Власть и страсть. Князья и воины

Глава 18 Новые изгои

Ярополк в граде своем чувствовал, что лучше все и не могло сложиться для него: он получил все назад, не причинив своим родичам и братьям никакого горя. И то, что сами они попытаются все вернуть на место, это его в тот час не волновало. – Пусть делают, что хотят, какая ему разница.

И Всеволод радовался, что Ярополк оказался лучше, чем о нем говорили враги.

В тот день на рассвете великий князь отправился к себе. Он не мог оставаться в чужих уделах, когда столица оказалась так уязвима.

Владимир появился в своем Чернигове. И собирался там ждать того, что должно было произойти с миром и с ним самим.

Ярополк же заверил князя, что появится в столице по первому его зову, как только понадобится там, даже если не позовет, как только почувствует опасность, так и будет у него, Всеволод знал, что может верить этому слову, ведь до сих пор тот его не подводил.

№№№№№№

Это были безоблачные, спокойные дни. Таких во все времена было немного, а в том веке особенно. Они все не думали об опасности, радовались невинным забавам, ведь для спокойствия каждый из них немало сделал. И ведь мудро поступил Ярополк, если бы он пошел против, то давно бы уже оказался среди праотцов. Стоило только ему омыть руки кровью, то не видеть бы ему верного помощника.

Но все знали, что затишье не может длиться долго, буря непременно грянет, и очень скоро. Вот и старались князья прислушиваться к тому, что творилось вокруг.

И напрасно они заглядывали далеко, все оказалось значительно ближе.

У оказавшегося во Владимире Ярополка что-то изменилось в душе, он чувствовал, что больше не будет прежним. Этот град, да и братья все-таки отравили его душу. Он стал думать о схватке с князем, который проживет не меньше, чем он сам, если ему в том не мешать. А потому он готов был броситься в поход против того, с кем был заодно еще вчера. Зверь, живший в его душе, вдруг вырваться наружу.

№№№№№№№

Всеволод, узнав об угрозе оттуда, откуда ее не ждал, сначала не поверил тем, кто его о том предупреждал.

Ему казалось, что это завистники просто хотели поссорить его с самым верным из союзников, а ему этого совсем не хотелось. Легче было обвинить в измене кого угодно, но не Ярополка. Ведь тот не единожды доказывал, что на него можно положиться.

Странно, что Ярополку удавалось скрывать свои намерения так долго. Ведь он и для сына родного столько не сделал, сколько для него.

А вот княгиня вовсе не была так уверена в этом мальчишке, она понимала, что рано или поздно случится подобное.

№№№№№№№№№

Но в то же время доложили Всеволоду, что Владимир Мономах, который слыл предателем для братьев, идет с дружиной своей из Чернигова. Ему хотелось получить назад свой град.

Ярополк понял, что сражаться ему придется в одиночку. А возможно, что это Всеволод против него всех и направил, он не мог в те дни доверять никому. Вот и держи страшный удар, едва ты успел отречься от князя. Но у него не было другого выхода.

И понял Ярополк, что значит оставаться во Владимире одному. И так ли много он без великого князя значит?

Тогда и бросился недолго думая, сын Изяслава в Польшу, только там он мог найти защиту – среди родичей матушки. В лучшие времена он и не думал о них, а вот теперь пришлось опомниться, и милы они ему стали тут же. С усмешкой узнал великий князь о побеге крестника… Значит, все правда, что о нем тогда говорили.

Глава 19 Дань Владимиру

Совсем недавно на краткий срок приблизился к Владимиру князь Владимир, увидев, что братьев уже нет там, он должен был убраться прочь.

Но перед этим он остановился перед Луцком, нашел там жену Ярополка и казну, которую князь припрятал в надежное место. И порадовался такой удаче.

Княгиня Изольда, узнав о несчастиях сына, тоже все бросила и направилась из Киева туда. Пока он был дружен со Всеволодом, она оставалась в столице, все еще не решилась уехать в Польшу, решив, что это никогда не поздно сделать. Но теперь и для нее все переменилось в один миг.

Но она не поверила бы в то, что князь посмеет ее тронуть, ведь с ней остались преданные воины.

Владимир усмехнулся, понимая, что ему придется принимать мать Ярополка. Он не понимал, зачем она сюда пожаловала, но не собирался причинять ей вред, хотя и слушать ее и считаться с ней он тоже не собирался.

– Какой гордой и заносчивой оказалась дочь ляхов, хотя могла бы к нему и по-другому относиться..

