обстановку Ловкач, обратившись к Серинити – Полагаю это Вы миледи. И не стоило так подходить к моим кинжалам, не думаю, что вы смогли бы завалить такого здоровяка как Эл… Впрочем давайте представимся друг другу: я Ловкач… просто Ловкач, буду вашими глазами и ушами. Тот здоровяк в углу, которого вы так сверлили глазами, Эллионархол, однако мы все зовем его просто Эл. Доложу вам, своим фламбергом он работает даже лучше, чем вы можете себе представить в самых смелых фантазиях. Что касается той дамы, что сейчас так усиленно собирает обратно свои документы никто иная, как Элизабет Дахо, уроженка восточных равнин, наш командир, колдунья и великая разбивательница моего сердца – при последних словах плут наигранно схватился за сердце. – Обычно мы зовем ее просто Капитан… Ах да, совсем забыл, есть еще гном, который будет нас латать и штопать… Аптекарем зовут. Но, полагаю, Вы уже с ним успели познакомиться. Он вообще то должен был подняться уже, но видимо он решил, что пивной бочонок который он нашел в подвале ему будет лучшей компанией чем мы. А теперь… вроде как вы нас всех знаете… Кто вы?

При последних словах все пять глаз внимательно посмотрели на вампиршу.

– Я? Я Серинити Дарквуд. Мои таланты связаны… с ликвидацией – слова прозвучали несколько напыщенно, с вызовом, но никто не рассмеялся или не стал оспаривать. Капитан кивнула сама себе, уставившись обратно в документы, а вот Эл скрестил руки на груди и, прищурив глаз, тихо сказал

– А еще ты мертвяк, верно?

– В каком смысле? – Ловкач озадаченно посмотрел на Эла.

– В самом прямом. Это вампир. – при этих словах эльф скривился, как от зубной боли – Об этом говорит мой нюх, мои инстинкты, вся моя суть эльфа, что передо мной нежить. И да Ловкач, у меня мало шансов было бы победить ее в честном бою, и ей не обязательно было бы хвататься за кинжалы, если она сыта. А ты ведь сыта вампир?

Серинити лишь плотно сжала губы, но от эльфа взгляд не отвела. А затем сухо, с нарастающим гневом в глазах сказала

– Я дочь Темной Империи, что стояла здесь семьсот лет назад. Я обучена владению мечами, кинжалами, копьями и любыми видами арбалетов. Я ассасин империи, которой уже никогда не будет существовать. Какое тебе дело, эльф, до моей природы?

– Такая старая дочь? Тьфу ты ну ты… А выглядишь моложе. – в комнату вошел гном с кружкой пенящегося пива в руке и бесцеремонно перебил вампиршу – Послушайте старого вояку – сказал Аптекарь и обвел всех присутствующим тяжелым взглядом старого, умудренного годами гнома

– Не важно, что вы испытываете, здесь, в этой комнате, но в места, куда мы отправляемся, мы должны доверять друг другу полностью, так как от этого будет зависеть не только наши жизни. И любой мастер своего дела, нам здорово увеличивает шансы вернуться назад целыми и, возможно даже, невредимыми с выполненным заданием. У кого есть сомнения, претензии или просто испытывает предрассудки пусть решит свой вопрос здесь и сейчас. – гном шумно приложился к своей огромной кружке и пил до тех пор пока не осушил ее полностью. – Фух, так разговорился, аж в горле пересохло.

– Вижу, ни у кого нет вопросов. Отлично. Кархен будет здесь завтра в четыре утра. Рекомендую выспаться. Путь не близок – вставая с дивана и запихивая бумаги за пазуху, Капитан перехватила инициативу разгорающегося конфликта.

Ловкач взглянул на часы и горестно вздохнул: спать оставалось совсем немного.

Как и говорила Капитан, Джерри Кархен прибыл в карете в четыре часа утра. Не здороваясь, он протянул большой сверток Серинити, которая открыла ему дверь, и вошел в дом.

