- -
- 100%
- +
Рокки покачал головой:
– Прелюбопытная история, однако! Документов, говоришь, никаких нет?
Рик кивнул:
– Нет. По крови, сам знаешь, не найдём, если они где-то и сохранились.
Рокки согласился. Живого человека по паспорту найти можно, а наоборот – нет.
Заметив, что его гость отвлёкся на парочку синих шиншилл, Гроу понизил голос:
– И ещё…
Он протянул ведуну сложенную бумажку.
– Помимо кучи шрамов, у него на шее и на плечах вырезано вот это. Похоже на эльфийский. Разумеется, я не могу прочесть.
Рокки, взяв и развернув бумажку, захлопал глазами за огромными стёклами очков:
– Поразительно… Думаю, это действительно эльфийские руны. И, – он посмотрел на незнакомца, буквально прилипшего к клетке с шиншиллами, – полагаю, что нашего друга могли зачаровать.
– Эльфы?! – Гроу выразительно хмыкнул. Ведь если так, то это могло произойти не позднее, чем шестьсот тридцать семь лет назад, и Рик подумал о портрете в книге Кары, о волхвах, Гиларде и здании Банка.
Рокки тихо посмеялся:
– Конечно, нет! Какие эльфы!… Их поклонники, Рик. Всех сортов.
У Гроу отлегло, лесничему спокойней было думать, что он нашёл сегодня не древнего князя, а просто какого-то несчастного.
– Но если так, то этим делом стоит заняться
КОТу…
Ведун покачал головой:
– В Королевский Отдел Тайн лучше лишний раз не обращаться. У них своих дел хватает. Наш друг вернёт себе память и, если понадобится, сам обратится к ним. Господин? – Рокки обратился к неизвестному. – Вы готовы?
– Да, конечно, – незнакомец подошёл и встал рядом с Риком.
Рокки с лёгкостью достал с полки увесистую книгу в кованом переплёте:
– Тогда начнём.
Все трое прошли через дверь за прилавком в соседнюю комнату, куда уже не доносились никакие посторонние запахи и шумы. Пространство окунуло людей в тишину, покой и уют.
Ведун указал гостю на кресло:
– Садитесь. Нужно, чтобы вы мне полностью доверились.
– Я вам доверяю. Делайте, что считаете нужным, – неизвестный сел – Рик поражался, как в нём сочетались спокойная властность и простота – и Рокки, встав на табуретку, начал ритуал. Он жестом раскрыл поднявшуюся со столика в воздух книгу, щелчком пальцев зажёг две свечи, воспарившие рядом, положил руки незнакомцу на голову и стал читать заговор.
В комнате вокруг свечей стала сгущаться темнота, Рикхард начал ощутимо подмерзать. Он видел много сеансов Рокки, и в этот раз лесничему почуялось, что что-то происходит не так. Тьма сгущалась, Рокки бормотал всё яростней и громче, испытуемый сидел не шелохнувшись. Рик понял, что его воротник и плащ покрываются инеем. О, Создатель, да тут по потолку ползут морозные узоры! Холод, лёд, боль, тоска, отчаяние и безысходность безжалостными когтями стали проникать в сердце Рика. Он хрипло выдохнул:
– Рокки, твою мать! Кончай!
Ведун из последних сил крикнул самое мощное заклятие, чтобы пробить неведомую силу. Яркая вспышка, треск, свечи задуло, грохот. Когда Рикхард разомкнул веки, то увидел, что Рокки лежит и у него из носа бежит кровь. Выругавшись, лесничий подошёл к другу и усадил его у стены:
– Какого чёрта, что это было, старик?! – Гроу вручил человечку платок и бросил взгляд на незнакомца – тот сидел в кресле и медленно тёр виски, приходя в себя.
Рокки, промокнув нос, прокашлялся:
– Что?
– Ты в порядке?
– Да, я в порядке, – взмахом руки ведун зажёг все свечи, какие были в комнате. Они постепенно прогнали холод и согрели пространство своим светом.
