Милая плутовка

12

Вайолетт ушла. Сэм ходил взад и вперед по кабинету, вспоминая, как в первое утро здесь дал волю своей страсти и потом взял с любимой слово, что такое никогда больше не повторится. На работе надо работать.

Что же получается, он вырвал у Вайолетт обещание, которое та не хотела давать?

Ему казалось, что эта женщина все понимает. Последние три недели дела в издательстве шли просто замечательно. Разумеется, она видела, что он тут – лидер, держащий управление в своих руках. Это был единственный путь, позволяющий заработать доверие людей. Даже предположение о том, что на решения босса влияет кто-то другой, могло все испортить. Так что и его жизнь, и ее – подчинены профессиональным интересам. С этим нельзя не считаться.

Сэм опустился в кресло. Его разочаровала не столько непредвиденная ситуация с букетом, сколько его собственная реакция на нее. Ощущение борьбы за Вайолетт с другим мужчиной лишило его разума. Инстинктивно ринувшись защищать свою собственность, он с трудом удержался от того, чтобы сгрести Вайолетт в охапку и доказать и ей, и себе, кому она принадлежит. Лишь понимание того, что тем самым он нарушит им же установленные правила, сыграло роль тормоза.

А ведь Вайолетт, кажется, намеренно подталкивала его к этому действию. Может быть, пыталась проверить свою власть над ним? Если бы Сэм поддался на провокацию, он бы своими руками разрушил с трудом созданный собственный авторитет, который должен был служить общим интересам. Если женщина и впрямь хотела это сделать, то он, вероятно, переоценил свое влияние на нее.

Сэм проклинал Роберта с его розами, пробудившими в Вайолетт чувства, которым не было места на работе. В ней проснулось свободолюбие. Она явно требовала хоть каплю власти над ним здесь, на работе.

Ему вообще-то не хотелось брать Вайолетт на вечеринку. Но теперь придется. Дело решенное. Впрочем, вряд ли это может нанести какой-то вред. Все-таки у людей, занимающихся выпуском и торговлей журналами, свой замкнутый мир. И маловероятно, что вечером он и Вайолетт встретят кого-то, кто не должен знать об их отношениях. Проблем не будет. Просто надо не отпускать ее от себя ни на шаг и пресекать любые ненужные расспросы со стороны кого бы то ни было.

Он подумал, что нужно предупредить Дэвида о решении взять с собой Вайолетт. Тот не уверен даже, что Сэм сам явится, а то, что он придет не один, вообще будет для партнера неожиданностью. А это может причинить неудобства, так как места за столом уже наверняка распределены.

Сэм набрал номер Дэвида.

– Сегодня вечером я буду с Вайолетт.

– Подожди, я, кажется, ослышался… Ты сказал, что придешь с Вайолетт Нильсон?

– Ты не ослышался. Я хочу, чтоб за столом она сидела рядом со мной. Это можно устроить?

– Можно, конечно… – Дэвид явно был в замешательстве.

– Очень хорошо. Ты будешь с Фрэн?

– Нет, она не придет.

Что ж, одной проблемой меньше. Фрэн – редкостная скандалистка. Конечно, Дэвид здорово умеет пресекать на корню любые конфликты и избегать неприятных ситуаций, но тут даже он может не справиться.

– Фрэн перегнула палку, пришлось ее бросить, – сказал, Дэвид нарочито растягивая слова и явно рассчитывая на расспросы.

– И кто же теперь твоя протеже?

– Алиса Пратт.

Девчонка, чьи фотографии были недавно опубликованы в одном из их журналов, подумал Сэм. Вероятнее всего, отношения с Дэвидом для нее – лишь способ сделать карьеру в модельном бизнесе.

– Постой, так ей, кажется, всего восемнадцать. Вчерашняя школьница. И ты еще меня обвинял в совращении малолетних?

– Дружище, эту малолетку совратили много лет назад. А сейчас она сама, кого хочешь, совратит.

Сэм не стал спорить. Дэвида всегда тянуло к доступным женщинам. Их можно легко завоевать, от них можно легко уйти. Дэвид никогда и никем не был увлечен всерьез.

– Что ж, надеюсь, Алиса знает наш расклад.