– Мне нечего терять, – усмехнулась Изольда, – можешь поступать со мной как хочешь, но много ли тебе от этого будет проку, ты должен прослыть добрым и миролюбивым, потому что обычный путь к столу для тебя длиннее самой жизни. Ты должен пользоваться безграничной любовью.

Она снова давала ему советы, хотя вовсе не была уверена в том, что они ему нужны.

– Ты хочешь предупредить меня о чем-то? – поинтересовался Владимир.

– Я долго жила в этом мире, послушай старуху, тебе воздастся за все, как и моему сыну и муже. Но только об одном я спрашиваю у бога и ангелов его. Кончится ли когда эта бойня или она вечна. Не будет в ней победителей и все побежденными окажутся.

Владимир молчал. Ему только предстояло вступить на эту тропу, и он пока не мог ничего ведать о том, что случится с ними дальше. Он заметил, что она совсем не боится его – ни страха, ни почтения в ней не было.

– Любовь, – она не случайно о ней заговорила, потому что не было у него желания подчинить ее себе. Он замечал, что был в нем для властелина какой-то изъян, он не был бесстрашным и могучим викингом, за которым пошла бы любая на край света. Но разве любовь надежное средство, чтобы ему оставаться собой. Он велел оставаться княгине вместе с невесткой, решил оставить двух женщин при себе. Значит, ей придется испытать весь кошмар плена. А ведь пришла она туда сама. Изольда знала, что и в прежние времена Всеволод не стал бы о ней заботиться, а теперь и мечтать о том нечего. Но княгиня Анна никак не могла опомниться.

– Мне нет до нее дела, – говорил Всеволод. Но он старался сдержать свой гнев, – я не собираюсь его принимать, хотя он понимал, что не должен показывать гнева, ведь для ярости еще не было причин.

– Но завтра он то же самое с тобой сделает, он бросает тебе вызов, и тебе придется его принять.

– Не бывать этому, – глухо отвечал Всеволод, хотя понимал, что ему нужно быть спокойнее и уравновешеннее.

№№№№№№№№

Княгине – пленнице снился молодой Всеволод, в те дни, когда он пошел против ее мужа. И сравнив того и этого, она поразилась, как он постарел за эти годы. Только сон напомнил ей о том, каким он был когда-то молодцем и красавцем.

– Сын твой предал меня, вот ты и осталась без помощи, – говорил во сне ее князь.

Она чувствовала, что по щекам ее текут слезы. Она чувствовала, что сделанного не воротишь, и бедный Ярополк будет рваться, чтобы помочь им. И ничего не сделать с тем, кто на все готов, чтобы убрать ее из этого мира.

Она чувствовала свою вину – в день гибели мужа она позволила Всеволоду захватить власть, а должна была прогнать прочь. Пусть бы он отправлялся, куда глаза глядят. А теперь оставалось только исполнять все, что он требовал.

Тем временем, когда Владимир отправился вместе с пленницей к Владимир-граду, там уже оказался посланник великого князя Давид Игоревич, и тот был объявлен князем этого удела,

Всеволод бросал вызов, хотел посмотреть, посмеет ли он все отбросить, сможет ли удержаться на высоте или бросится в сражение.

Они остановились под Владимиром. Князь держал пленниц при себе. Слуги верные заботились, чтобы они ни в чем не нуждались, чтобы к ним относились с уважением,

Но в один прекрасный миг, когда князь где-то оставался, она оказалась перед людьми в масках, и те потребовали, чтобы она следовала за ними.

Странно встрепенулась великая княгиня, – она никак не могла понять, что это значит, они ни о чем не говорили. Похитители выбрали миг, когда рядом никого не было.

Княгиня должна была подчиниться. Они двинулись в путь, за окнами мелькали поля и леса. Оставалось только гадать, куда они направляются, что их там ждет. Может быть, ее похитили люди Ярополка, но почему они ничего о том не говорят?

Но она ошиблась на этот раз. Надо было что-то предпринимать.

Как же была удивлена княгиня, когда они остановились перед Киевскими вратами. Сам князь Всеволод выехал к ней.

– Раз твой сын не позаботился о тебе, это придется сделать мне, я не мог оставить тебя в руках этого мальчишки.

Он проводил ее во дворец, в ту половину, где она обитала прежде. Но все было другими, теперь, когда Ярополк рассорился с князем, она оставалась пленницей и заложницей. Ему хотелось пнуть Владимира, и оставить ее у себя.

Так вот что значит ее сон, Всеволод был ее спасителем, только от такого спасения ей не становилось легче. Но стоило поблагодарить Всеволода – он сохранил город и тот мир, в котором она так долго обитала, что не хотела его покидать.

Анна была приветлива и радостна. Она смогла отплатить Изольде добром. А ведь к ней в Киев она пришла, когда Олег захватил Чернигов, и теперь всеми правдами и неправдами заставила своего мужа вернуть назад княгиню.

Но она была согласна с тем, что Всеволод слаб,, у него много врагов, и трудно представить, что с ними обеими еще случится.

Глава 20 Снова дома

Всеволод казался героев, по крайней мере, в собственных глазах. Но отчего так печально встревожена была княгиня, почему она не радовалась тому, что Изольда снова оказалась с ней рядом?

Он понимал, что надо было в сражении покорить Владимира, забрать ее не тайком, а открыто, одолев всех врагов. Но что-то подсказывало, что сделать это почти невозможно. Потому она оставалась в плену.

Изольда отправилась поговорить с гордой и своенравной старухой, надо было выяснить ее настроение и поддержать какие-то отношения, хотя это было вовсе не так просто.

Она старалась быть великодушной, надо было напомнить, что она была бы неизвестно где, в руках настоящих безумцев.

Но похоже, что княгиня ни о чем таком думать не собиралась.

– У тебя еще все впереди, дорогая,, а мы все оказались в таком времени, когда и врагам помогать следует.

Анна напомнила ей, что Ярополк вел себя не лучшим образом.

– Все порой себя так ведут, – не унималась Изольда.

Казалось, что она была совершенно права. Они так и не поговорили по душам, не стали ближе. Потому она и печалилась, маясь от бессилия перед этой скалой. О мужчинах и говорить нечего, но ведь со старой княгиней они равны, тогда отчего же она так высокопарна и заносчива, почему она так нетерпима и горда.

Но терпение и спокойствие – это ее оружие, которое не подведет и не наделает бед.

– Она глупа или только прикидывается, – размышляла Изольда, стараясь докопаться до истины. – Ярополк вел себя недостойно, это так, только и она хороша, ничего не скажешь, я должна благодарить ее за то, что стала ее заложницей, и они станут склонять моего сына неизвестно к чему. Это так отвратительно.

Надо было отгородиться от них и заниматься обычными делами, с каким бы раздорами это не было связано, только тогда она сможет забыть обо всем, что мучает ее, не дает покоя.

Если она и думала о чем-то, то только о своей Польше. Только как ее встретят там ляхи?. Они помнят о том, как помогали Изяславу и были изгнаны из Киева, как только нужда отпала. Да и сама она теперь не сможет помочь сыну, если останется в родном замке.

№№№№№

Ярополк оставался не слишком желанным гостем в Польше, но здесь он понял, насколько плачевно его положение. При польском дворе было бедновато и скучновато, оставалось только вспоминать о столичной роскоши, даже в любом уделе все было по-другому. Он узнал о том, что враги успели захватить в плен его жену, и забрать казну. Это казалось самым жестоким ударом.

Все что ему было дорого, оставалось либо у Владимира проклятого или у самого Всеволода, перед которым он потерял страх. И когда король ляхов нарисовал ему картину, которая и без него была прекрасно известна, он и вовсе загрустил, не ведал, что ему надо было предпринять.

– Мне надоело жить спокойно, только бес мог толкнуть меня в ту пропасть, в которой я и оказался. Он понял тут, как это хорошо, вырваться из объятий великого князя, но почему об этом нельзя было подумать прежде, ведь все тогда могло быть по-другому.

Он очень быстро понял, что чужбина – еще больший кошмар, даже если это родина твоей матери, надо вернуться как можно скорее назад, и оставаться там, где ты родился.

Отец снова возник в его сне, и пришлось долго убеждать эту тень, что он не сможет обойтись без союза с великим князем. Ничего он без него не значит.

– Я давно тебя предал, но я должен вернуться к нему, валяться в ногах и просить прощения. Когда мы были вместе с ним, у нас все получалось, теперь я мало что могу.

Ярополк стоял на своем, он понимал, что если Всеволод простит его и возьмет назад, то лучшего слуги у него не будет, а если нет, тогда страшно даже представить, что с ним станет.

У ляхов были какие-то свои дела, они не торопились ему помогать, и это убеждало его в безнадежности существования. И тогда он объявил королю о том, что отдохнул, собрался с силами и должен возвращаться.

Ляхи не скрывали того, что рады такому решению. Поразительным казалось их бессердечие. Но ведь они ничего ему не были должны. Да и он ничего не сможет им дать, даже обещать ничего не может.

Когда Ярополк возвращался, он чувствовал, что теперь все вставало на свои места. И все-таки он оставался неприкаян, терзаем горечью, потому что все хорошо виделось из Польши, а когда он стал приближаться к уделам русичей, которые ему больше не принадлежали, это уже не так все замечательно.

Но если бы у него был хоть какой-то выход.

Сначала он решил встретиться с Владимиром, хотя и не понимал, почему возникло такое желание, а уж потом он отправится на поклон к великому князю.

Глава 21 Возвращение

Ярополк направился к Владимиру, даже если он и совершал страшную ошибку, это все равно казалось для него самым важным шагом. К брату, захватившему град его и казну, доверия у него не могло быть никакого.

Почему он стремился туда, князь никак не мог объяснить, просто рвался в эти места, и уверял себя, что поступает правильно, внук князя Ярослава надеялся, что и у него достаточно мудрости, чтобы так поступить.

Князь надеялся, что там будут рады его возвращению, ну а если нет, им придется с этим примириться.

Он направил коня своего к Волыни, где обосновался в то время князь Владимир. Вероятно, тот должен был удивиться его появлению. Но при столкновении ничего похожего на удивление Ярополк не заметил. Владимиру нечего было бояться, и он ничему не удивлялся. Хотя надо признать, что воеводы его были настороже, даже требовали, чтобы опальный князь уехал прочь, чтобы Владимир с ним не общался.

– Он убьет тебя, – услышали они оба почти отчаянный голос за спиной.

Владимир догадывался, что такое вряд ли случится. Он всегда, словно зверь чувствовал опасность, а на этот раз ничего такого не было, он никогда не умрет от руки Ярополка, бояться нечего.

– Он не тронет меня, и не только потому, что мы братья и его жена у меня в плену, он просто не способен на такой отчаянный шаг.

Владимир был уверен, что человеческие души ему хорошо известны, в те дни он и не подозревал, что чужая душа, даже если это душа брата – для него потемки, не стоило никому доверять, а особенно близким людям, но юность всегда была страшно самонадеяна.

Бес внимательно за ним следил и часто перед Владимиром появлялся. Ярополк не мог похвалиться тем самым, не потому ли он и совершал такие ошибки и оказывался в плачевном состоянии.

– Мальчишка храбр, или только хочет казаться таким, – даже он не ведал намерений этого тихони, не пытался их угадать, а что говорить о юноше. Но он твердо держался в седле, хотя храбрецом себя не считал.

Но в былинах, сочиненных не без его помощи, он вовсе не будет так привлекателен. А пока он молод, а молодость всегда безрассудна и прекрасна.

№№№№№№

Ярополк вернулся, и хотя не так долго его не было на Руси, но все изменилось там за этот краткий срок. Изменился и сам князь. Исчезла его удаль и жизнелюбие. Он начал с мольбы о прощении.

Владимир не был зол от природы, и не так просто было вывести его из себя. И понимал, что лучше примириться с князем, а Ярополк еще может послужить им, его вряд ли стоит отталкивать.

Владимир понимал, в какой ситуации тот оказался, но верил, что с ним ничего такого никогда не случится, потому что надо было все просчитать заранее, хотя он должен думать о сыновьях, которые тоже могут наделать разных ошибок, и как знать, какова у них будет судьба в этом мире.

Знал он и о том, что Всеволод ждет возвращения своего верного помощника, и уверен, что за битого двух небитых дают.

А сам Всеволод делал вид, что разъярен, и происходящее ему страшно неприятно. Хотя помыслы его были о другом, никто не смог бы угадать, что творится в его душе, радость сменила эту напускную ярость.

Он сообщил собравшимся о том, что князь вернулся домой, и он готов забыть обо всем, что между ними прежде было. Он казался великодушным и благородным в тот момент.

Когда же князь спросил о жене, тот отвечал, что она отправилась в удел, ему же она пожелала оставаться в столице. А он не стал ее удерживать, коли таким было ее желание.

Князю не хотелось оставаться в столице дольше, и испытывать терпение Всеволода не хотелось, потому он и сказал о своем решении.