– Вижу, Вы уже в полном облачении, миледи – сказал Кархен, с любопытством рассматривая кожаную броню на Серинити. К удовольствию заместителя начальника 9 отдела вампирша и вправду была хорошо одета: крепкая кожаная броня, с наплечниками усиленными несколькими стальными пластинами, высокие крепкие сапоги и, конечно же, короткие мечи северной ковки на поясе, что немного выглядывали из под тяжелого черного плаща – Мои ребята готовы?

– Капитан уже спускается – услышав характерные шаги, сказала Серинити, с интересом рассматривая сверток прямоугольной формы.

– Отлично. – с серьезным видом кивнул шпион, а затем показав на сверток, пояснил – Там подарок Вам: коробка с двумя двуствольными пистолями. Последняя разработка и возьму на себя смелость заверить Вас, что в них Вы не разочаруетесь.

– Мистер Кархен? – На лестнице стояла Элизабет в полном боевом облачении и с мушкетом на плече. – Мои ребята будут готовы через пять минут. Я их уже разбудила – при последних словах она позволила себе невинную улыбку ребенка: знает, что сделала плохо и что за это ничего не будет. Видимо ей это доставляло удовольствие.

– Пройдемте в гостиную, пока все соберутся, Вы успеете ознакомить нас с планом дальнейших действий – сказав это, Серинити повела Кархена и Капитана в гостиную, где некоторое время назад напряженная обстановка между будущей командой чуть было не вылилась в открытое противостояние. Дождавшись когда все спустились, Кархен вышел в центр комнаты, обвел всех пристальным взглядом и начал свою маленькую речь:

– Итак, буду краток. Полагаю, вы все уже в курсе дела, куда и зачем я вас направляю. Скажу лишь, что вы работаете на императора. И от вас зависит спокойствие империи. Как всегда. Вы давно работаете со мной и знаете, что по пустякам я не погнал бы вас, поэтому я надеюсь на вас и ваши таланты. Собственно все. Провиант и деньги в карете. Кучер свой человек, свое дело он знает. В порту сядете на небольшое торговое судно «Старая русалка». Ваша легенда проста. Вы группа наемников и искателей приключений, только что закончили выполнять задание для одного чванливого имперского дворянина… ну скажем Деметрия Исслоу. – при последних словах Кархен улыбнулся и подмигнул Серинити. На сколько Серинити разбиралась в дворянствах Исслоу был одним из тех дворян который просто обожал сочинять небылицы о своих приключениях и время от времени нанимал искателей приключений, чтобы они нашли какую-нибудь безделицу, которую этот человек называл «великим артефактом», а так же прикреплял небылицу, как он отважно ее добывал. Ну, по крайней мере, он был безвреден. Легенда легко подходила и тяжело проверяема: идеальный и простой вариант.

– Так! Все слышали своего любимого начальника. Схватили вещи и в карету! – прикрикнула на подчиненных Капитан и указала на дверь.

Народ с неохотой, но без лишнего шума начал выходить на улицу. Когда почти все уже вышли, а в доме остались Капитан, Серинити и Кархен, то из своей комнаты на втором этаже в домашнем халате вышел Маркус. Взглянув вниз с лестницы, он сказал негромко

– Берегите себя. И счастливой дороги. Серинити подойди сюда.

Серинити молча подчинилась. Когда она подошла, маг шепнул ей:

– Если ты будешь не уверена, что сможешь удержать шкатулку или тебе просто покажется, что кто-то из людей Кархена хочет забрать артефакт себе… Ну ты поняла меня, да?

На лице вампирши не отразилось ничего. И не подав ни одного знака, развернулась и вышла из дома, догоняя грузившихся в карету соратников. Она поняла.

Для четырех утра уже было достаточно светло, погода обещалась быть достаточно солнечной, однако как только они тронулись небо внезапно заволокли тучи и полил сильный дождь, мгновенно превращая дорогу в грязную кашу. Впрочем, карета ехала уверенно, нигде особо не застревая. Через десять минут они уже выехали за пределы города, в поля, где вскоре начнут свою работу крестьяне.

