Сказ о мире, где магия превыше всего

Хороший травяной чай могут себе позволить только богачи, а простолюдины либо вообще не покупали чай, либо покупали просто отвратительные чаи, к которым нужно было долго привыкать. Мне в замке, конечно, не давали какие-то дорогие чаи, но их можно было пить. Этот напиток пить не хотелось от слова совсем.

Во время чаепития Клара задавала много вопросов. О том, какого это – жить в замке, чем я обычно занимаюсь, что мне нравится. Мне кажется, что она хотела узнать меня получше. Возможно, она хотела подружиться со мной.

Я сначала отвечал на все её вопросы неохотно. На самом деле я не очень хорошо понимал, зачем ей что-либо обо мне знать. Однако под конец я начал отвечать более охотно. Потом и сам начал задавать вопросы, и вскоре у нас завязалась настоящая беседа. Остин наблюдал за этим с огромным удовольствием. Возможно, он видел то, как со мной обращались во дворце, поэтому хотел, чтобы со мной хотя бы на несколько дней обращались нормально. И именно поэтому он не останавливал свою жену, хотя видел, что я отвечал на вопросы с большой неохотой.

Через час разговоров мы, наконец, закончили наш диалог. Я встал из-за стола и поблагодарил хозяйку и хозяина за это угощение. Пусть чай было пить и не очень приятно, но он подошли ко мне со всей душой, так что я обязан хотя бы просто сказать «Спасибо».

После мне показали комнату, где я буду спать. Этой комнатой, по моей просьбе, оказался главный зал с небольшим диваном. Неважно, как ко мне относится семья герцога – для простолюдинов я остаюсь высокородным. Мне просто не хотелось стеснять хозяев, хотя Клара настаивали, чтобы я занял одну из комнат их детей, или вообще их собственную. Я отказывался, и, в конце концов, вмешался Остин.

– Лучше отступи, Клара. Ранп ни за что не откажется от этого дивана.

В итоге она и правда сдалась, постелив мне на диване.

За окном уже давно стемнело, так что всем нужно было идти спать. Разогнав играющих детей, которые уже начали приставать ко мне с просьбой поиграть, по комнатам, хозяева сами решили идти спать. Пожелав мне спокойной ночи, они удалились в свою комнату. Я так и не снял плащ за всё время пребывания в доме, ограничившись простым откидыванием капюшона.

Однако спать в плаще было бы очень неудобно, и я его снял, положив на спинку дивана, поближе к стене. Остальную одежду я решил не снимать. Не очень хотелось лежать в главном зале чужого дома в нижнем белье.

И вот я уже лёг, как вдруг заметил на себе чужой взгляд. Это сложно объяснить. Просто иногда, если человек на тебя пристально смотрит, ты это начинаешь чувствовать. Конечно, такое случается не всегда, но периодически, если за мной следят, а я этого не вижу, у меня вся спина покрывается мурашками.

Я приподнялся с дивана и начал осматриваться, ища неизвестного наблюдателя. Я просто надеялся, что это не шпион, которого послал мой брат. Не зря же он сказал, что будет следить за мной. В доме было темно. Свет луны практически не пробивался через зашторенные окна, поэтому сама комната была почти полностью поглощена темнотой.

Я решил на всякий случай зарядить пистолет. Да, это было больше похоже на приступ шизофрении, но лучше подготовиться к неожиданностям, чем жалеть, когда ты их встретишь безоружным. Мешочки с порохом и пулями, а также сам пистолет я спрятал под диваном в надежде, что дети не станут там искать что-нибудь интересное. Быстро зарядив пистолет, потратив на это примерно сорок секунд, я держал пистолет дулом вверх. В темноте я не мог определить, достаточно ли пороха я засыпал, однако пуля должна была вылететь, по крайней мере, на десять метров. А большего мне и не надо было.

– Что ты делаешь?

Детский голос девочки, доносящийся из темноты, напугал меня. Настолько, что я подпрыгнул на месте, после чего быстро повернулся на голос, держа пистолет всё также дулом кверху.

Всматриваясь в темноту я, наконец, разглядел девочку. Глаза уже давно привыкли к этой жуткой темени, но всё равно видно было плохо.

Возле двери в свою комнату стояла маленькая девочка. По словам Остина, она моя одногодка.

– Ты же Люси, да?

