Милая плутовка

Как глупо! Теперь он обращался к ней официальным тоном, называя мисс Нильсон… В этом не было абсолютно ничего приятного. Возникало ощущение, что между ними пропасть. Вайолетт кляла себя за глупость, следуя за Сэмом в его кабинет. Как ей хотелось вновь обрести неосмотрительно утраченную душевную близость с ним. Она мечтала, чтобы он развернулся, сжал ее в объятиях и страстно поцеловал, забыв о работе, не думая о том, что кто-то может войти и увидеть их.

Но Сэм не обернулся, а приблизился к своему креслу и сел, почти не взглянув на нее. Вайолетт чувствовала себя наказанной. Она притворила за собой дверь и устроилась на стуле, на котором обычно сидела, принимая указания от Пола. Теперь ее и Сэма разделял огромный письменный стол, служащий надежным барьером на случай, если их желания выйдут из-под контроля. Хотя Сэм достаточно силен, чтобы отодвинуть его и…

Стоп, снова фантазии, хватит! – остановила она себя.

– Сегодня я хочу заняться научно-популярной литературой, – начал босс деловым тоном, мгновенно охладившим ее горячие мысли.

– Да, я слушаю.

Вайолетт крепко сжала ручку, пытаясь сохранить контроль над собственными руками. Ей потребовалось приложить немалые усилия, чтобы выдержать пристальный взгляд Сэма. На ее лице было написано лишь одно – ожидание указаний.

– Я просмотрел списки книг по месяцам за последние два года. Должен сказать, что с изданиями по кулинарии, диетологии, цветоводству, спорту дела идут хорошо, так же, как и с учебной литературой. Но, например, психология осталась совершенно не охваченной. А это большой рынок сбыта.

Он остановился, окинув помощницу изучающим взглядом. Вайолетт пыталась подавить тревожные мысли. По собственной глупости она потеряла уважение Сэма. Если ей не удастся его вернуть, то им, конечно, не работать вместе. Шеф уволит ее. Выкинет не только с работы, но и из сердца.

– Как вы считаете, Тод Хьюитт, начальник отдела научно-популярной литературы, активно ищет новые идеи или ждет, что ему предложат литературные агенты? – спросил Сэм, явно рассчитывая на то, что его помощница лучше осведомлена в этом вопросе.

Вайолетт почувствовала себя неуютно из-за того, что должна была делать выводы о сослуживце. Зная, как любят все сотрудники свою работу, она боялась, что ее слова могут послужить причиной чьего-то увольнения. Но в ее обязанности входило содействовать Сэму Крейку в издательском бизнесе.

– Я осведомлена о его проекте по изданию биографической литературы. Книги должны в занимательной форме подробно освещать судьбы австралийских знаменитостей, – ответила Вайолетт, понимая, что это не самый лучший пример предприимчивости. К тому же она ушла от прямого ответа.

– По-моему, это слишком очевидная цель, никакой фантазии, – пробормотал Сэм. – Мне нужны люди, способные легко заметить пустоты на рынке и блестяще их заполнить.

– В издательском деле не так уж много рисковых людей. Может быть, если вы дадите мистеру Хьюитту соответствующие указания, он справится. – Вайолетт пыталась как-то защитить Тода.

Эти слова вызвали у него мрачную улыбку.

– Детские игры закончились. Если это кажется мистеру Хьюитту слишком рискованным, то ему не место в моей команде. Назначьте нам встречу на десять часов, причем у него в кабинете, чтоб в случае необходимости, все требуемые материалы были под рукой.

Новая метла начала мести. Вайолетт вспомнила слова Сэма, сказанные вчера перед ее отъездом: «Я в любом случае не собираюсь уступать ничьим желаниям». Ни ее, стало быть, желаниям, ни чьим бы то ни было еще.

– Вы хотите, чтобы я присутствовала на этой встрече? – спросила она, пытаясь понять, какую роль отводит ей босс в этом деле. Если, конечно, у нее вообще есть тут какая-то роль.

– Да, мисс Нильсон, хочу. Я считаю, что вам надо быть в курсе всех моих намерений и, кроме того… – Сэм насмешливо прищурился. – Мне бы хотелось знать ваше мнение о том, насколько хорошо мои требования будут поняты. Мне почему-то кажется, что ваша интуиция сегодня особенно обострена.

