- -
- 100%
- +
Она молча собиралась во Владимир, чтобы еще раз взглянуть на Ярополка, проводить его в мир предков, она прихватила самые дорогие вещи, понимая, что в Киев больше не вернется. Давно пора было перебраться в Польшу, напрасно она тянула с отъездом, словно могло еще произойти что-то. Ничего хорошего для нее и детей тут больше не было после того, когда Всеволод захватил власть, и теперь она еще раз в том убедилась.
Анна же, взиравшая на приготовление к похоронам, понимала, что ей снова придется отправиться в Киев, что здесь ее никто не оставит, сюда завтра, а может и нынче нагрянет новый князь. Она не хотела оставаться с ним, кто бы он ни был. Как коротка оказалась радость возвращения. Она не успела даже порядок в храме навести, не почувствовала, что значит быть хозяйкой и повелительницей.
Великий князь сыграл с ними злую шутку, на которую только был способен в этом мире.
Приехала старая княгиня, распорядилась, чтобы тело повезли в Киев и похоронили рядом с отцом.
– Не место ему тут лежать, если он при жизни не стал великим князем, то пусть после смерти в столице останется.
Все, занятые в похоронах, переглянулись, не зная, как действовать, должны ли они исполнять приказания старуха. Но она сухо и яростно еще раз повторила свой приказ, и они подчинились, зная, как велика ее власть, и вряд ли сам Всеволод, чуявший перед ней вину, будет противиться происходящему, да и не нужна ему тут могила Ярополка.
И еще одного хотелось ей, пусть немного всколыхнется Всеволод, и увидит, что он наделал, это все было его рук дело, она в том не сомневалась.
№№№№№№№
Взор великого князя был устремлен во Владимир, он узнал от слуг свои, что княгиня туда направилась, даже не сообщив ему о том..
– Старуха обижена, и может быть, что-то подозревает, – подумал он раздражённо.
Княгиня взглянула на него пристально в тот миг
– Пусть хоронят, где хотят. Мы переживем и это, – говорил Всеволод, только его невозмутимость спасет положение.
Так завершилась еще одна страница в судьбе великого князя. Когда-то он узнал о гибели Изяслава в сражении, теперь должен был вместе со всеми встретить тело его сына, единственного из Изяславичей, который мог быть ему соперником в борьбе за великий стол, да не станет уже видно. Это была хорошая новость для него…
Всеволод старался не думать о недавнем прошлом. Он убедился, что когда о чем-то забываешь, оно вроде и не случилось. Что бы ни подозревала старуха – у нее нет никаких доказательств, а на кого ей еще думать, как не на него. Правда, для человека непричастного, он казался слишком холоден и спокоен, но слишком не любопытен, для того, чтобы слыть причастным.
Вот и пусть они судят и рядят о том, что случилось, а он ни доказывать, ни опровергать не станет.
Глава 24 Возвращение в столицу
Скорбная процессия приближалась к Киевским вратам. И почти все киевляне вышли, чтобы встретить князя, так же как они встречали тело Изяслава недавно, и тогда думали и гадали о том, что и как будет происходить.
Засуетился после случившегося Владимир. Он слышал о том, как спокоен и невозмутим был великий князь, и понял, что подозрение в убийстве падет на него. И город, который должен был стать его, снова вернули брату, значит, если кто-то хотел убить, так это именно он. Сам он наверняка не отдавал такого приказа, но этого и не нужно было делать.
Он с ужасом ждал появления этого парня, ведь скажет, что действовал он для него, хотел, чтобы у того все было лучше. Об этом станет известно и другим людям, тогда он, ни в чем не виновный, прослывет убийцей брата. И Ярополку все равно, кто его прикончил, а ему еще жить с этим клеймом убийцы..
И так на весь мир разозлился Владимир, что попадись ему тот, кто совершил грязное дело, так и придушил бы его своими руками. Но тот был не так глуп и под горячую руку попадать не собирался.
Похороны казались великолепными и торжественными, отчего было не похоронить того, кто так долго стоял у него на пути и наконец, удалился с этого пути, и не важно, как это случилось.
