- -
- 100%
- +
Возможно, старик выполнял чей-то заказ. Ага, чей-то! Несомненно, его попросил, точнее, приказал сам Магистр. А может быть, Вульфиус почувствовал в нем какую-то скрытую угрозу и действовал по собственной инициативе?
Так или иначе, мэтр Вульфиус действовал на благо ордена, и, вне всякого сомнения, доложил о своих результатах Магистру, которому, собственно, и был подконтролен.
Паранойя, шизоидный криз, маниакально-депрессивный синдром, бред сивой кобылы! Ну какую опасность он – скромный маг, пока что еще даже не мастер, может представлять для мощной весьма разветвленной организации или, на худой конец, для её руководства?
И все-таки, обостренная интуиция юноши неуклонно подсказывала ему, что встреча с доктором Вульфиусом была вовсе не случайной. Помимо всех прочих своих талантов древний чародей обладал даром провидения и заслуженно считался лучшим на Хаттане составителем гороскопов.
«Вот оно, где собака зарыта, – подумал юноша. – Получается благодаря стараниям этого маразматика, от меня постарались избавиться столь замысловатым образом».
Чего-чего, а способность примечать, казалось бы, абсолютно не связанные друг с другом факты, сопоставлять их и делать правильные выводы у Фаррука была феноменальной. Посиделки с магом, за ними как снег на голову неожиданная командировка, эта война, плен и неожиданное известие о том, что на родине тебя записали в предатели. Ну что тут может быть общего? Ан нет, если подумать, все складывается в стройную (при иных обстоятельствах Фаррук назвал бы её красивой) логическую конструкцию.
Мэтр Захри всегда внимательно следил за своим окружением и при малейших признаках даже потенциальной неблагонадежности, той или иной персоны немедленно избавлялся от опасного человека. Методы устранения нежелательных лиц были самыми разнообразными. Например, смерть по причине падения на голову кирпича посреди чистого поля или из-за внезапного отравления маринованными грибами и так далее в том же духе. Магистр на сей счет был великим затейником.
До вчерашнего дня Фаррук верил в абсолютную непогрешимость своего патрона, он искренне считал, что подобные методы по отношению к врагам молодой республики вполне оправданы. Юноша был убежден, что человеку невиновному нечего опасаться и даже предположить не мог, что когда-нибудь от него постараются избавиться как от разбитой тарелки или еще какой отслужившей свой век домашней утвари.
От грустных мыслей юношу отвлек приход лечащего врача. Как всегда неунывающий доктор Эконикус внимательно осмотрел пациента и широко заулыбался.
– Неплохо, знаете ли, батенька. Очень даже неплохо. Вот только алкоголь, вам пока противопоказан. Хотя… – доктор посмотрел на одну из сопровождавших его медсестер. – Крис, поднесите-ка больному после осмотра унций пять чистого медицинского, для избавления от последствий алкогольного отравления… да, да, для избавления от последствий. А этим двум алкашам я еще скажу все, что о них думаю. В вашем состоянии, юноша, я бы пока воздержался от неумеренного приема крепких алкогольных напитков… да, да, воздержался бы. Прогулки на свежем воздухе, умеренные физические нагрузки…
После ухода врача, медсестра, как было приказано, поднесла ему мензурку чистого медицинского спирта. «Лекарство» подействовало практически сразу, и он провалился в тяжелый беспокойный сон.
А еще через три дня Фаррука пригласили на очередную беседу. Встреча состоялась в той же самой палатке, только вместо парочки контрразведчиков там были трое магов. Судя по наличию стилизованных изображений тигриной морды на рукавах темно синих роб, это были адепты Темного Зверя, а по количеству и сочетанию ромбов, обрамляющих голову зверя несложно установить ранг каждого из них в орденской иерархии.
«Ничего себе, – подумал юноша, – два мастера комплексника и грандмаг. С какой бы стати столь важным птицам тратить свое время на рядового мага, конкурирующего ордена?»
