Попроси меня. Т. I

К слову сказать, в зороастризме интересно то, что, в отличие от египетского монотеизма, который был примитивен простой диктатурой условия, это первое после евреев и достаточно прогрессивное для того времени идолопоклонства монотеистическое учение со спасением посредством «Спасителей», пророчествами и в каком–то смысле неким триединством, составляющим верховную триаду в семерке Амеша Спента («бессмертные святые»): Ахура–Мазда — Господь Мудрый (Владыка Мысли), Воху–Манны — Благая Мысль и Аша–Вахишта — Лучший Распорядок, то есть гармонии мира, на поддержание которого должны быть направлены усилия человека, что, в свою очередь, неафишируемо подводит к изучению предмета и культивированию знаний. Как не без основания указывают исследователи, зороастризм появился в 1200–1500 гг. до н. э., вплоть до 1700 г. до н. э. (последнее более предпочтительно), на территории, охватывающей юго–восточную часть Европы и азиатские степи, то есть на территории следования с севера и расселения племен индоевропейцев, ещё не смешавшихся с другими этносами и потому представлявших единую культуру с аркаимской. Зороастризм прославляет гимнами Мудрого Творца, создателя мира, Мазда–Ясна, что означает Мудрость, Истину, Чистоту, символом которого является огонь. У Мазды множество имен: Истина, Разум, Ученый, Святость, Сильнейший, Всевидящий, Целитель, Создатель, Творец, Покровитель, Всезрячий и т. п. Основатель этого вероучения носил имя Спитама Заратустра. Любопытно, что если взглянуть на его имя под призмой русского языка, можно обнаружить интересные ассоциации. Некоторая игра букв рождает фразу «спи там заря.у.тра», что интерпретируется как «Спящая утренняя заря». Иными словами, это можно понимать как «рассвет бога Солнца», «Аврора» — оживление природы в её тихой, безмятежной фазе. Или же, это кажущееся движение вперед, осуществляемое при неподвижности, посредством магии, созидание через отрицание, и, в конечном счете, глубокий сон целостности, наполненный блаженным состоянием фантазий и сновидений.

Возможное имя провозвестника «нового» учения является весьма показательным фактором обращения к нему, причем после принятия пьянящего напитка «бога» Ома под маской бога–творца. (Действие пьянящего напитка идеализируется также в индуизме; кроме этого, известно, что в индуизме существует практика употребления галлюциногенных грибов).