В мире, где живые так ненавидели друг друга, к мертвым врагам относились с особым почтением, потому что они больше не могли причинить вреда. Оставалось только отвести место в Софии, чтобы они покоились там, рядом, и все время оставались под присмотром. А места в соборе всем хватит.
Владимир не появился в Киеве, как-то отговорившись от этого визита, и многие еще больше уверились, что он был во всем виноват. Наверное, эта гибель могла казаться вечной тайной, ведь заинтересованы в ней были многие.
Княгиня сразу же после похорон, не оставшись даже на тризну, уехала, не простившись. Она считала во всем его виновным, так и отправилась прочь.
От хитреца и интригана Рюрика прибыл гонец, сам он тоже не пожаловал в Киев, и гонец сообщил, что всадивший нож в спину Ярополка оказался у Ростиславичей не случайно.
Так с него были сняты какие-то подозрения, пусть они думают, что появление этого человека подстроил он сам. На самом деле ему не было до этого дела. Они с радостью его принимают. И подтвердили это нынче.
– Ты напрасно радуешься, – говорила княгиня, – их наказать следует, они только начали с Ярополка, завтра и до тебя дотянутся, руки у них длинные, дотянутся.
Он понимал, что княгиня права. Но может они с послом все это сами и подстроили, и ждут, когда он отзовётся, проявит себя.
– Они узнали, что мы примирились, и не стали терпеть такого, – говорил Всеволод. А как только исчезнут одни, так появятся другие, такова участь великого князя, что с первого до последнего дня он должен отбиваться от своих, никому не должен верить, и даже близких родственников подозревать во всех тяжких грехах.
Тогда и стал сетовать великий князь на то, что не уберег Ярополка, потому что из всех, кто был ему близок, именно он мог послужить верой и правдой. Только что жалеть о том, что уже свершилось.
Его же подопечные твердили, что пострадал Ярополк из-за князя Владимира, сколько бы тот не жил на этом свете, не правил, все равно ему от тени Ярополка не откреститься.
Тогда и сделался Ярополк одним из самых несчастных мучеников, и пострадал он за доброе и светлое дело, никак не могли быть оправданы убийцы его..
Это даже немного расстроило Владимира, ему хотелось добиться именно этого, он понял, что должен как-то по-иному относиться. Пусть пройдет время и о мучениках забудут, успокаивал его монах, когда князь осторожно спросил, не собираются ли они его святым сделать. Это больше всего волновало владыку.
Анна оставалась в столице, она заняла покои старой княгини, он даже радовался, что она ни в чем его не винила, не показывала к нему неприязни.
Но как не противился князь, как не был оправдан иными, но так просто убийство для него не прошло.
Началось все со страшной засухи на его землях, когда трава, не успев появиться, становилась золотистой от зноя, а потом и вовсе чернела и становилась прахом.
Напрасно было думать о том, что они соберут какой-то урожай в такое лето. Священники упорно творили молитвы, и Всеволоду пришлось исповедаться и каяться.
– Это месть мне, не могут простить предки того, что творится, потому и решил Велес голодом всех переморить.
Князь и не заметил, как он произнес имя древнего бога.
Молчал патриарх, он чувствовал, что все еще не забылись они и не отступили от своих богов. Пахари с ужасом взирали на погибающие поля, и творили молитвы к Велесу, но он не слышал и не видел их. Только священники ярились, узнав о том, что происходит.
А старые боги просто показывали, как поздно люди о них вспомнили, и не будет им за это прощения, поздно плакать по урожаю, которого больше нет в мире.
Глава 25 Знаки небес
Боги молчали, князь понимал, что ничего хорошего больше в жизни его не будет.
Даже бес пропал куда-то и он не мог спросить у него, чего ждать, чем сердце успокоится. Но сгоревшего урожая не вернуть, значит, скоро наступит голод. Тогда он и велел позвать волхвов и колдунов в храм. Священники от такого решения пришли в ярость, но он не видел и не слышал их больше.
Княгиня всполошилась, она понимала, какую ошибку совершает ее муж, ведь они еще большие беды получат.
Мрачные волхвы собрались около князя.
– Сердиты боги на нас, и есть за что им сердиться, -говорили они.