– Ну здравствуйте, Фаррук Кипелиус Беранье! – первым заговорил старший группы – среднего роста брюнет с посеребренными висками и глубоко посаженными очень выразительными темными глазами. Такого встретишь, и уже не забудешь. Лет пятидесяти – пятидесяти пяти на вид (вообще-то облик мага обманчив и ему могло быть как пятьдесят, так и сто пятьдесят, а то и все двести). – Присаживайтесь, в ногах правды нет.
– Будьте и вы здоровы… э…
– Называйте меня Леоник, – представился грандмаг. – А эти молодые люди: Тирренс и Елавий – мои ассистенты и ученики.
Ученики были как на подбор крепкими высокими мужчинами лет под тридцать. Оба длинноволосы и бородаты, поэтому здорово походили на жрецов Единого. Сравнение показалось Фарруку забавным и, несмотря на серьезность ситуации, он весело ухмыльнулся. Но тут же подавил улыбку на лице и в свою очередь расшаркался:
– Польщен вниманием столь высокопоставленных мужей к своей скромной персоне. Чем обязан?
– Вот так прям и сразу «Чем обязан?», – делано проворчал Леоник. – Эх, молодежь, молодежь, все-то вы куда-то торопитесь, спешите жить, а в результате из-за своей спешки попадаете в полное дерьмо.
– Насчет дерьма, уважаемый, вы правы, – вынужден был согласиться Фаррук. – Тут намедни мне кое-что порассказали, так после этого жить не хочется.
– Полноте, батенька, в вашем-то возрасте и вдруг «жить не хочется». Покорнейше прошу прощения, но, как говорит один мой знакомый театрал: не верю. У вас, коллега, все еще впереди. Жизнь прожить, сами понимаете, не поле перейти. Впрочем, аналогия с минным полем, пожалуй будет вполне уместна.
– Вам легко рассуждать, мэтр Леоник, – насупился Фаррук, – вас не списывали со счетов свои же товарищи и не объявляли предателем.
– М-да, действительно не списывали и в предатели не определяли. Между прочим, обстоятельства вашего пленения были нами подробно изложены и отправлены вашим… э-э-э… товарищам… извиняюсь, бывшим товарищам вместе с требованием выкупа. Разумеется, мы отписали чистую правду, что вы сражались как герой и в плен попали в бессознательном состоянии. Тем не менее, вас объявляют предателем. К чему бы это? Вы часом не в курсе?
– Сам трое суток голову ломаю, ночами не сплю и никак не могу взять в толк, кому выгодна эта провокация, – недоуменно пожал плечами юноша. – Вроде бы врагов у меня не было. Завистники… этих у каждого хватает… Нет, ничего не понимаю.
Фаррук бессовестно кривил душой, поскольку некоторыми своими подозрениями не собирался ни с кем делиться.
Грандмаг, кажется, это заметил, он улыбнулся каким-то своим мыслям и, наконец, что называется, взял быка за рога:
– Итак, мой юный друг, вы оказались в положении весьма и весьма незавидном. Ваши бывшие братья полностью отказались от вас, поэтому получение выкупа нам не светит. Извините, но в наш меркантильный век все вращается вокруг презренного металла. Ваше лечение и содержание уже влетело армейской казне в кругленькую суму.
– У меня есть некоторые средства… – выпалил юноша, но, спохватившись, осекся.
– Вы хотели сказать – были. Да, у вас, разумеется, водились кое-какие деньжата, но даже если бы вы сейчас имели к ним доступ, вряд ли у вас нашлось пять тысяч франгов… пожалуй, и сотни не набралось бы.
– Вы правы, Леоник, – развел руками Фаррук, – не набралось бы. Откуда такие деньги у скромного боевого мага?
– Наивная душа, – сочувственно покачал головой грандмаг, – когда вы состояли на должности секретаря вашего Магистра, вам же предлагали крупные взятки, практически просто так. Могли бы вполне свободу себе обеспечить. Принципиальный, значит, вы человек.