– А он? – Рик кивнул на неизвестного.
Ведун, прокряхтев, помотал головой:
– Боюсь, его память не вытащить постороннему…
– Почему?…
Рокки при помощи Гроу поднялся на ноги:
– Потому что. Ты сам видел. Стена мрака… – ведун снова помотал головой, – стоит между ним и его прошлым. Я не могу это убрать.
– И что же нам делать? – Рикхард посмотрел на незнакомца – у того прояснел взгляд.
– Ничего, – ведун прикосновением остановил себе кровь из носа. – Этот барьер не снимет ни один ведун, колдун или друид. Я читал про подобные случаи. Стена мрака возникает из-за сильного потрясения. Как защитное средство психики. В таких случаях только сам человек может отомкнуть свою память, встретив что-то знакомое или вновь испытав подобное потрясение. Иногда память возвращается полностью, но чаще всего – кусками. Не слышал историй, чтобы она восстановилась полностью.
Рикхард неуверенно пожал плечами:
– Как понимаю, к «котам» обращаться бессмысленно?
– Королевский Отдел Тайн использует те же средства, что и я. Увы, да, бессмысленно.
– Так что же… нам с ним делать? – оба посмотрели на неизвестного. Человек глубоко вздохнул и осмотрелся:
– Кажется… я всё ещё ничего не помню.
Рокки подошёл к нему:
– Увы, да. Простите, но я здесь бессилен.
Человек встрепенулся, увидев кровь у ведуна на рубахе и жилете. Рокки успокоил:
– А, это ерунда. Вы в порядке?
Незнакомец завороженно смотрел на кровь. Моргнул, перевёл взгляд на ведуна:
– Да, в порядке…
Рокиан изучающе глянул на пациента:
– Если вы что-то начнёте вспоминать, то сразу об этом сообщите.
Неизвестный кивнул:
– Так что со мной такое?
Рокки кашлянул:
– Итак, мой диагноз… – пришлось незнакомцу объяснить, что такое «диагноз», – таков: Стена мрака, скорее всего, из-за мощного потрясения под влиянием колдовства. Снятию извне не подлежит. Только сам пациент, – ведун прервался на объяснение, что значит слово «пациент», – может отомкнуть свою память. Пусть ищет ключи. Мои рекомендации, – Рокиан посмотрел на неизвестного поверх очков, – тихо и мирно начать новую жизнь, найти занятие по душе и записывать все вещи, какие вы посчитаете относящимися к вашему прошлому. Это всё, что пока можно сделать. Если случится какой-то прорыв, сразу обращайтесь ко мне, будем разбираться.
Безвестный знакомец, без прошлого и памяти, благодарно кивнул. Рик полез в сумку за кошельком, Рокки угрожающе замахал на него рукой:
– Прекрати, не вздумай! Этот сеанс – по дружбе!
Прежде чем покинуть заведение, – подопечный уже ждал на улице – Рикхард остановился на пороге, думая, сказать ли другу о смутных подозрениях. Но решил ещё понаблюдать и послушать. Заметив его жест, Рокки кивнул:
– Руны я постараюсь перевести. Как будет что-то, я напишу.
– Он пока поживёт у меня, – лесничий развёл руками. – Как понимаю, нужно дать ему новое имя?
– О, да, обязательно! Забыл сказать об этом! Уже старею… – ведун сокрушённо покачал головой и воодушевлённо подхватил: – Без имени человек беззащитен перед силами Судьбы! А новое имя – новая жизнь! В том числе исцеляющая старую. Пусть имянаречению сопутствуют счастливые знаки!
Рикхард, принимая пожелание, кивнул.
Глава III. Новая жизнь
К вечеру Гроу и его подопечный вернулись в избушку. Пятнистая чёрно-белая лайка Роза встретила человека без прошлого радостным вилянием хвоста. Лизнула его в руку.
Кара, стоя на пороге в легком бордовом платье с кожаным пояском, улыбнулась:
– Кажется, вы уже подружились!