– Надеюсь, Вайолетт тоже его знает, – парировал Дэвид.

– С Вайолетт совсем другая ситуация.

– Ладно, буду рад видеть вас обоих сегодня вечером.

Партнер никак не мог понять, кем Вайолетт является для Сэма. Их отношения не имели ничего общего с теми поверхностными чувствами, которые Дэвид обычна испытывал к своим подружкам. Эта женщина заняла место в сердце Сэма, которое раньше всегда пустовало. Когда он был с ней, даже на работе, ее участие придавало ему желание делать больше, стремиться к невозможному. Победы становились слаще, потому что Вайолетт была их свидетелем. Ни одна другая женщина не действовала на него таким образом, превращая самые обычные повседневные события в необыкновенные, чудесные.

Сэм вспомнил слова Пола Барфилда: «Молодому льву так просто растоптать прекрасный цветок, не успев понять его цену». Цветок… Очевидно, для Пола мисс Нильсон тоже была очень важна. Розы, подаренные Робертом, не оставляли сомнений, что и он нуждался в Вайолетт.

Но эта женщина принадлежала только Сэму. Они были созданы друг для друга. И если она хочет публичной демонстрации его отношения к ней, то пусть будет так. Но Дэвид тоже прав. Нужно, чтобы Вайолетт поняла правила игры и не слишком на него давила. Сэм слишком долго вынашивал планы завоевания книжного мира, чтобы позволить теперь кому бы то ни было их нарушить. Даже Вайолетт… Особенно ей.

От размышлений его отвлек звонок Джоан Браунли, которая сообщила, что они с автором отправляются обедать. Сэм взял себя в руки и вышел из комнаты. Проходя через кабинет Вайолетт, он заметил, что роз на столе уже нет, и почувствовал себя победителем.

– Удачных покупок, – подчеркнуто вежливо сказал он ей.

– Приятного аппетита, – ответила Вайолетт, слегка улыбаясь.

Сэм вышел в холл и увидел корзину с розами. Приподнятое настроение мгновенно испортилось. Стало быть, Вайолетт их не выкинула, а просто унесла, чтоб они не мозолили ему глаза. Что это значит? Что она еще не сбросила Роберта со счетов? Сэм сжал кулаки. Он заставит ее сделать выбор.

В семь часов вечера Сэм Крейк подошел к двери ее квартиры. Он был преисполнен решимости. Пора получить ответы на многие вопросы. И не только о Роберте. Сэм согласился пойти с ней на бессмысленную вечеринку. Что ж, если этот поход себя окупит, то ничего плохого в этом нет. Но если Вайолетт попробует таким образом поставить его на место, то ничего у нее не выйдет.

Он нажал кнопку звонка, твердо намереваясь прояснить все вопросы, прежде чем они с Вайолетт выйдут отсюда. В нем говорило примитивное чувство собственности, так свойственное мужчинам по отношению к любимым женщинам.

Вайолетт ему открыла. Она была просто великолепна. Черное платье до колен, украшенное искусственными цветами, мягко облегало ее фигуру. Черные туфли на шпильках, подчеркивали стройность ног. Короткие волосы, тщательно уложенные в модную, не слишком сложную прическу, сохранили мягкость и блеск. Прозрачность голубых глаз умело подчеркнуты совсем небольшим количеством теней. Губы, как обычно, были накрашены светло-розовой помадой. На нежной высокой шее присутствовала неизменная нитка жемчуга, в мочках ушей кокетливо красовались маленькие жемчужные сережки-гвоздики.

Сэм был потрясен. Вайолетт выглядела стильно и сексуально, но при этом абсолютно не вызывающе.

Неожиданное страстное желание охватило Сэма со столь неистовой силой, что ему было нелегко взять себя в руки. Лишь воспоминание о принятом решении помогло ему сохранить хотя бы внешнее спокойствие. Он перевел дыхание и высказал, наконец, то, что так долго его мучило.

– Великолепно выглядишь. Но это не заставит меня забыть о Роберте. Скажи, ты рассталась с ним?

Эти слова, сказанные злым, грубым голосом удивили Вайолетт. Она лишь слегка кивнула, не вполне понимая, что происходит.

