- -
- 100%
- +
– Жив. – Констатировал, успокаиваясь. – Я уже не надеялся.
– Я сам уже не надеялся. – Невнятно из-за прокушенного языка откликнулся Ош. – Безумие какое-то.
– А почему, собственно, мы никогда не задумывались, что стало с киборгом? Шитаха говорил о крохотном отросточке головного мозга; куда-то ведь он дел всё остальное.
– Продал Л: вару или использует сам?..
– Как бы там ни было, это серьёзная проблема.
– Он меня узнал.
– Что?! – Не поверил Кейв. – Ты в своём уме?!
– Он! Меня! Узнал! – Раздражённо повторил Ош. – Он хотел меня убить – ХОТЕЛ! Это не совсем киборг, хотя кровь у него искусственная. У него есть что-то своё, какая-то память, какие-то чувства.
– Святые небеса. – Пробормотал Кейв. – Этого нам только не хватало…
Ещё через пару минут виллу наконец-то наводнили кипы, стало тесно от красных и серых френчей и высоченных мужчин. Лорда Кора сняли с камней над пропастью; никаких следов киборга, конечно, никто не обнаружил. Мало того, когда до Гешта добрались Ив и Анна, оказалось, что этих следов не может обнаружить и Грит. Только остатки искусственной крови на полу и обломках стены свидетельствовали о том, что Ош и Кейв говорят правду. Но кто по-настоящему был в шоке, так это сам Ив.
– У него даже татуировка на плече была. – Говорил Ош, когда они вернулись на Грит и Ошу залечили повреждения. – Точно такая же, как у тебя. И одет он был, в точности, как ты: даже майка немного замаралась на боку, у ремня.
– Но это значит, меня видел кто-то… Прямо на Корте. – Растерянно сказал Ив. Они замолчали. В крипте Грита собрались только он, Анна, Кейв и Ош. – Не знаю, что делать. Я собирался лететь на Грите за Шеном, а Анну оставить здесь, чтобы она встретилась с леди Ариной. А теперь – как я её здесь одну оставлю?!
– Не одну. – Возразил Ош. – Я останусь с ней, и с нею поеду в Дину. Не забывай, я клык-офицер.
– Об этом разве забудешь. – Покачал головой Ив. Глянул на Анну. – Я обещал ему, что заберу его оттуда, чего бы мне это не стоило. Но как улететь отсюда и оставить всё без присмотра Грита?..
– Слетай на другом корабле. – Предложил Кейв. Гриту предложение не понравилось, и он сумел дать это понять: по стенам крипта пробежала чуть заметная рябь.
– Как без риска? – Мягко спросила Анна. – Я уже путешествовала на Корту из глубин космоса, совершенно одна при том, и осталась цела. Не переживай за меня, Ив. Во всяком случае, есть Пространство Гроома; но я думаю, с Ошем мне совершенно ничто не грозит. Я верю ему так же, как и тебе.
– Я, кстати, тоже кое-чего стою, если что. – Немного ревниво заметил Кейв.
– Конечно. Но за Шеном должен полететь и кто-то из Мессейс. – Напомнила Анна. – Я не могу, Гэвэнто ещё юн, и сам не очень ориентируется в нашей ситуации. А ты самый старший из нас, и самый умный.
– Анна права. – Кивнул Ош. – Сколько вас не будет?
– Месяц и неделю. – Ответил Ив, со странным выражением лица глядя на Анну.
– Мы продержимся. – Пообещал Ош.
– Мы ещё ни разу не расставались. – Признался Ив, когда они с Анной остались одни. – Я боюсь, и не хочу.
– Мы долго были врозь… – напомнила Анна. – Ты просто забыл.
– Это… не то. С тех пор, как мы нашли друг друга, ты всегда со мной. И это правильно. Месяц и неделя! Мне даже подумать страшно. Анна, я уже скучаю!