Всеволод смотрел на стариков в чудных одеяниях, и вдруг услышал:
– Будет тебе, княже, знак.
– От кого?
– Сам узришь, не стоит время подгонять, – а когда узришь, то поймешь, что же делать надо.
То ли боялись они говорить что-то, то ли не смогли просто ничего сказать, только не добился больше ничего Всеволод. Вот и осталось ему только того знака ждать.
№№№№№№
Ему пришлось одарить волхвов и попрощаться с ними, и без того уже воеводы косо на него взирали. Вот если бы вернуть в этот мир Ярослава Мудрого, тогда другое дело. Тогда может и наладилось бы все в их мире, а пока все было укрыто мраком и тонуло в тумане.
Патриарх знал о том, что у князя волхвы собрались, он догадывался, что там творится, он бессильно ярился, и понимал, что не сможет противостоять этому, и чувствовал себя забытым и отвергнутым.
– Как смеет он снова возвращаться к тем, кого отвергли, кто давно перестал существовать, о чем он думает, чего добивается.
Когда перед ним появилась тихая и смирившаяся княгиня, он так на нее посмотрел, что она невольно отступила.
Она хотела все рассказать и покаяться, но глупо думать, что ему ничего не ведомо.
– Как ты допустила, почему он собрал волхвов?
– Власть моя над ним не столь велика, – тихо отвечала княгиня
– Может и так, только они могли и не дойти до него вовсе, – не унимался святой отец.
– Но он был все равно привел их, чуть позднее, такие хитрости с князем не пройдут
– Молиться надо, чтобы не вымерло все, молиться, – упорствовал он, а вот усердия вашего в том я не вижу.
– Они все еще в другом мире живут, – княгиня опомнилась, ей не нравилось, что разъяренный старик так с ней разговаривает.
– Они делают вид, что верят в твоего бога, но сами совсем в другом мире живут, – выдохнула княгиня, – ты же знаешь, что Владимир крестил их огнем и мечом, а толку от того мало, это только ему казалось, что все будет так, как ему хочется.
– Что ты этим сказать хочешь? – насторожился он
– Все идет совсем не так, как тебе хочется, а ты только глаза на то закрыл, и не скоро наши люди к твоему богу придут, если вообще когда-то придут.
– Но ты сама, – прохрипел он в отчаянии.
– А что я? – усмехнулась она, – разве моя вера, какой бы сильной она не была, спасает весь этот несчастный мир?
№№№№№№
Всеволод метался и нигде не мог найти успокоения.
Он чувствовал, что все катится под откос, и не сладить ему ни с богом, ни с миром. Что ему оставалось делать? Князь со своей свитой отправился на охоту. Стрелял зверей и птиц в ярости.
И когда упала одна из птиц, рядом с ней блеснуло что-то ослепительное. Упал какой-то шар, на миг великий князь был ослеплён им. Лошадь шарахнулась в сторону, видя, что князь не правит ей. Тогда он припомнил слова Волхва о том, что ему будет знак – пророчество сбывалось.
Только что бы это значило?
Часть 2 На закате
Глава 1 Огненный знак
Опомнился великий князь, сначала показалось ему, что теперь он ослеп на всю жизнь. Но зрение стало к нему возвращаться, и увидел он все вокруг, только в том месте, где шар упал, теперь была дыра огромная, на овраг похожая, и все, что было недавно на том месте: трава, растения какие-то исчезли без следа, ничего не осталось.
Но что это могло быть? Вода всегда была главным знаком Христа, а если засуха у них случилась, значит, он на них так злился. Но с огнем у него ничего не было связано у нового бога. Молния Перуна тут же вспомнилась ему, он понимал, что именно Перун мог послать такие знаки.
Но если отвергнутый бог где-то поблизости, как зол он должен быть на всех, убравших его кумиров, его капища и давно переставших приносить ему жертвы.
Всеволод и сам не особо верил в то, что происходит, не мог понять, как ему следовало жить, как оставаться в мире этом странном. Вот она расплата за все беды и предательства —страшная и жуткая расплата.
Что же ему делать? Вернуться к старым богам? Но это невозможно. Но и на нового бога не осталось никакой надежды. Если бы появился бес и смог сказать хоть что-то, о том, что будет, чем у него сердце успокоится. Но ему приходилось мириться с тем, что ничего такого у него не будет.