Зороастризм исповедует, что всё вокруг сотворено богом Маздой, но в то же время это сотворение было подобно рождению «от семени Аши». Зороастризм разделяет бытие человека на счастливое и несчастливое, людей — на чистых и грешных, провозглашает защиту по вере в бога Мазду и собственной чистоте. Человеческий грех очищается посредством принятия веры, ибо «Вера Маздаяснийская искупление дает». Всё окружающее человека — дом, огонь, вода, земля, растения, животные, непосредственно сами люди, а также звезды на небе — очищаются специальными — для каждого случая отдельными — молитвами и ритуалами. Состояние верности, вложенной в человека Богом, копируется договорными отношениями. Зороастризм регламентирует деловые связи между людьми на договорных началах, за нарушение которых налагаются тяжелые физические наказания (как правило, удары конским бичом, которые доходят до нескольких сотен раз). Очевидно, договорная система должна стать благоденствующим творчеством через закон и служить залогом успешного существования общества, поскольку является основой равноправия, будучи отражением равенства всех частей достоинств гармонии, подразумевая, что в равенстве никто не будет заключать невыгодный для себя договор, с одной стороны, с другой, договорной принцип между людьми служит символическим переносом договорных отношений между людьми и богом Маздой, а тяжелые наказания показывают, что ждет того человека (общество) за отступничество. Строгость наказания присутствует и в противоправных действиях между людьми, и в бытовом общении, причем, что характерно, наказание за причинение вреда животному гораздо большее, чем за причинение вреда человеку (например, до 200 ударов за покушение на жизнь, за ранение, за случайное или преднамеренное убийство и прочее, и те же самые 200 ударов за кормление дурной пищей овчарки, до 500 — за убийство щенка, 600 — за прохожую собаку, 700 — за сторожевую собаку, 1000 — за ежа и 10 тысяч — за «водяную собаку» — возможно, выдру). Такая парадоксальность наказания отвечает взглядам Люцифера («–») на человека. Человек — наиболее ценная часть творения Бога, соответственно, в глазах Люцифера («–») самая пренебрегаемая, низшая среди животного мира, поэтому к человеку у него двойственное отношение, с одной стороны, он завлекает человека обретением счастья благополучия, с другой, опускает его чуть ли не на низшую ступень в иерархии мироздания. Это наглядно подтверждается именем Мазды — Стадный (или Владыка стад). Оно подчеркивает определенный тип духовной силы: лидера, наделенного колоссальной физической мощью и инстинктами, но ограниченного в мышлении. Вследствие чего, к интеллекту, превосходящему его собственный, он относится с подозрением и отторжением, как к чему–то инородному. В зороастризме присутствует легенда создания счастливого общества путем жесткого отбора на основе физических данных (по принципу выбора животных) и отгораживания своего мира (Вора) от окружающего (то есть построение целостности; история Йима), и, что интересно, толчком этому послужила надвигавшаяся суровая снежная зима (или зимы), возможная только на Среднерусской равнине. В сказаниях о борьбе между дэвами, сочетающих черты Божественного Создателя и Люцифера («–»), говорится о нисхождении злого духа с северных земель. Утверждается, что этот дух обладает способностью к созиданию и дарует благословение своим последователям. Также, совмещая позицию Бога–Творца и Люцифера («–»), бог Мазда ненавидит своих «конкурентов» — колдунов и ведьм, но целительство — от врачевания до чтения мантр — приветствуется, последнее более всего. Солнце и огонь почитаются, поскольку они дают жизненные силы, притом огонь превозносится как сын Мазды. Провозглашается «Целостность» (гармония), которая поражает зло (дэвов). Предвкушается приход «Спасителей», «Преобразователя Мира» и «бессмертного Оживителя».

Географическое место рождения зороастризма для исследователей спорно, но в «Авесте» существуют прямые указания на северные широты Земли, говорившие о территории современной России. Одним из них является легенда Йима, другим — отрывок из «Видевдат»: «Во–первых, наилучшую из стран и мест обитания я, Ахура–Мазда, сотворил: Арианам–Вайджа с [рекой] Вахви–Датией… Десять месяцев там зимние, два — летние (по некоторым рукописям — семь зимних месяцев и пять летних — прим. Виноградовой), и в эти [зимние месяцы] воды холодные, земли холодны, растения холодны там в середине зимы, там в сердцевине зимы: там зима [когда] идет к концу, там большое половодье»46. Бесспорной апелляцией к «Видевдат» является следующий фрагмент «Меног–и Храд» («Рассуждения Духа Разума», позднее религиозно–этическое сочинение): «Дэв зимы дольше [всего] правит в Эранвеже, и из Авесты известно, что в Эранвеже — десять месяцев зима, а два — лето. Но даже [в] те два летних месяца [там] холодная вода, холодная земля и холодные растения, и зима — их враг… и достоинства [Эранвежа] в том, что жизнь людей [там] 300 лет, а коров и овец — 150 лет. Боли и болезней у них мало, они не лгут, не плачут и не стонут… Закон их — добро, а вера — главное учение маздаяснийское. И когда они умирают, они праведны…»47. Этот фрагмент сложен в результате отождествления Эранвежа с блаженной обителью Йимена внутри Воры, но, так или иначе, приведенные места из «Авесты» достаточно ясно указывают на территорию Восточной Европы. Кроме этого, в «Авесте» употребляется выражение «арийские страны», что, ещё раз наводит на Восточную Европу, на которой, словно страны, оказались разбросанными славянские племена, а само понятие «Арианам–Вайджа» дословно означает «простор ариев» или «арийский размах».