– Я тоже. Но так нужно… Если ты останешься и подождёшь… Но каково там Шену, для него каждый день в тюрьме – испытание. И потом, я не хочу в космос. Не знаю, но даже сегодня, когда я попала на Грит, мне стало плохо, я почти задыхалась. Ты понимаешь меня?..
– Ну конечно. – Ив ласково поцеловал её в висок. – Я всё понимаю, кроме одного: как мне прожить это время без тебя?
– Будем общаться. Я не знаю, мне тоже страшно, честно. – Ей хотелось смеяться над своей глупостью, но и плакать тоже. Они действительно расставались впервые с тех пор, как он взял её за руку, вернувшись на Грит, и сказал…
– Ты сказал: «Я просто смотрю на тебя». Ничего такого, но у меня сердце перевернулось в груди.… В этот момент я и начала падать в небо, и не остановилась до сих пор. Расстаться с тобой – всё равно, что на время умереть. Только время от времени это всё равно будет случаться, Ив. Лучше думай о том, что вернёшься, и мы снова будем вместе. После разлуки.
– Мне жалко времени, что мы потеряем. – Усмехнулся Ив, но глаза не смеялись. – Жизнь такая короткая. Ещё лет… семьдесят, сто… И мы расстанемся навсегда. Тебе не страшно от этих мыслей?
– Я в это не верю. Мы уже победили смерть, время, расстояние и безнадёжность, Ив, мы не расстанемся, это невозможно.
–Как же я… – Он не договорил, крепко обнял её на балконе их луанской виллы, зажмурился, отвечая на поцелуй. У него дрожали руки и кружилась голова: от глупого страха перед разлукой, от того, что он её любил, от того, что она его любила. От того, что такой любви не бывает, как не бывает и всего того, что случилось с ними.… От того, что это всё-таки происходило, вопреки всему, и он действительно боялся потерять хоть секунду своего счастья.
Ош лежал без сна у себя, смотрел в потолок. Приборы срастили рёбра и остановили внутреннее кровотечение, но вкус крови и воспоминание о шоке, пережитом в момент, когда им вертели, как куклой, держа за ногу, не отступали.
«Что ты сделал со своей жизнью, Свари?.. – Спрашивал он сам у себя. – И зачем? Святые небеса, зачем тогда на Пскеме я вышел к этим двум мероканцам…»
Сигнал сообщения прервал его невесёлые размышления. Он лениво потянулся за браслетом, активировал послание – и дурное настроение как рукой сдуло. «Ты самый храбрый, самый лучший и самый красивый. – Написано было там на диалекте Калькхэн. – Я знаю, что герой – это такой, как ты. Мона Гленна».
Глава вторая
САД КАМНЕЙ
Как бы там ни было, а заявление лорда Кора было озвучено, и здесь ничего изменить уже было нельзя. Корта приняла новых персонажей легко и радушно, как это вообще свойственно было этой странной, но доброй планете, и на другой после двойной сенсации день всё было уже так, словно Мессейс, Кайл Ивайр, Лара и лорд Ош всегда были тут. С утра пришли рекламные ролики нескольких магазинов и ресторанов, гленки уже обжили сад, кортианская семья на симпатичной лодочке привезла фрукты и свежий яблочный хвощ… Взрослые ещё протирали глаза и принимали душ, а Гэвэнто с Асте уже были на пляже с целой компанией мероканских и кортианских подростков. На обед Гэвэнто пришёл уже полностью преобразившимся; смесь кортианской и мероканской подростковой моды была достаточно броской и причудливой, чтобы заставить брови Кейва чуть приподняться, а Ива – показать мальчишке пальцами левой руки: «Здорово!» Вилла уже была жилой и уютной, словно и не было