Последняя наложница императора.

8

Челнок медленно скользил над бескрайними зелёными просторами планеты. Его двигатели тихо урчали, а иллюминаторы отражали величественные виды: широкие реки, сверкающие на солнце, и глубокие озёра, чья гладь напоминала застывшее зеркало. Вдали виднелись густые леса, где переплетались ветви деревьев, создавая плотный зелёный ковёр.

Однако, несмотря на эту идиллическую картину, в воздухе витало странное чувство пустоты. Ни единого признака разумной жизни не наблюдалось. Никаких дорог, городов, следов деятельности человека или иных существ. Лишь природа, в своём первозданном величии, раскинулась во все стороны.

- Входим в назначенный квадрат, - промолвил Саид, и я опять уткнулась в иллюминатор, стараясь разглядеть космопорт, о котором карг говорил ранее.

Но сколько бы я ни напрягала зрение, пытаясь различить очертания космопорта, подобного тому, что я видела на планете каргов, ничего не получалось. Вместо него внизу простиралось бескрайнее травянистое поле в окружении высоких зелёных холмов.

— Это место давно не использовали по назначению, — пробормотала я, разглядывая зелёные холмы причудливых форм. Внезапно моё внимание привлекло что-то необычное. В густой тени одного из холмов блеснуло серебристое отражение солнечных лучей.

— Саид, смотри! — воскликнула я, бросившись к каргу, который сидел у штурвала. — Там что-то блеснуло!

Саид прищурился, пытаясь разглядеть то, на что я указывала.

— Ты уверена? — спросил он, не отводя взгляда от холма.

— Абсолютно, — ответила я. — Это не просто игра света.

— Возможно, там то, что нам нужно, — тихо сказал Шамиль, присоединившийся к нам. — Прошло столько времени, и под этой плотной зеленью могут скрываться ангары космопорта.

— Или челнок, на котором скрылся неизвестный, — предположил Саид, внимательно изучая показания датчиков. Его голос звучал спокойно, но в нем чувствовалась скрытая напряженность. — Всем приготовиться, иду на посадку.

Двигатели затихли, погружая нас в непривычную тишину. Мы напряжённо всматривались в иллюминатор, где простиралась незнакомая местность. Она казалась одновременно манящей и пугающей, скрывая в себе тайны, которые нам только предстояло разгадать.

— Таня, выходим. Держись рядом, — коротко бросил Саид, открывая дверь челнока.

Я сделала шаг вперёд, чувствуя, как воздух вокруг нас наполняется насыщенными ароматами зелени и знойного солнца. Сердце затрепетало от этих знакомых, но давно забытых запахов. Казалось, я вернулась в детство, когда каждое лето проводила в деревне, где время текло медленно, а дни были наполнены беззаботными играми и приключениями.

Сделав глубокий вдох, я почувствовала, как этот манящий, сладкий аромат разнотравия проникает в каждую клеточку моего тела. Я встряхнула головой, стараясь прогнать эти приятные ассоциации, связанные с моей родиной.

Выйдя из челнока на поверхность планеты, я присела на корточки. Перчатки из плотной кожи, плотно облегающие руки, слегка зашуршали, когда я провела по зелёному ковру ладонью.

Ветер, тёплый и сухой, нежно колыхал траву, словно приглашая меня к исследованию. Я медленно опустила взгляд, стараясь не упустить ни одной детали. Каждая травинка, каждая веточка, каждая мельчайшая частичка этого зелёного мира притягивала моё внимание. Я искала знакомые очертания, пыталась уловить знакомые запахи, чтобы понять, какие растения здесь обитают. Но как я ни всматривалась, знакомых растений здесь не было. Хотя всё тут и выглядело на первый взгляд как на Земле, эта планета точно не была моей.

Это был мир, созданный для других существ, для других форм жизни. И я была здесь чужаком, пришельцем, которого сюда не приглашали.

— Таня, всё в порядке? — Саид присел рядом со мной, его голос звучал с беспокойством.

Я словно вынырнула из глубокого омута, растерянно глядя на него. Голова слегка кружилась, а мысли путались. Внутри разливалось странное чувство, похожее на эйфорию, но с примесью чего-то тревожного. Я медленно огляделась и только сейчас заметила, что карги образовали вокруг нас плотное кольцо. Их глаза, не отрываясь, всматривались в пространство, окружающее нас.

