Атлант и Зевс. Мифы и сказания

Глава 6 О прошлом

Зевс вспомнил о тех нимфах, которые были с ним с самого начала, еще до появления Фемиды. Они воспитывали его с рождения, в окружении прекрасных созданий он рос и матерел, не потому ли он был таким страстолюбцем, и не собирался искать защиты и поддержки у мужей, героев, богов. Даже родные братья казались ему далекими и странными созданиями.

Демоны, хранившие парня, были рады появлению нимф, они могли немного передохнуть, и было на кого спереть, если случится что-то непредвиденное. Но их сразу предупредили о том, что об этом младенце никому ничего не известно, если хоть одна из них проговорится, то будет всем худо. И особенно не должно ничего дойти до Кроноса, иначе наказаны будут все, кто оказался поблизости.

Зевс вспоминал, как потом знакомился с островом и всем остальным миром, где ему предстояло жить. Мир нравился ему все больше и больше. Все вокруг говорили о том, что мир подчинится ему. И пусть пока он остается под покровом тайны, но это закончится в один прекрасный миг.

Прорицательница не раз говорила, что у него будет великое будущее, и сам он в том не сомневался. Он прислушивался к разговорам Демонов, и понимал, что они ненавидели Кроноса, его надо было свергнуть и занять его место сыну…. Недаром же они столько времени томились, хранили этого младенца. И тогда они смотрели на Зевса, и ждали от него чего-то большого и важного, от него всегда все чего-то ждали.

Матушка потом все время говорила, почему она не могла не только быть с ним рядом, но даже появиться тут, но он чувствовал, что родился и жил особенным, ни на кого никогда не был похож. В глубине души он не мог простить Рее того, что вместо тепла и ласки слышал только вой Демонов. А самое главное, ему только оставалось гадать о том, кто он такой и зачем пришел в этот мир.

№№№№№№

Никто не ведал, что в эти дни перед появлением юного Зевса Кроносу несколько раз снился один и тот же сон. Его дети один за другим появлялись перед ним. он никак не мог понять откуда они взялись, но они были живыми и веселыми, почти взрослыми, уж точно не теми младенцами, которых он пожирал недавно. Просыпаясь, он боялся даже вспомнить такой сон, но на следующую ночь все повторялось снова.

– Отец, почему ты был так жесток и прожорлив? – спрашивал то один, то другой, – ты сам приблизил свой конец, кто-то злой и жестокий заставил тебя так с нами поступить. Ты не случайно там оказался.

Одно только его удивило – детей было пять, он не видел и не мог отыскать последнего, шестого. Но куда делся тот, он остался в утробе, или? Тогда еще длиннее и яростнее становились пиры. Он должен был отвлечься и забыться. На какое-то время это ему удалось.

№№№№№№№№№

Нимфы первыми рассказывали ему сказки о храбром воине, превратившемся со временем в тирана и пожиравшим своих детей. Но говорят, что одному из наследников чудом удалось спастись, значит для этого мира не все потеряно. Постепенно они готовили его к новой роли, но пока ребенку не сообщали главного.

И только через какой-то срок от самих Демонов и от Фемиды он узнал, что речь шла в тех сказах о нем самом

– Ты сын Кроноса, тебе придется освободить мир и своих братьев с сестер из его утробы, больше сделать это некому. Он слишком хотел спастись и не уступать вам место, но так ничего не получится. Деваться ему некуда, раз нам удалось тебя спасти и уберечь.

Он то огорчался этому известию, то радовался, но стремился в царский дворец, туда, откуда его выгнали, тайно перенесли в пещеру в горах в момент появления на свет.

Зевс сбежал из своего укрытия и решил взглянуть на того, кто считался его отцом. Он увидел Кроноса и с той поры внимательно за ним наблюдал. Каким же странным и далеким тот казался. Нимфы, Фемида и Рея были над ним не властны. Он знал, что здесь его место, и он вернется домой, чего бы это ему не стоило, даже если ради этого придется разрушить мир и убить своего отца.

Но и Рея внимательно следила за сыном и за мужем, ей вовсе не хотелось, чтобы эти двое схлестнулись где-то в поединке. Они оказались так опасно близко друг к другу, и хотя она была на него обижена, но Кронос казался ей в великолепным. Но еще великолепнее был Зевс, богиня убедилась в том, что рисковала и страдала она не зря.

