Осень отчаяния

Глава 9. ТикТок раздора

А вечером Паша вдруг придумал новую идею для ролика. Подпись: «Как входят в аудиторию обычные студенты», и все спокойненько заходят, рассаживаются. Следом: «Как заходит на пары Тим» – и тот с разбегу, перекувыркнувшись через себя, влетает в аудиторию, перепрыгивает через парты и плюхается на стул.

Тим ещё предложил снять версию: «Как заходит в аудиторию Паша» – и в этот момент запустить шарики, хлопушки, все аплодируют и свистят. Паша идею оценил:

– А я думал, в твоей башке нет ничего, кроме гимнастики!

И на следующий день они пришли в академию с шариками, Паша ещё купил клоунский нос и праздничный колпачок.

Снимали перед семинаром по анатомии, где была только их группа. Сняли быстро, ребята из группы охотно участвовали в Пашиных съёмках. Но убрать рассыпанный из хлопушек серпантин до прихода преподавательницы не успели. Она с любопытством посмотрела на шарики и на Тима с Пашей, которые подметали пол:

– А что у нас за праздник?

– Паша пришёл! – хмыкнул кто-то.

– Отлично! – поддержала преподавательница весёлый настрой группы. – Значит, с него и начнём проверку домашней работы.

Паша страдальчески застонал, но поплёлся отвечать тему, с горем пополам сочинял и вспоминал, что переписывал у Тима, но ему всё равно поставили тройку.

После пары перед следующей лекцией Тим протянул Паше маленький подарочный пакетик:

– Отдай это Ане, скажи, что это от тебя в качестве благодарности за мучения и съёмки.

– А почему сам не отдашь?

– Не хочу всё усложнять.

– То есть ты её заманил на наши тренировки, помогаешь с отработкой техники, а поблагодарить за съёмку тебе влом?!

Приподняв брови, Паша заглянул в пакет: там лежали жёлтые напульсники. Он хмыкнул. Тим есть Тим, его загоны, наверное, не лечатся.

Аня стояла у окошка в обществе девчонок из их группы, болтала с Машей. Паша подошёл к ним и протянул Ариель пакетик:

– Это тебе моральная компенсация за твои мучения с тем роликом. Спасибо!

– Я думала, что подвела вас, – Аня округлила глаза, но пакетик взяла и заглянула внутрь.

Ахнула и достала напульсники: яркие, жёлтые, фирменные. Распахнула глаза ещё больше и широко улыбнулась – чуть не запрыгала от радости, кинулась к Паше на шею, а потом с восхищением проговорила:

– Спасибо! И Тиму передай спасибо. Мне на самом деле нравится снимать с вами ролики!

Аня тепло глянула куда-то позади Паши, и он обернулся. Там, привалившись к стене, стоял Тим, смотрел на них равнодушно, будто и не в курсе происходящего. Когда Аня просияла и помахала ему, он тоже чуть улыбнулся и приподнял ладонь.

– А если нравится, то пошли после пар снимем твою связку синхронно с Тимом, тем более ты сегодня опять цыплёночек!

– Супер! Я только за! – обрадовалась Аня, распаковала и стала натягивать напульсники.

Паша вернулся к одиноко стоящему Тиму:

– Почему мутишь с девчонками ты, а отдуваюсь за тебя я?

Тот хмыкнул:

– С Аней я не мучу, поэтому не хочу, чтобы она подумала лишнего.

– Ну да, ну да! – Паша покивал и фыркнул. – Ты на неё так смотришь, что лишнего подумали уже все.

– Как я вообще оказался в такой ситуации?! – Тим тяжело вздохнул, перестал пялиться на Аню и потёр лоб. – Мне самому от этого хреново.

– В любовном треугольнике всегда всем больно. Это у треугольника углы колют, – хмыкнул Паша. – Хотя, если один угол тупой, двум другим становится ещё больнее.

– Думаешь, тупой угол – это я? Почему тогда мне тоже хреново?