Серинити усевшаяся между колдуньей с вольных городов и гномом, быстро уснула, совершенно не обращая внимания, как эльф с противоположной стороны сверлит ее глазом, а Ловкач рассказывает гному пошлые анекдоты, украдкой изучая взглядом Серинити, думая, что она этого не замечает. Ей было все равно, что вообще думают о ней эти наемники. Сейчас перед рассветом ей просто хотелось отдохнуть, как требовала ее природа.

Говорят, вампиры не видят снов, но это не правда: сейчас Серинити видела сон о своем прошлом…

1 января 1322 года от Сотворения

«Ну надо же! Забавно…» – таковы были первые мысли мага, когда он практически скатился по разрушенной лестнице вниз и очутился, по его мнению, в скрытой усыпальнице Последнего оплота Темной Империи. Подняв свой посох, для устрашения инкрустированный тринадцатью золотыми черепками, Маркус повелительно шепнул

– Свет!

Из глазниц черепов полился бледно-голубой свет, нехотя озаряя старую полуразрушенную временем комнату: кругом царствовала вековая пыль, на стенах вырезаны различные письмена забытых языков, на полу выщербленная мозаика в виде солнца, а там, где должны были оканчиваться лучики мозаики, полукругом стояло шесть саркофагов покрытые вычурной резьбой. Крышки третьего и пятого саркофагов были выломаны, а шестой был раздавлен куском обвалившегося огромного камня с потолка.

Маркус нахмурился. Запустив руку за пазуху утепленной мантии и вынув какой-то серебреный медальон, маг взглянул на него и вздохнул с облегчением: активных темных тут не было. Несколько раз глубоко вздохнув, мужчина закрыл глаза и сосредоточился на силе медальона. Спустя что-то около минуты, Маркус неуверенно двинулся к четвертому саркофагу и открыл глаза: по ощущению маг мог сказать, что только в этом месте было то, что он искал уже шесть лет.

Стерев пыль, бывший темный маг и демонолог позволил себе расслабиться, любовно рассматривая рисунок на крышке.

– Что ж. Пришло время. Ты меня заставило побегать и я, признаться, уже решил отказаться от этой идеи. Но вот ты тут, отделенное от меня всего одной маленькой каменюшкой. Такое беспомощное и слабое. Но это мы сейчас поправим. Маг вскинул и выкрикнул

– В сторону Аэ-ху-тарафан – В тот же миг сто килограммовая плита как листок бумаги отлетела в ближайшую стенку и разбилась на сотни маленьких кусочков.

Магу предстало почти мумифицированное тело, в истлевшем погребальном одеянии. Впрочем, Маркус практически сразу понял, что эта мумия, когда то была женщиной.

– Ммм, самка, сойдет. Полагаю, ты не сильно расстроишься, если я тебя побеспокою и пробужу к жизни, а? – с улыбкой произнес маг и полез в свою огромную походную сумку, что висела у него за спиной. Оттуда он достал ритуальный кинжал из чистого серебра, малюсенькую коробочку, гадальный хрустальный шар, баночку со спиртом, листок пергамента и кисточку с краской. Вначале, силой воли, Маркус заставил посох висеть в воздухе, освещая небольшое пространство, затем не торопясь, он нанес символ сковывания зла на пергамент, и пока краска подсыхала, раскрыл коробочку и вздохнул

– Знала бы ты, как тяжело было достать кровь детеныша мантикоры. Уйма времени и сил. Я уже молчу, что такой почтенный маг как я, очень резво убегал из пещеры и это в мои-то годы…. Хоть и выгляжу, лет на сорок, мне уже скоро сто шестьдесят два. Эх, ладно, продолжим, говорливым я что-то совсем стал в последнее время.