Седой найдёныш стал играть с собакой, Рикхард в паре слов рассказал дочери, какая сложилась история.
– Пап, в «Войне Шипов»… – начала было девушка про свою книгу.
Гроу предупредительно выставил руку:
– Я знаю. Но у нас нет подтверждений. Оставим пока всё так, как есть.
Кара вздохнула и пошла готовить ужин на троих.
Тушёная с луком оленина и гречка украсили стол лесничего вместе с травяным настоем в чайнике и вазочкой печенья. На улице, полаивая, гоняла белок Роза. Спускался тихий вечер, обагрённый закатом.
Сев за стол, безымянный как будто испытал мгновенное замешательство, но затем, посмотрев на то, как лесничий и его дочь взялись за вилки, последовал их примеру.
Под конец ужина Кара помешивала ложечкой травяной чай, Рикхард задумался, а их гость осматривал обстановку избушки тихим прощупывающим взглядом, словно он давным-давно не видел человеческого жилища.
Кара первой нарушила воцарившуюся тишину:
– И что мы будем делать?
Рик поднял голову:
– Нашему гостю, – он с уважением посмотрел на неизвестного, – нужно какое-то имя. Хотя бы на время…
Кара хотела запротестовать, выдвинув свои предположения по поводу имени, но отец жестом велел ей молчать.
Человек без прошлого кивнул:
– Я согласен. Как раз думал о том, чем бы мог заняться, раз дверь памяти пока закрыта.
Рик встал:
– Что ж, если не возражаете, я стану вашим наречённым отцом.
– Я согласен, – улыбнулся гость.
Кара тоже поднялась из-за стола:
– Тогда я помогу всё подготовить для ритуала!
Отец и дочь прошли в соседнюю комнату, Рикхард одёрнул девушку:
– Кара! Ни слова о Войне Шипов!
– Почему ты не хочешь сказать ему об этом?! – дочь обиженно скрестила руки у груди.
– Я сказал, мы не можем быть уверены! – строго сдвинул брови лесничий. – А ты не подумала о том, что ему причинит боль такое знание?!
Кара молчала, Рик продолжил:
– Рокки сказал, что это Стена мрака, которая происходит из-за сильнейшего потрясения. Если он князь Ирде, то в его прошлом ужас и боль, тебе ли не знать!
Девушка опустила взгляд:
– Ты прав. Я не хочу, чтобы ему было больно…
– То-то же. Потерпи. Всё узнаем в своё время. А новое имя ему в любом случае нужно для исцеления прошлого, Рокки верно сказал.
– Ты всегда слушаешь Рокки, – буркнула девушка. Она всё равно не понимала, зачем давать новое имя, когда фактически известно старое.
– Рокки слушает даже Верховный колдун! – парировал Рик, и Каре нечего было на это сказать.
Убрав посуду, девушка покрыла стол бирюзовым бархатным покрывалом, поставила подсвечник с тремя свечами, чашу с водой, солонку и неразломленный круглый хлеб. Зажгла свечи.
Рикхард, переодевшись в парадные, зелёного цвета одежды, сел за стол с громадной толстой книгой в тиснёном переплёте, на обложке значилось: «Священные сказания. Звёздные песни».
Гость сел напротив него, Кара – по левую руку от отца.
Рикхард, кашлянув, пояснил:
– Когда мы не знаем, в какой день родился человек, и небесные покровители его скрыты от нас, мы гадаем по этой книге и даруем человеку первое имя, которое выпадет на открывшемся развороте.
Человек без прошлого согласно склонил голову.
Лесничий провозгласил:
– Тогда начнём. Духи Неба, – он поднял глаза к потолку, – духи Земли, – Рик опустил взор долу, – прошу вас, укажите имя этого человека, чтобы жизнь его прошла в мире и в изобилии! Да сбудется то, что написано в Книге Судеб!
Он раскрыл книгу где-то на середине, стал медленно вести пальцем по строкам.