– Девки тебя погубят, Тимоха. А больно, потому что ты разрываешься между ними. Хорошо, что Янка ни о чём не догадывается, это её убьёт.

– Это убьёт меня.

Они зашли на потоковую лекцию, опять отсели подальше, к галёрке.

– Ты заметил, к нашей Ариель Славик яйца подкатывает, постоянно около неё трётся? – Паша толкнул Тима в бок.

Аня сидела с Машей впереди, а рядом с ней уселся Слава и что-то ей с улыбкой рассказывал. Слава, кажется, занимался борьбой или боксом, учился с ними на одном направлении. Тим пожал плечами:

– И что?

– Тебе пофиг? – удивился Паша.

– Он на вид нормальный чел, почему это меня должно напрягать?

– Ты только что мне ныл, как тебе плохо оттого, что тебе нравится Ариель, но тебе пофиг, что к ней подкатывает какой-то чел?!

– Плохо, потому что у меня такое ощущение, что я изменяю Яне, когда меня так тянет к Ане. Плохо, что Аня, походу, на меня запала. Я бы не хотел давать ей пустых надежд. Может, если Анька с кем-то замутит, станет проще. – Тим опустил взгляд в тетрадь.

– И ты даже не ревнуешь?

– Между нами ничего нет, с чего мне её ревновать?

– Ну-ну, – Паша усмехнулся. – Нет между ними ничего…

Как раз сегодня Паша опубликовал их первый ролик с поддержкой в ТикТоке. Смотрелись они эпично и очень романтично: Аня опиралась на плечи Тима, смотрела на него, а он на неё, задрав голову. Паша ещё специально подобрал надрывную песню о любви.

Но уже на следующем занятии Тим нахмурился, показал Паше смартфон, там висело сообщение от Яны:

«Вы бы ещё поцеловались на последнем ролике! Очень не хватает этого!»

– Кто-то получит дома по жопе? – рассмеялся Паша.

Но Тим поморщился:

– Не надо было снимать ролики с Аней, Яне это точно не понравилось.

– Зато аудитории очень понравилось, мы уже в топ влетели за два часа! Я знал, что это выстрелит, девчонки в комментах пищат от восторга, – ликовал Паша и потирал руки: просмотры, лайки и сохранения росли с сумасшедшей скоростью.

Тим что-то ответил Яне, а когда получил ответ, выругался, сжал губы. Паша заглянул ему в телефон. Тим писал:

«Не ревнуй, это всего лишь ролик».

«А если я завтра в порно снимусь?! "Не ревнуй, это всего лишь ролик!"».

– Вери ангри Тигруля! – расхохотался Паша.

«Дома поговорим», – ответил Тим, вздохнул и погасил экран телефона, положил голову на сложенные руки. Паша его поддержал:

– Вали всё на меня, я прикрою!

А после пар их нагнала Аня:

– Ну что, идём снимать?!

– Что снимать? – замер Тим.

После сообщений от Яны он раскис и закрылся.

– Связку на турниках, нашу синхронную! – Аня вопросительно посмотрела на Пашу.

– Да, Тимох, пошли! Всего один ролик, и это будет последний ролик с Аней, больше не будем пользоваться её добротой!

– Я совсем не против, – заулыбалась она. – Мне даже нравится! Но поддержки – это точно не моё.

Тим вздохнул и сделал скорбное лицо:

– Ладно, пошли снимем, но опубликуй его только после соревнований, хорошо?!

– Это же месяц ждать! – возмутился Паша.

– За это время Яна как раз остынет.

Глава 10. Цена хайпа

Вечером Яна, действительно, была не в духе: не повисла привычно на Тиме, даже не поздоровалась. Когда Паша заглянул на кухню, то хмурая Тигруля бросила на него быстрый взгляд исподлобья и снова уткнулась в телефон. Паша зашёл сзади и заглянул в экран: Яна листала какие-то чужие тиктоки. Тогда Паша бесцеремонно перешёл на её экране на их канал и открыл последний ролик.

– Ты только посмотри, сколько просмотров!