Маркус положил на грудь мумии пергамент, после чего сразу капнул из флакончика в рот трупа. В тот же момент труп зашевелился. Тело конвульсивно дернулось, мышцы из иссушенных ниточек начали быстро наращиваться, кости приобретали былую прочность, а кожа свой естественный белый цвет. Рот беззвучно открывался, жадно хватая воздух.

Не отвлекаясь на это зрелище, волшебник, полил кинжал спиртом, а затем рассек себе кожу на руке, окропляя клинок своей кровью. Взглянув на уже почти восстановившуюся вампиршу, маг сказал, наклонившись над ней:

– А теперь последний штрих – и вонзил кинжал ей в сердце. Девушка выгнулась и закричала, попыталась схватить мага, но пергамент не давал ей возможности сделать это.

– Как тебя зовут, вампир? – спросил маг, перевязывая свою руку.

– Зачем тебе? – зашипело существо

– Хорошо. Говорить умеем. Разум не потеряли. Неимоверное везение. – маг аж крякнул от удовольствия. – Давай я тебе обрисую ситуацию: я маг… зови меня Маркусом. Так, пожалуй, будет вернее. У тебя есть два выхода с данной неудобной ситуации: или я сейчас ухожу и ищу себе более подходящую… как бы поточнее… помощницу, причем замечу, ты остаешься в таком состоянии. Или… ты соглашаешься на мои условия, и мы решаем вопрос с твоим освобождением иначе. Более гуманно. Выбирай.

– Умеешь предложить выбор. Какие условия? – криво улыбнувшись, сказала вампирша, смотря голодными глазами на мага.

– Условия… Ну скажем так: ты служишь только мне, выполняешь мои желания и прихоти, а взамен… сытая жизнь, ну и в некотором роде новую судьбу? Впрочем, чего я тут рассказываю. Выбор такой или ты служишь мне или остаешься тут съедаемая голодом пока не сойдешь с ума. На мой, разумный, взгляд выбор очевиден – раздраженно кидая коробочки и склянки в свою сумку, сделал предложения Маркус.

– Я… разумна… в выборе. – прошептала Серинити устало закрыв глаза.

Это было первое знакомство с магом, в дальнейшем ставшим ее хозяином. К сожалению Серинити, заключенный договор нельзя было разорвать, предать мага она тоже не могла.

– Эй… проснись, соня! Сколько дрыхнуть можно-то? Слушай она за всю нашу поездку хоть раз в сознание приходила-то? Дай ей какую нить травку понюхать, я ж знаю у тебя такие есть – мужской слегка обеспокоенный голос. Ловкач?

– Дурак ты, Ловкач. Эти травы для людей, если в сознание, значится, привести нужно. А она кто? Вампир. Я не смотря на свой опыт врача, дракон ее знает, как пробудить немертвого… Да и пробовал я уже, если честно. Дрыхнет. – слегка грубоватый голос. Гном… Аптекарь?

Серинити медленно открыла глаза и увидела как сверху над ней нависли Аптекарь и Ловкач.

– Ого. Смотри, просыпается… Ну самое время. Мы почти приехали – помогая присесть на сиденье, обрадованно сказал Ловкач

– Долго я спала? – разминая затекшие мышцы, спросила Серинити. Они по-прежнему ехали в карете, вот только полей уже не было, а подковы лошадей стучали по утоптанной дороге на въезде в какой-то малюсенький рыбацкий городок.

– Мягко говоря. Трое суток, без пробуждений. Для твоего вида это нормально? – Поглаживая бороду, поинтересовался гном. На другой стороне сидела Капитан и эльф, и с интересом смотрели на Серинити.

– Не очень… – уклончиво ответила Серинити, задумавшись отчего она так уснула. Обычно подобные ей могли уснуть надолго, но как правило коматозный сон длился по меньшей мере лет двадцать, а не три дня… Не понятно. Впрочем, не важно, она выспалась и была полна сил.

По крыше раздался стук, оповещая, что гости могут уже начинать собираться: они приехали.