двадцати с лишним лет одиночества и тишины. За распахнутыми окнами стрекотали и возбуждённо галдели гленки, на крыше играла музыка, которую включили Асте и Гэв, в столовой Анна включила стильную мерокано-кортианскую композицию, в общем, была нормальная мероканская шумная обстановка. Выхватив у Анны из рук самый сочный кусочек хвоща, Ив уворачивался от неё по всей столовой, под заразительный смех Лары. Ош сидел на стойке, разделяющей столовую и кухню, с чашкой спа, и с усмешкой наблюдал за ними; Гэвэнто с Асте быстренько нахватали продуктов и смылись… Анна предложила, «Пока никто ещё никуда не улетел», отправиться к морю, и Лара радостно согласилась, первой, не дожидаясь, что скажут Ош или Кейв. Она не была шокирована тем, что мир оказался безграничным, ей это, скорее, понравилось. Запахи, краски, разнообразие – видно, это было именно то, что ей нужно. Она переодевалась не реже, чем Анна, и постоянно рвалась куда-нибудь, хотя бы просто погулять. На пляже морского залива, куда они отправились все вместе после обеда, она веселилась больше всех; по дороге обратно она присоединилась к танцующим кортианам и вынудила к тому же остальных, кроме Кейва и Оша, которые были иначе воспитаны на Кинтане. Но если Ош вообще-то относился к подобным вещам одобрительно, хоть сам и не решался, то Кейв по-настоящему страдал: ему казалось, что Лара, Ив и Анна делают себя посмешищем. А тут ещё встреча с двумя пилотами, прилетевшими с ними на Грите – это вообще его добило, и про себя он решил больше никогда и ни за что в подобных прогулках не участвовать. И как Ош это всё мог созерцать с таким одобрением и даже удовольствием?.. Комизм ситуации заключался в том, что здесь Кейв был больше кинтанианином, чем сам Ош, сам это понимал, и злился на себя за это. Но поделать ничего не мог. Ему казалось, что он неуместен, что мешает остальным своим недовольным видом, и от этого ещё сильнее замыкался в себе.
Остальные от прогулки остались в восторге.
– Я хочу, – рассказывала Анна, – поехать в Дину по земле, честно, время есть! Я в юности, ещё на Земле, мечтала купить мотоцикл и проехать через пол материка, к океану. Я уже не на Земле, а мечта осталась. Я посмотрела карту, примерно представляю маршрут, только не знаю, на чём можно поехать…
– По монорельсу, на скутере. – Тут же откликнулся Ош. – Со мною, разумеется; я обещал Ивайру не спускать с тебя глаз.
– Кого другого я бы не потерпела, но с тобой, Ош, хоть на край света. – Засмеялась Анна. Она сидела на перилах балкона, спиной к бездне, слабый ветер играл светлыми волосами. Ив смотрел на неё со смешанным чувством восхищения и беспокойства. Его пугало то, что она сидит так небрежно; его пугало её желание, но как он мог возражать? И потом, её идея нравилась ему самому.
– Всё самое интересное произойдёт в наше отсутствие. – Сказал он, продолжая глядеть на неё с тревожной нежностью. – Я уже заранее обзавидовался!
– Я буду присылать тебе картинки. – Так же нежно улыбнулась ему Анна. Они снова остались вдвоём, это происходило с ними так естественно. Весь мир переставал существовать, они видели и слышали только друг друга, и бесполезно было пытаться этому помешать; поэтому Ош ушёл с балкона, увлекая за собой Лару и Кейва. Ив подошёл ближе, и Анна скрестила руки у него на затылке:
– Мне нужно будет занять себя чем-то, пока я буду тосковать по тебе.