– Ты только посмотри, сколько комментов! – передразнила и обернулась на него сердитая Яна, а затем открыла комментарии и принялась с выражением зачитывать их вслух: – Уиии, у Тима появилась девушка, какая классная пара! Суперски смотритесь! Тим краш! Идеальные! У Тима девушка чирлидерша?! А будут ещё совместные тиктоки? Такие крутые! Жаль, не поцеловались!

Яна оторвалась от чтения и посмотрела на вошедшего Тима. Тот сел напротив неё и виновато поджал губы, протянул ладони, чтобы взять руки Яны, но она их отдёрнула. Они сидели и молча смотрели друг на друга, будто вели телепатический разговор. Но воздух от их молчания на кухне накалялся.

– Янчик, а что у нас на ужин?! – Паша распахнул холодильник, пытаясь переключить её внимание.

– Ничего! – и Яна встала из-за стола и ушла в комнату. Видимо, мысленно Тим сказал что-то не то.

– Ян… – Тим рванул за ней.

Паша вздохнул. Яна в хорошем настроении даже при пустом холодильнике могла приготовить им в крайнем случае пельмени или омлет. Ссоры ТимьЯна плохо влияли на Пашин желудок – тот недовольно урчал и требовал еды. Паша ещё пару минут погипнотизировал холодильник и поплёлся в их комнату умолять Яну сварить ему пельменей. Вошёл без стука. Яна сидела почему-то на полу, привалившись спиной к кровати. Тим с виноватым видом сидел напротив. Яна шмыгнула носом и утёрла щёки.

– Ян, это была моя идея с этим роликом. Тимоха ни при чём. У нас с ним есть точно такая же поддержка, хочешь посмотреть?

– А там тоже пишут в комментах, какая у Тима классная девушка и как он с ней офигенно смотрится? – Яна плакала и злилась одновременно.

Тимоха потянулся обнять её, но она отстранилась и сдвинулась в сторону:

– Уйди, Тим!

– Ян, ну, прости! Зачем ты вообще это всё читаешь?! Если тебя это так задевает, мы удалим, тогда простишь меня?

– Тогда прощу! – насупилась она.

Тим посмотрел на Пашу. А тот покачал головой:

– Нет уж. Ролик, который за день набрал почти два ляма просмотров, удалять нельзя! Ян, хватит тебе, это всего лишь ролик! Я сделал это специально для хайпа, знал, что выстрелит!

Яна, не глядя на него, показала класс и снова шмыгнула носом.

– Паштет, давай удалим! – Тим встал и нахмурился.

Но Паша качал головой: Тимоха же должен понимать, что это популярность и расширение аудитории. Яна его простит рано или поздно, а подобные ролики могут больше не выстрелить или не залететь в топ.

– Уйдите, оба! Хватит с меня хайпа! – Яна тоже встала и посмотрела на них.

– Никуда я не уйду, – Тим опять приблизился к ней, но Яна выскользнула из комнаты и даже выдернула руку, когда Тим пытался удержать.

Дверь ванной хлопнула. Тим цокнул и тяжело вздохнул. Потом опустился на кровать и обхватил голову, растирая ладонями лицо. Паша плюхнулся рядом:

– Подуется, подуется и простит.

– Паштет, давай удалим ролик. Я совсем не подумал, что все решат, что Аня моя девушка.

– Тимох, ну ты чего?! На этом можно так раскачать женскую аудиторию. Девчонки уже пищат от восторга! Ролик просто пушка! Я бы ещё подобного наснимал, даже ваше эпичное падение бы выложил, вот там прям вообще пожар! Но Тигруля тогда тебя точно съест. Но я не выложил ролик с падением, хотя у меня есть классная идея, как его оформить.

– Тебе напомнить, для чего мы это всё снимаем? – Тим вдруг нахмурился.

– Ради денег, конечно! – фыркнул Паша.

– Ради спорта! Чтобы вдохновлять и зажигать народ!

– Каждому своё – ты можешь топить за спорт, а я буду на этом рубить бабло!

Стало обидно. Паша очень гордился каналом – его детищем, отдушиной, и считал, что Тим с ним в этом заодно. Паша никогда бы не позволил никому ничего там удалять. Он вскочил и пошёл на кухню, Тим метнулся за ним:

– Паштет, я тебя прошу, удали ролик! Ради меня!

Паша лишь поморщился.

– Тимох, ты же понимаешь, что уже через неделю про ролик забудут, и Янка перестанет дуться. Он затеряется и всё, а пока в топе, я его не удалю. Слушай! А давай снимем ролик с Яной, и я напишу, типа вот настоящая девушка Тима. Вот это всех девчонок на нашем канале бомбанёт!

– Их же сравнивать начнут, этого мне ещё не хватало! Или вообще захейтят Яну. Не надо! Пусть моя личная жизнь останется за кадром.

– О, вот это будет реальный хайп! – загорелся Паша. – Мы потрём все комменты сравнения, я могу дисклеймер сделать, что сравнивать нельзя!

– Нет, Паштет! Яну я светить не буду. И ролик с Аней тоже надо удалить!

Паша разозлился и проигнорировал Тима. Снова открыл холодильник, надеясь, что там само собой материализуется что-то вкусное. Голод раздражал, ещё и Тим стоял над душой:

– Тимох, я не буду удалять ролик! – Паша перевёл взгляд на Тима. – Но я могу уговорить Янку тебя простить, идёт?!

Тим кивнул, а Паша пошёл к ванной, сел под дверью и стал биться об неё затылком:

– Яна, открой! Ян, давай поговорим!

Дверь открылась внезапно вместе с новым ударом, Паша чуть не завалился назад, запрокинул голову. Яна с покрасневшими глазами печально смотрела на него сверху вниз. Паша улыбнулся ей, подвинулся, похлопал около себя. Она опустилась рядом, подтянула к себе колени, вздохнула. Тим, как надзиратель, стоял напротив, скрестив руки. Шутить сейчас было опасно, поэтому Паша заговорил серьёзно.

– Ян, ты же любишь Тимоху?

Она кивнула, но поджала губы.

– А прикинь, если бы он был популярным актёром? И ему бы пришлось сниматься во всяких… разных сценах.

Яна молчала, потом посмотрела на Тима и тут же опустила взгляд. А Тимоха сел напротив неё. Протянул руки, обхватил ладонями её тонкие щиколотки и гладил большими пальцами открытые участки кожи между резинкой носков и пижамой.

– Паш, у всякого хайпа есть цена, – Яна заговорила так тоскливо, что даже Паше стало её жаль, а на Тимохе не было лица, он вдруг побледнел. – И у меня тоже есть глаза. Ты ведь понимаешь, почему этот ролик зацепил девчонок. Потому что Тиму на самом деле нравится ваша староста. Это видно. Потому что Тим не актёр.

И Яна посмотрела в глаза Тиму, будто искала там опровержение своим словам. Он напрягся, поджал губы, а потом обречённо опустил голову. Сдался! Такого развития событий Паша совсем не ожидал.

– Эээ… Ян! Да ладно?! – Паша наигранно возмутился. – Ты что, сомневаешься в Тимохе?

– А ты бы не засомневался? – Яна опять шмыгнула носом и посмотрела теперь на Пашу.

Как она это делала? Тимоху сломала одной фразой, Пашу припёрла к стенке. Опасная девушка.

– Я нет! Я доверяю Тимохе, как себе! И тебе советую!

– Удали тогда ролик, – попросила она.

– Ян, ну что это такое?! Что за шантаж?! – Паша вскочил. – Это мой ролик, я его придумал, снял, смонтировал! Ничего я удалять не буду! Это лучшая моя работа, может быть! А ты лишаешь меня тиктокоскара из-за какой-то ревности! Это просто ролик, а ты устраиваешь тут сцены!

Яна отцепила пальцы Тима от своих ног, встала перед Пашей: маленькая, заплаканная, но такая грозная сейчас.

