Королевы эпохи рыцарства

3. Будто сокол, подхваченный ветром

Маргарита вскоре поняла, что ее супружеская жизнь, как и брак Элеоноры Кастильской, будет сопряжена с долгими поездками и частыми разлуками. Осенью 1299 года Эдуард, стремившийся подчинить Шотландию, готовился к очередному наступлению. С 1290 года, когда его попросили выступить арбитром в споре между тринадцатью претендентами на опустевший шотландский трон, он вынашивал амбициозный план присоединить Шотландию к английской короне. К 1296 году Эдуард захватил северную часть королевства, взял Берик и сверг Иоанна Баллиола, которого сам ранее признал королем. Однако упорство и стойкость шотландцев под предводительством отважного Уильяма Уоллеса постоянно расстраивали замыслы английского монарха. Несмотря на это, Эдуард проявлял настойчивость, которая порой граничила с одержимостью. В 1298 году он разбил Уоллеса в битве при Фолкерке. Теперь король был полон решимости нанести последний удар и завоевать всю Шотландию. После женитьбы на Маргарите он проводил там половину своего времени.

Маргарита отправилась на север вместе с Эдуардом в королевское поместье Лэнгли близ Сент-Олбанса, где в то время проживал Эдуард Карнарвонский, принц Уэльский. В прошлом поместье принадлежало Элеоноре Кастильской. Оно раскинулось на пологом холме у берегов реки Гейд в окружении парковых угодий. В садах росли фруктовые деревья и виноград, а главный дом с тремя внутренними дворами отличался самым современным убранством и вмещал просторные апартаменты с каминами в королевских опочивальнях. Главный зал украшали пятьдесят четыре расписных гербовых щита и настенная роспись в ярко-золотых и алых тонах, изображавшая рыцарей, скачущих на турнир. В зале также находился встроенный орган. Окна королевы выходили в Большой двор; в ее распоряжении были большая и средняя палаты, крытая галерея, все с каменными полами, и даже ванная комната, оборудованная еще для Элеоноры. Именно в Лэнгли Маргарита простилась с королем, который 3 ноября отбыл в Шотландию. «Любовная страсть» Эдуарда привела к зачатию ребенка сразу же после свадьбы, к великой радости короля.

В Лэнгли Маргарита провела три недели, стремясь лучше узнать своего пасынка и его сестру Марию, монахиню светских нравов, которая самовольно покинула монастырь, чтобы навестить семью. Для королевы были закуплены фрукты, орехи и сахар.

Из четырех сыновей Эдуарда I и Элеоноры Кастильской остался в живых только Эдуард Карнарвонский, будущий Эдуард II. Он родился 25 апреля 1284 года в замке Карнарвон, вскоре после завоевания Уэльса его отцом. На тот момент наследником английского престола считался его старший брат Альфонс, однако он умер от лихорадки в августе того же года, и право наследовать трон перешло к четырехмесячному Эдуарду. Позднее возникла легенда, будто бы Эдуард I, пообещав валлийцам правителя, рожденного в Уэльсе и не говорящего по-английски, преподнес им новорожденного сына на щите как их принца. Однако в действительности юного Эдуарда официально провозгласили принцем Уэльским только в феврале 1301 года, а саму историю впервые записал в 1584 году Джон Стоу, антиквар Елизаветинской эпохи.

Эдуард провел большую часть детства в поместье Лэнгли, ставшем его любимой резиденцией. Королева Элеонора умерла, когда принцу исполнилось шесть, а отец представлялся ему грозной, отстраненной и авторитарной фигурой. Его родители провели в Гаскони три года и, вероятно, по возвращении показались пятилетнему ребенку почти чужими. Скорее всего, мальчик был гораздо сильнее привязан к своей кормилице, Алисе Лейгрэйв, которой предстояло прослужить у него двадцать пять лет.