– Ничего не поделаешь, – попытался отшутиться Фаррук, – таким уродился.
– Но ведь принципы и поменять можно, – улыбнулся Леоник.
– Поменять-то можно, вот только принципы не грязное белье – постирал и одел по новой – это, как кожа – сдирать придется с мясом. А я, извините, боли боюсь.
– Вы не понимаете… – попытался наседать чародей.
– Да все я прекрасно понимаю… Короче, спасибо за лестное предложение, но, как бы там ни было, предателем я не стану.
– Но вы даже не выслушали нашего предложения, – не выдержал один из сподручных грандмага, кажется, Елавий.
– Ни к чему это, уж простите, что не оправдал надежд…
– Вы, подумайте… – начал третий, по имени Тирренс, но тут же заткнулся, подчиняясь властному жесту мэтра Леоника.
– Ну что же, – развел руками грандмаг, – насильно мил не будешь. Поскольку самочувствие ваше в настоящий момент вполне удовлетворительное, а от сотрудничества с нами вы отказались в самой категорической форме, у нас нет причин и далее содержать вас в госпитале. Извините, но на войне, как на войне. С этого момента вас поместят в гарнизонную тюрьму. Но… у вас, молодой человек, есть еще шанс хорошенько подумать, и может быть, вы пожелаете вернуться к нашему разговору.
– Это вряд ли, господа.
– Вы все-таки подумайте, Фаррук, златых гор по первости мы вам не обещаем, но жить будете вполне сносно, до тех пор, пока не докажете верность нашему ордену…
– Ну вот, господин Леоник, вы опять за свое, – юноша с укором посмотрел в темные глаза грандмага, – договорились же не затрагивать более данную тему.
На этот раз прямо из палатки его привели к огороженному забором из колючей проволоки зданию, сложенному красного кирпича. Толстые стены, маленькие зарешеченные окошки. Внутри периметра неспешно прогуливаются часовые с собаками на поводке.
Ему выделили отдельную камеру – пространство пять на пять шагов. Высоченные потолки под две сажени, отчего создается ощущение, что ты в колодце. Окно маленькое под самым потолком, по этой причине здесь даже в самый ясный день царят вечерние сумерки. Из мебели, лишь топчан для спанья без спальных принадлежностей. В полу приличных размеров дыра – источник невыносимой вони.
– Не замысловато, – пробормотал негромко Фаррук, после того как тяжелая металлическая дверь захлопнулась за ним с громким стуком и, присев на жесткое ложе, призадумался о своей незавидной долюшке.
Глава 3
С вечера хлынул ливень. От ледяных струй не было никакой возможности укрыться, впрочем, Глан и не думал никуда прятаться, строгий Учитель лайр эр-Энкин приказал к утру быть в Гиблой пади, а это от его жилища больше пяти десятков верст. Протопать под холодным дождем полсотни верст в ночное время суток задача непосильная даже для многих взрослых мужчин, а он – всего-навсего десятилетний мальчишка.
Впрочем, он привык к трудностям, и подобные испытания для него не впервой. Старый эльф, принявший его на воспитание в младенческом возрасте, делал все возможное, чтобы, по его собственным словам, «из хилого слизняка выпестовать мужчину, способного постоять за себя и других». Следует отдать ему должное, к цели своей он шел самой прямой, а значит, кратчайшей дорогой.
Еще вчера Глан убил целых полдня, чтобы выучить наизусть маловразумительную и весьма нудную сагу о похождениях эльфийского героя Аэлдана эр-Маэнгула. Там одно лишь описание щита витязя было растянуто аж на пять страниц, что же касаемо прочих его доспехов и коня, им было посвящена едва ли не треть повествования. Затем длинное прощание с супругой и любимым чадом, мол, ради вас на подвиг великий иду. А весь подвиг заключался в том, чтобы завалить дракона, как будто других дел у древних эльфов не было. Мотивация смехотворная – подвиг ради подвига, или что-то там себе доказать. Короче в причинах конфликта с летающей огнедышащей тварью он так и не разобрался, а когда спросил об этом у лайра, еще и крепко огреб по затылку от его «старческой» длани. Непонятно для чего и зачем, но Аэлдан одолел-таки дракона и заслужил честь стать героем длинной эльфийской саги. Глан же считал, что заучить малоинтересную «Песнь о Маэнгуле» было подвигом более значимым, нежели завалить какого-то там закованного в прочную чешую монстра. Тем не менее, он справился со своей задачей и отчитался по полной программе перед лайром эр-Энкиным. Вот теперь вместо благодарности старик велел топать на ночь глядя к Гиблой пади, мол, засиделся учивши бесценный образчик эльфийской поэзии, пора и косточки поразмять.
К полуночи температура резко упала, как это часто бывает в горах даже летом, и на смену дождю пришел обильный снегопад. Как ни странно, идти стало значительно легче, хоть приходилось соблюдать предельную осторожность, чтобы не поскользнуться на покрытых ледяной коркой камнях и не сорваться с узкой горной тропы. Ледяные струи уже не стекали за шиворот куртки Глана, от быстрого бега, точнее тепла, выделяемого телом мальчика, одежда на нем вскоре просохла. К тому же, от выпавшего снега стало значительно светлее.
Когда до цели оставалось верст десять, чуткое ухо Глана уловило отдаленный вой волчьей стаи, и сердце мальчика едва не ушло в пятки. Он был достаточно опытным следопытом, чтобы понять, что стая почувствовала именно его, и вожак уже ведет соплеменников по его Глана следу. И еще мальчик понял, что в стае не менее полутора десятков волков, готовых на все, лишь бы, наконец, утолить свой невыносимый голод.
Заслышав волчий вой, Глан невольно вздрогнул. Не то чтобы он очень уж сильно испугался встречи с голодными тварями, у него был длинный острый нож, а на крайний случай, магический жезл и парочка пеластров к нему. Отобьется, не впервой. Однако если он расправится со стаей, Учитель его не похвалит, поскольку настоятельно требовал во время похода соблюдения всех маскировочных мероприятий. Глан же, понадеявшись на то, что дождь смоет следы, не воспользовался специальным порошком, маскирующим запах человека. Как результат зубастые твари его унюхали и теперь вряд ли отвяжутся добровольно. Если бы за ним гнались обычные собаки, он бы с легкостью оторвался от погони, хотя бы с помощью все того же чудесного порошка, но от волков, обладающих феноменальным верховым чутьем, ему просто так не уйти. Судя по скорости приближения стаи, встреча не за горами.
«Вот же незадача. Не миновать теперь очередной взбучки от Учителя», – обреченно подумал мальчик и не по-детски грязно выругался. Неделю назад лайр взял его с собой на ярмарку в Ле́шки – небольшое человеческое поселение на границе Дарклана и владений горного клана Ангуин. Там смекалистый питомец основательно пополнил запас отменной нецензурной брани. Однако ему хватало ума не щеголять этим своим знанием в присутствие светлого эльфа. Зато, оставшись в одиночестве, время от времени он давал волю языку и тщательно оттачивал словесное мастерство, в данном случае на волках.
Вскоре волчий вой прозвучал где-то рядом. Глан окончательно понял, что драки не избежать, а за незапланированный расход энергии, запасенной в кристалле, придется ответить перед грозным учителем. Он остановился, сорвал с плеч котомку, извлек оттуда боевой жезл и коробочку с магическими кристаллами. Зарядив оружие, развернулся лицом в направлении приближающейся стаи. Тут как по заказу снегопад прекратился, подул крепкий пронизывающий ветер и разогнал плотную пелену облаков. Хэш и Фести к тому времени успели убежать с небосвода, но света звезд вполне хватало, чтобы обозревать окрестности.
А вот и стая. Шестнадцать голодных пастей с высунутыми от утомительного бега языками. Точно, шестнадцать – мальчик еще раз пересчитал врагов по головам.