№№№№№№№№№

В один прекрасный миг понял Зевс, что его час настал. Кронос тогда был пьян и не хотел больше думать об опасности, о том, что есть какая —то угроза для него. Когда увидел он Зевса, то глазам своим не поверил и готов был прогнать его прочь. Но видя, как настойчив парень, понял, что от него так просто не отделаться, да и не сладить с ним, как ни старайся.

– Я твой младший сын, я был спасен в свое время, вырос и возмужал на чужбине, но все время думал о том, как вернуться домой. Теперь мне нужно вернуть моих родственников, чтобы не оставаться в одиночестве.

Глава 7 Возвращение братьев

Кронос, хотя и был пока свободен, но почувствовал себя в железных тисках. Он не сомневался в том, что все, о чем поведал ему Зевс – правда. Многое еще придется открыть вероломному отцу, но главное он уже знал – пророчество сбудется, и случится это очень скоро. Кроносу только хотелось узнать, как все вышло, почему уцелел этот ребенок, и кто привел его на небеса.

Хотя разве не предчувствовал он, что так все и будет рано или поздно, ведь все заканчивается, кончится и его время, к власти придет другой.

Кронос был потрясен, но не настолько, чтобы потерять голову и забыть обо всем на свете. Он выпил какой-то гадости, которую в кубке передал ему Зевс и стал изрыгать назад своих детей. Сначала появился Посейдон, потом выбрался из его утробы Аид, страшно щурясь от света звезд, а ведь это был еще даже не дневной свет. Появлялись они такими же взрослыми, как и Зевс, видно там, во тьме можно было расти и развиваться. Потом настал черед для сестер Зевса, на свет появилась Деметра, Гера и наконец Гестия.

Зевс встречал их радостно, на миг отступил от старика – пусть передохнет немного. Сам же он стал разглядывать тех, кого так давно потерял. Каким одиноким он себя чувствовал все это время, но теперь все будет по-другому, ведь и у него есть братья и сестры, они целы и невредимы. Зевс гордился тем, что он участвовал в спасении и в освобождении. Одинокий, безымянный младенец, который даже не догадывался, кто он такой, теперь стал вождем молодых богов – властелином этого мира. Впрочем, за него нужно было еще бороться с Титанами, и с самим Кроносом, но это только дело времени. Он тут же объявил о сражении, о том, что биться станет до конца. Отец не сможет отказаться от этого сражения.

№№№№№№№№

Дети Кроноса, объединившись, рванулись на это сражение. Тогда к ним я и присоединился, – вспоминал Океан, – мне нравилось оставаться среди молодых и задорных, ведь делать с Кроносом больше было нечего.

– И сын Фемиды – Прометей был с нами в то время, его мало что связывало с Титанами, хотелось борьбы, сражений, побед. Сестер они пока отправили на край света, потому что хотели быть неуязвимыми, чтобы никто не смог их похитить и требовать от богов, чтобы они отступили.

Там и ждали добрых вестей дочери Кроноса.

Зевсу тогда хотелось заполучить к себе еще и чудовищ, те пока не оставались с его отцом. Пришлось оклеветать их, и Кронос, не разбираясь в ярости прогнал своих верных помощников.

Все заговорили об измене. Чудовищам ничего больше не оставалось, только прийти к Зевсу, оставаться в этой схватке с ним заодно.

Хотя все затянулось, но сражались они отчаянно. Кронос не сдавался, молодым никак не удавалось его победить. Хотя тогда он был очень слаб и почти не противился. Но в отличие от прямолинейного Урана он был хитер и умен. Зевс после очередного поражения и отступления признал это, только что толку, все надо было начинать сначала. Но снова были поражения, их оттеснили уже аж у Олимпу. Там они передохнули, дождались новых воинов, и снова рванулись в сражение.

Если бы тогда из-под земли не вырвались Циклопы, то худо было бы нашим богам, силы и возможности их были уже не исходе. Но те пришли к Зевсу, они выковали для Зевса Перун, высекающий молнию и гром. Тогда и осветили неба огненные вспышки, которые могли перепугать кого угодно. Наконец у него в руках было грозное оружие, которое могло остановить, а потом обратить в бегство любого.

Зевс поверил в свои силы и послал воинов в последнее сражение.

Кронос же снова, как тогда, когда пожирал своих детей, успокоился, ему говорили, что боги разгромлены и не вернутся, не покинут свой Олимп.