И лучше бы для нее было во всем с ним соглашаться, поняла Вайолетт, и еще держать язык за зубами, если она хотела оставить себе хоть маленькую возможность влиять на мнение начальника. А сейчас Сэм Крейк установил жесткие рамки, за которые она не имела права выходить, и их личные отношения ничего не меняли.

– А что насчет Джоан? – Вайолетт была сильно обеспокоена судьбой людей, столько лет спокойно проработавших под началом Пола Барфилда.

– Джоан? – Сэм в изумлении поднял брови.

– Джоан Браунли руководит отделом художественной литературы. Она занимает в издательстве такое же положение, как и Тод Хьюитт, и было бы невежливо… – Вайолетт остановилась, решив не выводить шефа из себя окончательно. – Вы собираетесь встретиться с ней сегодня?

– Я знаю, кто такая Джоан Браунли. Дело не в этом. Но вы только что назвали ее просто Джоан, – заметил Сэм, – а меня призываете не называть сотрудников по имени.

Вайолетт почувствовала, что пол под ней разверзся, и она падает в пропасть. Ее лицо пылало от смущения. Доводы, приводившиеся ею против фамильярного обращения, оказались несостоятельными. В издательстве все именно так друг к другу и обращались. Вайолетт точно знала, что Джоан, если в беседе с ней ее назовут официально – мисс Браунли, воспримет это как угрозу, начнет нервничать и может наговорить каких-нибудь глупостей. То же самое можно было сказать и о Тоде Хьюитте.

– Я прошу прощения, – выпалила Вайолетт, пытаясь как-то исправить положение. – Я хотела… здесь есть несколько пожилых авторов, которые… Вас могли бы принять… – Нет, не то. Она перевела дыхание и сказала правду: – Это была защита.

– Какая еще защита? – нахмурился Сэм.

– Для меня. Для тебя. Мне хотелось, чтоб никому и в голову не пришло, что мы… Ну, слишком непринужденно ведем себя друг с другом. Но этого не нужно, Сэм. – Она склонила голову, давая понять, что осознала, как глупа была. – Прошу прощения. И еще я прошу прощения за то, что сказала по поводу твоего влияния на женщин. Я так не думаю. Честное слово, я так не думаю.

Вайолетт была слишком взволнована, чтобы сидеть на одном месте. Она вскочила со стула и пошла в сторону двери.

– Я пойду, назначу встречу с Тодом. Думаю, ему будет значительно проще общаться, если ты будешь называть его по имени.

– Подожди.

Вайолетт замерла в дверях. Ей было неприятно подчиняться приказу Сэма, но она сознавала, что он – босс, и ослушание будет очередным нарушением установленного порядка. Ее ноги подкашивались. Ей понадобилось приложить немалое усилие, чтобы обернуться к Сэму. Тот сидел перед ней, выдвинув большое кожаное кресло из-за стола. И она мгновенно ощутила всю силу его мужской притягательности.

Сэм молчал, и это действовало Вайолетт на нервы. Не собирается ли он ее уволить? И если не собирается, то станет ли когда-нибудь прислушиваться к ее советам? ~ подумала она. Он продолжал молча смотреть на нее, и она чувствовала себя бабочкой, которую прикололи булавкой к донышку коробочки для гербария.

Когда Сэм наконец заговорил, его слова прозвучали для нее ударом грома при ясном небе.

– Ты со мной, Вайолетт?

Вопрос был сложным и затрагивал слишком много струн в ее душе. В пятницу вечером она уже ответила на него утвердительно и, пока они были вдвоем, не могла и мечтать о большем. Но есть разница между послушанием и полным подчинением. А Сэм явно переходил эту грань.

Вайолетт хотела быть с ним, ее неудержимо к нему тянуло. Но становиться рабыней она не собиралась. Ей нужно было чувствовать его привязанность, его теплое отношение.

И она сама не поняла, как вопрос сорвался с ее губ.

– А ты со мной, Сэм?

Он склонил голову на бок, обдумывая ответ. Потом сказал:

– Я считал, что это очевидно.

