Спасибо, Учитель! Осознание силы Любви

Глава 3. Закороченные

Этот разговор было не так просто выкинуть из головы. С тех пор я постоянно замечала в окружающих меня людях принципы обмена энергией. Я стала какой-то тихой, задумчивой. «Вика, не спи!» — в последнее время слышала я от Даши.

К Артёму Викторовичу пока не решалась опять идти в гости. Я думала: получится утром с ним ходить вместе, но он всегда намного раньше меня выходил. И на улице мы больше не встречались, на уроках только. А он, тем временем, потихоньку осваивался в нашей школе и в нашем классе на физике. Начинал разбираться, с кем и как можно общаться на уроках. У нас разные ребята: есть спокойные, есть совсем тихие, есть активные, но с соображалкой, а есть — активные болваны.

Как-то Артём Викторович вызвал к доске Зябликова. Это — наш главный болван. Лучше бы его не было в нашем классе. Он не захотел выходить и с матом послал Артёма Викторовича.

— Ты совсем офонарел, Зябликов! — закричала на него Ксюша.

— Я никому ничего не обязан, — пофигистски ответил он.

Все молча смотрели на Артёма Викторовича.

— Хорошо, двойка, — и он записывает себе в блокнот. — А вот мат я услышал на своём уроке, надеюсь, в последний раз. Во-первых, потому что это вредно для вашего и моего физического и психического здоровья. Это я прекрасно знаю. Хорошо бы вам вообще его не применять. Но если вас и ваших родителей устраивает — это не в моей власти. Но на моих уроках — будьте добры. Иначе придётся разбираться с классным руководителем, родителями, директором. Во-вторых, есть обыкновенная этика поведения. Правильно, Зябликов? — и он серьёзно посмотрел на него.

Это был жёсткий взгляд — выглядел как вызов, даже Зябликов выпрямился. При всех этих словах не было раздражения или злости, только уверенность в своей правоте.

— Не всех устраивает в классе, и родителей — не всех, — с многозначительным видом высказалась наша зазнайка.

Это прозвучало в укор многим в классе. Даже у меня иногда проскакивал мат, наверное, только Ксюша и Даша не матерились. Может, ещё пару ребят.

— А чем он вреден для здоровья? — тихо поинтересовался Илья с первой парты.

— Чем вреден… Хорошо, я расскажу вам. Это будет вместо ответа Зябликова. Дальше продолжим урок.

Артём Викторович закрыл свой блокнот, облокотился на край стола и обвёл класс спокойным, глубоким взглядом.

— Видите ли, друзья, физика — это не только рычаги и токи. Это наука о вибрациях. Всё в нашем мире — от далёких звёзд до клеток вашего тела — звучит на определённой частоте. Человек — это сложнейший приёмник и передатчик энергии. И наше слово — это самый мощный инструмент настройки этой системы.

Он на мгновение замолчал, и в классе воцарилась такая тишина, что было слышно, как гудят лампы под потолком.

— Мат — это не просто плохие слова. Это низкочастотные звуковые удары. В древности такие сочетания звуков использовали в определённых деструктивных культах, чтобы вызвать страх или агрессию. Когда вы произносите их, вы буквально «взламываете» свою собственную полевую структуру. Эти звуки резонируют с низшими инстинктами, блокируя работу сердца и высшего сознания. Вы словно бьёте молотком по тончайшему прибору.

Артём Викторович посмотрел на Зябликова, который всё ещё сидел с вызовом, но уже перестал ухмыляться.

— Исследования показывают, что вода, на которую воздействовали подобными словами, меняет свою структуру на хаотичную, уродливую. А мы с вами на восемьдесят процентов состоим из воды. Материться — значит добровольно отравлять свою внутреннюю среду, разрушать генетическую память. Что, в свою очередь, влияет на физическое, психическое и ментальное здоровье.

Артём Викторович обвёл класс взглядом, задерживаясь на Зябликове.