– Я рассталась с Робертом еще до того, как встретила тебя. Я же тебе говорила, Сэм. Ничего не изменилось, и мне не хочется, чтобы что-то менялось.

– А он знает об этом?

– Да, сегодня пришлось снова ему об этом сказать. Я не хочу, чтоб Роберт продолжал надеяться на то, что у него еще есть шанс возобновить отношения.

– А у него нет шансов?

– Нет.

Словно камень свалился у Сэма с сердца. Все было именно так, как ему хотелось. Внутренняя напряженность спала, он почувствовал себя уверенно и, осознав, что до сих пор топчется на пороге, вошел и закрыл за собой дверь. И оказался так близко от Вайолетт, что ощутил тонкий аромат ее духов, – сладкий мускатный запах будил в нем зверя.

– Ты моя, Вайолетт Нильсон. Если ты сегодня хотя бы взглянешь на другого мужчину, я его растерзаю.

В ее глазах читалась такая же решимость.

– Я сделаю то же самое с любой женщиной, на которой задержится твой взгляд.

– Я хочу, чтоб ты была только моей.

Свободолюбие блеснуло в ее взгляде.

– Я не игрушка, Сэм. Да, я с тобой. Но лишь потому, что сама этого хочу. Но я не согласна быть твоей собственностью. Или ты считаешься с этим, или все, что нас связывает, умрет. Понимаешь?

Собственность… Слова Вайолетт вызвали у него воспоминания, от которых по спине побежали мурашки. Его отец не выпускал мать из дома. Она постоянно была беременна, только и делала, что рожала. Он относился к ней, как к части дорогого имущества. И к детям у него было точно такое же отношение. Отец управлял жизнями родных ему людей, не спрашивая на то ни у кого из них разрешения. Так что же, Сэм унаследовал отцовский характер?

Нет, сама мысль об этом была ему неприятна. Но он действительно хотел спрятать Вайолетт от всего мира, чтоб ничто не мешало им любить друг друга. Однако она права. Они не могли всегда оставаться только вдвоем. Бизнес требовал от него вести активную общественную жизнь, и было бы нечестно с его стороны оставить за ее пределами Вайолетт.

Сэм протянул руку, коснулся щеки женщины и почувствовал, какая она горячая.

– Прости, я был не прав. Но у меня как раз есть возможность раскаяться в этом. Пойдем со мной прямо сейчас. Ты готова?

– Да, – хриплым голосом ответила Вайолетт. – Только возьму сумку.

Маленькая черная сумочка на тонком ремешке оказалась чудесным дополнением к ее наряду.

Они вышли на лестницу и начали спускаться. Сэм взял руку Вайолетт в свою и крепко сжал, получая удовольствие от этого заботливого жеста.

– Кстати, давно хотел у тебя спросить. Почему тебя назвали Вайолетт? Фиалка – это какой-то символ?

– О! Это романтическая история, – улыбнулась она. – Моим родителям было под сорок, когда они встретились. У обоих, конечно, имелось прошлое. За мамой в молодости ухаживал один француз. И он на каждое свидание приносил ей букетик фиалок. Знаешь, она по-настоящему любила отца, но так и не смогла забыть этого Жана, часто мне о нем рассказывала. Ведь первая любовь не забывается, верно? Вот мама и дала мне имя в честь той, своей первой влюбленности.

– Оно тебе подходит, ты похожа на нежный цветок.

Вайолетт чуть покраснела от комплимента, – нечасто их услышишь от Сэма, и сменила тему.

– И в какое место мы направляемся? – с интересом спросила Вайолетт.

– На Сван-стрит.

– А много людей будет на вечеринке?

– Думаю, около ста двадцати человек.

– Ого! Немало… Сэм, когда мы придем туда, ты отпустишь мою руку? – задумчиво поинтересовалась она.

Он окинул ее внимательным взглядом. Вайолетт старательно рассматривала ступеньки лестницы. Ее рука казалась такой хрупкой. Она оделась так, чтобы не очень выделяться там, куда они направлялись. Но она не была уверена, что элегантного наряда и ее хороших манер достаточно, чтобы Сэм мог появиться с ней на людях.

Впрочем, оставлять ее одну вовсе не входило в его планы. По крайней мере, сегодня. Вайолетт так здорово смотрелась в новом платье, что Сэм не рискнул бы не показать всем, что это его женщина. Иначе сразу нашлось бы множество желающих завоевать ее внимание.