Патриарх успел узнать об этом происшествии на охоте, а потому поспешил к великому князю.
Взглянув на него, понял великий князь, что нет ему пути назад, какие бы знаки Перун ему не посылал. Он не может бороться с этим великим стариком, и со всеми, кто был вокруг него, у него всей жизни на это не хватит.
Если Перун позволил себя свергнуть, то он не настолько силен, как древний бог и ничего у него не выйдет.
Но патриарх не стал говорить о том, что случилось на охоте, он только понял, что князя это сильно взволновало.
– Пусть так, – думал в те минуты священник, – только он напрасно надеется, что ему будет позволено вернуть старых богов, никто из более сильных князей не смог этого сделать – огнем и мечом мы станем защищать своего бога.
Он обратил свой взор к княгине и потребовал от нее действий и союза, о котором она стала забывать из любви к мужу.
– Что было в лесу? – спросила она, когда они остались вдвоём, – откуда все тревоги и волнения?
Он смотрел так, словно перед ним был лютый враг, а не жена., прикидывал, может ли он сказать ей обо всем или нет.
– Перун дал мне знак, я думаю, что это он решил наслать нам все беды, – сердито говорил Всеволод, решив, что она такая правильная и такая верующая, должна разделить с ним все беды, которые выпали на их долю.
– Но почему ты с собой его взял?
– Меня предупреждали волхвы, – повторил он задумчиво.
– Ты веришь в это?
– А ты веришь в то, что бессмертные боги могли куда-то исчезнуть? – насмешливо спросил он, – Да не бывает такого, они следили за нами и ждали подходящего часа, но почему он наступил в мою бытность, вот этого я не понимаю. Теперь и без того бед хватает. Почему они на Владимира Окаянного не обрушились? Да и Ярослава можно было хорошенько тряхнуть, но они напали на меня, словно никого другого там и не было.
– Ты напрасно считаешь себя спасителем.
– Наши беды и горечи оттого, что мы предали их, может, только мне одному из всех дано было понять это. Я знаю, что победа будет за нами, за тех, кто с начала до конца останется с ними.
– Такого не будет никогда, – крикнула княгиня, – но чувствовалось, и в ее голосе ощущалось, что так все и будет рано или поздно, и невероятно сильной казалась обида.
Они пытают нас, они издеваются над нами, однажды они просто прикончат предателей. И даже жестокими нельзя будет назвать богов, потому что по сути своей они будут правы, – говорил Всеволод, и хорошо, что священник его не слышал, хорошо, что решил удалиться, оставив их одних, потому что эти речи были ему ножом в спину. Они убивали не тело, а душу, и это значительно страшнее.
– Перун бросил мне огненный шар, – задумчиво размышлял Всеволод, этим он и доказал, что существует. Они не случайно нас крестят еще при рождении, чтобы мы верили слепо и ничего главного не замечали. Но была возможность еще что-то исправить. Если бы появился тот князь, который раньше моего узрел бы этот шар, построил капище, кумиры из лесов заповедных вернул в наш мир, может быть мир и счастье наступит на земле тогда.
Княгиня понимала, что говорить с мужем бесполезно, и это гневило ее еще больше. Она совсем не знала того, кто был рядом с ней все эти годы, понимала, что это совсем чужой для нее человек.
Княгиня ушла к себе раздосадованная, она только теперь поняла, что вся ее семейная жизнь шла насмарку. Грешник Владимир спас этот мир, повернувшись лицом к их богу, а ее муж всех снова погубит, растопчет то, что было достигнуто, а если он проживет еще несколько лет с такими помыслами, то от мира вовсе ничего не останется.
Глава 2 Ттрудный разговор
Княгиня и на самом деле не могла понять, кто из них прав, она ли, без остатка отдавшаяся чужому богу или Всеволод, какими-то невероятными трудными путями возвращавшийся к старым богам. А если прав он, что тогда будет с ней и со всем миром?
От таких помыслов ей становилось еще хуже, лучше об этом и вовсе не думать.
Твердо усвоила она только одно – следовало быть там с преданными ей людьми. Нельзя менять свои вкусы и настроения. Предательство никого не спасало от беды. Беды от этого будут только множиться.
Но когда она проснулась, а после приятного сна тяжело было просыпаться, она почувствовала какое-то отчаяние, каким же тяжким был груз прошлого.
– О, Господи, неужели я так слаба, – спрашивала она себя, – но на этот вопрос и не требовалось ответа, в отчаяние она пришла от своей немощи.
– Молитва, словно высший дар, вот что только и осталось. Но радость тут же сменилась печалью, появилась уверенность, что не поможет и молитва
И тогда поняла княгиня:
– Он навлечет новые беды на нас, и я не смогу их остановить, потому что бес испытывает меня на прочность.
Бес и на самом деле следил за ней. Тогда он и возмутился не на шутку.
– Оказывается, я во всем виноват, мне отвечать и за старых, и за новых богов? Кто бы что не творил, все на меня сваливается. Но ведь кто-то должен за все беды отвечать, и делать это придется ему.
Обреченность и отчаяние ее произвели впечатление на беса, но он не собирался бросаться ей помогать, не хотел что-то менять в этом странном мире. Пусть все остается как есть.
– Иди к святоше, может он убедит тебя в обратном, – послышалось откуда-то сбоку.
Но она не пошла туда, боясь, что все будет только хуже, никто не убедит ее в том, что все идет правильно. Она умела и прежде различать правду, какой бы горькой та не была.
Так у княгини появилась тайна, потому все становилось еще тяжелее. Сможет ли она хоть что-то изменить в странном этом мире?. Она почувствовала, что оказалась в середине реки и сама должна пытаться выбраться на берег.
№№№№№№№
Но долго размышлять ей было некогда. Снова о себе напомнил князь Всеслав, которого все давно вроде похоронили, забыли, но он оставался жив и невредим, как прежде.
Люди донесли о сожженных землях, которые он умудрился захватить. Он пробирался своими колдовскими топами то вперед, то назад. Понять, как он станет действовать, дальше было невозможно оставалось только ждать и гадать о том, что может случиться.
Проклятие, воины-князья открыто говорят о том, чего хотят, – не выдержал Всеволод, когда узнал обо всем, что надо чародею, сам черт не разберет.
Черт конечно, все прекрасно разбирал, но не собирался открывать планы чародея, который был ему ближе многих. И не сказать, чтобы он очень любил Всеслава, просто он не любил Всеволода, и не собирался ему помогать.
Пришли вести из Смоленска, стало понятно, что он движется в стороны столицы. Но куда он оттуда направился, где его надо было ждать, вот в чем вопрос.
Наверное, старый викинг хотел позабыть все клятвы и погибнуть в сражении.
– Мне придется выполнить его волю..
Но это меняло все планы великого князя.
Глава 3 Шабаш ведьм
Всеслав вспомнил о времени юности, клял себя за то, что так быстро и так просто решил отступиться.
– Я слишком долго оставлял их в покое по своей глупости, -говорил он, больше они от меня не дождутся смирения.
Только ему ведомая тропинка вела князя в самую гущу леса, где он должен был что-то сотворить. Он был стар, но все еще очень силен, и травы, и грибы и коренья должны были появиться в его лукошке. Они давали ему новые силы.
И в душе он был полон сил и планов, и еще сможет смести всех со своего пути.
Ведьмы появлялись то в одном, то в другом месте и приветствовали князя, а он направился на полянку в центре заповедного леса.
Сколько прошло времени с тех пор, как проклятый крест должен был уничтожить старый мир. Но вот остались же уголки старого, куда не дотянуться тем, кто с крестом к нам пришел, такие заповедные места будут существовать всегда, и будут люди, которые станут сюда приходить.
Ведьм собралось тут немало, невидимые духи тоже оставались рядом, они плясали, переговаривались, говорили о чем-то своем. И во главе этой толпы стоял он, не случайно прозванный чародеем. Таким он считался с рождения, когда понял, что может орудовать не только мечом.
Ему не везло в сражениях, и тогда он понял, что победить сможет при помощи заклятий, призывая на помощь древних богов.
