- -
- 100%
- +
Поднялся ещё больший шум, гвалт, толпа двинулась за человеком, с ним и впереди него на площадку для кулачного боя. Вызвались первые бойцы, зазвучали ставки, внимание всех оказалось приковано к начавшимся состязаниям. Крики, свист, улюлюканье оказались громче и ярче, нежели голос иной, сдерживаемый, но прорывающийся в безысходном, почти беззвучном крике.
Кара нашла козу, белую, купила её втридорога, от волнения не считая монеты, и по наитию у той же хозяйки прихватила таз. Примчалась, пробравшись сквозь толпу у площадки для состязаний, и с обмирающим сердцем приотворила дверь сарая. Донеслись звуки, похожие одновременно на стон и одновременно на чириканье птицы. С шипением выглянула растрёпанная Кайара, схватила поводок козы и таз и просипела:
– Не вздумай заглядывать! Никого не пускай! – она оглянулась и что-то крикнула на северном языке. Зыркнула на Кару, посмотрела в глаза козе, дунула ей в морду и вместе с животным и тазом скрылась в сарае.
Кара, обняв себя руками, медленно стала ходить перед дверью, загребая туфельками пыль, почти на одном месте, ни о чём не думая.
* * *
Эта сова оказалась гораздо проворней и вертлявей, чем хотелось бы. Ганнибал не помнил и не понимал, за кем он гоняется. То ли это девушка, то ли сова – Дракон разберёт! Он устал, она устала. Заливаемый и болью, и голодом, и тяжестью в голове и во всём теле, он не мог настичь желанную добычу. Человеческое тело – маленькое, слабое, непокорное – очень ему мешало. Хватая ртом воздух, он переводил дух.
Ещё немного, ещё чуть-чуть… Ему не хватает, чтобы оборотиться и стать тем, кто он есть. Освободиться… Глухо рыча, он фыркнул, чирикнул и облизнул губы. Сова куда-то делась. О, она у выхода! Там свет, воля – он втянул носом воздух – и очень много людей! Добычи, мяса, еды…
Как ледяная вода, его ударил по голове северный клич:
– Ти́а Ве́ре!
Эхом в голове отозвалось: «Весна придёт!» Ганнибал мотнул головой, перед глазами немного прояснело. И снова холодный, кровавый, голодный туман. Чёрная, истощённая до предела лапа когтями сдавила ему горло. Изнутри раздирающая тело боль, огонь, пожирающий сознание… И кровь! Горячая кровь брызнула Ганнибалу на лицо.
Ошалев, он подался на неё, нырнул в неё, упиваясь, и, не помня себя, дорвался до свежего, трепещущего мяса.
Глава VII. Пожиратель
Блеклый свет, запах сена. Боль, выворачивавшая суставы и внутренности, отпустила. Голод… утих. Ганнибал снова чувствовал себя человеком. Вот только… пахло кровью. Дрожали руки. Он полулежал на сене, на спине, смотря в тёмный потолок.
Негромко прозвучал мелодичный женский голос:
– Он очнулся.
Ему ответил голос Кары, надтреснутый от переживаний:
– Мне… очень жаль.
– Ты не виновата. Рано или поздно это всё равно бы случилось. Князь!
– Ганнибал! – обладательницы голосов подались к нему. Ганнибал слабо приподнялся, щурясь на свет и пытаясь сделать зрение менее расплывчатым.
Силуэт Кары, фигура девушки в белом. Запах крови… нужно его смыть.
Ганнибал попросил:
– Воды…
Девушка в белом подала ему фляжку. Вода отрезвила, смыла морок крови, сделала зрение чётким. Остаток воды Ганнибал вылил себе на голову.