В «Авесте» («Видевдат») существует ещё один любопытный фрагмент, указывающий не только на северные широты, но и на нечто большее, что с этим связано: «Наилучшую из стран и мест обитания я, Ахура–Мазда, сотворил [страну] у истоков Ранхи, где проживают не имеющие голов. Тогда этому в противовес состряпал Анхра–Манью многопагубную зиму, дэвовское творение, и правителей [из народа] „таожья“»48. Переводчики чаще всего интерпретируют первую строчку так: «…которая управляется без правителей», но дословный перевод именно «люди без голов» («безмозглые бошки» — язык простонародья), хотя это и не отрицает вариант интерпретации. Это трудно понять, не осознавая принципы гармонии, в которой умственное движение затормаживается. Вторую строчку переводчики интерпретируют как «чужеземных правителей», но в таком случае это входит в противоречие с интерпретацией первой строчки. Поэтому здесь Заратуштре дух передал мысль следующего порядка: на севере, где властвует зима вперемешку с летом, существует мой народ, поклонник принципа справедливости, чистоты природы, целостности бытия, у них суперсложная система сочетаемой несочетаемости в виде равноправия–демократии с присутствием в ней правителей в образе управляющего совета из того же народа. В данном описании речь идёт о северных народах и один в один соответствует Великому Новгороду, а также славянскому этносу, где был распространён вечевой принцип. В Великом Новгороде исторически существовал демократический уклад, и город расположен у истоков реки Волхов.

Наконец, «Авеста» приоткрывает происхождение названия «арии» в интерпретации «приближенные к богу». Ещё в XIX в. исследователями выдвигалась мысль о появлении этого понятия от глагола «арать», что означает «пахать» (то есть «земледелец») или «передвигаться» (то есть «кочевник»). Однако данная версия впоследствии была отвергнута как неубедительная. И напрасно, ведь даже в древних текстах «Ригведы» встречается слово «ар», обозначающее «земля» или «почва». Чтобы уловить связь между почвой и божественным началом, необходимо принять во внимание особенности того исторического периода. Проживавшие на севере индоевропейцы входили в контакт с «богом» Омом, оформившийся затем в религиозное мировоззрение, а уже из этого мировоззрения вышла ветвь зороастризма, в принципе, своей сущностью не сильно отличающаяся от прежней, изменялось имя бога, понятие бога как творца Вселенной и непосредственно сами молитвы–мантры. (Примечательно, у так называемых древних славян в зороастризме, индуизме и даже до современного времени, как и у многих других древних языческих традиций, была распространена практика трупосжигания, что означает отдание тела огню по представлению очищающего свойства, то есть отдание абсолютной истине, которая посредством очищения тела принимает душу.) Самое главное — отношение к мироустройству общества не изменилось, то есть понимание, что хорошо и что плохо. Вся закономерность принципа мистицизма состоит в удовлетворении животных инстинктов — побольше есть, подольше спать и быть превосходнее других, то есть первым среди всех. Поэтому в более поздние века класс воинов добывал себе всё это оружием, а в начальной истории расселившегося человечества ещё некого было завоевывать, и все блага и почести или просто существование должны были добываться собственным трудом. То есть в первые времена была ситуация: кто трудится, тот существует и даже может иметь избыток, то есть всё — значит, он лучший, а соответственно, обладает первенством–достоинством, и потому он чист, поскольку, кроме имения, он входит посредством труда в контакт с чистой природой, соединяясь с ней, следовательно, он ближе к богу — и чем больше общество трудится на принципах равенства, чем больше оно входит в принципы взаимодействия противоположностей, как в среде живых, так и в среде взаимодействия живого и неживого, из которого взращивается новая форма, тем больше оно справедливо и, соответственно, отражает принципы гармонии, приближается к богу. Поэтому для всех древних людей, в том числе и индоевропейцев на севере, труд становился атрибутом возвышенности. Другими словами, понятие «арии» означало «лучшие», «чистые», то есть первые достойные совершенства трудящиеся–ударники, что приближало к богу, обожествляло. И это качество отвечало принципам равенства и справедливости в системе гармонии и даже не противоречило самой метаморфозе появления из ничего, поскольку для Ома человек — ненужная часть природы, «ничто».

Если Бог создал для человека хорошие условия существование при его благословении, то сатана открывает свою истину — ты, человек, идеально приспособлен для того, чтобы самому добывать себе всё необходимое и сверх того, и чем больше ты трудишься, тем более становишься независимым, приближаешься ко мне — эталону независимости, — зачем тебе какое–то непонятное благословение, ты сам себе лучшее благословение!