— Понимаете, это вопрос чистоты проводника. Ваша нервная система, ваш мозг — это тончайшая электроника, созданная для передачи высоких смыслов, радости, созидания. Это чистые провода, по которым должно течь светлое электричество мысли. Например, мысли поэта, художника, музыканта, учёного, режиссёра — мысли творческого человека. Каждый из вас по-своему творческая личность. Но когда вы впускаете в себя мат — это всё равно что залить электрические кабели ржавой, грязной водой. Две эти среды несовместимы. Вода моментально вызовет короткое замыкание, изоляция сгорит, и вся ваша внутренняя система просто выйдет из строя. Тот, кто сквернословит, не «крутой» — он «закороченный». Его тонкие настройки выгорают, оставляя внутри только пепел и примитивные реакции — а это уровень животного. Всё, что надо такому существу, это: поесть, поспать и удовольствия, никакого прогресса и развития.

По классу прокатился весёлый шепоток, повторяющий слово «Закороченный». Ребята поглядывали на Зябликова и хихикали. Возможно, это будет его новая кличка.

— Помимо этого, ребята, — продолжил учитель, — мат — это слова «паразиты». Вы привыкаете ими заменять целый ряд красивых слов и выражений. Ваш мозг уже не включается в умственный процесс поиска нужного слова и составления сложных предложений, чтобы выразить свою мысль. Работа мозга упрощена. По речи человека всегда можно понять уровень его умственных способностей. Правильная литературная речь — она развивает.

У меня в своё время тоже были слова «паразиты», не мат, конечно: «это самое», «короче», — виновато признался учитель, — … Когда осознал это, поставил перед собой цель отучиться их повторять. Поверьте, это очень сложно. При обычном разговоре «тормозишь» по-страшному, потому что мозгу ещё надо включиться в работу нормальной человеческой речи. Года полтора переучивался.

Артём Викторович подошёл к доске и взял мел.

— В общем, мат из вас делает слабоумных, «закороченных»… Поэтому, Зябликов, я ставлю тебе двойку не за мат, а за отсутствие знаний. А за мат я ставлю тебе условие: если хочешь, чтобы твоя «система» работала и дальше, а не превратилась в груду ненужного хлама, — учись управлять своей речью. Это и есть первая ступень настоящей физики жизни. Каждый из вас ответственен за ваше общее будущее. Произнося мат, вы губите себя и тех, кто вас слышит. А теперь — к теме урока. Записываем: «Масса и объём тела».

Артём Викторович писал на доске тему урока, все послушно записывали её в свои тетради. В классе повисла необычная тишина. Даже самые заядлые шутники сидели притихшие, глядя в свои тетради так, будто впервые увидели в них не просто бумагу, а те самые «проводники». Слова учителя зацепили что-то глубокое, на уровне души. В тот день никто больше не пытался сорвать урок.

Этот случай стал переломным. С тех пор на уроках физики что-то изменилось. Ребята, которые раньше считали этот предмет набором скучных формул, вдруг почувствовали, что за законами физики или движением молекул скрывается сама механика жизни.

На следующих занятиях, как только заканчивалась официальная часть темы, от ребят всё чаще стали доноситься совсем не программные вопросы:

— Артём Викторович, а если музыка тяжёлая — это тоже как «грязная вода»?

— А почему, когда в семье ругаются, техника ломается? Это тоже резонанс?

— А как понять, что ты на «своей» частоте?

Артём Викторович улыбался, откладывал учебник и начинал говорить о том, о чём не пишут в учебниках, но что каждый из нас чувствовал кожей. Физика перестала быть мучением — она стала ключом к пониманию нас самих. И я видела, как даже у Зябликова в глазах иногда мелькало что-то похожее на осознанность, когда он забывал играть свою роль «болвана».

Глава 4. Творческое начало

Мы на перемене после алгебры, скоро начнётся второй урок. Я с Дашей у парты Наташи с Полиной слушаем Наташу, как они семьёй ездили на выходных к тёте в гости. В соседнем ряду пацаны сгрудились вокруг парты Миши и Паши: Вадик, Егор и Илья, что-то тоже активно обсуждая. Миша поглядывал на меня, думал, что я тоже присоединюсь. Они периодически смеялись и выкрикивали свои маты. Но мне было интереснее послушать Наташу. Её тётя с мужем работали в театре. Она была костюмером, а он актёром. Девочки постоянно отвлекались на пацанов, хмуря брови.