– Так лучше! – он умывающим жестом откинул волосы со лба, осмотрелся. Кара, девушка с золотыми глазами, сарай… Последнее, что он явно помнил – это меч Шан-Хейзе и легенда, которую рассказывала страж КОТа. Далее шёл страшный кровавый бред…
Ганнибал посмотрел на свои руки – они были чисты, но рукава белой рубахи порваны и в крови. И на груди рубаха вся в крови. Лицо чистое, Ганнибал это чувствовал. Он посмотрел в глаза девушке в белом:
– Хах… – у него не было сил ещё из-за чего-то переживать после того, что испытал на протяжении последних полутора часов. Взглядом он попросил у золотоглазой объяснения.
Девушка, сидя в сене рядом с Карой, расправила складки платья – на нём не было ни одного пятнышка:
– Гхм. Даже не знаю, с чего начать…
Ганнибал, прикрыв глаза, вздохнул, откинул голову на сено, приготовившись слушать. Руки он устало положил вдоль тела.
Голос девушки зазвучал как ручей:
– Начну с того, что тебя зовут Гален Ирде, ты – Вересовый князь, последний правитель Севера. Во время Войны Шипов ты попал в плен к эльфам, они тебя обрекли на превращение в ве́ндиго, монстра-людоеда, вечно голодного Пожирателя, как говорят на Севере. Почему и зачем они это сделали, я не знаю. Возможно, ты один знаешь, если вспомнишь, – девушка перевела дух.
Ганнибал слушал её спокойно и безучастно, ни один мускул не дрогнул на его лице.
– Ты вырвался из плена, в одиночку уничтожив гарнизон целого замка. Ты тогда ещё был человеком. Ты продолжил воевать плечом к плечу с принцем Уилхардом и в легендарной битве у Чёрной скалы одолел Тёмного Кирина. Да, Кара, так оно и было! – девушка, должно быть, предупредила немое изумление или протест дочери лесника. – Пророчили, что это должен сделать принц Уилхард, но это был ты. Ты умирал как человек, и хотел умереть. Принц выполнил твою последнюю просьбу и пронзил тебя твоим же мечом. Но даже сила меча не смогла остановить действие эльфийских чар. А Лес, в благодарность за избавление от Кирина, даровал тебе освобождение от проклятья через семь поколений. Срок истёк, и ты стал человеком. Но… не совсем.
На последних словах Ганнибал медленно сжал кулаки. Девушка, подобрав слова, закончила:
– Сейчас ты и человек, и Пожиратель. Мы ничего не можем с этим сделать.
Не открывая глаз, легендарный князь глухо произнёс:
– Такое оно, ваше избавление? – он вздрогнул, ощущая и осознавая, что сожрал козу – сырьём, упиваясь её плотью.
– Мы не знаем, почему так! – видимо, девушка всплеснула руками. – Наверное, чары и руны эльфов не позволили тебе совсем стать человеком.
– И что дальше?
Она помедлила:
– Ты новый Верховный Хранитель Леса. Должен стать им. Это дар Леса и цена твоего полного освобождения от проклятья.
Стиснув зубы, Ганнибал процедил:
– Занятно! Это как Тёмный Кирин?! Вы хотите, чтобы я стремглав побежал записываться в Верховные Хранители? – в голосе его прозвучал лёд.
– Вообще-то на это нужно время… – неуверенно произнесла девушка.
Она подсела ближе:
– Став Верховным, ты перестанешь быть Пожирателем…
Древний воин поднял тяжёлый взгляд.
– А не кажется ли вам, что меня используют?! – голос его задрожал от сдерживаемого гнева. – Ведь это очень удобно! Согласно тому, что я увидел в музее, Тёмный Кирин встал на сторону эльфов и сражался с людьми. Эльфы, как вы говорите, берут меня в плен, клеймят рунами, превращают в Пожирателя, и вот я возвращаюсь и быстро становлюсь новым Верховным, обладающим силой Леса. Неплохой план, вам не кажется? – древний князь перевёл дух. – А, согласно северным пророчествам, эльфы вернутся и я должен их изгнать… Может, они только и ждут, чтобы я сбежал от Пожирателя и стал Верховным? Чтобы они пришли и получили поддержку «ручного» заклеймённого Верховного?
Девушки молчали.