— Всё нормально, — ответила ему я и опёрлась на протянутую руку Саида, — голова немного закружилась, скорее всего, от переизбытка кислорода.

— Да, есть немного такое, — ответил мне карг. — Идти можешь?

— Да, — твёрдо сказала я, с тревогой окидывая взглядом усыпанное цветами поле.

Вероятнее всего, причина странного состояния связана не только с избытком кислорода, но и с воздействием неизвестных растений, которые могли выделять вещества, влияющие на восприятие и самочувствие. В лучшем случае эти растения источали аромат, вызывающий необычные ощущения, в худшем — токсичные соединения, опасные для здоровья.

— Саид, на челноке найдётся что-то, чем можно защитить дыхательные пути? — спросила я, внимательно глядя на него.

Он нахмурился, пытаясь понять, о чём я говорю.

— Есть, конечно, — подтвердил он, но в его голосе прозвучало лёгкое замешательство. — А что-то не так?

Я объяснила свои опасения, стараясь говорить как можно более чётко. Воздух вокруг нас становился с каждой секундой тяжёлым и густым, и я чувствовала, как он проникает в лёгкие, вызывая неприятные ощущения.

— Что-то не так — странный запах и наше состояние, — сказала я, пытаясь подобрать правильные слова. — И у меня есть подозрения, что тут есть ядовитые растения и это может быть опасно.

Саид сразу же понял серьёзность ситуации. Его лицо стало сосредоточенным, и он быстро отдал приказ.

— Принесите средства защиты, — сказал он, повысив голос, чтобы его услышали все вокруг. — Немедленно!

Шорк, до этого мирно дремавший на моих плечах, внезапно встрепенулся. Его глаза, обычно сонные, теперь расширились. Он настороженно замер, а затем, издав угрожающее шипение, медленно поднял голову, будто прислушиваясь к чему-то. Его ноздри раздувались, словно он пытался уловить запах опасности, а хвост нервно дергался из стороны в сторону.

Не успела я осознать происходящее, как Шорк молниеносно развернулся и вонзил свои острые зубы мне в шею. Боль пронзила меня, и я инстинктивно вскрикнула. В этот момент мое сознание резко прояснилось, словно кто-то щелкнул выключателем. Я рефлекторно схватилась за место укуса, ощущая теплую кровь, стекающую по коже.

Шорк опять зашипел, и я, проследив за его взглядом, замерла, чувствуя, как на моей голове волосы встают дыбом.

Отовсюду к нам тянулись миллионы тонких, длинных, почти прозрачных щупальцев, словно сотканных из мерцающего света. Они медленно и бесшумно извивались, скользя по земле, будто живые. Эти щупальца принадлежали странным цветам. Их лепестки переливались всеми цветами радуги, создавая пёструю волну, которая медленно, но неотвратимо приближалась к нам. Каждый лепесток дрожал, как будто дышал, и в этом движении было нечто гипнотическое и ужасающее.

Я резко оттолкнула карга, застывшего на моем пути, освобождая обзор. Выхватив пульсатор из кобуры, я активировала его, и мощная волна энергии устремилась вперед, рассекая воздух с оглушительным свистом. Я направила поток энергии прямо в гущу этой разноцветной массы, и растения с громким треском и шипением начали осыпаться на землю, превращаясь в бесформенные ошметки.

Я резко развернулась и увидела, как щупальца вонзаются в ногу одного из каргов. Тонкие золотистые нити, словно живые, пульсировали в воздухе, а затем на моих глазах начали стремительно окрашиваться в алый цвет.

— Стреляйте! — завопила я и, выхватив лазерный кинжал, не теряя ни секунды, бросилась вперёд. Лезвие вспыхнуло ослепительным светом, и я одним мощным взмахом отсекла щупальца, которые всё ещё цеплялись за ногу карга. Кровь брызнула во все стороны, заливая землю и одежду.

Карги двигались с неестественной медлительностью, словно погруженные в вязкий туман. Их глаза остекленели, а дыхание стало прерывистым и хриплым. Видимо, яд, источаемый растениями-вампирами, уже глубоко проник в их кровь, парализуя мышцы и затуманивая сознание.