— Ребят, давайте потише, — обратилась я к ним пару раз.

Но на них мои просьбы не действовали. Наконец-то Даша не выдержала и развернулась к ним.

— Егор, Миша! — позвала она ближайших из них.

Все они посмотрели на Дашу.

— Вы, наверное, забыли слова учителя по физике про мат? Про то, как он разрушает человека и делает его тупым, — она особенно выделила последнее слово. — И не только его, но и окружающих.

Пацаны загоготали своими ломающимися голосами.

— А мы не творческие — нам не страшно, — поглядывая на пацанов, ответил Миша.

— И вы не творческие, — добавил Егор. — Так что можете не переживать.

Их смех разразился на весь класс. Даша возмущённо посмотрела на меня, ища поддержки.

— Откуда такая уверенность, Егор? Не ровняй всех по себе, — ответила за Дашу я.

— О! Они сейчас новую музыку сочиняют, а мы мешаем им, — гримасничал Егор своим друзьям, вызывая смех.

— А вот будет урок физики, там и обсудим с Артёмом Викторовичем, — как учительница сказала им Даша и отвернулась, дав понять, что разговор отложен.

Разговор действительно пришлось отложить, потому что скоро, перекрывая смех и болтовню ребят, прозвенел звонок на урок.

На следующий день у нас физика. Артём Викторович ждал нас в классе. Перемена уже заканчивалась, когда Даша, обведя весь класс взглядом, отметила, что Миша, Егор, Вадик и Илья здесь. Она посмотрела на учителя и громко обратилась к нему.

— Артём Викторович, а скажите, пожалуйста, творческие люди — это только музыканты, поэты и художники? Только им нельзя мат слушать и применять? Или это ко всем относится?

Артём Викторович отвлёкся от своего блокнота и посмотрел на Дашу, потом на класс. Егор и Илья хмыкнули, Миша широко улыбнулся.

— Да. А то Даша очень обеспокоена за свои творческие мысли. Никак не может их в себе найти. Мат мешает, — выкрикнул Егор.

И пацаны тут же поддержали его своим смехом.

Артём Викторович только встал, чтобы начать говорить, но прозвенел звонок. Он показал руками, чтобы все успокоились и сели. Подождал, когда усядутся забежавшие в класс, встал перед доской и обратился к Даше.

— Ну что, Даш. Хороший вопрос ты задала. Давайте обсудим его, но в конце урока, — обратился он уже к классу. — А сейчас разбираем новую тему.

Нравится мне, и, по-моему, не только мне, когда у нас предвидятся обсуждения интересных нам тем. Поэтому никто не мешал проведению урока, чтобы хватило времени для наших разговоров.

— Итак, — Артём Викторович обозначил завершение темы и посмотрел на Дашу. — Что такое творческое начало в человеке. Правильно, Даш?

— Да, — смущённо согласилась Даша и многозначительно посмотрела на Егора.

Артём Викторович отследил этот взгляд, но сделал вид, что ничего не заметил.

— Только давайте попробуем разобраться не в том, кто из вас творческий, а кто нет, — сказал он. — Это слишком простой способ разделить людей. Творческое начало есть практически в каждом человеке. Вопрос в другом: развивается оно или постепенно угасает.

В классе стало тише. Все были готовы слушать.

— А что за «творческое начало»? — спросила, не понимающая, о чём речь, Ксюша.

Её с девчонками не было в кабинете, когда Даша ругалась на пацанов. Артём Викторович продолжил:

— Это способность человека не только повторять то, что уже существует, но и создавать новое. Новую мысль, решение, образ, поступок. Иногда человек создаёт картину или музыку. А иногда находит неожиданное решение задачи, придумывает, как помочь другому человеку, организует какое-то дело. Творчество намного шире искусства.

