- -
- 100%
- +
Если бы я стояла чуть ближе и мой взгляд упал бы на зеркальную гладь немного под другим углом, то я бы очень быстро поняла, что я тоже не отражаюсь в этом зеркале. Да и «показывало» оно совершенно не мою роскошную комнату…
Но сейчас мне было не до этого, нужно срочно узнать еще кое-что.
– Что ты сделал с тем доберманом, что едва не откусил мне нос в темной аллее? – спросила я, снова поворачиваясь к Каю и глядя в его бездонные голубые глаза. – Чем ты порезал его шею?
Парень слегка встряхнул своей рукой, которую он мне протягивал, и из его широкого рукава на узкую бледную ладонь выпала огромная резная снежинка, словно звездочка, в диаметре она не менее шести сантиметров, целиком сделанная из тонкого прозрачного льда. Ее края были очень острыми, словно бритва.
– На аллее я швырнул одну такую снежинку в пса, – объяснил парень, – под дождем она растаяла, навсегда исчезнув. Я не хотел его убивать, просто немного припугнул.
– Нужно было швырнуть такую штуку в задницу его хозяина! – пробормотала я, скрипя зубами от злости при воспоминании острой пасти добермана перед моим лицом. – Жаль, ты не догадался!
– Нам нельзя показывать себя смертным, отнимать их жизни или сильно изменять их мир, – серьезно произнес Кай, словно сообщал общеизвестное правило, что на красный свет нельзя переходить дорогу. – Единственное исключение мы делаем для своих подмастерьев.
И с этими словами он опять требовательно протянул мне свою раскрытую ладонь. Я закрыла глаза, снова вспомнив вечернюю травлю дружками Косты, затем представила предстоящую встречу с директрисой Академии, разговоры на повышенных тонах, все ее оскорбления, вроде «девочки так себя не ведут» и «ты совершенно неспособна к обучению», а затем, словно финальный и самый жуткий круг ада – сюрприз от Косты и его дружков. Да пошло оно все!
Я сделала шаг вперед и крепко схватила Кая за руку, словно утопающий за соломинку. Будь что будет! А я отправляюсь в параллельный мир!
В тот же миг комната озарилась ярким электрически-голубым светом. Вокруг наших крепко сжатых рук образовывалось нечто, похожее на световой шар, внутри которого сверкали молнии.
– Блииин! – закричала я и с силой выдернула свою ладонь из его ледяной железной хватки, пятясь назад. Мои посиневшие от холода пальцы ничего не чувствовали и отказывались сгибаться. – Ты отморозил мне руку! Я ее не чувству… ай!
Пятясь назад, я споткнулась о выпирающий угол вечно мешающейся под ногами кровати и полетела спиной назад и головой вперед прямо в большое старинное зеркало. Но далее не последовало ни громкого удара, ни звука битого стекла. Моя голова, плечи, а затем и все тело прошло сквозь зеркало, словно через водяную гладь, на которой в свою очередь даже не образовалось разводов. На пару ударов сердца я оказалась в ярком свете, паря в воздухе, словно в невесомости, преодолев за эти короткие мгновения самое длинное расстояние в своей жизни.
Глава 7. Факультет Босых
– Спасите! Я горю-ю-ю! – хрипела я, катаясь по чему-то, а точнее – кому-то мягкому и теплому, и задыхаясь от густого дыма. Я столкнулась с этим кем-то большим и пушистым прямо в портале, как в дверном проеме, и теперь мы вместе кувыркались по холодному каменному полу. Мое лицо, перемазанное в чем-то едком и липком, горело и щипало, в глаза и нос лез противный мелкий пепел, он же, горький и жесткий, хрустел на моих зубах. Поэтому я верещала, как могла. – Горю-ю-ю! Помоги-и-и-те!
– Хватит орать! Вставай давай! – скомандовал высокий скрипучий и писклявый голос, какими обычно говорят в фильмах сказочные герои, от которых следует держаться подальше – всякие зеленые гоблины и тролли. – Ты в порядке!
Я громко чихнула и открыла глаза, предварительно потерев их черными от сажи кулаками. Надо мной склонился совсем не зеленый гоблин, а странная смесь паренька и белки. Большие темно-зеленые глаза, широкий приплюснутый нос, два больших резца, торчащих впереди, как у бобра.
– Ты…это… что такое?! – выпалила я, уставившись на его высокие треугольные уши с пушистыми рыжими кисточками на концах. Одно из них торчало в сторону под необычным углом, словно было «сломано» пополам. – Где я?