Кара смотрела на подрагивающие стебельки огня на свечах, временами переводила взор на их отражение в чаше с водой. Густые сумерки плавно перетекали в ночь. Безымянный гость лесничего временами словно растворялся в темноте, и лишь огоньки в глазах – отражения свечей – выдавали его постоянное присутствие.
Губы Рикхарда беззвучно шевелились, проговаривая всё то, что открыл ему текст. Время текло, Гроу перешёл на вторую страницу разворота…
– Вот оно!
Кара подпрыгнула от неожиданности, гость вскинул блеснувший бледным огнём взгляд.
– Ганнибал.
Девушка, переводя дух, посмотрела на свечи, Рикхард повторил выпавшее имя. Пламя на всех свечах вытянулось и стало идеально ровным.
Гроу повторил имя в третий раз, Кара посмотрела на воду в чаше – по глади отражения пробежала лёгкая рябь.
– Это оно, – Рикхард почтительно закрыл книгу.
Кара посыпала хлебец солью и протянула гостю:
– Съешьте, это укрепит вашу связь с землёй и очистит от тяжёлого прошлого.
Ганнибал, склонив голову, принял хлеб и преломил его. Внезапный порыв ветра задул свечи, обдав людей промозглым холодом.
Рикхард вскочил со стула:
– Какого Дракона!
Кара испуганно оглянулась:
– Отец? – она стала нашаривать огниво, зябко сжавшись.
Ганнибал протянул к подсвечнику руку.
– Не нужно. Думаю, я смогу, – голос его прозвучал успокаивающе мягко. Большим и указательным пальцем гость легонько провёл по фитилю, и зажёгся огонёк. Ещё два движения – загорелись ещё две свечи.
Кара восторженно посмотрела на Ганнибала:
– Да вы ведун!
Гость поднял брови.
– Почему же? – он посмотрел на свои пальцы. – Кажется, я немного обжёгся, – Ганнибал легонько потряс рукой.
– Потому что ведуны умеют общаться со стихиями: огнём, водой, землёй, деревом и металлом…
Гость хмыкнул:
– Было бы неплохо.
Девушка посмотрела на отца:
– Как думаешь, что он зажёг потухший огонь, это хороший знак?
– Думаю, что да, – кивнул Рик.
Они завершили ритуал тем, что Ганнибал съел хлеб и запил его водой из чаши.
Кара погасила ритуальные свечи и зажгла обычную.
Получивший новое имя спросил:
– Кто такой Ганнибал?
Рик посмотрел на дочь:
– Расскажи ты. Ты гораздо лучше меня знаешь все эти истории.
Довольная похвалой, девушка приосанилась:
– Ганнибал – это знаменитый древний воин и правитель, что отправился в Страну Запада за исцелением для своего народа. Это «Песнь об Источнике Жизни», Ганнибал одолел там Бога Смерти Мао́та и с победой вернулся.
– Видимо, хорошее имя, – улыбнулся Ганнибал.
Кара кивнула:
– О, да. Оно значит «Благословение Создателя».
При своих же словах девушка почувствовала, как у неё отлегло от сердца – имя «Ганнибал» действительно будет хорошим для гостя, даже если он князь Ирде. Кара с теплом в душе смирилась с тем, что отец так запросто дал новое имя знаменитому герою Войны Шипов.
Поговорив ещё немного, – Ганнибал сказал, что ещё подумает над своей фамилией, – они легли спать: Рик и Кара на своих кроватях, а гость у входа, на лежанке для путников.
