На сломе эпохи (1993 – 2005 годы)
- -
- 100%
- +
Заканчивая нашу беседу, хочу спросить: почему Нурсултан Абишевич, все-таки нужно принимать Конституцию референдумом?
– Вынесение проекта Конституции на референдум будет вполне естественным и закономерным решением, поскольку именно народ является единственным источником государственной власти и носителем суверенитета. И пусть теперь граждане сами решат на референдуме, какую Конституцию Казахстана они хотят. Только в этом случае она будет подлинно народной. Только в этом случае можно будет говорить о том, что наша новая Конституция – это правила поведения для власти, установленные обществом. Именно всенародное голосование исключает всякую возможность келейности, влияния групповых и местнических интересов, всякого рода лоббирования, которые неизбежны, пойди мы парламентским путём или иным путём осуществления конституционной реформы. Таким образом, для меня нет никаких сомнений в том, что принятие новой Конституции на референдуме – единственно верный и единственно возможный путь.
– Да, такую Конституцию можно принять только при вынесении на референдум. Народ, который раскалывается обострившимися внутренними противоречиями, перенесёт их в любой представительный орган. А у него уж будет возможность превратить их в непримиримую дискуссию, итогом которой будет очередной компромисс. И он пять кого-то не удовлетворит. Исполнительной власти проще написать свой проект документа, для успокоения мировой демократической общественности провести обсуждение его в народе (итоги которого, заметим, будет подводить опять та же самая власть) и позвать всех к избирательным урнам. Голосовать по принципу «лишь бы отвязались» нас уже приучили. Форма демократичная, а суть… Но другого ждать пока не приходиться.
– Страна должна иметь зрелые традиции и культуру парламентаризма, развитую систему многопартийности и, самое главное, воспринимающее всё это сознание широких слоёв населения. У нас сегодня этого нет.
– Большое спасибо, Нурсултан Абишевич, за откровенную беседу. Возможно, я был несколько резок в своих оценках. Это не от личного к Вам отношения, а от боли за происходящее на моей Родине.
От редакции газеты «Кустанай»
Конечно, такую беседу мы пока не смогли организовать. Но слова нашего корреспондента – подлинные, как и слова Президента. Для этого достаточно посмотреть текст его доклада на второй сессии Ассамблеи народов Казахстана 30 июня 1995 года. И еще. У нас были сомнения, стоит ли публиковать эту «беседу», верно ли поймут её люди из президентского окружения, не увидят ли они какой-то подвох. Но, взвесив все «за» и «против», мы решили материал опубликовать. Считаем его проявлением того, что мы живём, всё-таки, в демократическом государстве. Не хотелось бы ошибиться в этом.
«Кустанай», 22 июля 1995 г.
День, не отмеченный в календаре. 7 ноября: красная дата, от которой каждый краснеет по-своему
Из какой точки полнее, объективнее можно оценить историческое событие? Чьими устами истина, родившись из слияния различных правд, явится человечеству в своей неоспоримой абсолютности? Если это возможно, то через сколько лет охлаждаются эмоции людей, чьи судьбы оказались ущемлёнными катастрофическим надломом действительности?
Этими вопросами невольно задаёшься в канун 7 ноября, через 78 лет после октябрьского переворота в Петрограде. Событие, которое действительно положило начало новой эпохи в жизни землян, как бы мы ни оценивали его положительные и отрицательные последствия. Неужели ещё не настала пора взвешенно, без идеологического надрыва и КВНовского ёрничания вглядываться в дела минувших лет и найти там отражение дня сегодняшнего?
Земля, приняв в себя сотни тысяч человеческих тел, изорванных взрывами снарядов, пробитых равнодушным свинцом, давно уже всех уравняла. «Белых» и «красных», богатых и бедных, членов всяких временных правительств и совнаркомов. Однако кое-кто сегодня поднимает их из могилы, опять расставляет в шеренги, идущие друг на друга в штыковую атаку, и надеется совершить невозможное – поменять местами победителей и побеждённых. Цель одна – оправдать нынешний расцвет загребущего инстинкта.
Об октябре 1917 года можно судить по серии фильмов о Ленине, можно – по «Окаянным дням» Ивана Бунина. Сегодняшние дни тоже по-разному видятся глазами преуспевающего бизнесмена или классного инженера, вынужденного зарабатывать на жизнь торговлей. Всё это есть правда о разнообразной, противоречивой жизни людей. По меньшей мере, не серьёзно, – сложившиеся изменения в обществе, вызревавшие в нем десятилетиями, сводить к якобы бандитскому захвату Зимнего дворца или упразднению по пьянке Советского Союза в Беловежской Пуще. И уж совсем не солидно для государства, претендующего на демократическое устройство, вычёркивать из календаря событие, которое положило начало реальному участию в своей судьбе того самого народа, именем которого сейчас размахивают все политики.