— Тогда получается, что математик тоже может быть творческим? — спросил Вадик.

— Конечно. И физик. И врач. И инженер. И повар. И даже человек, который умеет интересно рассказать истории о том, как провёл выходные, — сказал учитель, посмотрев на Наташу.

Класс засмеялся, а Наташа улыбнулась.

— Тогда почему вы говорили, что мат мешает творчеству? — не отступала Даша.

Ксюша и другие, кто не в теме, кажется, поняли, о чём речь. Артём Викторович присел на край учительского стола.

— Хороший вопрос. Давайте разберёмся. Слово — это только инструмент, которым владеет человек. И творческие люди иногда могут сквернословить и сказать что-то матом.

Многие мальчишки рассмеялись.

— Ну вот! — победно проговорил Егор.

— Да, но важно то состояние, в котором человек находится, когда он говорит, — продолжил Артём Викторович. — Ведь он может и не говорить, — и при этом сохранить гораздо больше возможностей для собственного развития.

Егор немного притих.

— Представьте, что человек каждый день разговаривает грубо. Постепенно грубость становится привычкой. Он перестаёт искать точные слова, потому что ему достаточно нескольких привычных выражений, которыми он заменяет всё остальное. А язык — это инструмент мышления. Чем богаче язык человека, тем больше оттенков он способен различать и выражать.

— Получается, дело не только в том, что слово плохое? — спросил Вадик.

Ему всегда интересно в чём-то разобраться и докопаться до истины.

— Именно. Здесь интересно не только само слово, а то, что происходит с человеком. Если человек может сказать одну и ту же мысль десятью разными способами, подобрать точное выражение, передать чувство, настроение, отношение — у него больше возможностей. А если ему для выражения всего хватает нескольких грубых слов, он сам постепенно ограничивает свой мир.

Артём Викторович подошёл к доске и написал несколько слов:

Мысль слово чувство действие.

— Между тем, что происходит внутри человека, и тем, что он делает, существует связь. Мысль рождает слово, слово закрепляет состояние, состояние влияет на поступок. И наоборот — постоянное повторение определённых слов постепенно формирует привычное состояние.

— А если человек просто шутит? — спросил Миша. — Мы же не всегда всерьёз это говорим.

— Конечно. И юмор тоже необходим. Я вовсе не предлагаю вам разговаривать друг с другом как в учебнике. — Учитель улыбнулся. — Мне самому нравится пошутить. Вопрос в мере и в том, что становится привычным языком человека.

Представьте двух людей. Один привык замечать в мире интересное и старается это выразить. Он может сказать: «Посмотри, как сегодня свет падает на деревья». Другой смотрит на то же самое и говорит: «Да, пофигу». Первый развивает способность замечать. Второй постепенно её теряет. Вот это уже имеет отношение к творчеству.

Даша подняла руку.

— Значит, творчество начинается с того, что человек умеет замечать?

— Очень часто именно с этого.

— А потом?

— Потом ему становится интересно. Из интереса рождается вопрос. Из вопроса — поиск ответа. А когда человек ищет ответ, он уже начинает создавать что-то своё.

Даша с интересом слушала и очень внимательно. А Артём Викторович продолжил:

— Поэтому я не хочу делить вас на творческих и нетворческих. Мне гораздо интереснее другое: что каждый из вас делает со своими способностями. Один хорошо рисует. Другой умеет считать. Третий умеет разговаривать с людьми. Четвёртый замечает то, чего другие не видят. Пятый умеет придумать выход из ситуации, когда остальные растерялись. Всё это формы творчества.

— Его же можно развить? Да? — спросил Илья.

— Можно. Но для этого нужно работать с собой.

— Как?

Учитель задумался.

— Начать с простого. Учиться наблюдать. Не принимать всё сразу как само собой разумеющееся. Задавать вопросы. Читать. Слушать хорошую музыку. Смотреть на картины. Общаться с интересными людьми. Пробовать делать что-то самому. И самое главное — учиться выражать свои мысли.