Вот тогда он и взглянул на Рею, и все понял, она оказалась его главным врагом, он отправил ее подальше, ничего не объясняя. Демоны, охранявшие Зевса, полетели в подземелье, их Кронос считал самыми главными виновниками всего, что с ним случилось. Вот если бы он еще спохватился пораньше, тогда не пришлось бы сражаться слишком долго. Но ведь и они, как и остальные были бессмертны, побродив по преисподней, они должны были вернуться назад, возродиться из пепла еще более сильными и прекрасными, чем были прежде.

№№№№№№№№№

– Тогда, в дни затишья, я отправился к Кроносу, – задумчиво размышлял Океан, – мне хотелось с ним обо всем поговорить.

– Почему ты с ними? – спрашивал меня Кронос.

– Я слишком стар, мне хочется чего-то нового, я готов был свергнуть всех титанов. Нет ничего прекраснее и спасительнее бунта, когда старый мир развалился бы и сам собой, только немного позднее.

Мне не было страшно, я не боялся его теперь.

Он и на самом деле не боялся того, кто все еще оставался у власти.

– Тебе лучше сдаться, – усмехнулся Океан, – дальше будет только хуже.

Спокойствие и уверенность Старика немного пошатнуло уверенность Кроноса в близкой победе, но сильно волноваться ему было не о чем. Кронос не мог уже рассуждать здраво. Услышав это, он страшно побледнел, стал угрожать, ругаться.

– Оставь меня до утра, я решу, как мне поступить.

Тогда Океан вернулся к своим соратникам. Ему было жаль Кроноса, который все еще не мог смириться со своим поражением.

Зевс с волнением ожидал решения отца. Они давно воевали, и это ему порядком надоело.

Глава 8 В стане Зевса

Следовало все завершить как можно скорее. Зевс мог рассчитывать только на победу. Отступать и сдаваться он не собирался.

– Он получил время до утра, – говорил Океан, – он старался усмирить его, но вряд ли это было возможно.

В ту ночь, когда Кронос должен был на что-то решиться, пришла Асилс – дочь Океана. Она привела на Олимп своих детей Власть, Силу, Рвение и победу. Это оказалось щедрым даром для молодых богов.

Кронос узнал в тот миг о новом предательстве. Самым романтичным среди них был Прометей, он был пылок, рвался в сражение, готов был для победы свернуть горы. Все это время Зевс относился к нему трепетнее, чем к другим, ждал от него большего, доверял ему больше. Он верил, что Прометею не нужна была власть, потому тот никогда и не считал его соперником. Больше всего хотелось ему верности и преданности именно от одного из Титанов, пусть это и было младшее поколение. Но разве не за молодыми все дело и стоит?

Вот если бы еще Прометей не был сердоболен по отношению к людям, и это желание спасти человечество не стало для него навязчивой идеей, ему бы вообще цены не было. Но все изменится, когда Зевс придет к власти, а случится это очень скоро.

Кронос не нашел в себе сил сражаться. Об этом он дал знать Зевс и Океану. Зевс пришел в неописуемую ярость, он тут же бросился в последнее сражение.

– Я не собираюсь его больше ждать и уговаривать, – твердил он, – пусть он защищается, как может, ведь он пока у власти, но если так, то скоро может ее лишиться.

Они действовали дружно, напор был силен. Кронос отступил и бросил на землю свое оружие. Впервые за десять лес Зевс шагнул во дворец отца не незваным гостем, а хозяином, завоевателем, было чем гордиться, было что праздновать.

Все менялось на глазах с его приходом. Отец наконец был повержен. Он должен был признать свое полное поражение. Уходя, он только взглянул на Рею.

– Ты добилась своего, – усмехнулся он, – оставайся вместе с ними и посмотрим, к чему это потом приведет. Ты подарила им жизнь, ты спасла своего Зевса, посмотрим, чем он тебе на это ответит.

Больше он не произнес ни звука. Так все для них и закончилось, побежденные отцы должны были исчезнуть с лица земли.

№№№№№№№№

Снова был пир на небесах. Он продолжался несколько дней и ночей. Опьяненные удачей, они никак не могли прийти в себя, заняться делом. Океан опомнился первым, стал твердить о том, что уже пора приняться за дело. Он попрощался с остальными и отправился в свои необъятные просторы.

Старику не нужна была никакая власть над миром, он достиг всего, чего хотел тогда. Он не собирался больше умножать победы и ошибки других. Прометей получил во владения землю, таким жребием, волей судьбы он оставался доволен. По тому же жребию Аид и Посейдон получили то, что Зевсу никак не было нужно- подземный мир и бескрайние морские просторы. Может и были они обижены, но пока вида не подавали, знали, что по-другому быть не может, ведь это жребий, воля судьбы, что было возражать против нее?