– Меня зовут Дин, я – сын лесной феи и подземного тролля, – радостно ответил он своим высоким голосом, звенящим от энтузиазма. Странный парнишка обладал невероятной способностью очень быстро говорить, особенно, когда волновался. Но его пушистая рыжая мордашка стала быстро мрачнеть, когда он заметил мои округлившиеся от шока глаза. Я с нескрываемым ужасом рассматривала его толстые беличьи щеки, длинные, тонкие как у кота усы, густой рыже-каштановый мех, сплошь покрывающий его непропорционально большую голову. Парень-белка отвел глаза в сторону и стал оправдываться. – Не смотри на меня так! Там, за порталом, я красив и статен. Весь в мою прекрасную мать. А здесь… ты сам все видишь. Я с факультета полукровок… А ты с какого?
– С экономического…блин! – выпалила я, стараясь не пялиться на его расстроенную моську, и огляделась по всем четырем… то есть двенадцати сторонам. На неопределенное время я даже забыла про своего говорливого лесного тролля, в моей груди застыл немой восторг. Я валялась на холодном гладком полу из белого мрамора в огромном двенадцатиугольном зале, все стены которого были уставлены большими старинными зеркалами в причудливых серебряных оправах. Надо сказать, они были очень похожи на то, что стояло в спальне моего номера. У каждого из них с обеих сторон висели большие факелы, горящие неестественным ярко-белым огнем с голубоватым оттенком.
По всем двенадцати углам стояли огромные белокаменные статуи бородатых и мускулистых атлантов в лучших традициях дворцов Древнего Рима, что держали на своих плечах… нет, не обычный высокий потолок, а настоящее темно-синее небо с сияющими звездами и полной серебряной луной. Мы сейчас находились в огромной каменной беседке в греческом стиле и с открытым потолком. Но это еще оказалось далеко не самым интересным…
Из всех двенадцати зеркал, что симметрично располагались на белых мраморных стенах между высокими атлантами, в зал спешили юноши и девушки. Словно это были не зеркала, а широко распахнутые двери в иные миры.
Почти все прибывающие выглядели очень молодо, не старше меня, были отлично сложены и невероятно красивы, правда, одеты в классические и несколько старомодные костюмы и платья. Плечи каждого укрывала широкая и длинная, часто доходящая до блестящего мраморного пола, мантия. Плащи были всего трех цветов – ярко-алого, как кровь, искрящиеся белые, как первый снег, и изумрудно-зеленые, словно весенняя листва.
– Тут нет никакого экономического факультета! – раза четыре недовольно проскрипел Дин, пока я наконец-то обратила на него внимание. – Хватит глазеть по сторонам!
Я уставилась обратно на парня-белку, прямо на его широкий приплюснутый нос, а затем не смогла оторвать взгляд с его спортивного серого костюма с такими знакомыми черными полосами на рукавах. Интересно, где же я их раньше видела? Хм… и вроде-то как совсем недавно!
– Тебе не нравится мой прикид?! Ну извиняй, я не успел переодеться перед порталом! – недовольно пробормотал тролль, застегивая молнию спортивной кофты: под ней у него ничего не было надето, и потому из ворота торчал лишь густой каштановый мех. Худенькие и постоянно вздрагивающие плечи мальчика-белки были укрыты плотной мантией нарядного ярко-зеленого цвета. Он поднял свою руку и быстро осторожно стер своим длинным указательным пальцем сажу с моего носа. – Судя по грязи, ты – болотная кикимора или земляной тролль. Стой, погоди! – его большие зеленые глаза заблестели, а лицо озарила широкая улыбка – прямо до ушей с кисточками. – Да ты просто надел что-то синтетическое! И оно сгорело в портале. Эти зеркала пропускают из мира смертных на эту сторону только натуральные материалы – хлопок, кожу, шерсть… Но что это было? Рубашка цела, пиджак и штаны тоже…
Я с ужасом вспомнила, как клала на свои плечи маленькое белое полотенце. Оно-то и оказалось сделанным из синтетических волокон, и потому сгорело в зеркальном портале. Хорошо хоть, мои серые боксеры оказались сшиты из стопроцентного хлопка. Так что моей непоседливой заднице, надо признаться, очень повезло!
– Знаешь, сюда нельзя проносить всякие человеческие штучки, вроде смартфонов и пластиковых карт, – пояснил Дин, – даже обычные деньги сгорят в портале. Тебе повезло со шмотками – все натуральное!