Время словно застыло, и я ощущала, как секунды растягиваются в вечность. Пульсатор в моих руках ожил, выплескивая потоки энергии, которые расходились кругами, наполняя пространство вокруг нас. Воздух вибрировал от напряжения, а реальность вокруг меня казалась искажённой.

Остановилась я лишь тогда, когда осознала, что земля вокруг меня утратила свою зелёную жизнь. Чёрная, развороченная почва простиралась до самых холмов, словно гигантская рана, обнажившая свои глубокие слои.

Моя способность мгновенно реагировать на экстремальные ситуации перестала быть для меня чем-то удивительным, я действовала на автомате, не задумываясь о происходящем. Но вот Шамиль, единственный из всех каргов, который был в сознании, замер, не сводя с меня глаз, его рот был широко открыт, а в руках он держал защитные маски. В его глазах читалась смесь ужаса и неподдельного восторга одновременно.

Я несколько мгновений внимательно изучала его лицо, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы описать то, что произошло за время его отсутствия. Но мысли путались, и я не могла сформулировать ни одной четкой фразы. Наконец, я просто пожала плечами и начала внимательно осматривать каргов, всё ещё находящихся под воздействием яда растений вампиров.

Все были в относительном порядке, они стояли слегка заторможенные, но в их взглядах уже читалось изумление и непонимание происходящего.

На земле лежал лишь один карг, и на нём, свернувшись кольцами, сидел мой шорк. Это был тот самый мужчина, в которого проникли зловещие щупальца растений.

Я присела рядом с раненым, его тело сотрясали судорожные вздохи, а лицо было искажено болью. Шорк тоже казался вялым и безжизненным. Я осторожно провела рукой по его чешуйчатой коже, надеясь, что это придаст ему немного сил. Снежка подняла голову и жалобно пискнула.

Внимательно осмотрев карга, я заметила две глубокие ранки на его шее, из которых сочилась кровь. Эти следы скорей всего свидетельствовали о том, что Снежка, моя верная змейка, спасла его от смертельной опасности и теперь сама нуждалась в экстренной помощи.

- Шамиль, моему шорку срочно нужна вода, грузимся в челнок срочно, - сказала я голосом, не терпящим возражений, и аккуратно взяла обессиленную Снежку на руки.

Карг мгновение осмысливал мною сказанное, потом быстрым шагом подошёл ко мне, вручил мне маски и, подхватив раненого товарища, направился к челноку.

Я подошла к Саиду, который молча и с изумлением наблюдал за нами, взяла его за руку и, обратившись к остальным, сказала:

- Мы улетаем, все вопросы потом, - и, потянув Саида за собой, твёрдым шагом направилась вслед за Шамилем.

Что меня всё больше и больше восхищало в каргах, так это их поразительное умение молчать. Они не задавали лишних вопросов, не тратили время на пустые разговоры. Возможно, их острый ум позволял мгновенно принимать решения, избегая ненужных дискуссий, а возможно, что-то совсем другое — я не знаю.

Однако именно это молчание и концентрация на деле вызывали у меня глубокое уважение. Когда мы, спустя несколько минут, уже парили в воздухе, направляясь к ближайшему водоёму, я почувствовал искреннюю благодарность к этим сильным, закалённым жизнью мужчинам. Их молчаливое, но уверенное присутствие придавало уверенности и мне, напоминая, что в мире есть люди, на которых можно положиться, не нуждаясь в лишних словах.

Я внимательно изучала пейзаж, раскинувшийся внизу, пока Шамиль делился с каргами деталями произошедшего. Мужчины, собравшиеся вокруг, постепенно приходили в себя, и их сосредоточенные лица отражали напряженное внимание. Я лишь изредка вмешивалась, внося небольшие уточнения, чтобы рассказ звучал максимально точно.

- Вот что нам нужно! - воскликнула я, увидев небольшое озеро, окруженное горной грядой.

Я не могла точно сказать, откуда у меня возникла уверенность, что шорку требовалась именно непроточная вода, но я интуитивно чувствовала: это то, что ему нужно.

- Саид, мы можем там приземлиться?

- Думаю, да, на карте это бывшие шахты, где добывали торн. Там есть площадка для челнока.

- Торн, что это?

- Это такой минерал, который используется в создании информационно-накопительных кристаллов.

- Он что, такой редкий, что его добыча велась так далеко от цивилизации?