– Нет, не отпущу. – Он был решителен. – Ты со мной, Вайолетт. А я с тобой. Весь вечер…

13

Через девять месяцев после начала работы нового босса в издательстве вышел в свет и поступил в продажу первый цикл книг австралийских авторов.

Девять месяцев – символичная цифра! – думала Вайолетт, окидывая взглядом толпу, собравшуюся в Соверен-Хилл, чтобы отметить воплощение в жизнь первого проекта Крейка.

Вайолетт сама предложила ему это место для проведения презентации и угадала. В этом музее под открытым небом, настоящем городке, где все рассказывает о первых поселенцах Австралии, люди с большим восторгом принимают культуру и историю родной страны. На улицах здесь можно увидеть дам в пышных юбках, повозки, запряженные лошадьми, а в салунах встретить золотоискателей в знаменитых шляпах диггер-хэт.

Конечно, это событие было широко разрекламировано. Радио, телевидение, газеты, журналы откликнулись на него репортажами, статьями и публикациями интервью, взятых у мистера Крейка и авторов книг. Кроме журналистов, которых тут было очень много, Вайолетт заметила руководителей нескольких крупных книготорговых компаний.

Сами книги, разложенные тут же на лотках для продажи, великолепно смотрелись. У них были интригующие названия, яркие обложки. Все предвещало успех этой серии у читателей. Сэм Крейк приложил все усилия, чтобы завоевать рынок продаж.

Вайолетт поймала взгляд Дэвида Рея, который протискивался сквозь толпу, очевидно пытаясь приблизиться. И ей это не понравилось. Дэвид относился к ней, как к захватчику, нарушившему привычную жизнь Сэма. Он считал, что никто не вправе отнимать столько времени у его партнера, хотя уже привык к тому, что эта женщина постоянно сопровождает Сэма Крейка на различные мероприятия. Дэвид никогда больше не позволял себе быть невежливым с Вайолетт, хотя неприязнь к ней у него сохранялась.

Теперь он нес два бокала красного вина. Для этой презентации Сэм заказал местное австралийское вино, чтоб еще раз подчеркнуть национальный колорит торжества. Впрочем, на закуску тоже предлагались блюда национальной кухни – бифштексы с бананами, лепешки из овсяных хлопьев с кокосовыми орехами, рисовый пудинг, фруктовые торты.

– Я принес тебе выпить. Ты это заслужила, – объявил он, протягивая ей бокал.

– Спасибо. – Вайолетт искренне удивилась, увидев в его глазах одобрение. – Кажется, все идет хорошо, как ты думаешь?

Он кивнул.

– Все идет так, как хотел Сэм.

Через несколько секунд они заметили самого виновника торжества, вдохновенно рассказывающего что-то обступившим его людям. Вайолетт с болью в сердце ощутила, что самой ей отведена роль лишь третьеразрядного игрока в команде Сэма. Хоть она и делит с ним постель и помогает ему во всех служебных делах, он тут остается единственным капитаном, не терпящим конкуренции. Такова его природа.

– Я поражаюсь тебе, Вайолетт, – заметил Дэвид. – Любая другая женщина на твоем месте попыталась бы разделить это торжество с Сэмом, а ты остаешься в тени.

– Мое место здесь.

Рэй взглянул на нее с любопытством.

– Ты действительно особенная женщина: делишь с Сэмом лишь то, что он позволяет, и не требуешь большего.

Вайолетт усмехнулась, подумав, что тут ей выбирать не приходилось. У нее не было никакой возможности изменить ситуацию. Уже несколько месяцев, как она смирилась со своим положением, предпочтя довольствоваться малым, но не терять любимого человека. И не предпринимала больше попыток пересечь установленные им границы, согласившись принять предложенные Сэмом правила игры и осознав, что сопротивлением тут ничего не добьешься. Ведь Вайолетт любила Сэма Крейка, ей нравилось ощущать себя частью его жизни, просто быть рядом с ним.

– Мне хочется попросить у тебя прощения, – продолжал говорить Дэвид. – Я думал, Сэм сделал большую ошибку, связавшись с тобой. Подозревал, что ты попытаешься использовать его, хотя сам он и уверял меня, что ты не такая, как другие женщины. Может, расскажешь мне, в чем твое отличие?