Фемида страстно подтвердила это, Зевс смело отдал все в руки рока, хотя и сам не забывал следить за тем, как и куда может повернуться судьба. Но стоило ли противиться и упорствовать?

№№№№№№№№

Пока победители делили землю, воду и подземный мир,, Кронос встречался со своим отцом Ураном. Тот расхохотался, как только увидел непутевого сына.

– Ну вот мы и встретились, – заговорил Уран, – я тебя уже заждался, сынок. И ты проиграл, да и могло ли быть иначе? Ты обо всем забыл и окружил себя предателями. Да и к чему было верить им? Что теперь делать прикажешь?

– Но ведь и твои титаны и Океан, и Прометей к мальчишке ушли, – возражал ему Кронос, не говоря уже о матери и жене, кто же мог знать, что все они там окажутся?

Ничего не говорил Уран, он радовался, что сын получил то, что заслужил,.

– Жаль, что они просто изгнали тебя и ты остался цел и невредим, – тяжело вздохнув, прибавил старик.

– Они не проявили к тебе такую жестокость, какой прежде отличался ты сам, и в этом тебе повезло больше моего.

Гея старалась укрыться от глаз сына и мужа, ей не хотелось в те дни сталкиваться с побежденными. Хотя она по-прежнему была там, но ни Кронос, ни Уран больше не видели ее, не бросили ей свои горькие упреки. А потом, постепенно пыл их угас, и они перестали возмущаться. Но сама Гея не теряла времени даром, оставаясь в Тартаре. Гея разыскала и выпустила на свободу Тифона. Когда Зевс утвердился и успокоился окончательно, ему пришлось услышать этот дикий рев, ужас.

– Мы рано успокоились, нам еще придется бороться дальше, предавшие старших будут предавать и испытывать и младших.

Глава 9 Месть Геи

Зевс узнал о том, что это Гея натравила против него быка. Он понял, в чем его главная ошибка, не следовало быть таким суровым по отношению к тем, кто силен, кто мог бы противиться ему, если он затаил при этом зло.

Прометей готов был ему в том помочь. Они снова вспомнили о недавнем прошлом, снова пошли в бой плечом к плечу. С яростью благодарила Гея за все, что в этом мире происходило. Она не могла допустить, чтобы погибло еще одно ее создание. А сражение все разгоралось. И они боролись вдвоем с чудовищами. Они рвались вперед, не разбирая дороги.

Зевс остановил его молнией, улучшив момент. И тогда Прометей и нанес ему сокрушительные удары.

Свой Перун Зевс вонзил в него на прощание, чтобы внести свою лепту в общее дело. Дракон еще раз дернулся и испустил дух.

Гея где-то бесследно растаяла, наверное, боясь даже собственного гнева. Она уже поняла, что снова внук ее вышел победителем, она напрасно погубила еще одного победителя. И вид у растерзанного существа был по-настоящему плачевным.

Рея бросилась к нему навстречу, порывисто обняла его и поздравила. Что еще ей оставалось?

Зевс почувствовал, что на Аида и Посейдона ему больше не стоит рассчитывать, они удалились в свои владении, оставлять их больше не собирались. Но больше всего его печалило то, что Прометей слишком много времени проводил на земле с людьми. Он вольно или невольно вбивал клин между Громовержцем и его подопечными, от него все чаще исходила угроза. Но еще страшнее было то, что Прометей не только отдалился, но и по наивности своей или злому умыслу, действовал в то время против него, так что никто или ничто его больше не устраивало.

Зевс готов был идти до конца, готов был лишиться первого и самого верного из своих помощников.

– А что мне оставалось делать? – воскликнул он, – когда кто-то из богов бросил такой вызов. Я не мог смотреть на то, как он уничтожал все, в таких муках завоеванное.

И теперь каждое их столкновение приводило только к выяснению отношений.

№№№№№№№№

В те грустные дни, почти потеряв самого верного из своих друзей, Зевс понимал, что для счастья ему нужна только одна-единственная женщина. Он сразу же решил для себя, что это будет дочь Океана Липида. Ему нужно было отблагодарить старика за ту помощь, которую тот ему все время бескорыстно отказывал все это время. И сейчас, когда Океан удалился, он должен был заполучить его поддержку, Зевс понимал, что без этого будет очень трудно удержаться в мире.