Гроу, лёжа на спине, смотрел на тёмные древесные узоры на потолке. Его тревожило прошлое Ганнибала. Что делать, если он в самом деле Вересовый князь Ирде? Рик вспоминал слышанные им пророчества о том, что древний герой вернётся, чтобы победить эльфов. Это что же, скоро придут эльфы? Как-то в это слабо верилось… Не хотелось думать о том, что весь старый добрый уклад, такой спокойный и приятный, может покатиться под откос. А ещё… Лесничий мгновенно узнал хлад, принесённый ветром. Это был тот голодный, безжалостный мороз, что совсем легонько коснулся Рикхарда у Рокки, но этого хватило. Хватило прикосновения-отзвука смертельного, страшного холода, обрывающего последние листья с голых ветвей или мясо – с костей… Гроу поёжился. Последнее сравнение-ощущение ему очень не понравилось. Что скрывает Стена мрака Ганнибала… Лучше не знать! Возможно, будет просто замечательно, если он ничего не вспомнит и всё останется как есть. По-хорошему, по-доброму и спокойно. Пусть он найдёт себе занятие по душе и мирно живёт. Ох, Кара-Кара… Лесничий чувствовал, что дочь не угомонится, пока не удостоверится, что гость – это Ирде. Или пока не удостоверится в обратном. Вздохнув, Рик повернулся на бок, закутался в одеяло и моментально уснул.
Кара лежала в своём женском уголке на уютной кровати, на боку, подложив руку под подушку, и смотрела в окно, где приветливо мерцали звёзды.
Не выдержав, девушка аккуратно засветила свечу – в её девичьем уголочке она никому не мешала – и достала «Войну Шипов», книгу, которую Кара в который раз перечитывала. Открыла нужную страницу. Отец не хочет думать об этом, а её эта мысль отказывается отпускать. Гален Ирде, глава Дома Вереса, сражавшийся плечом к плечу с принцем Уилхардом. Русые волосы до плеч, серебряные глаза, лицо… Иллюстрации, старинные цветные гравюры, передавали портретное сходство исторических личностей, и Ганнибал был непростительно слишком похож на князя Ирде! И что, что это было шестьсот тридцать семь лет назад! А как же народные северные песни-плачи о том, что Потерянный воин вернётся? Собственно, непонятно, почему его на Севере называют Потерянным, потому что все знают, что князь Ирде погиб от рогов Тёмного Кирина. Когда и где бы он успел там потеряться?
Поразмышляв над портретом, Кара закрыла книгу. Невзирая на то, что думает по этому поводу отец, она постарается осторожно найти подтверждения или опровержения своей догадки. Завтра Королевская ярмарка, она попросит отца взять Ганнибала с собой и сводит его в музей, и будет рассказывать ему о Войне Шипов, вдруг он что-то вспомнит, что-нибудь маленькое и безопасное… Сладко-мурашечное состояние объяло сердце девушки. Если Ганнибал и правда вернувшийся Вересовый князь Гален Ирде, переживший эльфийский плен, совершивший множество подвигов, то… Что же это будет? Исполнятся северные песни и пророчества? Нужно найти их и перечитать. А если он не Гален Ирде? Душа девушки упала в уныние и разочарование, но лишь на мгновение – только для того, чтобы снова взмыть в мечты. Нет, это должен быть он, иначе, иначе такое сходство не объяснишь! Тем более, отец сказал, что Ганнибал весь в шрамах, благо, лицо чистое, и ладони, а вот всё остальное… А ещё у него на шее эльфийские руны – вот их Кара сама видела! Девушка испуганно зажала рот ладонью. Эльфийский плен Ирде, в его же замке! Потом он, вырвавшись, один убил три сотни эльфов, целый гарнизон! Может быть, оттуда его шрамы? Потрясённая, воодушевлённая, пощипываемая приятным страхом, Кара погасила свечу, занырнула под ватное одеяло и, уютно устроившись, стала считать северных манулов, чтобы успокоиться… И скоро заснула.