Эдуард I умел проявлять нежность к родителям, братьям, сестрам и женам, но его дети усвоили с малых лет, что отца лучше не гневать. Сохранились сотни его писем к наследнику, наполненных суровыми поучениями и порицаниями. Неудивительно, что принцу пришлась по душе чуткая и молодая мачеха.

В декабре они вдвоем остановились в аббатстве Святого Альбана, где Маргарита снискала похвалу монахов за изящество и благочестие, щедрые дары, раздачу милостыни бедным и желание присоединиться к монастырскому братству, в которое принимали тех, кто совершал значительные пожертвования. Считалось, что членство в братстве приносит духовные блага. Маргарита торжественно вступила в братство, и ее имя внесли в книгу благотворителей. Однако пребывание королевы в аббатстве затянулось: необходимость кормить и размещать многочисленную свиту Маргариты монахи сочли обременительной для общины.

Пока Эдуард встречал безрадостное Рождество в Берике, Маргарита и ее пасынок весело праздновали в Виндзорском замке, укрепляя дружеские отношения. Маргарита играла важную роль в жизни королевского семейства, разряжая напряженность между супругом и его детьми. Принц Эдуард, для которого мачеха служила своеобразным щитом в сложных отношениях с грозным и суровым отцом, называл ее «дражайшей госпожой»[15].

Виндзорский замок был крупнейшей королевской крепостью в Англии; говорили, что во всей Европе не найти замка прекраснее. Возведенный Вильгельмом Завоевателем в конце XI века, он многократно перестраивался и расширялся при последующих королях, превращаясь в мощную твердыню с массивными каменными стенами. На его территории было два двора: Нижний, в котором находился главный зал, построенный Генрихом I, и Верхний, где располагался дворец, известный как Королевский дом, с роскошными покоями, часовнями, малым залом и кухней. С Верхнего двора открывался великолепный вид на окрестности.

В XIII веке Генрих III основательно обновил и улучшил королевские апартаменты не только Вестминстера, но и Виндзора. Покои королевы располагались на втором этаже и выходили окнами в сад с целебными и пряными травами, разбитый во внутреннем дворе при детских покоях и скрытый от посторонних глаз. В комнатах королевы имелись мраморные колонны, витражи, эркерное окно, башенка, резные деревянные потолки и плиточные полы. Археологические данные свидетельствуют, что каменные элементы окон были окрашены в алый, красный, охряный и черный цвета. Настенная роспись в покоях Маргариты изображала мудрых и неразумных дев, а деревянные панели были покрыты зеленой краской с золотыми звездами. Личная двухъярусная часовня была выполнена в коллегиальном стиле; скамья королевы стояла на верхней галерее, а ее приближенные молились внизу, в нефе.

В Нижнем дворе находилась часовня Святого Эдуарда Исповедника, основанная Генрихом III в 1240 году. Ее деревянный свод был расписан под камень, а шесть колонн выполнены из пурбекского мрамора. Западные двери с затейливым кованым орнаментом сохранились в часовне Святого Георгия, возведенной на этом месте.

К концу января 1300 года Эдуард присоединился к жене и сыну в Виндзоре. Вскоре они втроем совершили паломничество к усыпальнице святого Фомы Бекета в Кентербери. Эдуард пожертвовал четыре золотых флорина (£ 284) «за плод в чреве королевы»[16], принц также преподнес деньги, моля о благополучных родах. Помимо этого, король сделал подношения в аббатстве Святого Августина. Пасху торжественно отметили в Сент-Олбансе.

Маргарита начала активно пользоваться правом оказывать покровительство и ходатайствовать перед мужем. Эти ценные привилегии давали королеве возможность влиять на события и укреплять свою репутацию, позволяя монарху проявлять милосердие, не умаляя ни достоинства, ни авторитета.