На пиру он объявил о своем решении. От этого решения все пришли в нескрываемый восторг. Промолчал только сам Океан. Такой зять, как Зевс, он слишком хорошо узнал этого доброго молодца, не особенно ему был нужен.

– Моя дочь не может быть с ним счастлива, – думал он в те минуты, и не понимал, как ему надо было поступить. Но чего ему точно не хотелось – отдать свою любимую дочь Зевсу. Тогда ему пришлось забыть обо всех своих делах и снова появиться на Олимпе.

Он был молчалив и задумчив, не стал отказывать Громовержцу, боясь испортить с ним отношения. Он просто поспешил покинуть их после свадьбы, сославшись на какую-то бурю за окном. Он понимал, что Зевс забирал у него любимую дочь, не из-за большой любви, а просто поддался грубым расчетам. Он оставил его одиноким. Но разве поймет его чувства тот, кто оставался в одиночестве с самого рождения, да и теперь, хотя его окружало множество людей, он был так же одинок. Нет, с ним об этом даже говорить не стоило.

Океан снова оказался в бесконечных водных просторах. Скука постепенно рассеялась. Он оставался свободен и весел. И весь мир, как ему казалось, был залит солнцем, светом.

– На своем Олимпе они и понятия не имели о том, как может быть прекрасна жизнь, – говорил сам себе Океан. Он пытался забыть о последних столкновениях с Зевсом. Только то, что милая его дочь оставалась с богами, не могло его не тревожить.

А над миром Зевса в те дни нависала беда. Хотя в первые дни Зевс не мог нарадоваться на молодую жену. Она была не только красива, но и необыкновенно умна и обольстительна. Но Эринния, и прежде питавшая к нему ненависть, готовая мстить, бросилась в схватку. Она и рассказала Зевсу, что у него родится двое детей – дочь, которая не уступит матери в мудрости. И вдруг она оборвала свою пламенную речь.

– И что еще? – спросил Зевс, изнывая от напряжения и дурных предчувствий.

– Сын твой свергнет тебя с престола, если ты, конечно, позволишь ему это сделать, да и вообще появиться на свет, – доверительно прибавила она.

И страшно побагровел и вспыхнул от ярости Зевс после таких слов.

Глава 10 Трудное решение

Все должно было еще раз повториться и отразиться на его собственной судьбе. Зевс хотело только одного предотвратить новые беды.

– Я предупрежден, хорошо, что Эринния появилась вовремя, пока не случилось непоправимого. После этого он и оставался спокоен и силен, уверенный, что спасает и себя, и остальной мир от беды.

– Она бы перехитрила меня, – размышлял Зевс, – как бы я не был силен, я не смогу с ней тягаться, я не могу оставить ее в живых.

Но от этих слов он сам испытал страшную досаду, – ведь наверняка он сделал неправильный выбор.

Метида исчезла. Больше никто и никогда ее не видел, словно ее не существовало…. Если кто-то и не мог о ней забыть, так это был Зевс. Он почувствовал страшную головную боль. Когда она стала нестерпимой, Зевс в ярости потребовал, чтобы ему раскололи голову топором.

Как же все, кто находился рядом, были удивлены, когда оттуда вышла Афина во всем блеске своего боевого вооружения. Ее доспехи сияли на солнце. Она поражала всех своей невероятной красотой и статью – вот настоящая воинственная дева.

Афина была первым и самым любимым его ребенком. Не тот самый сын, о котором предупреждала Эринния, а воинственная дева. Зевс искренне любил это создание, порожденное им самим, как же мы все можем не любить то, что творили исключительно сами? Но он еще и чувствовал вину из-за того, что лишил ее матери, обрек на одиночество. И все-таки Афина гордилась тем, что родилась таким странным образом, кто еще мог с ней в том сравниться.

Афина ничего и никогда не спрашивала о матери, знала, что Зевс ничего ей не скажет.

Зевс, глядя на дочь, так легко освоившуюся в мире, уже думал о новой женитьбе, ему нужна была спутница.

Но пока он развлекался с богинями и смертными и наслаждался своей свободой, а каждая из них таила в душе надежду – спала и видела себя его верной и преданной женой. Возлюбленные менялись, только Афина неизменна была в поле его зрения и пользовалась его благосклонностью. И вдруг Метида стала являться к нему во сне, молча стояла перед ним. Не мог Зевс перенести этого взгляда и просыпался раньше обычного. Он невольно старался быть подальше, не хотел оставаться с ней наедине. И вдруг она заговорила и спросила: