Квадратные метры чужой страны

Юрген Шмидт

КВАДРАТНЫЕ МЕТРЫ

ЧУЖОЙ СТРАНЫ

Жизнь немецкого риэлтора в Москве.

1

ОТ АВТОРА

Я не писатель. Я риэлтор. Разница существенная: писатель придумывает

истории, риэлтор их коллекционирует — хочет того или нет. За каждой квартирой, за

каждой сделкой стоит своя жизнь. Иногда роман. Иногда трагедия. Иногда такая

комедия, что рассказываешь за столом — и все держатся за животы.

Но прежде чем говорить о Москве, я должен рассказать откуда я. Потому что

человека нельзя понять без его истории. А история моей семьи — это несколько

поколений и несколько стран, каким-то невероятным образом сошедшихся в одном

человеке.

Здесь будет всё: смешное и горькое, победы и предательства. И один момент, который я буду помнить до конца жизни — за десять минут до того как умер мой папа, я успел сказать ему, как горжусь им. Он ответил тем же. Это важнее всего остального

в этой книге.

Добро пожаловать в мою жизнь.

Юрген Шмидт

Франкенберг-Эдер — Москва

2

Глава 1. Генрих. Богатый человек, которого убила власть

Всё начинается не со мной.

Всё начинается с Генриха — прадеда, которого я никогда не видел, но который

сидит в этой книге так же плотно, как сидит в моей крови. Генрих был отцом моей

бабушки Марии. Богатый человек — по меркам своего времени богатый по-настоящему. Земля, скот, хозяйство. Из тех, кто умеет работать, и работа отвечает

взаимностью.

Советская власть таких не любила. У неё было для них специальное слово —

«кулак». Короткое, злое, как удар. Кулак — значит враг. Враг — значит раскулачить.

Раскулачить — значит отнять всё нажитое и отправить туда, откуда не возвращаются.

Генриха отправили в лагерь. Там он и умер. Не в бою, не от болезни в

собственной постели — в советском лагере, за то, что хорошо работал и много имел.

Когда я слышу разговоры о «сильной руке» и «порядке», я думаю о Генрихе. О

том, как эта «сильная рука» обошлась с моей семьёй. И что-то во мне становится очень

твёрдым и очень тихим одновременно.

Генрих не знал, что у него будет правнук, который будет продавать квартиры в

Москве. Но именно он — точка отсчёта. Именно от него тянется нить, которая привела

меня сюда.

3

Глава 2. Бабушка Мария. Женщина, которую я знаю только

через рассказы

Мне был примерно год, когда умерла бабушка Мария Генриховна. Я её не

помню совсем — ни лица, ни голоса. Но она живёт во мне ярко, как будто мы

разговаривали вчера. Потому что мама и папа рассказывали о ней всю мою жизнь. За

ужином, перед сном, на кухне — она всегда была рядом, невидимая, но абсолютно

живая.

Мария Генриховна. Дочь того самого Генриха. Немка. Маленькая, крепкая, с

руками, которые никогда не знали покоя. Говорила по-русски плохо до конца жизни

— понимала всё, отвечала с трудом. Немцы тогда жили общинами: когда всё вокруг

чужое, держишься за своих.

Её выслали в вагоне для скота. Папа рассказывал это коротко: «Загнали как

животных». В трёх словах — всё. Деревянные стены. Солома. Люди, которые ещё

вчера были соседями — теперь груз с неудобной национальностью.

С Марией в том вагоне ехала сестра Полина. Полина болела тифом — тяжело, очевидно. На одной из остановок в вагон зашёл проверяющий. Увидел Полину.

Скомандовал: обеих — на выход.

Мама говорила, что Мария никогда не объясняла своё решение. Зачем

объяснять очевидное? Полина — сестра. Больна. Значит, выходим вместе.

Поезд ушёл. Местные люди нашли их. Подобрали. Выходили.

Все выжили.

Я слышал эту историю, наверное, сотню раз. Каждый раз — немного по-другому, потому что папа добавлял детали, мама уточняла интонации. И постепенно

Мария Генриховна становилась живым человеком, которого я не видел — но чувствую

в себе.

* * *

После всего Мария осела в Узбекистане. Первый муж был русским. Пил. Мама

говорила об этом одним словом, без продолжения. Мария терпела сколько могла.

Потом — хватит.

4

Второй муж — мой дед Риза. Турок. И вот тут история становится интереснее.