Отношение необходимости труда для блага хорошо прописаны в «Авесте», в «Видевдат», где Мазда перечисляет все приятное ему. Когда человек почитает своего бога Мазду, когда «муж праведный да возведет дом, где огонь, где молоко, где жены, где сыновья, где добрые стада»49 (пер. В. Ю. Крюковой), «где больше всего возделывает… хлеба, пастбищ, растений, в пищу пригодных, где, если [земля] безводная — орошает, если заводнённая — осушает»50, «кто хлеб возделывает, тот возделывает Истину. Тот Веру маздаяснийскую вперед продвигает; тот Веру маздаяснийскую приумножает сотней поселений, тысячью укреплений, мириадом молитв. Как быть зерну — так дэвы вспотевают; как молотят — так дэвы исходятся; как толкут — так дэвы завывают; как замешивают — так дэвы пускают ветры. Здесь пусть [оно] пребывает, чтобы выбить этому тесту дэвов из дома, чтобы в пастях [у них] зажгло так сильно, что видно, [как они] удирают [оттуда], где зерно в достатке»51. Другими словами, если переносить это положение на обитателей Восточной Европы, открывается следующая картина, когда их бог говорит им: «Если будете в состоянии „ар“, будете чистыми, будете ближе ко „Мне“, „Моими“, и, соответственно, чем больше, тем лучше».

Поэтому, подводя итог всему, прозвавшись кочевыми пастухами и земледельцами, индоевропейцы стремились выполнить основную задачу по очищению своего общества от скверны, обретению истины и приближению к богу. Эта установленная связь с «Небесами» оказалась настолько успешной, что спустя тысячелетия они предпримут попытку возвращения к истокам, особенно в рамках празднования Первомая, стремясь к созданию духовно чистого сообщества выдающихся тружеников: земледельцев, животноводов, металлургов, исследователей новых земель и космического пространства. Иными словами, это будет общество мастеров–новаторов, людей–героев, провозглашающих всеобщее достоинство и равенство, стремящихся к гармонии существования и вновь обретающих черты изначальной арийской божественности. (Похожая ситуация, к примеру, наблюдается в Шумере, где, чтобы заставить человека трудиться, считалось, что его труд кормит богов, без которых он, соответственно, не может существовать.)

Таким образом, перед исследователем предстает, что Заратуштра был членом общества принадлежавшего к арийскому наречию и являвшегося прямым предком русских южных поселений, ставших впоследствии казачеством. Новое же учение о боге Мазде как о родительном творце взамен сложившегося сакрального представления о «боге» Оме с мировоззрением чистого рождения Вселенной и всего в ней, общество не приняло (это как иудаизм и христианство). Заратуштре пришлось бежать и совершить миграцию к другим, более южным народностям, на территорию будущего Ирана, где зороастрийская вера распространилась. Вскоре там появилась первая практика возведения священных башен, в которых горел огонь, символ «нового» бога, Господь Творец — Гармония Мира.

Существуют утверждения, что Заратуштра окончил свои дни где–то на территории южной оконечности нынешнего Волгограда. По крайней мере, современные огнепоклонники и гуру иногда проводят свои ритуалы в потаённом месте, в пойме за Светлым Яром, где якобы похоронен их пророк. Это вполне вероятно — по желанию в конце жизни вернуться к месту своей молодости, своего народа. Кроме того, судя по всему, зороастризм был распространен на южных территориях Европейской России. Об этом свидетельствует открытие на берегу Дона, вблизи Волгограда, в природном парке «Донской», гигантского храма зороастрийцев. Радиоуглеродный анализ артефактов показал возраст храма: три даты в пределах XV–XIII вв. до н. э., и шесть дат скифского периода — VII–IV вв. до н. э.

Переселившись на новую территорию, Заратуштра перенёс туда, соответственно, и положение, что он из племени ариев, то есть приближенный к богу, первенствующий. Поэтому все его последователи таким образом также становились арийцами. Образовавшийся зороастризм — арийство — способствовал объединению племён и зарождению государственности, где посредством природы «Закон–Гармония» произойдет возникновение множества наук об окружающем мире. Уже в более поздние времена «ариец» станет означать «благородный», «следующий Благой (Вере)», «зороастриец», «иранец», наконец, этноним превратится в политическое значение: Иранская империя, Царство ариев («царь Эрана и Анерана», то есть царь ариев и неариев), термин «эран» станет широко использоваться в новой титулатуре чиновничества, в топонимах, в религиозной и политической культуре.