Маргарита была выдающейся миротворицей. Известно пятьдесят шесть случаев, когда она успешно ходатайствовала перед королем от чужого имени. Часто ее прошения о помиловании, дарах или защите удовлетворялись со словами «исключительно по ходатайству нашей дорогой супруги» или «по просьбе Маргариты, супруги короля»[17]. Источники не содержат намеков на ее корысть; в отличие от Элеоноры, первой жены Эдуарда, Маргариту считали отзывчивой, великодушной и добросердечной. В 1301 году ей удалось убедить Филиппа IV подписать Брюггский договор, благодаря чему был освобожден зять Эдуарда, Генрих III, граф Бара, с 1297 года находившийся в заключении за поддержку англичан в войне за Гасконь.

Казначейские свитки сообщают о множестве случаев, когда Маргарита просила, чтобы долги «перед ее дорогим господином королем были отсрочены или прощены». По просьбе жены Эдуард помиловал нескольких преступников, объявленных вне закона, и как минимум девятерых убийц, один из которых лишил жизни собственного брата. В своих прошениях Маргарита нередко упоминала имена сыновей, чтобы смягчить сердце Эдуарда.

После Пасхи король покинул Сент-Олбанс, чтобы начать новое наступление на шотландцев. «Королева Маргарита по воле своего господина, короля», также «отправилась на север, находясь на позднем сроке беременности»[18]. Принц Эдуард сопровождал королевскую чету. В апреле они посетили аббатство в Сент-Эдмундсбери, а 5 мая совершили паломничество к святыне Богоматери в Уолсингеме в графстве Норфолк, где Маргарита преподнесла в дар церкви золотую застежку. Затем они проследовали через Линкольншир и переправились через реку Хамбер в Йоркшир.

Эдуард разбил лагерь в Селби, собираясь двинуться в Шотландию после рождения ребенка. Он распорядился, чтобы роды состоялись в замке архиепископа Йоркского в Кавуде, в десяти милях к югу от Йорка. Затем Маргарита должна была последовать за королем, совершая короткие, необременительные переходы.

По дороге в Кавуд Маргарита остановилась в замке Понтефракт, после чего продолжила путь на север. 1 июня она добралась до Бразертона, деревни на берегу реки Уорф, где ее свита задержалась, чтобы поохотиться в долине Уорфдейл. Несмотря на поздний срок беременности, Маргарита, которая обожала верховую езду и охоту и даже дарила лошадей своему пасынку, принцу Эдуарду, участвовала в выезде, но у нее неожиданно начались схватки. Королеву срочно доставили в дом рядом с церковью; место, где он стоял, известно и ныне. Роды были трудными. Опасаясь смерти, Маргарита воззвала к святому Фоме Бекету, умоляя о помощи, после чего благополучно, словно бы чудом, родила сына, который впоследствии стал предком герцогов Норфолка из рода Говардов.

Эдуард находился в Селби, на расстоянии десяти миль от Бразертона, когда получил счастливую новость. Обрадовавшись, он наградил вестника десятью фунтами стерлингов (£ 7 тысяч) и «совершил все приготовления, чтобы помчаться к супруге, будто сокол, подхваченный ветром»[19]. Эдуард заказал две роскошные колыбели: одна, украшенная королевским гербом, была обита тринадцатью локтями алой ткани, а другая – таким же количеством синей; для обеих колыбелей изготовили меховые покрывала и простыни из тонкого реймсского полотна. Для детской король приказал изготовить полосатые драпировки и занавеси с геральдическими эмблемами, вышитыми золотом. Поскольку Маргарита верила, что святой Фома спас ей жизнь, Эдуард назвал сына в честь убитого архиепископа и отправил пожертвования усыпальницам Бекета в Кентербери и святого Фомы де Контело в Херефорде. Утверждается, что новорожденный Томас проявил себя истинным патриотом, отказавшись от молока французской кормилицы в пользу молока англичанки по имени Мабиль. Обеспокоенная Маргарита велела лекарю проверить молоко.