Тролль с интересном принялся разглядывать мой костюм, то тут, то там тормоша его своими цепкими пушистыми лапками, длинные пальцы которых заканчивались кривыми острыми когтями. Судя по его изумленному лицу, мой костюм ему тоже показался подозрительно знакомым.
– Да ты носишь ту же модель, что и я! – проскрипел Дин, зачем-то хватая меня за рукав и обнюхивая его. – Правда, мой такой сперла одна дура, и мне пришлось идти сюда в спортивном. Зато он из натурального шелка и еще чего-то там… – мальчик-белка не договорил, снова потеряв мысль. Он внимательно уставился на темное четырехугольное пятно сажи на моем рукаве и принялся тереть его своими мохнатыми пальцами. – Вижу, ты тоже сдавал пиджак в химчистку, и они нашили на него этикетку из полиэстера. Когда ты прошел сквозь зеркало, то синтетика сгорела. Ты что забыл свой самый первый урок?
– То есть… сгорела? – нахмурилась я, вставая с каменного пола. Хорошенько оглядеться по сторонам мне так и не удалось, потому что повсюду передо мной возникала болтливая беличья голова с огромными белыми резцами-зубами.
– Ты что, реально прогулял вводный урок? – удивленно спрашивал раз в пятый Дин, аж присвистывая от эмоций. Его реакция была, как и у обычной белки, раз десять быстрее моей, да и любопытство тоже зашкаливало. Он тормошил мои взъерошенные волосы, дергал за уши, обнюхивал плечи, щекоча мою шею своими длинными и жесткими, как проволока, усами. Затем его взгляд упал на мои повидавшие многое белые найки. – Фыр-фыр! Странно! Ты пахнешь как мой недавний пирог с лососем! Тоже хавал такой? И…
Я кивнула, благодаря про себя слой сажи и пепла, которые надежно скрывали мои раскрасневшиеся щеки и уши.
– Ты – первокурсник, клянусь хвостом! На нашем факультете полукровок все перваки носят такие белые найки, пока их лапы не привыкнут к колкому холодному полу. Понятия не имею из чего их там делает найк, но только эти земные кроссы не горят в зеркальном портале.
Не зная снова, что ответить, я громко сглотнула, уставившись на его босые ноги, то есть на пушистые беличьи лапы – узкие удлиненные ступни с непропорционально длинными пальцами, которые заканчивались внушительного размера кривыми когтями. Интересно, умеет ли этот Дин карабкаться и скакать по деревьям, как настоящая белка?
– Нам пора делать лапы, иначе мы опоздаем на первую пару! – заверещал тролль, нетерпеливо тряся усами и переминаясь. Неожиданно он стал дергать меня за уши и взъерошил мои и без того торчащие во все стороны волосы. – Ты думаешь умываться? Или и так сойдет? Я никогда не видел такого грязного тролля. Но, возможно, так и должно быть. Проходя сквозь портал, мы все меняем свою внешность. В мире смертных я – просто красавчик. Мой отец – влиятельный и богатый человек. Он тоже тролль, кстати. Правда, совершенно не парится по поводу своей внешности. Владеет кучей бизнесов и настоящим замком. Так что, будешь умываться? Или это так и задумано?
Я неуверенно помотала своей взъерошенной головой с настоящим вороньим гнездом вместо волос, посыпанным пеплом.
– Стой! Ну-ка, не дергайся! – неожиданно выпалила я, обхватив ладонями большие щеки своего пушистого собеседника. В его огромных от удивления глазах, я наконец-то смогла рассмотреть свое отражение. Только вот оно было мало чем похоже на меня прежнюю. Мой лоб стал выше, глаза больше, скулы острее. Иными словами, на меня сейчас смотрела новая усовершенствованная версия меня, с куда более лучшим «дизайном». От приятной неожиданности я даже сначала растерялась и сама себе улыбнулась.
– Чего молчишь? Как тебя зовут, говоришь? – нетерпеливо спросил Дин.
К такому вопросу я была явно не готова, и потому едва не ответила правду.
– Тонни…мни! Блин!
– Как-как? Тамлин? – переспросил он, разворачивая ко мне свои уши-локаторы. Вдруг Дин вздрогнул, скорчив гримасу от боли. Одно из ушей, то, что странно торчало в сторону под острым углом и выглядело будто переломанное посередине, пронзила резкая боль. – Ай, мое ухо! Эта дрянь перебила мне хрящик!
– Какая еще дрянь? – переспросила я быстрее, чем успела подумать. Уж кого-то он мне очень напоминал своим ворчанием.
– Неважно, Тамлин! – помотал рыжей головой Дин и решил перевести тему. – Можно я буду звать тебя Томми? Надеюсь, это твое ненастоящее имя, да? Настоящее, как пин-код от карты, здесь нельзя никому сообщать!
– Это почему это? – спросила я, недоумевая. Потихоньку в мою голову закралось подозрение. – Значит, твое имя вовсе не Дин? А как?
– Нет конечно! Меня зовут Дин только в этом зазеркальном мире, – ответил он. – Я не скажу тебе мое реальное имя. Здесь имена имеют великую силу и могут быть использованы во множестве самых страшных заклинаний против своих хозяев.
Я облегченно выдохнула, радуясь тому, что не успела проговориться. И вдвойне довольна я была потому, что этот парень-белка подумал, что меня зовут Тамлин, а Тамлин – это мужское имя. Значит, я действительно достаточно чумазая, неузнаваемая и так сильно похожа на парня, что никто никогда не усомнится в обратном.
– Кто твой мастер? Чего ты молчишь? – не унимался тролль, виляя своим пушистым беличьим хвостом из стороны в сторону, как недовольный кот. А затем он снова попытался меня обнюхать. – Где тот, кто забрал тебя сюда из мира смертных? Кто показал тебе, как пройти сквозь зеркальный портал?
И поскольку я не придумала ответов ни на один из его вопросов, то просто быстро обернулась назад и посмотрела на огромное зеркало, через которое сюда попала. Потоки разношерстных студентов в разноцветных мантиях уже прекратились и, странное дело, все остальные одиннадцать зеркал вокруг уже были разбиты. То есть центр каждого из них пестрел широкой паутиной трещин, то тут, то там на каменном полу блестели отлетевшие осколки. Лишь одно зеркало осталось целым, то самое, через которое мы с Дином прошли одновременно в этот таинственный мир. Его серебряная гладь как-то неестественно ярко поблескивала и колыхалась, словно поверхность озера. Портал был открыт.
– Мой мастер… эм… сейчас вот-вот придет! – соврала я, стараясь не смотреть в его большие, слегка прищуренные от недоверия бутылочно-зеленые глаза. И потому стала интенсивнее вертеть головой из стороны в сторону. – Дин? А куда это они все направляются?
Тролль быстро обернулся и посмотрел туда, куда сейчас таращилась я. В противоположной стороне зала, практически прямо напротив нас, находился грандиозный фонтан в виде статуи огромного бородатого силача, могучий торс которого заканчивался гигантскими щупальцами осьминога, что были раскиданы кольцами по всем фонтану. Бронзовый морской бог, надув до отказа свои круглые щеки, бесшумно трубил в «рог тритона» – красивую морскую раковину. Но вместо громкого раскатистого звука в воздух взлетали мощные струи воды, долетающие практически до ночного звёздного неба и переливающиеся в танцующем ярко-белом свете факелов. Падая на землю, потоки рассыпались в воздухе на сотни журчащих струй и миллионы мельчайших капель, играя всеми цветами радуги, прежде чем вернуться обратно в огромный полукруглый бассейн. Играя со струями и задорно смеясь, в воде постоянно появлялись то странные зеленоволосые головы, то роскошные рыбьи хвосты.
«Что ж, если тут есть белки-парни, – подумала я, – то вполне могут быть и парни-русалки!»
Рядом с этим грандиозным фонтаном, возле противоположной стены, находилось нечто еще более интересное – там сразу три огромных зеркала-портала были соединены между собой самым невероятным и причудливым способом. Над самым крайним зеркалом ярко пылал рыжий силуэт большой огненной птицы, что-то вроде орла. В зеркальную поверхность под его с распростертыми крыльями спешили крепкие пареньки с алыми мантиями за плечами. Вокруг центрального зеркала обернулся широкими красивыми кольцами длинный белый дракон. Именно в этом портале исчезали самые красивые девушки и юноши с гордой осанкой и белыми мантиями на плечах. Оправа третьего зеркала была овита чем-то вроде темного металлического плюща с начищенными до блеска серебряными цветами. Особенно сияли те, что находились чуть ниже. Просто все проходящие через портал ухитрялись дотронуться до какого-нибудь цветка и потереть его несколько раз на удачу. Кстати, проходящих сквозь этот портал было раза в два больше, чем через два других вместе взятых. С одинаковыми ярко-зелеными мантиями за плечами, они все выглядели очень странно: многие были покрыты шерстью или перьями, с лапами вместо ног, с ушами разной величины и формы, с хвостами всех мастей, а некоторые даже с крыльями. У нескольких на ногах были белые кроссы, точь-в-точь такие же, как и у меня. Остальные же шлепали голыми ступнями, цокали копытцами и скрежетали когтистыми лапами по мраморному полу.