Это было сказано таким насмешливым тоном, что вряд ли могло быть принято за настоящее извинение. Но Вайолетт решила, что на большее Дэвид просто не способен. Возможно, его слова были более искренними, чем казалось на первый взгляд, а насмешка – лишь способ защиты.

– Знаешь, не мне судить, что Сэм имел в виду. Попробуй расспросить его, – осторожно ответила она.

– Эх… Ладно, не хочешь говорить – не надо. Тогда напомни мне, кто та высокая брюнетка? – Дэвид кивнул головой в сторону Джоан.

– Это Джоан Браунли, руководительница отдела художественной литературы.

– Симпатичная… Хм… Ты не в курсе, у нее кто-нибудь есть?

– Насколько мне известно, она свободна.

– Это хорошо, – заулыбался он. – У нее ведь сегодня тоже праздник. Надо бы помочь ей как следует его отметить.

С этими словами Дэвид начал пробираться через толпу в направлении Джоан. Вайолетт усмехнулась. Бедняжка потерпела неудачу в притязаниях на Сэма. Все уже знали, что тот появляется на различных общественных мероприятиях исключительно в обществе Вайолетт Нильсон. Скорее всего, догадывались и об их любовных отношениях, хотя открыто об этом нигде не говорилось. Наверняка Джоан будет рада вниманию Дэвида Рэя. Вайолетт не удивилась бы, если б эта парочка встретила следующее утро вместе.

Работяга Джоан… Она столько сил вложила в проект Сэма, что заслуживает награды. А после сегодняшнего разговора с Дэвидом у Вайолетт появилась некоторая надежда, что он способен научиться ценить в женщине не только внешность, но и душевные качества.

Вайолетт пошла по площади, отовсюду принимая восторженные отзывы владельцев книжных магазинов с тем, чтобы потом передать их Сэму. Заодно следила, чтобы всем хватало вина и закусок – не должно быть никаких пустых тарелок и незаполненных бокалов. На минуту-другую остановилась поболтать с журналистами, стараясь произвести на них наиболее благоприятное впечатление. Но более всего прислушивалась к разговорам покупателей.

– Вайолетт…

Она была приятно удивлена, узнав голос своего бывшего шефа, Пола Барфилда. Старик радостно улыбался ей. У Вайолетт слезы навернулись на глаза. Она вспомнила годы совместной работы, его заботливое, почти отеческое, отношение.

– Как же я рад тебя видеть, девочка моя.

– Пол! Я тоже очень рада! – Вайолетт поцеловала старика в щеку, изо всех сил стараясь остановить слезы. – Как ваши дела?

– О! Я прекрасно провел время в кругосветном путешествии. Не поверишь, впервые был за границей не по служебным делам, а просто отдыхая.

– И вы совсем не скучали без нас?

Он покачал головой.

– По людям скучал, а по работе нет. Кстати, спасибо тебе огромное за то, что ты прислала мне все книги вашего нового цикла.

– Сэм был очень рад отправить их вам. И даже письмо написал…

– Эх, детка, кого ты пытаешься обмануть? – добродушно проворчал старик. – Ты думаешь, я не узнал твой почерк?

Вайолетт покраснела.

– Вам понравилась идея Сэма обратиться к австралийской истории?

– Ты еще спрашиваешь! Конечно да! Это была одна из причин, почему я продал издательство именно ему. Мне уже не хватало времени и сил, чтобы осуществить этот проект. – Пол окинул взглядом книжные ряды и добавил: – Насколько я могу судить, у него получилось просто здорово. Хорошее начало.

– О да, просто великолепное! – охотно согласилась Вайолетт.

– Все это получилось только с твоей помощью. Не забывай об этом, девочка. Надеюсь, Сэм тоже это понимает. Кстати, я слышал, вы неплохо поладили?

Вайолетт покраснела еще сильнее. Пол Барфилд заулыбался, взял ее руку и ласково пожал.

– Не надо ничего говорить. И стесняться тут нечего. Сэм подходит тебе куда лучше, чем Роберт. Ты и сама это понимаешь, правда?