Шум тем временем мгновенно смолк, когда он поднял руку, заставляя их замолчать. И они замерли, приготовившись его слушать. Королева ведьм приблизилась к нему. Они знали, как преследовали и волхвов и ведьм там, где власть креста казалась бесспорной…
Князь приветствовал князя на тайном сборище.
Королева ему о чем-то говорила, но Всеслав был далек от того, что говорилось и творилось там.
Он только понял, что она предлагает ему дальше идти вместе.
– От Изяслава остался только прах, все остальные спрятались за стенами собора, а ты жив, и ты будешь славе на веки вечные, потому что шел супротив и не остановился до конца.
Она говорила то, что ему хотелось услышать. Она вдохновила его на новые подвиги, она толкала его против этого мира, как умела делать только она одна.
На какой – то миг Всеслав стал центром вселенной и спасителем, а потому и преобразился он, казался молодым и сильным, как в старые добрые времена. Такому превращению подивился даже бес, хотя его трудно было чем-то удивить.
А князю казалось, что вся его жизнь была сном, только теперь он начинает просыпаться, только делает первые шаги в мире. А если он так молод и так силен, то у него все получится, и он сможет победить всех своих врагов.
Глава 4 Случайный свидетель
В то самую ночь, когда в заповедном лесу собирались ведьмы, колдуны и волхвы, один из княжеских бояр Осмомысл, возвращался в Полоцк. Он задержался в пути, неполадки заставили его свернуть в лес и ждать, пока наладят его карету, подкуют коня, потому что тот стал сильно хромать. Он отправился прогуляться по лесу, в том самом месте, где и был князь-чародей.
Туда и днем – то ходить было опасно, а он отправился в сумерках. Уж больно любопытен оказался тот вельможа.
Что-то устал боярин да и уселся передохнуть. И ступил он на тропу Всеволода, как только дух перевел, словно кто-то толкнул его туда ненароком.
Странный шум донесся до его слуха. Он пригляделся, и стал различать не только ветки деревьев, но и тех, от кого исходил этот шум. Замелькали тени в воздухе, какие-то голоса до него долетать стали.
В отблесках огня, которого было очень много, он попытался отыскать человеческие лица.
И хотя князь очень сильно изменился, преобразился, скорее похож был на своего сына, но бесспорно это был он. И что еще больше удивило боярина, то что они все вились вокруг него и его приветствовали. Он много слышал прежде о князе, но многому до сих пор не верил, только теперь понял, что он настоящий чародей.
Кто-то наткнулся на него в темноте (к тому времени стало совсем темно), и такой страх охватил его душу, что он поспешил убраться.
И двигался боярин так быстро, что никто бы не смог за ним угнаться. Он бы и мимо коня своего пробежал, если бы на него внезапно не наткнулся.
Конь успел отдохнуть и готов был двигаться дальше.
№№№№№№№№
Всеслав все это время оставался среди своих, знал, что это миг торжества, наверное, ради этого стоило жить, мучиться, страдать, чтобы оказаться на вершине счастья и могущества.
Почему-то он не торопился прощаться, если бы не рассвет, то свидание это длилось бы и дальше. Но они услышали, как закричал петух, потом второй и третий, и поняли, что пора расходиться.
По дороге в Полоцк он стал думать о том, что остался, может быть последним воином старых богов, и чувствовал, как приятно принадлежать этому миру, он значит больше, чем любой из тех, кто считает себя великим князем. Надо приобщиться и быть принятым в тот круг, в совсем другой мир.
Жаль, что эта ночь закончилась, ведь в том мире, в той жизни ничего значительного с ним не могло случиться. Он еще все переживет и все узнает, и дано ему больше, чем простому смертному.
– Я знал женщин, власть, чародейство, я знал все, что можно пережить и испытать человеку и значительно больше, я готов встретиться с Перуном.
Пусть он ждет того часа, когда мы снова окажемся вместе.
Боярин Осмомысл не желал привлекать к себе внимание, не хотел, чтобы его в чем-то заподозрили, он не стал возвращаться через главные врата, а незаметно проехал с черного хода, там стражник крепко спал. Он радовался, что не нарушил покоя, никто его не видел, да и что могло случиться глубокой ночью?