Он посмотрел на ребят.

— Вот почему взрослым не всё равно, как вы разговариваете друг с другом. Не потому, что нам хочется контролировать каждое ваше слово. Родителям и учителям важно, каким человеком каждый из вас становиться.

В классе стало совсем тихо.

Егор поднял руку.

— А если я вообще не хочу быть творческим?

Учитель улыбнулся.

— Тогда стань хотя бы хорошим человеком.

Класс засмеялся.

— Ему трудно стать хорошим. Он вечно всем недоволен, — высказалась Катя с дальнего ряда.

— Неправда. Сама такая — бубнишь вечно, — заворчал он.

И весь класс опять засмеялся.

Егор недовольно что-то забубнил себе под нос, чем вызвал ещё больше смеха в классе. Но теперь в нём уже не было прежнего раздражения.

Мне нравились такие уроки. Мы начинали с физики, математики или какого-нибудь обычного школьного события, а потом незаметно оказывались в разговоре о человеке. Именно ради этих разговоров я всё больше любила школу.

Артём Викторович снова посмотрел на класс.

— И последнее. Творчество начинается там, где человек перестаёт жить только готовыми ответами. Поэтому никогда не бойтесь задавать вопросы. Даже если они кажутся вам глупыми. Иногда именно с такого вопроса начинается самая важная мысль в жизни.

— Да зачем вообще это творчество!? — вдруг возмущённо выпалил Егор.

Класс взорвался смехом сильнее прежнего. Смеялись все, даже учитель.

Наконец успокоившись, Артём Викторович кивнул головой и сказал:

— Да — резонный вопрос. А почему, действительно, так важно развивать в себе творчество? А? — с улыбкой спросил он у класса, поддерживая тем самым Егора.

— Чтобы быть интересным, индивидуальным, — сказала Ксюша.

— Только человек может быть творческим, — серьёзно сказала Даша.

— Да, ребят, всё правильно. Нам самим будет не интересно без творчества. Это то, что выделяет нас как вид. И что даёт нам право называться детьми Творца. Творец тоже проявляет творчество.

Артём Викторович ненадолго задумался.

— А ещё творчество колоссально помогает человеку развиваться. Причём на разных этапах своего взросления, по-разному.

Важно творчество для дошкольника. Обязательно работать руками, пальцами. Потому что развитие моторики включает мозговую деятельность, влияет на развитие речи. Для школьника начальных классов нельзя без музыки, рисования и трудов. И заметьте, что в подростковом возрасте тоже очень полезно творчество.

— Почему? — озвучил общий вопрос Илья.

— Потому что в этом возрасте внутри человека происходит очень серьёзная перестройка. Вы становитесь другими. Меняется тело, меняется восприятие себя, появляется интерес к противоположному полу. И вместе с этим возникает много новой энергии, с которой человек ещё не умеет обращаться.

— Какой энергии? — спросила Ксюша.

— В том числе энергии своего пола. У мальчика формируется мужское начало, у девочки — женское. И вместе с физическим взрослением появляется совершенно новое внутреннее напряжение. Человек ещё не всегда понимает, что с ним происходит, но уже чувствует, что ему хочется больше общаться, нравиться, проявлять себя, получать внимание.

— Пацаны просто становятся болванами? — сказала Катя, и все девочки засмеялись.

— Иногда это выглядит именно так, — улыбнулся учитель. — Только не всё так просто. Когда человек ещё не умеет понимать и направлять свои внутренние состояния, энергия может выходить самым неожиданным образом. Кто-то становится раздражительным, кто-то начинает постоянно привлекать к себе внимание, кто-то замыкается. А кто-то находит занятие, в которое может направить эту силу.

— Например, творчество?

— Именно.

Учитель посмотрел на класс.

— Я думаю, что творчество в подростковом возрасте выполняет ещё одну очень важную функцию. Оно позволяет человеку преобразовывать избыток внутренней энергии в действие, образ, музыку, движение, мысль. Вместо того чтобы энергия просто давила изнутри и превращалась в раздражение или бесконечное желание получить внимание, человек начинает что-то создавать.