После полумрака кареты им сразу открылся вид на море и старенький небольшой грязный порт, где в основном были рыбацкие лодки и маленькие яхты. Несмотря на довольно позднее время (солнце уже село) в порту работа и не думала утихать, освещаемая фонарями: кто-то грузил товар на редкие торговые судна, кто-то наоборот, вернувшись с улова, выносил сети с рыбой. Все это сопровождалось отборной руганью рыбаков и портовых грузчиков.

– Эй! Наемнички! Я видимо вас тут дожидаюсь. Это вы от дворянчика Исслоу свалили? – Из толпы вышел здоровенный лысый орк, с небольшой бородкой. Выглядел он несколько неуместно для этих земель: в ухе большая золотая серьга, обнаженный крупный торс, широкий кожаный пояс, который был не столько украшением, сколько защищал живот владельца, пиратская абордажная сабля, кожаные штаны и сапоги из сыромяты.

– Ага. Значит вы капитан корабля «Старая русалка»? – вышел навстречу орку Ловкач, внимательно рассматривая саблю на поясе у того.

– Неееее…. Я первый помощник Бел, а капитан пошел бить морду начальнику порта, за то, что та паскуда не открыла склад вовремя. Он у нас на расправу скор. – почесав затылок сказал орк, а затем взглянув на Ловкача, который бесцеремонно изучает его оружие он прочистил горло и выдал, неожиданно смущенно – Да вы на сабельку не смотрите. Не пираты мы… Наоборот напало на нас какое-то чучело со своей ватагой, ну мы их в воду и покидали, а сабля мне приглянулась, вот я ее себе и прицепил.

– Ладно, моряк. Показывай корабль, мы трое суток почти без остановок ехали, устали до чертиков – выступила Капитан, махнув своему отряду, чтобы доставали с кареты вещи.

– Да какие вопросы, то… Только золотишко то нам никто не давал за ваш проезд… – Бел изобразил плохо наигранное огорчение.

– Слушай ты, зеленая морда, веди нас к кораблю, а не торгуйся – не выдержав, к Белу подошел эльф, достав из поклажи кареты свой фламберг. Эльфы с орками никогда не могли ужиться вместе, и сейчас нахальство Бела мгновенно вывело из себя Эллионархола.

– Так спокойно, давай так, Бел: вот тебе задаток в виде дюжины золотых и извинение, за поведение нашего лесного друга, а ты нас быстренько на корабль ведешь – между эльфом и орком как из-под земли появился Ловкач, одновременно отпихивая правой рукой Эла, а левой протягивая маленький мешочек золотых монет орку.

Бел мгновенно схватил деньги и, поманив наемников за собой, сразу же двинулся сквозь толпу к причалу. Причем шел он напролом, не скупясь на пинки и ругательства прохожим и работникам порта. Как не странно, но ни одной драки не завязалось: видимо орка тут хорошо знали. И не только его, но и его здоровые кулаки.

Подойдя к старенькому потрёпанному трехмачтовому кораблю, на котором еле угадывалось название «Старая русалка» орк остановился:

– Вы на корабль поднимайтесь, наших не бойтесь – осклабившись, сказал Бел, бесстыдно рассматривая Капитана и рядом стоящую Серинити. – Они вас устроят, а наш капитан подойдет скоро.

Несмотря на некоторую настороженность Элизабет, моряки приняли отряд молча, организованно помогли с вещами, а так же указали на их каюту. Буквально через пять минут отряд уже разместился в ней, где было достаточно плохо освещено, пахло табаком, и Эл с Серинити заметили несколько крыс.

– Ловкач, я полагаю, ты уже успел залезть в кошель, что нам Кархен на расходы выдал? – накинулась Капитан на плута.

– Да что лезть то было? Лежал себе мешок, никому не нужен, мог я посмотреть, что было внутри него? – Ловкач состроил самое невинное выражение лица, на которое был способен. Обычно действовало на женщин очень убедительно, но Капитана такой мелочью не проймешь.