Ганнибал, смотря перед собой, прищурившись, покачал головой:
– Если я Гален Ирде, то не стану никаким Верховным Хранителем, пока не вспомню и не разберусь, что и зачем сделали со мной эльфы.
Послышался мурлыкающий густой мужской голос:
– На самом деле, это логично. Поддерживаю.
Человек-Пожиратель поднял взгляд и увидел высокого исшрамованного человека.
– Я – Тай, – представился тот и протянул Ганнибалу руку. Вересовый князь ответил на рукопожатие. – А это Кайара, – Тай указал головой на золотоглазую девушку. – Думаю, у вас не было времени познакомиться.
Ганнибал кивнул, окинул их двоих взглядом:
– Вы…?
Тай склонил голову:
– Мы – Хранители Леса. Есть ещё третья.
Ганнибал выдохнул:
– Лара…
Тай кивнул:
– Да. Ты помнишь? – он с любопытством и изучающе окинул Ганнибала взглядом.
– Нет. Только временами какие-то образы, отрывки. Ощущения… – князь помотал головой.
– Нам жаль, что всё так происходит, – Тай выглядел очень большим, даже огромным и… безопасным. Как большой пушистый кот, втянувший когти и мурлыкающий.
Воцарилось молчание. Ганнибал снова лёг на сено, закрыл глаза.
Кара придвинулась к большому, безопасному Таю:
– А я – Кара.
Тай окинул её ласковым, заботливым взглядом:
– Я знаю, маленькая. Я давно знаю тебя.
Девушка устроилась у Хранителя под боком, и дальше потекла тишина. Вскоре её нарушил глухой голос Ганнибала:
– Сколько?
Тай поднял голову:
– Что?
– Сколько… я убил людей, пока был… Пожирателем?… – лицо возрождённого князя исказила гримаса. Шестьсот тридцать семь лет он существовал как монстр-людоед! В животе шевельнулось странное ноющее чувство. Ну… хоть сейчас, когда он стал человеком, ему ведь не нужно… есть людей?
Тай печально усмехнулся:
– Мы не считали.
– Сколько женщин?
– Не считали…
– Детей?
От их разговора в животе у Кары всё больше и больше образовывалась жуткая пустота. Ей захотелось заткнуть уши и не слышать ответ.
– Ты не трогал детей.
– Что?! – Ганнибал поднял голову и в отчаянном изумлении посмотрел на Тая.
– Ты не трогал детей, – повторил Хранитель. – Я сам видел… не единожды.
Бывший правитель Севера скорбно улыбнулся:
– Ты пытаешься утешить меня…
– Нет! Мне незачем лгать. Ты не пожирал детей.
Из скорбной улыбка Ганнибала стала потерянной:
– Почему?…
– Возможно, дело в твоём прошлом. Возможно, в чём-то другом. Но в любом случае это говорит о том, что ты, будучи Пожирателем, руководствовался каким-то внутренним чутьём. Обычно они так себя не ведут, – Ганнибал тихо слушал размеренный голос Тая. – И, раз ты, будучи Пожирателем, шесть веков мог себя направлять, то что уж говорить о том, чтобы взять его под контроль, когда ты человек!
Ганнибал улыбнулся бледными губами:
– Звучит обнадеживающе!
Он думал о том, что, возможно, животных хватит для того, чтобы держать неизведанного внутреннего монстра сытым. Тем более, если князь Ирде нужен миру для изгнания эльфов.
– Более чем, – согласно склонил голову Тай.
Кайара, выглянувшая из-за приоткрытой двери наружу, сообщила:
– «Котов» поблизости нет, можно идти.
На удивление, несмотря на происшествие в музее, концентрация стражей Королевского Отдела Тайн на ярмарке оставалась прежней, и вели они себя как обычно.
Хранители, Кара и Князь-Пожиратель благополучно покинули город, и уже возле избушки лесничего их догнала в крысином обличье Лара.
Глава VIII. Наследие
Кара на пороге избушки встретила Рикхарда словами:
– Папа, у нас проблемы. И гости.
Рик, ездивший проверять браконьерскую тропу, вернулся в сумерках, и не ожидал такой новости. Он снял шляпу:
– Ты цела? – лесничий окинул дочь тревожным взглядом.
– Да, я в порядке. Они друзья.
Рикхард прошёл в дом и увидел за столом Ганнибала, девушку в белом, высокого широкоплечего мужчину и большую бурую крысу – она сидела на стуле на стопке книжек.
Девушка встала:
– Приветствую, Рикхард А́рран Гроу! Мы – Хранители Леса, и благодарим тебя и твою дочь за приют!
Рик приложил все усилия к тому, чтобы у него не отвалилась челюсть. Лесничему хотелось думать, что ему удалось сохранить благородный вид перед ликами тех, кого он мечтал увидеть всю жизнь.
Золотоглазая девушка представила себя и своих друзей. Рик сразу признал в ней длиннохвостую неясыть с бело-синим оперением, а в мужчине – могучего огненно-рыжего северного тигра. Вид Лары говорил сам за себя. Подтвердились легенды о том, в каких обликах ходят Хранители по лесу. Рикхард чувствовал, что происходит самый важный и торжественный момент в его жизни. У лесничего дрожали губы, пока каждому из Хранителей он высказывал своё почтение. Крыса что-то проскрипела ему в ответ.
Кайара перевела:
– Лара говорит, что мы наблюдали за тобой всё время, и что нам нравится твоя работа и мы гордимся тобой. Это так.
Тай согласно склонил голову.
Рикхард усилием воли старался унять дрожь в коленях.
– Так… чем я могу вам помочь? – он посмотрел на Ганнибала. Найдёныш выглядел более чем неважно, и у Рика стало тяжело на сердце.
Кайара вздохнула:
– Я представила не всех Хранителей. Этот человек, Ганнибал, как вы его называете, – она бросила взгляд на Князя, тот сидел с устало-безучастным видом, – возрождённый князь Гален Ирде, будущий Верховный Хранитель Леса.
А вот последняя новость Рику не понравилась. Все земли помнили, что устроил последний Верховный, Кирин, и повторения истории лесничему не хотелось.
Ганнибалу, то есть Вересовому князю, это, видимо, тоже не нравилось, он поднял руку и поправил Кайару:
– Не нужно… говорить про Верховного Хранителя. Пока… не нужно.
Девушка-сова послушно кивнула.
У Рика закружилась голова от того, что мысли Кары и его собственные насчёт прошлого Ганнибала оказались верными. Нужно будет срочно рассказать Рокки!
Лесничий смутился:
– Так как нам к вам обращаться, сир?
Легендарный князь посмотрел на Рика пронзительными серебристыми глазами:
– Пожалуйста, называйте меня тем именем, которое вы мне дали, отец, – князь с чувством склонил голову. – Оно для меня сейчас ближе всего на свете, и связано с тем теплом и уютом, которые вы мне подарили.
Сердце Рикхарда подлетело к небесам от такой искренности:
– К-конечно! Как п-пожелаешь, Г-ганнибал! В моём доме ты всегда самый желанный гость!
Не разделяя воодушевления лесничего, древний князь посмотрел на Кайару сумрачным взглядом.
Девушка кашлянула:
– И да, на Князе – проклятье эльфов. Он вендиго.
Рикхард опешил. В «Войне Шипов» Кары ничего не говорится о таком проклятье! И вообще, нигде не написано о том, что князь Ирде был проклят!
Вендиго – страшные голодные духи, обитающие на Севере и приходящие в иные земли Зимой. Ими руководит бесконечный Голод, заставляющий пожирать всяких тварей тогда, когда Ему захочется – может, каждый день, а может, раз в несколько месяцев. И самая лакомая и желанная добыча для них – люди. Вендиго их даже запасают, чтобы было, чем питаться, когда Зима снова отступит на Север.
Рик отёр себе лоб, не сумев скрыть испуг. Вот, вот что за холод он чувствовал у Рокки и во время имянаречения! Это были хлад и глад Пожирателя! Лесничий медленно выдохнул…
– Н-насколько… – он пытался взять себя в руки, – он в-вендиго?
Рик посмотрел на князя с надеждой – ведь людей-Пожирателей не бывает в принципе, значит, возможно, всё не так печально!
Вересовый князь, или Ганнибал, сухо улыбнулся:
– Они пока не знают. Никто ничего не знает, – в его потускневшем, пасмурном взгляде тихо текли невесёлые мысли.
Рикхард воспрял:
– Вообще-то, Рокки много что знает! Нужно обратиться к нему. А ещё, – лесничий успокоился совершенно. – Я выхаживал три месяца новообращённого волка-оборотня – то ещё приключение было! Думаю, и с Пожирателем, если что, смогу помочь.
Князь благодарно сдержанно кивнул.
Лесничий добавил:
– Тогда из людей никто не пострадал.
И поймал себя на мысли, которая, скорее всего, прозвучала и в голове Ганнибала-Ирде: волколюди охотятся на животных, и людей убивают из неконтролируемой звериной ярости. Люди не являются их основной добычей.
Рик мысленно вздохнул: «Поживём – увидим!»
Тай внёс свою лепту:
– Я постараюсь постоянно быть поблизости. И вместе узнаем и разберёмся, какое наследство от Пожирателя досталось князю.
Кайара, почувствовав, что общее настроение в комнате улучшилось, встрепенулась и подмигнула Каре:
– Ну, раз мы так хорошо всё решили, можно ужинать. Я сварила кукурузную кашу!
Все, кроме Ганнибала, встретили эту весть с воодушевлением. Он встал из-за стола:
– Я один. Потом.
Вкус козы стоял у него в горле, а нарождающееся чувство голода, обычного голода, пугало возможностью перерасти в нечто чудовищное.
Ему не стали препятствовать, и Ганнибал вышел, сел на ступеньках крыльца и стал смотреть на сгущающиеся сумерки. Среди деревьев начинал тянуться туман, цветущие заросли мышиного горошка тёмными огоньками украшали пространство поляны перед избушкой. Где-то ухнула сова. Вечерние звуки и запахи закрадывались в душу, кружа голову и питая чувства. Обернуться, обрести свободу и пуститься в ночь… без раздирающего живот голода это желание показалось лёгким и естественным, Ганнибал глубоко вздохнул, наслаждаясь им. Глаза его сверкнули бледным огнём. Тишина, покой, звуки леса…
Лес родной, тянет и манит, он укроет сводом, спрячет в корнях, напоит ключевой водой… в бездумном состоянии блаженства Ганнибал чуть не уснул, падая и падая душой в густые объятия сумерек и тут же просыпаясь, возвращаясь на светлое крыльцо избушки лесничего. Опасно ли это, так засыпать?
Над поляной тёмным стремительным пятном пролетела летучая мышь. Остатки заката плыли над кромкой леса лилово-лимонными отсветами. Ганнибал вздохнул. Ему было слишком хорошо, чтобы что-то думать и делать.
Рядом на ступеньку сел Тай:
– На самом деле, в этом много хорошего!
– В чём? – Ганнибал расслабленно смотрел в лес.
– В том, чтобы оборачиваться в кого-нибудь. Чувствовать себя зверем, ощущать свою силу, дикость, свободу, – Хранитель, сцепив руки, с теплом смотрел на человека-вендиго.
– О чём ты? – усталый древний князь не мог понять, куда клонит Тай, но чувствовал, как внутри что-то с готовностью откликнулось на слова человека-тигра.
– Вот смотрю я на тебя, – мурлыкнул Хранитель, – и вижу, что Лес тебя без дара не оставил. Ты можешь обернуться могущественным зверем. Так сказать, зверем-Пожирателем. Ведь обычно вендиго очень похожи на людей, – янтарный взгляд Тая как будто и правда смотрел сквозь кожу Ганнибала. – А ты будешь иным! Дар оборотничества открывает многое…
Вересовый князь усмехнулся:
– А не выйдет так, что я обернусь и обезумею, как волколюди или упыри, дорвавшиеся до крови?
– Не выйдет, – посмеялся Хранитель-тигр. – Ведь сейчас… ты не чувствуешь ЭТОТ Голод? – Тай склонил голову, сверкнув по-кошачьи взглядом.
– Нет… Не чувствую, – Ганнибал внимательно рассматривал свои ощущения.
– А что ты чувствуешь?
– Хм-м, – князь устремил взгляд в лес. – Слышу как будто Зов. Леса и ночи… Как будто знакомых ощущений…
– Как-никак Пожиратели – это лесные существа. Ты помнишь, каково это – скользить в ночи, тенью, под сенью ветвей, под светом звёзд…
Ганнибал помотал головой:
– Это не плохо – желать этого? Свободы в ночи, всех этих звуков, ощущений?
– Конечно, не плохо! Считай, это неотъемлемая и очень важная часть тебя, будь ты человек или Пожиратель!
– Это… – князь поднял взгляд на Хранителя, – никому не повредит?
– Не бойся, я буду с тобой. Если что-то пойдёт не так, я помогу и подскажу, что делать.
Ганнибал оторопело распахнул глаза:
– Ты предлагаешь мне… обернуться? Сейчас?
Сердце князя подпрыгнуло в диком желании получить свободу и исцелиться под сенью Леса от всех ран, которое оно сегодня получило.
Хранитель оскалился в довольной улыбке:
– А почему бы и нет?! В этот раз я помогу тебе, потом ты научишься оборачиваться сам, по своему желанию.
Ганнибал встал:
– Что для этого нужно сделать?
– Для начала… – Тай склонил голову. – Сними одежду. И ничего не бойся, доверься мне.
Они отошли к деревьям, Ганнибал исполнил веление Тая и встал перед Хранителем, смотря на него немного смущённым, но в то же время жаждущим, пылающим взором.
Тай мурлыкнул:
– Какой взгляд! Не переживай, – он посмеялся. – Я дам тебе то, что ты хочешь. То, что тебе нужно.
Хранитель коснулся лба своего подопечного указательным и средним пальцами, сведёнными вместе:
– Пробудись!
Ганнибалу было больно только одно мгновение – в сердце, а затем он почувствовал, что стал гораздо больше, шире и глубже, чем до этого. Он вдохнул огромную свободу.
Глава IX. Свобода
Тай, довольный, ухмыльнулся:
– Неплохо, да? Как ощущения?
Верхушки деревьев стали ближе, травы и кусты – ниже, ноги и руки – сильнее, и всё тело Ганнибала заливала бездонная мощь.
Князь обвёл взглядом поляну:
– Мне нравится! – выдохнул он. На голове чувствовалась некая естественная тяжесть. Как и по телу… естественная лохматость. – О, Север, я что?
Ганнибал посмотрел на свои руки – вместо них сверкнули в полумраке когтями тощие чёрные лапы, ужасающе похожие на человечьи.
Тай рассмеялся.
– Да! Ты что, даже не понял? Ты превратился! – Хранитель довольно заурчал.
– Надо же… – Ганнибал обернулся и махнул длинным волчьеподобным хвостом, переступил ногами, ощущая на пальцах когти. – Как я выгляжу?
Он посмотрел на свою грудь и увидел густую, грубую, будто львиную гриву.
– По-королевски! – муркнул Тай. – Эдакая смесь Пожирателя, волка и сохатого. Ни один вендиго до тебя не мог похвастать таким обликом!
Ганнибал медленно коснулся пальцами своего лица, – или морды? – пытаясь вспомнить, как выглядят вендиго. Вытянутая морда. Щёлкнул челюстями – ну и клыки! У Ганнибала побежали мурашки по спине от осознания своей дикости и мощи. Пошевелил ушами, прижал их, поднял. Сколько звуков и запахов! Поджав передние лапы к груди, он сделал несколько шагов, подавшись телом вперёд, как древний ящер. Фыркнул:
– Пьяняще!
Он рычаще рассмеялся и мотнул головой. Рога! Точно, у него на голове рога!
С крыльца избушки донёсся восхищённый возглас Кары:
– Папа, он красивый!
Ганнибал повернул морду к избушке – на крыльцо вышли Кайара, Рикхард и Кара. Лара тёмным бугорком сползла по ступенькам на землю. Ганнибал понял, что видит всё гораздо чётче и ярче. Более того, он ясно чувствовал, что на крыльце – живые существа, которых можно съесть. Но ему не хотелось. Пока не хотелось. Осторожно ощупывая свои чувства, он вдохнул запахи людей, донесённые ветерком. Всё хорошо. Он не хочет броситься на них очертя голову.
Прозвучал голос Кайары:
– Проверка прошла успешно. Поздравляю, Князь! В этом обличье ты спокойно относишься к людям!
Ганнибал подумал: «А могло бы случиться иначе?» Нет, здесь Хранители, они бы не позволили чему-то подобному произойти. Тем более что возрождённого князя не гнали вперёд Голод и боль, как на ярмарке. Сейчас он превосходно себя чувствовал и внимал всем ощущениям и звукам, нахлынувшим на него. Это было пьянящее ощущение богатой лесной жизни. Шорохи, шёпоты, дыхание ветра…
Ганнибал посмотрел на Йару. Сейчас, находясь в зверином обличье, он видел её как туманный свет, обретающий одновременно форму совы и одновременно – человека. Ганнибал сосредоточился и представил Кайару человеком – и увидел её такой. Перевёл взгляд на Тая – светящийся то ли тигр, то ли человек. Пусть будет человек. Лара… над землёй снопом искр горел золотой огонь, яркий и сильный, более яркий, чем свет Кайары и Тая. У него не было формы, просто пламень.
Ганнибал сосредоточился и увидел силуэт женщины, вросший в землю, могучий… Он тут же пропал, видение развеялось.
Князь вздохнул:
– Что это было?
Лара подбежала к рогатому существу:
– То, что ты видишь нас как духов, это нормально, – она села на задние лапы. – Только не смотри так слишком долго, устанешь и потратишь силы. Ты научишься смотреть на вещи и существ так, как захочешь. Сейчас же – иди и просто погуляй с Таем.
– Я понимаю, что ты говоришь?! – князь удивлённо повёл ушами.
– Да, в таком обличье ты меня слышишь, – кивнула Лара. – Это нормально.
Тай рыкнул:
– Я почти готов! – Хранитель прыгнул и в воздухе обернулся мощным матёрым тигром. – Пошли! – рявкнул он.
Существо, в которое обернулся Ганнибал, глубоко вздохнуло и, переступив ногами, опустилось на четыре лапы. В этом движении было нечто прекрасное и одновременно очень жуткое, завораживающее. Кара не могла отвести взгляда от посеребрённого месяцем силуэта, величественного и пугающего. Белая, как череп, морда отвернулась от девушки, существо и тигр уплыли в чащу леса вместе с густым холодящим туманом.
Йара зябко повела плечами:
– Кара, пойдём в дом! Я хочу пить чай и есть малиновое варенье!
На плечи девушки-совы лёг плащ Рикхарда.
– О, ну что вы! – она откинула с плеча прядь лунно-светлых волос и улыбнулась лесничему. – Не стоило!
Рик пожал плечами:
– Давно бы сказала, что замёрзла! – он посмотрел на залитую туманом и лунным светом опушку. – Пойдёмте.
Люди прошли в дом, звери пустились в чащу, а на том месте, где сидела Лара, уже никого и ничего не было.
* * *
Ганнибал глотал туман, как кисель. Дышать ночной свежестью было так сладко! Холод поднимался от земли, от камней, смешиваясь с тёплыми потоками воздуха, оставшимися от прогретого летнего дня. Над головой – ветви и звёзды, и собственные рога. Под лапами – мхи и камни, сухие стволы, кусты, заросли и кочки. Родник! Ганнибал со всей силы резко провалился в него передней лапой, соскользнув с камня.