- Он есть практически на каждой планете, - ответил мне Саид и задумался. - Да, это странно, затраты на его перевозку, возможно, в несколько раз превышали его стоимость.

- Возможно, здесь есть то, что намного ценнее этого самого торна. И мы тут оказались совсем неслучайно. - скептически ответила ему я.

Мы погрузились в молчание.

— Интересно, как сложилась судьба осуждённых, что жили здесь и, насколько я понимаю, трудились на этих шахтах? — задумчиво произнесла я, нарушив тишину.

— Трудно сказать, — ответил Саид, глядя вдаль, словно пытаясь увидеть что-то за горизонтом. — Если планету закрыли, значит, на это были серьезные причины. Я склоняюсь к мысли, что от прежних поселенцев здесь никого не осталось. По крайней мере, никаких достоверных данных о том, что здесь обитают разумные существа, в источнике нет.

Я нахмурилась, обдумывая его слова.

— Я бы сказала, что об этой планете у нас вообще никакой информации нет. А вот тот кто нас сюда намеренно привёл, подозреваю, осведомлён об этом мире намного больше, чем мы.

Саид, нервно сжав губы, бросил короткий взгляд на меня. Его глаза, обычно спокойные и уверенные, сейчас выдавали внутреннее напряжение.

— Согласен, — наконец произнёс он, его голос прозвучал чуть резче, чем обычно. — Поэтому мне бы хотелось как можно скорее найти топливо и убраться отсюда. Идём на посадку, — сказал он и сосредоточился на приборах.

Я кивнула, не произнеся ни слова. Внутренний голос, сформировавшийся из череды недавних событий, шептал мне, что, скорее всего, желаемое не свершится так быстро, как того ожидает Саид.

В этот раз мы более тщательно подготовились к выходу: надели защитные маски, проверили снаряжение и, собравшись с духом, напряжённо замерли на выходе из челнока. Мы внимательно всматривались в открывшуюся местность, пытаясь уловить малейшие признаки угрозы. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь лёгким шелестом скудной растительности и едва слышимым журчанием воды.

Небольшое озеро, словно зеркало, отражало небесную синеву, и окружало его кольцо каменных сопок, поросших густым мхом. За сопками возвышались горы, увенчанные редкими хвойными деревьями, чьи ветви тянулись к небу, словно стремясь коснуться облаков. Их стволы, покрытые мхом и лишайниками, казались древними свидетелями прошедших веков.

У подножия гор виднелись полуразрушенные каменные постройки с обвалившимися крышами и зияющими окнами. Время безжалостно стёрло с них все следы человеческой деятельности. Вокруг этих руин, словно забытые призраки прошлого, валялись проржавевшие механизмы и остатки искорёженной техники.

Шорк поднял голову, втянул воздух и, словно удовлетворенный, медленно сполз с моих плеч. Его движения были плавными, он осторожно пополз, огибая большие камни, по направлению к водоёму. Его шершавая спина скользила по земле, оставляя за собой едва заметный след. Добравшись до воды, он на некоторое время замер, как будто к чему-то прислушиваясь, обернулся ко мне и, довольно заурчав, нырнул в прозрачные воды.

Я поспешила к озеру, вслед за мной послышались торопливые и тяжёлые шаги каргов.

Снежка грациозно скользила в прозрачной воде, словно танцуя под звуки невидимой музыки. Её серебристая чешуя переливалась голубым светом, освещая скудный подводный мир с его корягами и кое-где виднеющимися водорослями. Озеро не было природным. Его берега уходили под воду спиральными ступенями, уходящими в бездну, как в таинственный лабиринт.

Вероятно, это место когда-то было рудником, где добывали этот самый торн. Со временем карьер, некогда пустой и глубокий, заполнился водой, превратившись в глубокое озеро.

Вокруг царила почти гнетущая тишина, словно весь мир затаил дыхание в этом давным-давно заброшенном месте. Я медленно приподняла прозрачную маску, и воздух коснулся моего лица, наполняя лёгкие свежестью. Запах хвои, пропитанной влагой, смешивался с ароматом сырого камня и едва уловимой прохладой воды.

Саид и Шамиль, словно два огромных хищника, стояли по сторонам от меня, внимательно следя за каждым движением и звуком. Их лица были сосредоточены, а глаза, словно два острых кинжала, пронизывали окружающую обстановку.