– Ага, сегодня ты снял просто как они смотрят друг на друга, а завтра ты попросишь их поцеловаться! Исключительно для хайпа! А дальше что, Паш?! Продашь друзей ради хайпа? Где грань?

– Где я продавал друзей?! – Паша нахмурился и повысил голос.

– Паштет, удали, правда! – Тим встал рядом с Яной. Паша даже не сомневался, что друг выберет сторону Яны, и от этого стало ещё обиднее.

– Не буду я ничего удалять! Да, мне нужны популярность и деньги! – Паша продолжал громко возмущался. – И Тимохе, кстати, тоже, хочешь ты этого или нет!

– Удачи, Паш!

Яна покачала головой и ушла в комнату.

– Паштет, блин! Поговорил! – цокнул Тим и побежал за Яной.

Но через две минуты появился мрачный. Резко нажал кнопку на кофемашине.

– И не подумаю извиняться! – заявил обиженный Паша.

Тим лишь хмурился и молчал. А когда кофе наполнил кружку, друг взял стул и ушёл на крышу. Они жили на последнем этаже, и у них из квартиры был выход на крышу, и Тим порой уходил туда подумать.

Паша злился, и как никогда чувствовал себя одиноким. Хоть Тим и Яна поссорились, но сейчас они оба ополчились против Паши. И это сильно ранило, задевало. Он иногда ловил себя на ощущениях, словно третий лишний в этой квартире, будто ТимьЯн относятся к нему со снисхождением, как к дворовому псу: «Ну не выставим же мы его за дверь, пусть живёт с нами». От собственной обиды Паша в глубине души даже захотел, чтобы Яна и Тим расстались, никто бы тогда не давил на друга, не ревновал. Они бы снимали всё что угодно и с кем угодно. Неужели Яна не понимала, как важен для Паши и Тима ТикТок? Там же вся их жизнь, работа, заработок, и глупая ревность не стоила того, чтобы удалять популярные ролики. Особенно задевало предательство Тима.

Пустой желудок давал о себе знать, и Паша поплёлся в магазин купить хотя бы колбасы и булку на бутерброды: на первом этаже их дома располагался универмаг. Голодный Паша набирал всё подряд. По привычке отправил сообщение Тиму:

«Я в магазине, что купить?»

«Что-нибудь синее и вкусное для Яны».

Паша скривился, но сфоткал пачку пастилы с черникой в синей упаковке:

«Подойдёт?»

«Да, бери. Спасибо! Я сейчас приду».

Глава 11. Романтичный контент

Когда Паша вернулся, стул и кружка Тима стояли на месте, но на кухне друга не оказалось, видимо, ушёл мириться к Яне. Паша уже успел сделать себе бутерброды, попить чай. И всё ещё мысленно спорил с Тимом, готовился убедить его, что Яну в их дела вмешивать не стоит, и ТикТок – только их тема. Перекусив, как всегда сел монтировать, сделал ещё три ролика, умылся и поплёлся спать, но ни Тим, ни Яна из комнаты так и не показались.

А утром Паша проспал, не услышал будильник, потому что забыл телефон на кухне. Его расталкивал Тим:

– Паштет, вставай давай! Яне сегодня нужно пораньше, я с ней поеду, мы уже позавтракали, встретимся в академии.

Пока Паша умывался, они ушли. Зашёл на кухню и усмехнулся. На тарелке лежали три сырника и кусочек пастилы с черникой. Он чуть не прослезился. О нём так редко кто-то заботился, что Пашу это искренне трогало. Стало стыдно перед Яной за вчерашние мысли. Хоть она на него обиделась, но завтрак ему оставила. Да и он тоже, обижаясь на Яну вчера, всё равно купил ей творог, который она обычно ест.

Пока пил чай, выложил новый ролик в ТикТок: нарезка из фильма Человек-паук, где супергерой ползёт по отвесной стене, и подпись: «Человек-паук», а следом Тим, который карабкается по кирпичной стене полуразрушенного дома и подпись: «Человек-Тим».