Ив и Кейв улетали вечером. Распоряжение лорда Кора вступило в силу, как только его услышали на самых отдалённых станциях и терминалах Союза; на Грит отправились мероканцы, которые летели с Ивом: у Грита и его капитана теперь была команда. Провожать у мероканцев не было принято, и Анна простилась с Ивом и Кейвом дома. А потом маялась, одержимая желанием посмотреть в окно, как стартует их корабль, хоть и знала прекрасно, что ничего она не увидит, силовые установки антигравитаторов искажали видимость. Старт можно было угадать только по дрожанию воздуха над скалами вдалеке. Проще было проследить передвижение Ива по браслету, и она то и дело бросала на него взгляд. Ош посматривал на неё с сочувственной усмешкой: все её мысли и чувства были написаны на лице, обычно таком сдержанном, даже холодном.
– Давай лучше выберем средство передвижения для нас с тобой. – Предложил мягко, когда она в очередной раз впилась газами в браслет. – Чем быстрей уедем отсюда, тем тебе будет легче. Как ты будешь спать в вашей постели без него?
– Правда. – Она на миг чуть не прослезилась, но взяла себя в руки. – Ты сам этим займёшься?
– Лучше вместе. У меня своеобразный вкус относительно подобных вещей. Я люблю всё, что летает.
– Я тоже. – Улыбнулась Анна. – Но сверху мало что увидишь.
На сборы у них ушло всего три часа. Грит уже направился к границам системы, чтобы создать зону перехода; Ив в последний раз вышел на связь, сообщил, что ещё видит Луану, пожелал приятной поездки. Ош предложил Анне двухместный скутер, большую удобную машину, чем-то и правда напоминающую мотоцикл, но шире, ниже, с сиденьями удобными, как в машине, со щитками впереди, закрывающими ноги и лицо. Колёс, или на чём оно там двигалось, видно вообще не было. Путь Анны и Оша лежал сначала на восток, куда из самой Луаны дороги не было, лагуна, в которой находился город, скрывалась в окружении скал; потому транспорт ждал их по другую сторону хребта, на склоне горы. Под вечер, оставив Асте и Гэвэнто на попечении Лары и Ва, Анна и Ош поднялись в лифте на гору, с которой попали на площадку с несколькими подобными же машинами. Ош погрузил в неё сумку с продуктами – им предстояло ехать по абсолютно дикой местности несколько часов, – сел за пульт управления. Анна устроилась сзади. Оглянулась на открывающуюся отсюда, почти с вершины, фантастическую горную страну. Она бывала в Крыму, на Тибете и в Саянах; все эти горные массивы ни в какое сравнение не шли с тем, что она видела теперь. Горы были зелёные, поросшие кудрявыми деревьями и папоротниками до самых вершин. На дальних склонах виднелись какие-то странные циклопические руины, вообще ни на что не похожие. Смотритель площадки, пожилой темнокожий мероканец Касты Служащих, жующий смолу, как Асте, и весь пропахший этой смолой, пожелал им счастливого пути и включил монорельс, чуть слышно загудевший и приподнявший и качнувший их машину. Ош уверенно щёлкнул чем-то, манипулируя большим пальцем, машина тяжело, но как-то уютно осела на рельсе и плавно тронулась с места.
– Как поедем, быстро, или помедленнее? – Спросил Ош, чуть повернувшись.
– Быстро, конечно! – Воскликнула Анна. – Как можно быстрее!
– Чудные. – Пожал плечами мероканец. – В горах-то?..
Двигаясь на магнитной подушке, их машина не зависела от рельефа местности, и мчалась с одинаковой скоростью и в гору, и с неё. Особого вмешательства в управление она не требовала, поэтому Ош с Анной могли всласть любоваться видами и обмениваться впечатлениями.
Мраморные горы тянулись по всему побережью на востоке материка Г’явайлы, и лишь далеко на севере сворачивали на запад, снижаясь в плато, обрывающееся отвесными утёсами над Великими Равнинами. Снег даже на самых высоких вершинах появлялся не чаще, чем раз в десять лет; со стороны моря склоны гор до самых вершин поросли зеленью, с обратной же стороны были поразнообразнее: каменистые пустоши, ущелья, плато и альпийские луга… В лесах скрывались так поразившие Анну руины. Ош объяснял: эти руины – останки городов, подобные которым были на Мераке и Гароде, есть на Кинтане и Барде, на Савале, нет их только на Шхаре и Раббе. Самые древние были на Мераке, самые молодые – им не более шестисот лет, – есть на Савале. Никто так и не смог выяснить, что за народ строил эти города, куда он делся и почему. Нет ни рисунков, ни останков, ни каких-то иных следов и свидетельств, кроме самих руин.