Ганнибал смотрел в потолок, глубоко дыша, слушая звуки мира. Он чувствовал, что это его первая ночь в мире людей спустя огромное количество времени. Почему, откуда такое чувство – он не мог объяснить. Это было так пьяняще… И непривычно. Сколько времени он был не-здесь, где-то Там, не так, по-другому… Как? Он легонько поморщился. Кем он был, как он жил, сколько лет назад? И почему по телу постоянно бегает озноб, будто он не может согреться? А через мгновение уже тепло? Будто тело привыкает к этому теплу. «Ганнибал» – это имя ему нравилось. Но также хотелось узнать прежнее имя. И почему… – он осторожно коснулся руками своего тела, занырнув под рубашку, – столько шрамов? И руны… – он провёл пальцами по грубой надписи, идущей сверху вниз с правой стороны шеи, – что они значат?
Но, Боги, как же хорошо жить! Дышать полной грудью, видеть этих людей – Кару и Рикхарда, разговаривать с ними… Они, они… Замечательные! Ганнибал приподнялся на локтях, ощущая, как его горло сдавливают нахлынувшие чувства. «Это невозможно!» – огненной вспышкой пронеслась мысль отчаяния, прозвучала эхом. Оттуда? Ганнибал прислушался к себе. Эта мысль, интонация, эмоция оттуда? Из прошлого? Далёкого прошлого?
Ощущение ушло.
А невозможное – случилось. Он здесь, в этом прекрасном волшебном мире, живёт и дышит!
Распираемый чувствами ликования, волнения, счастья, радости, наслаждения, Ганнибал встал, не в силах заснуть, и, не обуваясь, беззвучно вышел из избушки.
Травы на лужайке и стволы деревьев серебрил молодой месяц. Человек пошёл к лесу, собирая на штаны ночную влагу, с глубоким наслаждением ступая по мокрой траве, обжигающей холодом и освежающей. Лес шумел негромким дыханием ветра.
– Кто я? – Ганнибал поднял лицо к соснам. – Кем я был?
Он глубоко вздохнул, ощущая, как целительный воздух наполняет лёгкие. Хрустнула веточка. Ганнибал по-звериному подобрался и пригнулся.
– Кто здесь?!
Он растопырил руки, как лапы, осматриваясь. Взгляд его сверкнул бледным огнём.
– Хах!
Он выпрямился, и тут же снова стал похож на человека.
– Крыса! – голос его прозвучал удивлённо-ласково.
К человеку подобралась большая бурая крыса. Она села на задние лапы, вытянулась упитанным столбиком и принюхалась. Глазки её светились умом и доброжелательностью.
Ганнибал развёл руками:
– Прости, у меня ничего нет. Но в следующий раз принесу.
Крыса скрежещуще пискнула.
– Прости, не понимаю, – вздохнул человек. – Но, может, – он присел перед крысой, – когда-нибудь пойму…
Крыса вытянула шею, принюхиваясь к нему. Что-то проскрежетала. Ганнибал поднял руку и осторожно коснулся крысы. Она не возражала. Положил ладонь на грубоватую, но приятную ухоженную шерсть. Тёплая. Живое существо, у которого бьётся сердце. Живая плоть… Странное, дикое, лютое чувство голода пробило Ганнибалу живот и тут же стихло. Он подскочил и скорчился. Прошло? Закончилось?
Похожее чувство возникло, когда он увидел кровь на одежде Рокки, и когда смотрел на оленину в тарелке, но тогда это был словно тихий отзвук, а сейчас… Такое явное, чуть ли не осязаемое страшное чувство. Внутри. В желудке и в сердце.
Прошло…
На удивление, крыса всё ещё не убежала. Она продолжала смотреть на человека умным взглядом.
– Прости, – Ганнибал выпрямился, переводя дух. – Сам не знаю, что это…
Крыса, режуще пискнув, скрылась в кустах.
Ганнибал улыбнулся ей вслед. Поднял голову к небу и улыбнулся ему. Звёзды…
Что бы ни было в его прошлом, новое имя значит новую жизнь. И, раз эта жизнь дана, стоит её жить – со вкусом, из счастья, на полную.
Ганнибал оглянулся на избушку. Жизнь дана, чтобы дарить любовь. И он начнёт с этих замечательных людей – девушки и её отца. Он отблагодарит их за приют и доброту, сделает для них всё, что сможет. И начнёт подбирать себе дело по вкусу, в этом мире, полном непонятных слов, но красивом, добром и цветущем. Завтра же можно и начать.