Когда королева с младенцем обосновалась в Кавуде, Эдуард навестил жену, приплыв по реке Уз из Селби. Замок был роскошной резиденцией, но от построек времен Маргариты ничего не сохранилось. Существующее здание датируется XV веком. По традиции, женщины возносили благодарственные молитвы и проходили обряд очищения, известный как воцерковление, через сорок дней после родов, потому что праздник Сретения, или Очищения Девы Марии, отмечался 2 февраля – через сорок дней после рождения Иисуса Христа. После воцерковления Маргариты Эдуард отправился в Шотландию, приказав архиепископу Уинчелси заботиться о королеве, пока та «в полном покое пребывала в Кавуде»[20]. Однако архиепископ решил продемонстрировать шотландцам и, вероятно, собственному государю свою храбрость, и последовал на север за королем.

14 августа Эдуард пожаловал Маргарите замок Лидс и прилегающее поместье «на содержание ее самой, королевского сына Томаса, а также их двора»[21]. С тех пор замок Лидс входил в состав вдовьего удела королев Англии и назывался «дамским».

В сентябре Маргариту навестила дочь короля Елизавета, графиня Голландии, которая сопроводила мачеху и младенца на север, в Карлайл, для встречи с Эдуардом. 18 сентября они присоединились к королю в аббатстве Холмкултрам в Камберленде (нынешняя Камбрия). Оттуда семья направилась на юг в Нортгемптон, где провела Рождество.

13 мая Эдуард передал Маргарите право опеки над сыном Иоанны Акрской, своим десятилетним внуком, Гилбертом де Клером, наследником графства Глостер. Опека над несовершеннолетними наследниками и устройство их браков было делом весьма прибыльным, поскольку опекун мог распоряжаться доходами от их владений. Маргарите доверили несколько подопечных, что ежегодно пополняло ее казну на шесть тысяч марок (£ 2,8 миллиона).

27 сентября Иоанне было велено «передать по первому требованию Маргарите, супруге короля, Гилберта, сына и наследника Гилберта де Клера, поскольку государь повелевает, чтобы тот пребывал под опекой королевы-супруги до дальнейших распоряжений. Настоящий приказ и это письмо послужат ей законным основанием»[22]. Маргарита сообщила Эдуарду, что ей пришлось отправить двух человек к Иоанне, чтобы те взяли Гилберта под опеку. Видимо, Иоанна не спешила расставаться с сыном, передавая его молодой мачехе. Однако король стремился не лишать дочь сына, а обеспечить юному Гилберту наилучшее воспитание, которое предполагало постепенное продвижение по придворной лестнице от пажа до оруженосца-сквайра и далее – до рыцаря, позволяя завести важные знакомства, а также постичь тонкости придворного этикета и военного дела. Маргарита оказалась заботливым опекуном и следила за тем, чтобы мать и сын могли видеться. В 1304 году Эдуард постановил, что, если Гилберт женится без согласия Маргариты, вся сумма штрафа, подлежащего уплате монарху, достанется королеве.

В начале июня 1301 года, когда Эдуард вновь отправился в Шотландию, Маргарита, ожидавшая второго ребенка, поселилась во дворце Вудсток вместе с падчерицами, Елизаветой и монахиней Марией. Вудсток, расположенный в Вичвудском лесу, служил королевской резиденцией и охотничьим домом еще до нормандского завоевания, хотя нынешнее здание, включающее зал, разделенный колоннами, возвел в начале XII века Генрих I. Каменная стена, окружавшая охотничий парк, тянулась на семь миль. Внутри находился королевский зверинец, в котором содержались львы, рыси, леопарды и дикобразы. В XIII веке Генрих III перестроил королевские апартаменты, и покои Маргариты выходили окнами в сад, где у пруда рос клен. Королева могла дышать свежим воздухом, прогуливаясь по крытым галереям, или отправиться к источнику в соседнем Эверсвелле, где находился сад с сотней грушевых деревьев. В 1301 году в Вудстоке построили жилье для прачки Томаса и аптекаря королевы.