– Не совсем так. – Вайолетт покачала головой, внимательно глядя на собеседника и пытаясь понять, имел ли тот в виду работу или личные отношения. – Ты отстранился от меня вчера. Я попыталась отстраниться от тебя сегодня утром… Я запуталась…

Его глаза сузились. Он неотрывно смотрел на нее, стараясь угадать, какого ответа она ждет.

– Если ты имеешь в виду приход Дэвида, – медленно сказал он, – то я поддерживал тебя, как умел. Не знал, что тебя надо было еще и держать за руку, словно маленького ребенка.

У Вайолетт вырвался истеричный смешок.

– Нет-нет, я давно выросла! Я умею справляться сама. Всю жизнь со всем справлялась сама. У меня в этом большой опыт. Так что дело не в этом!

– А в чем же?

Она перевела дыхание, стараясь говорить спокойно.

– Ты держал меня за руку ночью в пятницу. Но когда пришли люди, ты мою руку отпустил. Я больше не чувствовала твоей близости. Ты сразу стал чужим. Как же я могу ответить, с тобой ли я, если не знаю, где ты.

Сэм усмехнулся.

– Вообще-то я сижу здесь, в своем кабинете, где собираюсь быть еще некоторое время. Что же касается прихода Дэвида и Фрэн… – Сэм поднялся из кресла с такой хищной грацией, что Вайолетт на мгновение почувствовала себя диким зверем, оберегающим свою территорию, когда на нее вторгается более сильный противник. Она вдруг ощутила, что загнана в угол и не имеет шанса для отступления. Агрессия, исходящая от мужчины, завораживала Вайолетт все сильнее, по мере того как он приближался. И сердце билось в груди, как сумасшедшее. – Я не хотел демонстрировать наши чувства этим приятелям. Это не для чужих глаз. Но как ты могла подумать, что я не хочу быть с тобой?

Он властно взял Вайолетт за подбородок, приблизил ее лицо к своему и смотрел на нее так, будто пытался заглянуть в душу и прочитать там ответы на все вопросы. И его губы прильнули к ее губам. Вайолетт обвила руками его шею и почти потеряла сознание, отдавшись на волю чувств.

Он крепко обнимал Вайолетт, прижимая к себе, гладил ее спину, ласкал бедра. Безумное желание охватило ее, грудь напряглась, сладко заныло внизу живота. Она ощутила его желание, и это еще сильнее разожгло в ней пламя страсти.

Сэм протянул руку, не выпуская Вайолетт из объятий, и запер дверь.

– Надеюсь, на тебе не колготки, – пробормотал он в промежутке между поцелуями.

– Чулки, – ответила Вайолетт, с трудом переводя дыхание.

Он поцеловал ее снова – долго, нежно, страстно, настойчиво. Ласкал языком ее рот. Тело Вайолетт пело от восторга.

Сэм приподнял ее. Она обхватила его ногами, головой опираясь о стену, крепко обняв руками за шею. Напряжение нарастало, волны желания перекатывались от нее к нему и обратно.

Держа Вайолетт крепко, будто подавляя любые попытки сопротивления, он сделал несколько шагов к столу, положил ее на спину и ловким мгновенным движением стянул с нее через ноги трусики. Она, как безумная, лежала, бесстыдно раскинувшись, изнывала от страсти, ждала, когда он расстегнет ремень брюк и сбросит на пол все, что скрывало от нее его нижнюю половину тела. Но вот Сэм справился с этим, наклонился над ней, опираясь на руки, и вошел в нее. И она приняла его с легким вожделенным стоном.

Это было восхитительно. Вайолетт полностью подчинялась ритму движений его сильного тела и отвечала на них своими движениями. Его глаза светились желанием, счастьем обладания ею. Сама она была переполнена восторгом страсти…

И вдруг раздался телефонный звонок.

На секунду ей показалось, что Сэм его не услышал, поскольку продолжал движения. Но вот он остановился. Лицо его отразило разочарование, смешанное с раздражением. Он поднял телефонную трубку.