Несмотря на жутчайший голод, мучивший животных, они не бросились с бухты-барахты на слабого человеческого детеныша, так удачно оказавшегося в этом безлюдном месте. Осторожные волки всегда подозревают подвох и не торопятся набить животы плотью беззащитного существа. Парочка особо нетерпеливых однолеток хотела, было рвануть к человеческому детенышу, но осмотрительный вожак грозно рыкнул на неслухов и те, поджав хвосты, остановились как вкопанные, роняя горячую слюну на свежевыпавший снег.
Между тем матерый вожак с заметными проблесками серебра на холке внимательно посмотрел на мальчишку, изготовившего боевой жезл для отражения неминуемой атаки, и неожиданно заговорил человеческим голосом:
«Глан, вставай! Беда!»
«Какая беда?» – хотел спросить Охотник у вожака, но тут волчья стая начала таять. Он открыл глаза и понял, что говорил с ним во сне никакой не волк, а его друг Шуршак:
«Ну просыпайся же, соня!» – не унимался формик.
Глану хватило двух ударов сердца, чтобы окончательно прийти в себя. Еще мгновение и он на ногах водит стволом Волыны в поисках материальной причины беспокойства Шуршака. Еще несколько ударов сердца, и он окончательно сориентировался в пространстве и во времени. До восхода Анара еще целых два часа – спать и спать. Вокруг полный хищных тварей тропический лес, но под охраной своего друга формика ему, по большому счету, нечего бояться.
– Уф-ф, Шур! Напугал, Вельх тебя побери! – немного расслабившись, Охотник обрушился на друга с упреками. – Такой сон не дал досмотреть! Ладно уж, рассказывай, что тут у тебя произошло?
«Беда, Глан, в поселке что-то нехорошее (плохое, жуткое, ужасное) творится. Что конкретно там происходит, не могу сказать, чувствую лишь страх жителей (обитателей, населения) деревни и волну злобы от неведомого мне источника…»
– Не торопись! Излагай внятно, что случилось в Кайхат-Кахр? – Марра, там Марра и их еще не родившийся ребенок. Юноша почувствовал, как из потаенных глубин его души поднимается мутная волна страха, какого в своей жизни ему еще ни разу не доводилось испытать. Но, как известно, страх, лишь делу помеха, и Глан изо всех сил старался сохранить хотя бы видимость спокойствия.
«Ужас, боль, огонь, смерть. Скорее всего, на поселение кто-то (враги, варвары, изуверы) напал. Но точно утверждать не могу, лес (джунгли, сельва) гасят сигнал. Образы неопределенные, никого из жителей не могу идентифицировать».
– Понял, Шур. Давай сделаем так: я сажусь тебе на спину, и мы мчимся в деревню.
«Нет, Глан, будет не быстрее (спорее, стремительнее, резвее) чем на виверне, поскольку с тобой мне придется передвигаться (перемещаться, преодолевать расстояния) на четырех лапах, к тому же, терять время для выбора обходных путей (маршрутов, троп), чтобы тебя ненароком не скинула (снесла, смахнула) с моей спины какая-нибудь ветка. Давай сделаем (поступим, содеем) так: ты скачешь (мчишься, галопируешь) на виверне, а я тем временем спешу (тороплюсь, поспешаю) на помощь жителям (обитателям, аборигенам) Кайхат-Кахр».
– Действительно, одному тебе будет сподручнее, – скрепя сердце был вынужден согласиться Охотник. – В таком случае, отправляйся вперед, а я сейчас вытащу из леса зубастое чудище и отправлюсь за тобой. Думаю, часа через четыре поспею.
«А я постараюсь (напрягусь, попробую) за час управиться», – пообещал Шуршак и буквально растворился во мраке ночного леса.
– И смотри, чтобы с головы Марры волосок не упал! – крикнул ему вдогонку юноша, но ответа не дождался. Похоже, формик был максимально сосредоточен на выборе оптимального маршрута и тратить время и силы на ненужные разговоры не собирался.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.