— То есть написать песню вместо того, чтобы приставать к девчонкам? — усмехнулся Илья.

— Можно сказать и так, — засмеялся учитель. — Хотя я бы не стал так упрощать. Но в этом есть смысл.

Он немного помолчал.

— В подростковом возрасте человеку ещё очень трудно строить близкие отношения. Не потому, что он плохой или недостаточно взрослый. Просто для настоящей близости нужно научиться чувствовать другого человека. Не только видеть его внешность и испытывать к нему влечение, но понимать его настроение, желания, границы, характер, переживания. А это умение формируется постепенно.

Я заметила, как ребята переглядывались. Даша с удивлением глянула на меня. И девчонки и мальчишки — всех смущала затронутая тема. Но и интересно тоже было всем.

— Получается, влюбляться рано? — деловито спросил Илья и с улыбкой оглядел класс.

— Нет. Влюбляться можно в любом возрасте. Чувства могут появиться очень рано и быть совершенно настоящими. Но одно дело — почувствовать влечение или влюблённость, и совсем другое — уметь построить отношения с человеком.

Учитель взял мел и написал на доске:

Влечение чувство понимание отношения.

— Это не одно и то же, — сказал он. — Влечение может возникнуть мгновенно. Чувство может прийти следом. А вот понимание другого человека требует времени. И только на его основе постепенно появляется способность к зрелым отношениям.

Он оглядел класс.

— А что делать с этим влечением? — озвучил он наш немой вопрос и улыбнулся. — Вот здесь и появляется творчество.

Он указал на написанное на доске.

— Если подросток пока не умеет направлять эту энергию в отношения, у него должен быть другой путь её выражения. Музыка, спорт, рисование, театр, литература, техника, любое дело, в котором он может создавать и развиваться. Это не означает, что творчество нужно использовать как способ подавления чувств. Наоборот. Оно позволяет чувствам и внутренней энергии получить форму.

Я вдруг подумала, что, наверное, именно поэтому многие подростки так неожиданно открывают в себе способности к сочинению стихов, музыке, рисованию. Обычно влюбившись. Словно внутри появляется сила, которая требует выхода, и человек интуитивно ищет для неё канал.

— Значит, творчество помогает не сойти с ума от всех этих чувств? — спросила Ксюша.

— В каком-то смысле, — ответил учитель. — Только я бы сказал мягче. Оно помогает человеку научиться с ними обращаться.

Он снова обвёл нас взглядом.

— Внутренняя энергия сама по себе не хорошая и не плохая. Важно, что человек с ней делает. Можно направить её на конфликт, грубость, постоянную борьбу за внимание. А можно — на спорт, музыку, знания, создание чего-то нового. Тогда человек постепенно учится управлять собой.

Илья хмыкнул:

— Ха, а отношения с противоположным полом тогда вообще не нужны?

Многие улыбнулись.

— Нужны, — ответил учитель. — Общение обязательно. Нужно учиться дружить, разговаривать, замечать другого, уважать его, понимать свои чувства. Но близость — это следующий уровень. Для неё мало одного влечения. Нужно научиться чувствовать человека противоположного пола не как источник удовольствия или подтверждение собственной привлекательности, а как отдельную личность.

Он сделал паузу.

— И, возможно, одна из главных задач подросткового возраста — именно этому научиться. Не торопиться обладать другим человеком, а сначала научиться его видеть.

В классе стало тихо. Артём Викторович положил мел на стол.

— А звонок был? — спросил кто-то с задних парт.

Но никто не отреагировал. А Артём Викторович просто продолжил свою мысль:

— Поэтому я бы не боялся той энергии, которая появляется в вас в этом возрасте. И не стал бы просто запрещать её проявлять. Гораздо важнее научиться направлять её. Творчество, спорт, знания, дружба, интерес к жизни — всё это способы постепенно превратить внутреннюю силу в способность создавать.