P. S. В зороастризме Ом предпринял попытку слиться с Богом–Создателем (в отличие от менее успешной египетской религиозной модели), разработать собственную доктрину спасения человечества, тем самым создав параллель с еврейским спасением: существует Бог–Творец и грядущие Избавители, призванные объединить две религии. Сходства и параллели очевидны. Исключением является лишь обманчивая сущность Люцифера («–»), поддерживающего иллюзию целостности, что проявляется в атмосфере формализма, напоминая мистический иудаизм, также принявший форму легализма. В то же время, как параллельный еврейскому учению, зороастризм неслучайно появился именно в этом народе, который своею сутью стал вторым евреем, но с отрицательным вектором направленности: приближенные Богом евреи — обожествленные арии–русы, — евреи, несущие миру знание дисгармонии Вселенной, — арии–русы, свято блюдущие мировоззрение гармоничности Вселенной.

Кроме перечисленных мистико–философских учений, к началу новой эры у разбросанных по земле племен и народностей был сильно распространен шаманизм — общение с различными духами, ясновидение, целительство для чего требуется изменение сознания, которое достигается путем барабанного боя, грома трещоток, пением, пляской и в некоторых случаях применением галлюциногенных средств. В некоторых цивилизациях, наряду с развитием познания мира, будущей науки, сразу же происходила её духовная подмена. Так, астрономия — наука о небесных телах и проявлениях — была подменена на астрологию — «науку», пытающуюся предсказывать что–либо на основании расположения на небе звезд. А уже в VI в. н. э. возник ислам, который впоследствии широко распространился в Азии и Африке. Изначально восприняв прогрессивную идею единобожия, основанную на еврейской Торе, он, однако, в рамках сектантской интерпретации закрепился в позиции жесткого закона. Кроме того, в исламе существует обряд поклонения Каабе — кубическому камню, что является формой почитания бога Солнца через символический круг, возникающий при движении вокруг объекта поклонения. Черный цвет камня, которому поклоняются как богу, олицетворяет падшую твердость и символизирует закон–тюрьму, подчёркнутую кубической формой. Этот же феномен цвета и формы отражает интерес к науке, но в её гипертрофированной форме, что приводит к поклонению научному знанию, воспринимаемому как магия природы. Примечательно, что учение, в качестве официального символа избравшее полумесяц, знак, традиционно олицетворяющий гармонию мироздания, то есть ислам, противостоящий огнепоклонникам, приверженцам мировоззрения гармонии, приняло эмблему, выражающую ту же гармонию… В завершение, в мусульманстве существует Священное Писание — Коран, содержащее значительный объём морально–этических норм, а также доктрину борьбы и очищения посредством аскетизма. Причем, чем интенсивнее аскеза, тем лучше, вплоть до самопожертвования на пути приближения к божеству. Соответственно, внутренняя платформа религии поощряет стремление верующих к самообожествлению.

Бог сотворил мир и всё живое в нем, включая человека, и потому он дорог Ему, поскольку человек есть произведение высшей мудрости Бога, воплощение и продолжение Его основного качества — творить. Ослушание человека Бога и вхождение тем в животное состояние в глазах Бога является непотребством, нехорошим свойством исполненного сосуда — это как изумрудная чаша с трещиной, она хороша, но её место на свалке, поскольку Бог не делает и не выносит брака. Однако изготовленная чаша из драгоценных свойств, способная творить, слишком дорога для Бога, чтобы её выкинуть, поэтому Бог Сам заделывает образовавшуюся трещину, причем по закону бытия Его отражение следует за Ним, то есть привлекает к этому действию непосредственно сосуд по мере его творительных возможностей, учитывая, в каком безруком (животном) состоянии он находится.