– Это мой родной факультет Босых. Самый многочисленный и спокойный, где учатся одни полукровки. – объяснил Дин, следя за моим изумленным взглядом. – Красные – это гладиаторы с факультета Преданных. Туда берут только отчаянных крепких парней и учат войне. Их символ – вечно горящий феникс. Вон, видишь ту огненную птицу над порталом? А вот то зеркало по центру с драконом – это для белых. Там чародеи с факультета Проклятых. Они владеют магией и знают, как вызвать джиннов и полтергейстов.
– Ну и названия у вас, конечно! Преданные и Проклятые! – громко недоумевала я. – Смените пиар-менеджера. Как к вам вообще студенты-то идут? Преданные кому?
– Преданные кем! – тихо ответил Дин, отводя глаза в сторону. – Скоро ты сам все узнаешь… Давай, шевели лапами! Нам пора на первую пару Факультета Босых!
– Факультет Босых? Чего? – поморщила я свой нос. – Вот еще! Я не хочу на факультет голодранцев!
– Ну зови его Факультет Чар, – закатил свои зеленые глаза тролль, – как тебе такой ребрендинг? Факультет Чар или ЧарФак по аналогии с ЖурФаком и ФилФаком!
– Фак… как? – захлопала я своими ресницами, которые даже стали длиннее после прохода через портал. – Но какой же это Факультет Чар, если все чары происходят на Факультете магии, где учатся ваши волшебники?!
– А такой! Ведь именно мы, волшебные народцы с Факультета босых совершаем самое большое количество заклинаний в расчете на одного студента! – ответил Дин, гордо выпятив пушистую беличью грудь. – Маги ничего не делают сами, они вызывают различных духов, джиннов и ифритов, чтобы те работали на них! Ну или же эксплуатируют нас, трудяг, как хотят…
Над тремя зеркалами-порталами висели громадные, более трех метров в диаметре, старинные часы. Широкий серебристый циферблат блестел тринадцатью позолоченными цифрами, и именно на последнюю из них сейчас указывала пара длинных тяжелых стрелок.
– Что это за место такое? – тихо спросила я, пытаясь сообразить, которой именно сейчас час. – Куда они все прутся… в тринадцать часов ночи?!
– Ах, да они не время показывают, – отмахнулся лапой Дин, в его больших темных глазах сейчас идеально отражались все цифры. – Они говорят, что именно сейчас наступил зачарованный тринадцатый час – время, когда порталы между нашими мирами открываются и различные силы могут путешествовать туда и обратно. Это как Хэллоуин, но только не раз в году, а каждый день, и длится ровно час!
– Но час – это же ни о чем! Это же так мало! – покачала я головой из стороны в сторону. – Что вы успеваете сделать за это время? Сходить в туалет?
Дин отшатнулся в сторону и уставился на меня самым подозрительным и оскорбленным взглядом. Но комментировать мою несмешную шутку не стал, а просто объяснил:
– Это не простой час. Тринадцатый час может длиться бесконечно долго. Даже больше одних суток. Вообще, самым сильным магам даже под силу остановить время. Вот, например, Ледяной Джек, может его заморозить…
Имя «Ледяной Джек» показалось мне очень и очень знакомым. Однако, я не стала про него ничего спрашивать. Этот парень остался далеко позади в другом, абсолютно обыденном мире.
– Но у всех нормальных людей сейчас полночь! – напомнила я, хмурясь и пытаясь понять, что тут происходит. – Они спят и понятия не имеют о вашем шабаше!