В то же время остальные члены нашего отряда разошлись в разные стороны, внимательно изучая местность. Кто-то скрылся за сопками, кто-то забирался на возвышенности, а кто-то внимательно изучал следы на земле. Каждый из них знал свою задачу и выполнял её с хладнокровием и профессионализмом.

Саид с тревогой посмотрел на меня, его взгляд был полон сомнений.

— Я думаю, не стоит снимать маску, Танья, — тихо сказал он.

— Всё в порядке, — ответила я, стараясь говорить уверенно. — Тех растений, что были на полигоне, здесь нет.

С этими словами я сняла маску с лица и аккуратно закрепила её на поясе. Мужчины на мгновение замерли, их лица отражали смесь напряжения и замешательства. Я видела, как они переглядываются, словно пытаясь понять, что происходит, но затем, словно по безмолвному соглашению, они медленно и нерешительно последовали моему примеру.

- Давайте осмотрим все постройки. Возможно, в их руинах или среди уцелевших фрагментов мы обнаружим какие-то подсказки о произошедшем. Возможно, какие-то записи, следы или даже уцелевшие предметы помогут нам понять, что здесь случилось и почему мы оказались в этом мире. - обратилась я к каргам и, не дожидаясь их ответа, направилась в сторону полуразрушенных домов.

Услышав за собой их шаги, спросила, не оборачиваясь:

- Как вы думаете, среди ссылаемых сюда преступников могли быть карги?

Сделав несколько шагов вперёд, я почувствовала на себе пристальные взгляды и обернулась. Карги, застывшие на месте, сверлили меня глазами, полными гнева и возмущения. Я замерла, пытаясь понять, что могло вызвать такую реакцию.

- Я что-то сказала не то? - спросила я, чувствуя некоторую растерянность.

Саид поднял гордо голову и с вызовом посмотрел на меня, его голос дрожал от едва сдерживаемой ярости. — Среди каргов не бывает преступников, — сказал он, чеканя каждое слово. В его голосе звучал металл, а глаза горели холодным огнём, словно он бросал мне вызов.

Слова Саида повисли в воздухе. Я впала в ещё большую растерянность и почувствовала волну обиды, подступающую комом к горлу. Так он со мной ещё ни разу не разговаривал. От этого неприятного чувства мне моментально захотелось съязвить и спрятать за своим язвительным тоном чувство горькой обиды.

— А, ну понятно, их сразу распыляют на мельчайшие частицы. Помнится, совсем недавно твой отец тоже хотел сделать что-то подобное со мной. — сказала я с вызовом и гордо вздёрнула свой подбородок.

Лицо Саида исказилось в болезненной гримасе, словно он боролся с внутренними демонами. Он провел рукой по лбу, будто пытаясь стереть с него что-то невидимое. Затем сделал шаг навстречу мне и, протянув руку, хриплым голосом произнес:

— Танья, прости.

Я почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Слёзы подступили к глазам, но я усилием воли удержала их. Резко развернувшись, я бросилась прочь, прочь от его взгляда, от его слов.

Добежав до первых построек, я влетела в первый же попавшийся дверной проём и замерла на мгновение, пытаясь восстановить дыхание. Я облокотилась на холодную поверхность стены, чувствуя, как дрожь пробегает по моему телу. В голове царил хаос. Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на своих чувствах и на своём теперь уже казавшемся странным поведении.

Обидки на мужчин — это не про меня. Отец, офицер, с раннего возраста внушал нам с сестрой, что истинная сила не в проявлении эмоций, а в умении их контролировать. Когда я падала и разбивала коленку, он не бросался со словами утешения, а говорил: «Приложи подорожник и иди дальше». Когда меня обижали, он советовал: «Если уверена в своей правоте — дай сдачи. Если нет — займись чем-то, что поможет тебе успокоиться». Эти уроки стали фундаментом моего характера.

С годами принципы отца стали неотъемлемой частью моей личности. Я перестала воспринимать обиды как нечто личное и недостойное. Научилась справляться с эмоциями, не позволяя им брать верх. Иногда чувствовала боль и разочарование, но научилась скрывать это. Вместо того чтобы давать волю чувствам, искала способы отвлечься: занималась спортом, читала книги, находила новые увлечения.