– Они обычно располагаются в недоступных местах, в джунглях, горах, иногда на совершенно неприступных скалах. Я не удивлюсь, если и на твоей планете есть что-то подобное.
– Наблюдатели. – Сказала Анна.
– Ты будешь смеяться, но эта версия признана в научном мире самой конструктивной. Считается, что это строили Ур. Наблюдали за своими подопечными какое-то время, убеждались, что всё в порядке, и улетали. Впрочем, это не доказано.
– Как ты думаешь, где сейчас Ив?
– В гиперпространстве, Анна. Это слишком абстрактное понятие. Сложно указать пальцем.
Она засмеялась немного нервно.
– Прости. Я внимательно тебя слушаю, просто мне иногда становится невыносимо. Хочется произнести вслух его имя, и услышать, как ты говоришь о нём.
– Да пожалуйста. – Покладисто кивнул Ош. – Сколько хочешь, и когда хочешь. Кто я такой, чтобы осуждать твои невинные капризы?
– Очень красиво. И кажется, на Земле тоже есть города, которые когда-то покинули все жители, не оставив о себе ни какой памяти. Впрочем, я могу и ошибаться, я зоолог, не историк.
– Как зоолог, ты будешь просто в восторге, когда мы будем проезжать Великие Равнины, я тебе обещаю. Впрочем, и в джунглях ничего себе обстановка. На мой вкус здесь всего через чур; мы, кинтаниане, восстанавливаем природу своей планеты до сих пор, и она у нас ручная, аккуратная, очень однородная. Высшие виды восстанавливаются медленно, некоторые совсем не желают этого делать. Но мы привыкли, и нам нравится. Буйство кортианской фауны нас пугает.
– А меня – восхищает. Честно!
Ближайшие руины лежали прямо под монорельсом, на склоне горы, и, проезжая над ними, Анна увидела обломки мостов, странные выпуклые купола, арки и колонны. Ступени храмов показались ей слишком высокими для человеческих ног, но она могла и ошибиться, всё промелькнуло так быстро, оставив образ нереальной, печальной и тревожной красоты. Подобные руины были воплощением тайны; но впечатление быстро было вытеснено другими, картинки и виды сменялись мгновенно, как в калейдоскопе. То ныряя в укромные ущелья, то проносясь над горными склонами и созерцая долины и распадки с высоты птичьего полёта, Ош и Анна могли оценить всю необычность и роскошь соседства кайнозойской и космической эр: ажурные, почти призрачные космические антенны среди папоротниковых джунглей, или окружённые защитным силовым полем энергоустановки – эти мерцали и струились, не позволяя проследить свои очертания, и начинали протяжно и тихо петь при малейшем колебании воздуха. Если бы не эти сооружения, слишком масштабные и в то же время изящные, нельзя было бы определить, в какой эпохе жили кортиане и кортианские мероканцы: городишки и деревни, время от времени открывающиеся взору в какой-нибудь уютной горной долине или на каком-нибудь ровном и безопасном горном склоне, казались тихими и патриархальными. На альпийских лугах паслись ламы, местные козы и свинки – скорее грызуны, чем копытные, – их сторожили смуглые подростки с голыми коленками и круглоухие бесхвостые псы. Мальчишки махали руками, провожая редких путешественников, и что-то кричали; псы лаяли. Люди, такие же смуглые, и обходившиеся минимумом универсальной, для любого времени подходящей, одежды работали в огородах и на склонах, в зарослях яблочных хвощей, срезая молодые побеги для рынка, или ухаживая за цветами на плантациях, или бродя по колено в воде по посадкам, или ловили рыбу в мелких горных речках. Ош по возможности объяснял Анне, что они видят, а она старалась увидеть сразу всё, и кое-что действительно успевала. Кортианские города, мелькавшие кое-где в долинах, маленькие и уютные, и мероканские города, привольно раскинувшиеся по склонам вдоль горных рек, и смешанные мерокано-кортианские посёлки, похожие на горсть разноцветных кубиков, небрежно брошенных на зелёный бархат. Горы снижались, альпийские луга попадались всё чаще и чаще, засеянные обширными цветочными плантациями, при виде которых Анна не могла удержать восхищённого возгласа: слишком это было красиво, даже через чур.