5

Глава 3. Дед Риза. Человек с одной ногой и железным

хребтом

Уважают не тех, кого боятся. Уважают тех, кто заслужил.

Риза потерял ногу на Второй мировой. Как именно — не рассказывал. Папа

говорил: «Есть вещи, которые мужчины его поколения носят молча. Это их право». Я

принял это объяснение.

С одной ногой он жил так, что многие со всеми конечностями позавидовали бы.

Всегда выбрит, всегда аккуратен, всегда в порядке. Его принцип, невысказанный, но

абсолютно реальный: я потерял ногу — но не достоинство.

Турков в Узбекистане в какой-то период начали жёстко притеснять. Риза

остался. Не уехал, не согнулся. Прожил там до конца. И его уважали — именно те

люди, среди которых ему было нелегко. Не боялись — уважали. Разница

принципиальная: страх проходит, когда исчезает причина бояться. Уважение остаётся.

Думаю о нём каждый раз, когда мне предлагают «серую» схему. Когда говорят: все так делают, никто не узнает. Риза бы не стал. Я не стану. Его голос — тихий, но

очень твёрдый.

6

Глава 4. Галля Кудук. Виноградники, свиньи и счастливое

детство

Я родился 28 мая 1979 года в Узбекистане, в посёлке Галля Кудук. Наш дом

стоял буквально под виноградником — лозы тянулись по деревянным перекладинам

над двором, летом зелёная тень, осенью гроздья прямо над головой. Протяни руку и

срывай. Я так и делал.

Галля Кудук существовал при огромном свинокомплексе. Папа — Юрий

Резаевич — возил комбикорм. Мама — Нина — работала там же бухгалтером. Они

познакомились в этом аромате навоза и цифр. Каждый раз, когда думаю об этом, мне

нравятся родители чуть больше — за полное отсутствие пафоса в своей истории.

Двор у нас был живой в прямом смысле: собаки, кошки, куры, поросята. Я

работал с детства — не потому что заставляли, потому что так было. Двор требовал

рук. Именно тогда я понял первую важную вещь: результат — следствие работы. Не

удачи, не обстоятельств. Работы. Если кормишь — живёт и растёт. Если нет — нет.

Деревенская жизнь вбивает это намертво.

* * *

Папа за столом был главным. Не по должности — по энергии. Умел

рассказывать так, что все слушали и смеялись. Находил смешное в любой ситуации.

За пять минут разговора — находил что-то общее с любым человеком: с директором и

трактористом, с русским и узбеком.

У нас дома собирались часто. Стол накрывался быстро и богато, смех стоял

такой, что соседи слышали. Я сидел в углу и наблюдал. Маленький, незаметный — но

всё видящий и запоминающий.

Тогда я не знал, что это называется «умением продавать». Думал — это просто

папа такой. Оказалось — это профессия. И её самая важная часть.

7

Глава 5. Мама Нина. Та, которая держала всё

О маме — отдельно. Потому что если папа — это голос и смех нашего детства, то мама — его фундамент. Тихий, надёжный, тот, который не замечаешь, пока не

уберёшь.

Нина. Бухгалтер по профессии и по природе. У неё всегда был список, всегда

план. Просчитывала, взвешивала, решала. И когда решила — не отступала. Это не

упрямство. Это характер.

Но за этой точностью — такое тепло, что становится неловко от того, насколько

поздно я научился это замечать. Помню запах её кухни — просто запах, который

означает «дома». В хорошие времена готовила богато и с выдумкой. В трудные

девяностые умудрялась из картошки и лука сделать что-то, от чего все садились за стол

с удовольствием. Это искусство — кормить семью с улыбкой, когда в кармане пусто.

В Романовке мама не ныла. Ни разу. Просто делала следующее нужное дело.

Надо копать огород — копала. Надо считать до зарплаты — считала. Надо утешить —

находила слова. Движение было её способом существовать.

* * *

С годами стала немного ворчать. Про то, что мало звоню. Что питаюсь

неправильно. Что слишком много работаю. Она права по каждому пункту — в этом и

есть самое раздражающее.

Но я давно научился переводить этот язык. «Ешь нормально» — значит «ты мне

важен». «Позвони хоть раз в неделю» — значит «я скучаю». Материнская любовь не

всегда говорит напрямую. Надо уметь слышать.

Один момент запомнил навсегда. Приехал в гости, что-то рассказывал про

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.