Великий князь, услышав таковы слова, облегченно вздохнул, с этими трудностями было покончено.

Теперь и Ярополк мог передохнуть и насладиться родным домом и кругом близким людей.

Глава 22 За что?

Анна вскоре узнала о том, что ее мужу не только позволено вернуться в свой град, но и княжить там. И она поспешила туда со свитой, не дожидаясь, пока он появится.

Не верилось, что получат они назад не какой-то дальний удел, а Владимир, о котором со временем она и мечтать перестала, но теперь надо браться за дело и не искушать судьбу. Она устала быть под чужим присмотром, как малое дитя, ей не хотелось гадать, что еще с ними может случиться внезапно.

Она давно привыкла быть княгиней – повелительницей, привыкла командовать слугами и вести дела. Ей пришлось не раз беседовать со Всеволодом о том, что с ними может случиться, и теперь она была довольна его великодушием.

Сколько слов было произнесено за эти дни и месяцы, но трудно было поверить, что все так быстро завершится. Она жила в ожидании возвращения князя.

№№№№№№№№

Тем временем Ярополк приблизился к вратам града, на миг остановился, чтобы еще раз убедиться, что он дома, в своих владениях.

Все обещало, что возвращение будет спокойным, а пир пышным и торжественным. Он чувствовал, что подданным нравилось то, что смутные времена завершились, и можно было, наконец, вернуться к старым добрым временам., когда они не ведали никаких волнений и тревог.

Потом, когда княгиня вспомнила, как случилась беда, она никак не могла вспомнить того рокового дня и все твердила: что произошло это чуть ли не в день его возвращения, казалось, что все случилось в единый миг. Но то, что Анна помнила точно, случилось это во время охоты, куда она тоже собиралась отправиться, хотя дома было немало дел, да и не любила она никого убивать, даже зверя лютого. Но она отложила все дела и помчалась туда.

Страшный, пронзительный крик птицы только усилил тревогу в душе. Князь вздрогнул и поднял голову к небесам. Он не мог понять, даже не почувствовал, что на него что-то обрушилось сзади. Боли он не чувствовал, только показалось, что закатилось в тот миг солнце, и померкло, хотя оно светило ярко.

Кто-то вонзил клинок в спину, и смотрел пристально и злобно, словно желал убедиться, что он убит, и не поднимется. Клинок торчал в спине князя. Многие из спутников, так и не могли понять, что же творится там. От невероятной боли Ярополк прикрыл глаза и потерял сознание. Он понял, что убит.

Но он посмотрел на того, кто убил его, словно старался запомнить навсегда..

Все бросились к нему, словно очнулись. Но было поздно. Он был уже мертв.

Никто не решился тогда схватить убийцу, а потом не смогли его догнать. Он мчался от них, понимая, что должен спастись.

Кто-то потом твердил, что он был колдуном, растаял где-то в небесах. Но они просто оправдывались за свою нерасторопность..

Глава 23 Гибель князя

Колдуном ли был убийца Ярополка, или только озлобленным смертным, которого кто-то принудил, а может он сам решил так поступить, тем, кто все видел своими глазами, вряд ли это придется узнать. Но весть о том, что Владимирский князь убит, сразу пронеслась по всему миру и моментально достигла ушей Всеволода.

Был ли он к этом причастен или понятия о том не имел, этого тоже никто не мог сказать наверняка. Но попытались все списать на беса, говорили, что без него точно не обошлось.

Бес помалкивал, хотя мог бы сказать им, что он все делает в угоду кому-то и кому-то назло, а не сам по себе, и не в нем надо искать корень зла, а только в людях.

– Я – оружие, которым пользуются одни и которое обрушивается на других, – говорил он Баннику.

– Слепое оружие? – спрашивал тот, и у тебя нет никаких желаний и тайных помыслов?

На это он только глубокомысленно промолчал. Да и о чем можно было сказать?

Княгиня плотно сжала губы, глядя на то, как бездыханное тело князя аккуратно, словно ему еще можно навредить, внесли в гридню. Как суетились и отдавали какие-то распоряжения люди, кто-то начал сам распоряжаться, управляться.

Изольда в Киеве слушала гонца, сжимала сухие пальцы и говорила, что она знала, она все чувствовала, это непременно должно было случиться.

– Слишком все хорошо было сначала, – вздохнула княгиня, так не могло длиться долго.

– Они не простили тебя, никто никогда не прощает слабости, клинок в спину, это все, что осталось.