Я сказал это, одновременно с этим пряча пистолет за спиной. Вид у девочки был заспанный, значит она, скорее всего, не смогла увидеть, что у меня в руках. Да она бы и не поняла что это такое.

– Да, я Люси. А ты Рамп?

– Да.

– Странное у тебя имя, Рамп.

С этим я не мог не согласиться. У всех дворян в этом мире были довольно странные имена. Вроде как их имена были составлены из слов языка Древней Империи, однако потом язык был утерян, как и значения имён. Но мне больше верится в то, что дворяне хотят такими странными именами ещё больше отгородиться от простолюдинов.

– Может, тогда придумаешь мне нормальное имя?

Девочка положила руку на подбородок, делая вид, что она думает над моим новым именем.

– Может, Рекс?

Тут уже задумался я. Рекс довольно неплохое имя, хотя мне, кажется, оно совсем не подходит. Я уже хотел сказать Люси о том, что это имя мне не нравится, но вдруг я увидел в небольшом шлейфе лунного света, который всё-таки смог пробиться через шторы, прекрасные глаза золотистого цвета. Девочка с золотистыми глазами и светлыми волосами смотрела на меня в ожидании. Стоит признать, что выглядела она мило. И смотря в эти глаза, которые ждали одобрения предложенного ей имени, я всё-таки не смог сказать ей правду.

– Да. Рекс – это хорошее имя. Мне нравится.

После этих слов я отвернулся. Честно сказать, я всегда считал детей милыми. Маленькие люди, на которых ещё не повлиял мир взрослых. Порой я им даже завидовал. Однако мои чувства на этом ограничивались.

Эта девочка, правда, заинтересовала меня. Неужели из-за того, что в этом мире я пятилетний парень, меня начали привлекать девочки моего возраста? Такого я полностью отрицать не могу.

Возможно, это просто любовь с первого взгляда. На самом деле такая любовь существует, несмотря на слова скептиков. Однако в большинстве случаев она проходила так же быстро, как появлялась.

Всё-таки посмотрев на девочку, которая светилась от счастья, в моём сердце что-то ёкнуло. Видимо, это всё-таки из-за того, что у меня тело пятилетнего парня.

– Рекс, а, правда, что ты дворянин?

Ага, начались сложные вопросы. Я немного замялся, не зная как ответить. Вроде как я член семьи герцога, и де-юре дворянин. Однако де-факто прав у меня во дворце не больше, чем у простолюдина. Разве что кормят лучше.

– Ну, вроде да. Правда, мои родители мне не особо радуются.

– Почему? Разве твоя мама не любит тебя?

Я вдруг, усмехнувшись, вспомнив случай из младенчества. Тогда в мою комнату ввалилась моя «мама», напившаяся до невменяемого состояния. Она начала кричать про то, что я должен умереть. Что я должен был помереть ещё в утробе. Тогда я ещё не знал язык этого мира, однако теперь я знаю, что она тогда кричала. В итоге, как бы не пытались горничные её остановить, она всё-таки прорвалась к колыбели и начала меня душить. Я не представляю, кем нужно быть, чтобы пытаться придушить младенца голыми руками. Но в итоге эту тварь остановилась.

Тогда мне хотелось убить её. Однако сейчас она практически не появляется за пределами своего крыла дворца, где она сидит в большом зале и смотрит на костёр в камине. Один раз я пытался подойти к ней в это время, но она так на меня зыркнула, что я сразу поспешил убежать. Эти глаза были настолько безумными, что стало страшно. Надеюсь, она не убьёт меня до того, как мне исполнится 16 лет.

– Моя настоящая мама любит меня. Она сейчас очень далеко, но однажды я вернусь к ней.

После этого мы ещё долго говорили на разные темы. В основном Люси интересовала жизнь дворян. Видимо, она, как и прочие девочки её возраста, хотела стать принцессой. Однако, как бы мне не хотелось, вечно наш разговор длиться не мог.

– Ладно, я пошла спать. Спокойной ночи, Рекс.

Эти слова она прошептала, чтобы не разбудить никого, после чего зашла в свою комнату.

Я лежал в кровати и думал о сложившейся ситуации. Пистолет с мешочками я вернул назад, под диван. После этого, немного подумав, я решился. Сейчас я не буду поддаваться этому любовному порыву. Вместо этого я подожду, пока не стану старше в этом мире. Если моя любовь выдержит проверку временем и не выветрится – я сам их приму.