– Да. – И пока слушал, выражение его лица становилось все более насмешливым. Потом он с улыбкой взглянул на Вайолетт и ответил: – У меня чрезвычайно важная встреча. Пожалуйста, не соединяйте меня сейчас ни с кем. Нет, мисс Нильсон тоже не может подойти, она со мной.

Сэм положил трубку. Его глаза сияли от радости, губы были приоткрыты и чуть подрагивали.

– Ведь ты со мной? Правда, Вайолетт?

Счастливый возглас вырвался из ее груди. Это было безумие! Вайолетт сжала Сэма в объятиях крепко, насколько хватало сил. Он рассмеялся и вновь приник к ней, нашептывая ей на ухо ласковые слова:

– Я хочу быть с тобой. Хочу всегда знать, что нужен тебе. Мы осуществим все наши мечты. Добьемся всего. Заставим наши желания сбываться. Пойдем со мной… пойдем со мной… пойдем со мной…

Волна восторга окатила Вайолетт. Она пребывала на вершине блаженства. С ним… Она была с ним. Они были вместе… Его глаза нашли ее взгляд. Его рука сжала ее руку. Его щека прижалась к ее щеке.

– О, Сэм! – шептала она.

– Будь со мной, Вайолетт. Днем – на работе. Помоги мне. Оставайся со мной. А я останусь с тобой. Когда рабочий день закончится, мы прогуляемся по Свонстон-стрит и набережной, поужинаем в «Китайском береге» в Чайна тауне, выпьем за то, что чувствуем сейчас. А потом, я отвезу тебя домой, и время будет принадлежать нам. Только нам одним. – Сэм нежно поцеловал ее, затем медленно отстранился и спросил: – Согласна?

– Да, – прошептала Вайолетт и мысленно пообещала себе, что ничто не сможет разлучить их.

Он поднял голову, вздохнул и улыбнулся.

– Есть еще кое-что, что ты должна знать, Вайолетт. Все, что было между нами сейчас, – великолепно. Я мог только мечтать об этом. Но это никогда больше не должно происходить в офисе. Здесь место лишь для бизнеса. Ты понимаешь?

Вайолетт была в недоумении. Ведь все только что произошло здесь. Если Сэм считает это недопустимым, то почему тогда позволил чувствам взять верх над разумом?

Беспокойство нарастало в ее душе. Сэм хотел, чтоб она играла роль, притворялась, вела двойную жизнь. Любовники в часы досуга, но на работе… Тут никто не должен ни о чем догадываться?

– Это не означает, что я отдаляюсь от тебя, – говорил он. – Просто тут у нас будет другой уровень отношений, чисто профессиональный.

Вайолетт с трудом заставила себя это принять. Сэм говорил так убедительно!.. Почему же в ней все бунтовало против его слов?

– Ты поддержишь меня? – продолжал он. – Ведь я могу на тебя рассчитывать, Вайолетт?

Какие могут быть вопросы? – подумала она и ответила, изобразив слабое подобие улыбки:

– Обязанность помощника – помогать. Я приложу все усилия к осуществлению твоих проектов.

Сэм удовлетворенно улыбнулся.

– Что ж, тогда за работу.

Он помог Вайолетт встать со стола. Она торопливо приводила себя в порядок и не могла поднять глаза на босса. Теперь их соединяет лишь дело. Все личное нужно спрятать глубоко-глубоко.

Сэм помог ей осознать ситуацию, сразу начав отдавать указания.

– Сообщи Тоду Хьюитту, что мы зайдем к нему в десять. И скажи Джоан Браунли, чтоб она была готова к двум часам просмотреть вместе со мной данные по художественной литературе.

– Думаю, ей это понравится, – ответила Вайолетт, размышляя, сможет ли спокойно выдержать заигрывание другой женщины с Сэмом.

– Сообщи мне, когда назначишь встречи, – Он предпочел проигнорировать сарказм в ее голосе.

Вайолетт кивнула и вышла из комнаты. Только не останавливаться. Не думать ни о чем, спокойно следовать всем распоряжениям. Принять правила Сэма и играть по ним, четко выполняя все его задумки.

Но сегодня ночью она возьмет реванш. И тут же эта мысль показалась ей отвратительной. Так нельзя! Но Вайолетт решила подумать об этом позже. Сейчас следовало работать.