Спасение сосуда несет смысл его оправдания; сосуд невиновен, он таков, каким его сотворил мастер. Поэтому оправдание достигается через акт переноса ответственности и наказания на виновного — «безрукого» мастера. Вместе с тем, оправдание сосуда является фактором Божественного проявления через творение, не волшебства. Поэтому, с одной стороны, избранный сосуд, воплощающий общие недостатки всех сосудов, в самом акте принятия несет созидательную функцию. С другой, против своей воли сосуд не меняется, но только через личное созидание, осознанное принятие творения Бога — оправдание. Иными словами, изменение происходит благодаря взаимному единению.

Оправдание человека является актом его прощения, когда грех должен быть истреблен вместе с его носителем. Теперь, чтобы Бог не противоречил Сам Себе, грех человечества должен быть искуплен личностью, которая произведет замещение гибели человеческой души. Эта личность должна нести в себе олицетворение всего человечество, то есть творящую способность мира, являвшейся отображением творящей способности Бога, то есть личность должна нести олицетворение и человека, и Бога.

Поскольку Бог — это абсолютное совершенство, чистота, творчество, Он не принимает ничего несовершенного, затемнённого, поэтому соединение с Богом возможно либо в состоянии абсолютного совершенства, достигаемого исполнением закона, что невозможно, либо в состоянии чистоты, получаемой через очищение и проявленное затем в общем процессе движения творчество.

Спасение человечества Бог стал осуществлять ходом самой истории, для чего заключил завет–соглашение с одним народом. Он для осуществления Своего замысла подверг этот народ преодолению непреодолимых, с точки зрения обычной логики вещей, препятствий, чтобы после никто не мог сказать: «Такого не было».

Путь спасения человека осуществляется поэтапно: сначала происходит Божественное откровение, когда Бог являет Себя, донося до сознания человека истину о его греховности, об отделении от Него. Подчеркивается, что грех, согласно закону, подлежит уничтожению. Ключевым моментом является искупление, осуществляемое через явление уникальной личности, приводящей закон в действие. Человек обретает спасение, хотя его внутренняя природа остается неизменной, но создаются условия для уничтожения греха. Человек, наделенный Божьей способностью к творчеству, принимает и соглашается с деянием Бога–Творца. Это есть творческий порыв. Человек, принимая Божественное творчество, становится сотворцом, активно участвуя в преображении. В результате устанавливается единство между человеком и Богом, разрыв между ними устраняется, и грех окончательно исчезает.

История спасения человека начинается с обращения Господа к некоему Авраму (означает «отец (его) возвышен», имя дано в честь языческого культа бога Луны, но самим Богом использовано в Свою сторону, где под словом «отец» может подразумеваться Бог), проживавшего в языческом вавилонском городе Ур примерно за 2000 лет до н. э., чтобы тот шел в плодородные Ханаанские земли, расположенные на средиземноморском побережье Передней Азии, и пообещал, что все эти территории достанутся его потомкам. Взамен Аврам и его род должны были поклоняться исключительно Ему — Господу, который дал ему новое имя — Авраам (означает «отец множества народа»), чтобы окончательно порвать с языческими истоками.

Территория, на которую пришел Авраам, — к западу от реки Иордан, южная часть восточного побережья Средиземного моря, с расстоянием 241 км — имеет первичное название по расселению на ней 11 племен потомков Ханаана, сына Хама. Впоследствии при появлении здесь филистимлян стала носить общее название Хананеи — для любого народа этой местности не израильской принадлежности. Принцип существования хананетян — города–государства. Они верили в гармонию бытия, был развит чувственный культ мистического обновления, практиковалась ритуальная проституция, возводились священные столбы, деревянные изображения богини Атират. Существовало смутное представление о некоем загадочном Боге Эле, имя которого они остерегались произносить и поклонялись Ему как «отцу человека», но это понятие всё больше размывалось различными суевериями и наконец было полностью заменено на неопределенное значение Ваал, что означало «Владыка». Ваал стал главой всего пантеона и носил характер бога плодородия. На территории Хананеи присутствуют все виды климата и почв — плодородная равнина, песчаная пустыня, каменистые пустыни, леса, горы, озера, реки. Из–за расселения на этой территории филистимлян (означает «земля странников»), пришедших сюда волнами с острова Крит, территория стала зваться Филистия, что уже со временем трансформировалось в Палестину.