Паша усмехнулся и откусил сырник. Промычал от удовольствия, тут же открыл переписку с Яной:

«Сорян, что наорал на тебя вчера. Не дуйся. Сырники богические!»

Яна вчера подбросила ему идею, и пока не забыл, Паша открыл свой файл с заметками, закинул новую туда: «Девушка пристаёт к Тиму, он скучает, а когда видит турник, отпихивает её, бежит к турнику, обнимает и гладит». Паша усмехнулся, представляя эту картину, и поехал в академию. Сегодня он договорился с чирлидершами на фотосессию после пар, напомнил Свете о себе.

Паша нашёл Тимоху на лавке перед кафедрой и первым делом спросил:

– Помирились?!

– Вроде да, – раз Тим улыбался, значит, Яна его простила.

– Как тебе это удалось? Скормил Тигруле ногу?

– Пообещал, что больше не буду сниматься с девушками. И я бы ещё и этот ролик снёс.

– Поздно. Я уже идей накидал с чирлидершами роликов на десять. Но там нарезки.

– Ладно, нарезки делай, только, плиз, без Ани.

– Один давай ещё снимем с Аней, может, парочку! Стёбных! Без романтики. Как реабилитация. А хочешь, кого-нибудь из чирлидерш попрошу с тобой сняться. Они тоже ничего, есть парочка даже длинноволосых и мелких в твоём вкусе. Проверим реакцию Яны, – Паша рассмеялся.

Тим шутку не оценил и нахмурился. В этот момент к ним как раз подошла Аня в компании Маши, уселась рядом на лавку:

– Привет! Вы видели сколько просмотров у вашего ролика с нашей поддержкой? Я в шоке!

– Мы сорвали джекпот! Дай пять, ты красотка! – Паша протянул Ане ладонь, она отбила ему пять и улыбнулась. – Вот это я понимаю, правильная реакция, а то некоторые тут хотят удалить ролик.

И Паша покосился на Тима. Аня приподняла брови:

– Тим, ты хочешь удалить ролик? Но почему?

Тот при появлении Ани напрягся, обнимал свой рюкзак и не смотрел на неё, хотя она и плюхнулась рядом с ним. Паша встал напротив них, стало интересно, что ответит друг.

– Моя девушка не оценила, – равнодушно выдал Тим.

– Ясно, – Аня чуть помрачнела, помолчала и добавила. – А ты всегда делаешь только то, что нравится твоей девушке?

Паша рассмеялся. Ему нравилась язвительность Ани. Похоже, «Битва за Тимоху» началась.

– Нет, но вещи, которые её расстраивают, я предпочитаю не делать, – Тим ответил холодно и вдруг повернулся к ней. Посмотрел на Аню пристально и внимательно.

Он разглядывал её лицо без привычной симпатии. Они сидели близко и смотрели друг на друга. Аня первая стушевалась, сразу зарумянилась под его взглядом:

– Ясно, – поджала она губы и тут же посмотрела на Пашу. – Но вы его так и не удалили.

– Я им удалю! – бахвалился Паша. – Такой шедевр удалять нельзя!

Аня чуть хмыкнула, но в это время подошёл преподаватель, и они потянулись в аудиторию.

Тимоха после пар поехал на фотосессию для энергетиков. После той мегапопулярной рекламы они снимали рекламные ролики для них почти каждый месяц, и летом энергетики вообще завербовали Тима в амбассадоры. Дали ему спонсорскую поддержку на соревнованиях, заключили контракт и уговорили поучаствовать в спортивно-состязательном шоу «Русский Ниндзя», где нужно было пройти довольно непростую полосу препятствий. Кастинг на шоу Тим прошёл ещё летом в Москве, и теперь в конце октября-начале ноября его ждали в Сочи на съёмках шоу. Энергетики спонсировали ему участие за выступление в одежде с их символикой. А ещё раз в месяц устраивали ему фотосессии и снимали собственные ролики в основном для рекламы в тренажёрных залах. Паша обычно ездил с ним, но в этот раз пошёл на тренировку к чирлидершам.