Участившиеся вышки антенн и энергоустановок, дрожание силовых полей, и разветвление монорельса свидетельствовало о приближении большого города: Чары. Обогнув гору Туманов, у подножия которой находилась древняя кортианская столица, Ош и Анна попали в густой поток транспорта, самого разного. Ош включил автоматическое управление и задал маршрут: к одному из домов Мессейс, на окраине Чары, как раз у выезда в нужном направлении.
Домик был небольшой, почти коттедж, уютный, старинный. Анна не знала мероканской старины, но всё-таки почувствовала её, едва войдя туда. Зажгла свет – уже стемнело, Чара мягко сияла миллионами огней за окнами. Анна включила кондиционер для Оша, и тот благодарно улыбнулся:
– Ценю твою жертву.
– Это не жертва. – Анна налила напиток, помешала его стеклянной палочкой, подала Ошу. – Я выросла в холодном мире. Мне легче переносить небольшой холод, чем жару.
– Ты не передумала насчёт дальнейшего путешествия?
– Что ты! Мне понравилось безумно, я вся в предвкушении. – Она села на стойку, скрестив в щиколотках загорелые ноги, тоже со стаканом напитка в руках. Она улыбалась, и Ош не мог не улыбнуться, глядя на неё.
– Ты самая красивая женщина в этой Вселенной. – Сказал мягко. – Иву безумно повезло.
– Это мне повезло. – Возразила Анна. – Лучше Ива во Вселенной ничего нет, хоть и говорится, что она полна чудес. Но он – самое главное чудо из возможных.
– Я знаю. – Кивнул Ош. – Я тоже люблю его; может, поэтому я сейчас… – Он не договорил, пригубил напиток, отвернулся с улыбкой. Покачал головой. – Поедем на рассвете, Анна. Давай спать.
Анна тоже улыбнулась ему в спину, немного смущённо, но и польщено. Поставила полупустой стакан на стойку, и андроид с антропоморфной внешностью убрал его в мойку.
– Будете что-то ещё? – Спросил чуть неестественным тихим голосом. Анна покачала головой:
– Хочу принять душ и лечь спать. На рассвете мы уезжаем.
– Как скажете. – Прошелестел андроид. – Душ на втором этаже. Постель и бельё будут готовы, пока вы моетесь.
На рассвете они покинули Чару, но теперь их ждали не горы, а сотни километров холмов, болот и джунглей сердца Г’явайлы. Сразу за пригородами и окружёнными садами кортианскими виллами начинались продуваемые всеми ветрами холмы, по которым, сотрясая землю, бродили стада невероятных кайнозойских животных. По мере того, как холмы становились всё круче, животные, напротив, мельчали; снова появились сады, озёра, рощи из папоротников и настоящих лиственных деревьев, таких редких на Корте. Их листья напоминали ивовые, но достигали почти полуметровой длины, а плоды были ярко-оранжевыми, красными, ароматными и совершенно не съедобными. Местные жители украшали ими свои дома, и вдобавок, их запах, для человека очень приятный, отпугивал насекомых. Анна взяла себе связку, просто так, как сувенир.