– Вот именно! – отчаянно закивал своей большой пушистой головой мальчик-тролль. – Смертные не владеют магией, и потому этого часа для них не существует. Наш лишний час – это потайной карман во времени, он доступен только избранным, лишь тем, у кого есть такие специальные часы. Как только наступает полночь, сквозь зеркала-порталы сюда спешат студенты со всех концов земли. И как только тринадцатый час кончается, они возвращаются обратно в мир смертных в ту же самую секунду, в какую и отправились сюда. Так никто не заметит их отсутствия и не узнает о нашем существовании…
«Чудненько! – подумала я, – моего отсутствия никто и не заметит. Ровно так же, как и присутствия, блин!»
– А что это за место? Где мы сейчас? – спросила я вслух, оглядывая бесконечное звездное небо над головой.
– Ну если маги могут выиграть лишний час у времени, то они способны и раздвинуть границы пространства, – важно заявил Дин, словно он сам неплохо смыслил в магии, – сейчас мы с тобой находимся в месте, что вне времени и вне пространства. Считай, что это – альтернативный параллельный мир. Академии Магиров уже несколько сотен тысяч лет и…
– Академии кого? – выпалила я.
– Академии Магиров! – повторил Дин, но затем спохватился. – Ну, это неофициальное название этого места. А как ты еще назовешь Школу Магии неясно где и не понятно когда? Хогвартс? Тут тролли, оборотни, гоблины, эльфы. На факультете Босых мы зовем ее «Академия Магиров» по книге Киры Тигрис. Спорю, ты тоже ее читал!
– Это там, где у каждого ученика был свой наставник? Мастер и подмастерье? И четыре факультета с магией для каждой из четырех стихий? – ответила я, припоминая сюжет и главных героев. – Я прочел до середины где-то…
– А дальше?
– Дальше меня выгнали из книжного! – со вздохом ответила я. – Чтобы дочитывать до конца, книги нужно покупать!
Удивленная мордашка Дина быстро помрачнела, усы и уши одновременно опустились от ужаса. Ему стало не по себе от одной мысли о том, что у кого-то в этом мире не хватает денег даже на книгу…
Мне не нужна была ничья жалость. Тем более, его и сейчас. Я молча развернулась и зашагала к порталу из трех зеркал, где только что скрылись несколько опаздывающих учеников.
– Пошли, а то закроется! Ой!
Над нашими головами, неслышно взмахивая широкими крыльями, пронесся внушительного размера, метра два в длину, красивый белоснежный ящер. Да это же дракон! И он был точь-в-точь как тот, что обвивал зеркало в середине портала.
– Чу-у! Брысь! Пошел отсюда! – шикнула я на него, когда змей спланировал так низко над нашими головами, что едва не заехал по ним своими здоровенными перепончатыми крыльями. – Еще не хватало на башку нам нагадить! Так чему учат в этой вашей Академии Магиров? И когда мне выдадут волшебную палочку?
Но ответа на свой вопрос я так и не получила. Наступила долгая неловкая пауза, вдруг у каждого появилось нехорошее чувство, будто за нами кто-то пристально следит…
Они появились буквально из ниоткуда – впрочем, так всегда и появляются неприятности. Три длинных тени внезапно перегородили нашу дорогу, я подняла глаза: три человекообразных и в тоже время звероподобных фигуры смотрели на нас горящими глазами голодных волков, криво ухмыляясь клыкастыми мордами. Это были три тролля, которых, как выяснилось в дальнейшем, Дин ненавидел и боялся больше всех на свете, и вот почему…
– Надоело искать блох самому, Дин-дон? Нашел себе смертного раба? – насмешливо произнес самый маленький тролль, но, очевидно, самый главный, наглый и ехидный среди троицы. Его узкая морда с черным носом, светящимися лисьими глазами и широкими треугольными ушами чем-то напоминала потрепанного жизнью дворового пса. Дело в том, что уши были изрядно оборваны, а через левый глаз пробегал глубокий шрам, из-за чего тот стал красновато-желтым, тогда как правый здоровый оставался изумрудно-зеленым. – Будет собирать для тебя орешки в лесу?
Пара его компаньонов, что потихоньку окружали нас с других двух сторон, ехидно заржали в полный голос. Особенно старался рыжий, с толстой шеей, непропорционально массивными плечами и длинными, как у орангутанга, руками, заливаясь визгливым истеричным смехом «И-хи-хи-хи!», словно вредный мальчишка-стукач, с которым никто не дружит. Второй же, с широкими длиннющими острыми ушами, глуповатой мордой и перекошенными глазами, тихонько посмеивался исподтишка, «Хе-хе-хе», словно ученик, подложивший кучу острых кнопок на стул соседа, и теперь наслаждавшийся его болью издалека.