Эти навыки сделали меня уверенной в себе женщиной. Но иногда бывали такие моменты в жизни, например как произошедший только что, когда я задумывалась: не слишком ли я строга к себе? Возможно, стоит позволить себе быть слабой, позволить себе плакать и не пытаться сразу же взять себя в руки. Может быть, в этом и есть настоящая сила женщины — быть слабой.

— Бред какой-то, — сказала я вслух на свои мысли. — Нельзя быть слабой никогда. Это он виноват, надо было объяснить, а не смотреть на меня как на врага народа. Тем более после того, как я уже не в первый раз спасаю их задницы.

Я встряхнула головой и выглянула в проём, ведущий на улицу. Мои глаза мгновенно выхватили фигуры Саида и Шамиля с озабоченными, встревоженными лицами, стремительно приближавшихся ко мне. Губы сами собой сложились в ироничную усмешку, и я, громко фыркнув, прошептала себе под нос:

— А может и совсем и неплохо быть иногда обиженной девочкой, вон как несутся ко мне. Переживают. Да, но всё же главное вовремя остановиться и не перегнуть палку.

Совсем успокоившись, я оттолкнулась от холодной, шершавой стены и перевела заинтересованный взгляд внутрь дома.

9

В просторном помещении царил хаос. Вдоль стен выстроились ряды высоких столов, на которых размещались покрытые ржавчиной разнообразные приборы и оборудование. Их поверхность была усеяна фрагментами разбитой посуды, напоминавшей лабораторную. Повсюду виднелись осколки стекла, кусочки металла и обрывки проводов. На каждом столе стояли колбы, пробирки и реторты, покрытые толстым слоем многовековой пыли.

Я медленно приблизилась к столу, на котором стояла массивная стеклянная колба. Её поверхность была покрыта толстым слоем пыли, который я осторожно стерла кончиками пальцев.

Сквозь мутную поверхность пробивался слабый свет. Наклонившись ближе, я попыталась рассмотреть детали. Но как только мои пальцы коснулись холодного стекла и начали аккуратно тереть края сосуда, я почувствовала, как по спине пробежала волна ледяного ужаса.

Из глубины колбы на меня взглянуло нечто живое. Это был зародыш, поразительно напоминающий человеческий. Он парил в прозрачной вязкой жидкости, его крошечное тельце было окружено слабым голубоватым сиянием, как будто он был заключён в кокон. Свет пульсировал, то усиливаясь, то ослабевая, создавая ощущение, что это существо дышит. Я замерла, не в силах оторвать взгляд от этого пугающего зрелища.

— Танья, — раздался голос Саида за моей спиной.

Я вздрогнула от неожиданности и резко обернулась, едва не опрокинув колбу. Он стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди, и внимательно наблюдал за мной.

— Что это? — выдавила я из себя. Голос мой дрожал, будто я только что преодолела крутой подъем, и в горле пересохло от волнения.

Конфликт, недавно вспыхнувший между нами, казался теперь чем-то далеким и незначительным после найденного мной. Саид сделал шаг к столу и уставился внимательно на колбу.

Зародыш вздрогнул, словно почувствовав наше присутствие, и его веки медленно приподнялись.

- Мамочки мои, оно живое, - прошептала я в ужасе и крепко ухватилась за руку Саида, не отрывая взгляда от существа в колбе.

Карг медленно протянул руку к сосуду, и в этот момент зародыш внутри резко дёрнулся. Его маленькое, полупрозрачное белёсое тело изогнулось, и из его открытого рта высунулся тонкий, похожий на волосок язык, который с невероятной скоростью начал биться о гладкую поверхность стекла, его движения были настолько стремительными, что стекло сосуда начало вибрировать.

Саид с отвращением отдёрнул руку, словно от чего-то мерзкого. Его пальцы рефлекторно коснулись комбинезона, как будто пытаясь стереть неприятное ощущение. Он нахмурился.

- Что это за гадость? - сказал он, и его взгляд метнулся по другим столам.

Я внимательно посмотрела на Карга.

— В твоём источнике что-либо упоминалось об исследованиях, проводимых на этой планете? — спросила я и пнула ногой большой осколок, валявшийся на полу. Он, очевидно, был частью колбы, в которой когда-то находился такой же зародыш. Осколок блеснул в тусклом свете и, звякнув, откатился в сторону.