У них в секции оказалось даже два парня, которые в основном ловили и подбрасывали девчонок. Паша просто фотографировал, снимал стойки и поддержки. Выглядели они профессионально, чем приводили Пашу в восторг. И фотки получились отменные: живые, яркие. На радостях он даже отправил фотографии пиарщикам, и их выложили в группе академии. А сам снова напросился снять несколько роликов уже для своего канала – ему нужны были девчонки для нарезок с Тимом.

И между делом отправил один из самых удачных фотоснимков Лике:

«Угадай, кто из них моя девушка?!»

Но Лика, оказывается, помнила, что Паша считает своими девушками всех, кто попадает в зону его объектива.

«Вижу там даже твоих парней», – она прислала смеющийся смайл.

«Парни-чирлидеры – это уже не парни», – парировал Паша.

Он надеялся, что Лика хоть немного приревнует, потому что девчонки были как на подбор, но вместо этого она заставила ревновать Пашу.

«Жаль. Мне понравился тот, что справа».

«Так это же я!» – Правда, там стоял совершенно непохожий на Пашу высокий парень, да ещё и брюнет.

Лика снова прислала улыбающийся смайлик.

«Кстати, нашёл тут классную фотостудию, лакшери стайл, и в ней я вижу тебя. Когда дашь тебя пофоткать?»

«Чтобы ты тоже считал меня своей девушкой?!»

«Блин, спалился! Но я серьёзно, я же твой должник. Готов отработать любую твою фантазию, желательно, конечно, эротическую», – Паша добавил коварный эмодзи.

«Ты мне ничего не должен».

И сколько Паша ни уговаривал, но ни на свидания, ни на фотосессии Лика не соглашалась. Но после фотосессии с чирлидершами Паша ещё больше горел идеей снять поддержки и подбросы со Светой, а вот она охотно согласилась. Они даже договорились на завтра, только Тим заартачился:

– Слушай, Паштет, давай не будем привлекать девчонок. Мне вот этот романтичный концепт вообще не заходит. Давай и дальше будем про спорт, стёб, приколы, но без девушек.

– Я прям слышу голос Яны… – задумчиво выдал Паша. – Тебе не заходит романтичный концепт или Яне?

– Мне! И с Аней больше ни одного ролика!

– Боишься не удержаться и наброситься? – хмыкнул Паша.

– Типа того, – чуть усмехнулся Тим. – Не хочу с ней сближаться.

– Ну да, ну да, я опять слышу голос Яны, – с иронией покивал Паша. – Тебе напомнить, что ты сам позвал Ариель на наши тренировки? Платишь за неё. Но нет, это другое, там вы не сближаетесь!

– Я хотел ей помочь с техникой, чтобы она хорошо выступила на спартакиаде.

– Тимоха! – Пашу вдруг озарила идея. – Точняк! Мы с тобой замутим челлендж прокачки девчонок! Как ты их прокачиваешь! Это будет пушка!

– Чего? – Тим нахмурился.

– Короче, мы снимем стартовый уровень, как они ничего не умеют и мелкие нарезки с днями, как они занимаются раз в несколько дней, и ты там на фоне, типа тренируешь, а потом покажем до и после. Через месяц занятий с тобой! Это выстрелит. Контент-челлендж всегда залетает!

– Ты представляешь, что со мной Яна сделает, если узнает, что я тренирую Аню?! – Тим скривился.

– А мы будем тренировать Яну! – Пашу потирал руки, уже рисуя в голове, как Тим будет заставлять Яну отжиматься.

– Это плохая идея, – Тим рассмеялся.

Паша знал, что Яна и спорт – это противоположности. Хотя с Тимом она ходила даже на скалодром, каталась на коньках и велике, но не могла ни разу ни подтянуться, ни отжаться. Мелкая и слабенькая, и тем интереснее было её прокачать. Паше не терпелось начать это снимать.