В обед они оказались в кортиано-мероканском городке Марна, расположенном в долине реки Аны. Здесь жили кортиане и мероканцы Касты Рабочих; занимались они в основном разведением животных и выращиванием болотного злака, из муки которого пекли грубые лепёшки, а из сока варили тёмное местное пиво. Мучные изделия, такие популярные повсюду на Земле, на Корте были экзотикой, их пекли только в некоторых областях и на нескольких островах. Анна успела страшно соскучиться по хлебу, и набрала лепёшек в дорогу. Кортианская семья, которая пустила их с Ошем пообедать, – в маленьких кортианских городах не было ни гостиниц, ни столовых, ни магазинов, всё, что нужно, путешественники получали у местных жителей, – польщённая интересом Анны к их стряпне, пообещала ей присылать свои лепёшки в Луану.
– Вот видишь, какая огромная польза от моего путешествия. – Важно заявила Анна Ошу, когда они поехали дальше. – Я просто в восторге от этих лепёшек. Мне этого очень не хватало.
– По дороге соберёшь столько всякой снеди и экзотики, что хватит на всю Луану.
– Ну и что?.. Подумаешь. – Анна села за пульт, чтобы Ош немного отдохнул. Несколько подростков, кортианских и мероканских, почтительно созерцали их машину и делились впечатлениями, ничуть не смущаясь того, что Анна с Ошем их прекрасно слышат. Загорелые, тоненькие, темноволосые и темноглазые, свободные и счастливые – при виде местных детей у Анны всегда что-то начинало болеть внутри, не сильно, но ощутимо. Офты были стерильны: расплата за вторую жизнь, за совершенство. Но для Анны это было не важно, по крайней мере, не настолько, чтобы хоть в чём-то изменить Иву. Она пока даже идею искусственного зачатия отвергала наотрез. Вздохнула, отвернувшись, и включила скорость.
Смешанные пейзажи: то болота, то холмы и маленькие рощи, то каменистые распадки и древние рудники, о которых теперь напоминали только слишком правильные карьеры и пустые строения, то ухоженные рощи и сады, скрывающие посёлки и деревни. Здесь было очень много человеческих поселений, от крохотных кортианских хуторов, до больших и многолюдных городов. Но остановились путешественники только поздно вечером, в Кла, мероканском провинциальном городе, где жили в основном Ортодоксы красной синардийской расы. Спокойный, чистенький, тихий городок, чопорный, гордый своим безмятежным покоем. Анна с Ошем получили в своё полное распоряжение небольшой домик на сваях на самой окраине, в тени высоких акаций, над медленными жёлтыми водами какой-то небольшой равнинной реки. Они поужинали и уже собирались спать, но тут браслет Анны ожил и замигал: на связь выходил Грит. Анна включила его, и в воздухе повисло голографическое изображение Ива, сидевшего в крипте, такое яркое и отчётливое, как на хорошем экране. Анна несколько секунд смотрела на него и улыбалась счастливо, почувствовав в полной мере, как же она соскучилась по нему за это короткое время!
– Ты по-прежнему хорошо выглядишь. – Заметил Ив с такой же счастливой улыбкой. – Где вы сейчас? Я вас не разбудил?
– Мы в Кла, как раз собирались ложиться спать. – Призналась Анна. – А вы где?
– В гипере. Здесь сложно назвать точные координаты, хотя Грит это может. Кейв спит, я его не стал будить, пообщается с вами завтра к вечеру, Грит говорит, будет ещё возможность. А я не мог удержаться, мне не спалось.
– У вас ночь? – Поинтересовался Ош, Ив рассмеялся:
– Уже практически раннее утро. Я боялся проспать, сеанс всего две минуты. Сидел тут, смотрел на звёзды, болтал с Гритом, смотрел записи наших с вами посиделок здесь, в крипте – Грит всё записывает. Как ваше путешествие?