5 августа в Вудстоке Маргарита родила второго сына, Эдмунда, названного в честь саксонского святого мученика. Король наградил гонца, принесшего радостную весть, и приказал мэру и горожанам Оксфорда выделить двести фунтов стерлингов (£ 141,8 тысячи) на нужды двора королевы во время ее пребывания в этих краях. Однако ее поставщики отличались алчностью, требуя товары по заниженным ценам, и купцы предпочитали уехать, узнав, что королева находится поблизости.

Для сыновей Маргариты наняли от пятидесяти до семидесяти человек прислуги, содержание которых обходилось королю в тысячу триста фунтов стерлингов (£ 922 тысячи) в год. В их число входили кормилицы, служанки, прачки и няня по имени Перретта, которая укачивала Эдмунда. Эти женщины оставались на службе в течение шести лет, пока воспитание мальчиков не поручили наставникам. В 1305 году королева отблагодарила их денежными подарками.

В 1301 году король назначил для принцев капеллана, а в 1302 году строго повелел сыновьям сидеть смирно и совершать подношения во время торжественной мессы в Кентерберийском соборе. Эдуард поручил хранителю их гардероба отчитываться перед ним о поведении принцев. На Пасху мальчики раздавали одежду, обувь и деньги бедным, а Маргарита учила их не забывать о францисканцах, делая пожертвования.

Повседневная жизнь принцев не сводилась исключительно к исполнению обязанностей. Мальчики играли в шахматы и нарды, ездили верхом и наслаждались музыкой менестрелей, нанятых матерью для развлечения детей. В их игрушечный барабан, судя по всему, так часто били, что его пришлось чинить. Мать подарила им железную клетку для птиц.

Маргарите приходилось разлучаться с Томасом и Эдмундом, однако она всегда заботилась об их благополучии, прося убедиться, что дети придерживаются предписанного ею здорового рациона, включавшего мясо, рыбу, пряности и много овощей. Им разрешалось лакомиться сладостями, такими как миндаль, финики, инжир и сахарные палочки. Принцы носили мантии и табарды[23] из шелка или шерсти, а зимой – высокие башмаки со шнуровкой (buskins), бобровые шапки и одежды, подбитые мехом. Когда Томас заболел оспой, утверждали, что Джон из Гаддесдена вылечил его, завернув в алую ткань и поместив в комнате с драпировками алого цвета.

В сентябре 1301 года Маргарита в сопровождении Иоанны Акрской, монахини Марии и юного Гилберта де Клера совершила паломничество в Херефорд. По пути она делала подношения в церквях и у святынь, выражая благодарность за рождение здорового ребенка. Маргарита и Мария, похоже, сблизились. В 1302 году они вместе убедили короля передать охотничьи парки Рестормел и Пенлин в ведение управляющего Марии.

В ноябре 1301 года Маргарита попрощалась со своими падчерицами и присоединилась к Эдуарду, который во главе армии пересек долину реки Твид, лес Селкерк и Клайдсдейл, в итоге достигнув замка Линлитгоу, где королевская чета провела Рождество. Там Эдуард продемонстрировал доверие к политической проницательности жены. Ему предстояло заключить перемирие с шотландцами, но он не был уверен, кто уполномочен вести переговоры: эрл Линкольна или казначей Уолтер Лангтон, которого Маргарита называла «правым оком короля»[24]. Эдуард распорядился, чтобы они оба обратились к королеве для проверки грамот о предоставлении полномочий на заключение перемирия, прислушались к ее советам и внесли необходимые поправки.

Королевская чета оставалась в Линлитгоу до 19 февраля 1302 года, а затем вернулась в Англию. В том же месяце Маргарита совершила короткую поездку во Францию, для чего приобрела двенадцать парадных одеяний, состоящих из двух предметов. Одно из них включало три предмета, выполненных из зеленого бархата с меховой отделкой: два сюрко и накидку. Возможно, королева отправилась во Францию на корабле короля «Маргарита Вестминстерская», названном в ее честь.