Новое имя, новая жизнь. Ганнибал очень признателен за них.
И, ведомый необъяснимым сердечным чувством, поклонился Лесу.
– Благодарю тебя… – слова сказались сами.
И тут же, словно в ответ, от деревьев дохнуло тёплым ветром, принёсшим удивительно нежный и будто знакомый аромат дикой малины и мяты, звучащий из глубин сокрытой мраком памяти.
А где-то сквозь лесную чащу в крысином обличье спешила Старший Хранитель Лара, и возмущению её не было предела.
Глава IV. Скрытая угроза
Младший Хранитель Великого Леса Кайара, длиннохвостая неясыть с бело-синим оперением, растопырила перья на крыльях и затем с удовольствием их пригладила. Хорошо быть в обличье совы. Тем более, что совы – не то, чем кажутся. Красивый вид открывается из уютного дупла, раззявленного в стволе старого огромного кедра, что стоит в заповедной чаще леса испокон веков. У корней дерева собираются Хранители. А Кайаре повезло – она прямо живёт в нём, как удобно! Хранительница довольно зажмурилась, наслаждаясь ночной прохладой. Но чуткий слух донёс ей шуршание маленьких цепких лап по опавшей хвое, листве и ветвям. Лара. Почему она так несётся? Сова переложила крылья, подобралась и спорхнула вниз:
– Во имя Первого Ростка, Лара! – мелодичный молодой голос Кайары огласил тишину подле древнего кедра. – Что стряслось?
Старая крыса, кряхтя, выбралась из подлеска, переводя дух:
– Прокараулили мы всё, что можно, Йара…
– Это что же? – Кайара по-совиному наклонила голову вбок.
– Верховного нашего прокараулили, вот!
Сова опешила:
– Это как так?! – она повела крылом, как рукой. – Почему мы не почувствовали его Возвращения?!
– Потому! – Лара взобралась на корень кедра, поближе к Йаре, сидящей на другом корне. – Потому что он вернулся не так, как мы предполагали…
– Мне не нравится… – сова переступила с лапы на лапу, – как ты говоришь!
– Зови Тая, совещаться будем.
Сова встрепенулась и взмахом крыльев послала в лес сноп голубоватых, мерцающих, как звёзды,
искр.
Огоньки быстро унеслись в чащу.
Долго ждать Тая не пришлось, он, огромный, мощный, грациозный, мягко приземлился на корень. На теле его прибавилось шрамов, один живописно украшал левый глаз.
– Здравствуй, Лара. Здравствуй, Кайара, – пророкотал он. – Какие новости? – тигр-Хранитель обвил лапы хвостом.
Лара проскрипела:
– Плохие новости, Тай. Колдовство эльфов сыграло с нами злую шутку. Наш Верховный вернулся, но… Его проклятье не спало.
Тай взревел:
– Что-о-о-о?! – он вцепился выпущенными когтями в кору дерева.
Лара кивнула Кайаре:
– Поэтому мы его не почувствовали.
Сова распушила перья:
– Но как так?
Лара вздохнула, села столбиком, прижав передние лапы к груди:
– Он обрёл форму человека, но Голод, мощь и способности Пожирателя всё ещё с ним.
Кайара всплеснула крыльями:
– Какой кошмар!
Тай зарычал:
– Какого Др-р-р-ракона! Объединить человека и голодного духа в одном существе – они что там, на Небе, с ума посходили?! – он гневно вскинул морду к звёздам.
Лара укоризненно покачала головой:
– Это всё чары эльфов, Тай. Высшая сила тут ни при чём.
Тигр оскалился:
– Ну конечно…
Кайара нервно перебирала лапами в белых мягких штанишках:
– И что он, как он?
Лара вздохнула:
– Я видела его. Его приютил лесничий. С нами он говорить пока не может. И ничего не знает и не помнит.