Маргарита, не жалевшая денег на благотворительность, вскоре подверглась критике за расточительность и долги. Она не скупилась на одежду и драгоценности, тем более что получила лишь несколько вещей, некогда принадлежавших Элеоноре Кастильской; прочее было продано. К 1302 году Маргарита задолжала семье Бальярди из Лукки тысячу фунтов стерлингов (£ 7 миллионов) за ткани, а остальным кредиторам – еще три тысячи (£ 21 миллион). Ее долги купцам росли угрожающе быстро. В августе, чтобы помочь жене расплатиться, Эдуард приказал лорду-казначею передать королеве права на опекунство и устройство браков, сулившие доход в четыре тысячи фунтов стерлингов (почти £ 3 миллиона). В феврале 1303 года король увеличил вдовью долю супруги до пяти тысяч фунтов (£ 3,5 миллиона). Тем не менее расходы Маргариты все равно превышали ее доходы, поэтому в 1305 году Эдуард выделил жене еще тысячу марок (£ 470 тысяч), чтобы та раздала долги. Похоже, король снисходительно относился к ее расточительности. В том же году он выразил благодарность жителю Лондона, который приобрел драгоценности на сумму сто тридцать два фунта шесть шиллингов и восемь пенсов (£ 94 тысячи) по поручению Маргариты.

Сразу после Пасхи 1302 года Эдуард и Маргарита едва избежали гибели во время пребывания в замке Винчестер. В дымоходе вспыхнул пожар, и король с королевой, проснувшись, обнаружили, что пламя преградило им путь к выходу. К счастью, супругам «удалось выбраться через наружную дверь, о существовании которой они раньше не знали»[25]. Королевские покои выгорели дотла, и Эдуарду с Маргаритой пришлось перебраться во дворец Вулвси, резиденцию епископов, расположенную неподалеку от Винчестерского собора. В июле они находились в Виндзоре, где к ним присоединились сыновья. За принцами следовал обоз из пятнадцати повозок, нагруженных мебелью из часовни и предметами гардероба.

В июле вновь вспыхнула война между французами и фламандцами, и последние обратились к Эдуарду с просьбой о помощи. Спустя более пятидесяти лет сэр Томас Грей в историческом сочинении «Скалахроника» утверждал, что король написал жителям Гента письмо, где сообщал о подкупе французских лордов, готовых выдать местонахождение Филиппа, чтобы захватить его в плен. Однако Эдуард не отправил послание. Он оставил письмо на кровати Маргариты, чтобы та прочла. Королева предупредила единокровного брата об опасности и убедила его снять осаду с Дуэ и Лилля. Французские историки обвинили Маргариту в обмане с целью отвлечь Филиппа от задуманного. В итоге французский король потерял оба города и был вынужден прекратить войну в начале октября. Однако не исключено, что эта история всего лишь вымысел, возникший из-за недоверия англичан к французам.

В июле того же года мать Маргариты, королева Мария, и ее брат Людовик, граф д’Эврё посетили Вестминстер. Принцу Эдуарду было поручено встретить гостей по прибытии и «составить им компанию», благодаря чему он подружился с графом д’Эврё.

14 ноября Маргарита и Эдуард присутствовали в Вестминстерском аббатстве на бракосочетании его дочери Елизаветы и Хамфри де Богуна (фамилия Bohun произносилась как Бун), эрла Херефорда и Эссекса. Голову невесты венчала роскошная корона, возможно принадлежавшая сестре Маргариты, Бланке. В этом случае корона почти наверняка была свадебным подарком королевы. Одна из дочерей Елизаветы, будущей матери одиннадцати детей, получила имя Маргарита; очевидно, королева стала ее крестной.

На Рождество король и королева провели неделю в гостях у принца Эдуарда в Лэнгли. Тот устроил отцу и мачехе радушный прием, а в феврале следующего года, когда они снова прибыли в Лэнгли, велел починить орган, зная, как сильно королевская чета любит музыку.