Умерим эмоции, обуздаем идеологические страсти и хорошо подумаем над смыслом слов, которые употребляем. Неужели мы и сейчас желаем не того же, что хотели получить миллионы людей в России 1917 года? Мира, хлеба, стать хозяевами результатов своего труда? Мир для нас за последние годы стал очень хрупким, хлеб для многих труднодоступным, а труд из общественно полезного стал настолько частным, что не перестаёшь удивляться, как при таком общем количестве труда вообще можно иметь хоть какой-нибудь «хлеб». Наверное, только взяв у кого-то взаймы. Мы этим возмущены. Мы такого терпеть не можем. Мы часто говорим о какой-то зреющей беде. Так почему тогда мы отказываем в разуме своим предкам, которые шли к Стеньке Разину и Емельяну Пугачеву, записывались в отряды Красной Армии? Что это вдруг мы перестали петь «тебя называли Орлёнком в отряде» и, вспомнив, как «комиссары девочек наших ведут в кабинет», пожалели, что это не удалось корнету Оболенскому и поручику Голицыну? Может лучше посмотреть, кто сегодня уводит девочек у умных, но не богатых мальчиков? И не появятся ли среди них в ближайшем будущем «орлята»?
Когда-то земля уравняет и теперешних бедных и богатых, орлов и ползучих гадов, прямоходящих и пресмыкающихся. И обязательно будут горячие споры о нашем времени, о наших мучительных исканиях, горьких ошибках и радостных победах. Хочется надеяться, что нынешнему поколению потомки наконец-то выразят признательность за то, что мы по совести оценили причины кровопролития в революции начала 20 века и не допустили его в конце третьего тысячелетия
«Кустанай», 4 ноября 1995 г.
1996 год
«Конструктивная оппозиция»: блеск или нищета?
Недавно в Алматы прошёл 21 съезд Соцпартии Казахстана (СПК). В политическом спектре нашей республики политологи отводят ей место «левого центра». Редакция уже не раз представляла на своих страницах различные партии, действующие в Казахстане и имеющие свои организации в нашем городе. Но читатели знакомились в основном с их программным положениями и мало знают о том, как партии оценивает текущие события в Казахстане, как практически участвуют в реформировании общества. Социалисты относят себя к «конструктивной оппозиции» и, очевидно, читателям будет небезынтересно узнать, в чем же конкретно эта оппозиционность выражается.
Начну свой рассказ с того, что съезд социалистов вызвал большой интерес у казахстанских политиков. И дело не только в том, что уже более полугода поговаривали о предстоящем расколе в партии, который наверняка бы привёл к её распаду. Просто у многих в памяти осталось неожиданное решение Соцпартии об отказе участвовать в выборах парламента. Не бойкот, который более понятен обывателю, а именно принципиальный уход от выборов, как не имеющих никакого смысла. Прогнозировалось, что выборная кампания будет идти под полным контролем исполнительной власти, а, значит, и состав нового парламента будет именно такой, какой её больше устраивает. Партиям, по мнению СПК, отводилась лишь роль демократического камуфляжа.
И ещё об одной причине. Во многих современных развитых странах у руководства государством стоят партии социал-демократического толка. Отчего б и Казахстану не завести у себя социал-демократов? Правда, они уже есть, но до сих пор не хотят регистрироваться, да и платформа у них больше смахивает на экстремистскую. Руководители СПК уже не раз выказывали желание повести свою партию по социал-демократическому пути. Тем самым они привлекали внимание многих умеренных политиков, которые не хотели бы причаливать обратно к коммунистическому берегу и в то же время не принимают теперешнюю капитализацию Казахстана, мечтая об обществе социальной справедливости.
Названные причины, наверное, объясняют то, что приглашённых на съезде было столько же, сколько и делегатов. Причём, в гости напросились даже представители некоторых общественных движений из городов, далёких от Алматы.
Если говорить об общей атмосфере, то по разговорам с делегатами, по случайно подслушанным репликам и по ещё чему-то неуловимому складывалось впечатление, что в зале собрались люди, которые попытаются найти ответы на множество вопросов, поставленных перед ними временем.
Именно поиску и были посвящены доклады и выступления. В центре общего внимания был проект экономической программы, который партия хочет предложить правительству.
«В Казахстане самая свободная в мире экономика». Но что толку нам всем от этой свободы!
«Ни в одной стране руководителям-временщикам не предоставлено столь полная свобода хозяйственной деятельности, включая свободу ценообразования», – говорил в своём докладе съезду сопредседатель СПК Пётр Своик. И добавил, что всевозможные монополии не только не ограничены в своих свободах, но имеют и дополнительные возможности в государственном лоббировании, поскольку крупнейшие из них представлены непосредственно в правительстве и местных органах власти.
Однако в такой свободной экономике, по мнению Своика, отсутствует ряд базовых элементов, без которых невозможно её превращение в экономику демократического рынка:
– нет конкретного собственника;
– нет системы имущественной и платёжной ответственности;
– нет подлинного разделения представительной и исполнительной власти, а также
отдалённости от государственной власти местного самоуправления;
– нет независимой и дееспособной судебной системы.
В то же время вся наша экономика, по-прежнему базируется на фундаменте административной системы – неразделенности политической и хозяйственной власти.
В докладе прозвучало, что главная политическая причина неверной экономической стратегии заключается в том, что «сейчас в Казахстане строится не общество с демократической рыночной экономикой, а прежний государственно-бюрократический социализм трансформируется в суверенный национально-государственный номенклатурный капитализм. Что хуже прежней системы». Вместо первоначального накопления нового капитала произошло проедание, разбазаривание и разворовывание имеющегося. Вместо структурной перестройки в пользу развития потребительского рынка, перерабатывающей, аграрно-пищевой, лёгкой промышленности и сферы услуг наблюдается наибольший спад именно в этих отраслях. Вместо технического перевооружения и модернизации – кризис износа основных фондов.
Докладчик сделал вывод, что лозунг «сегодняшние жертвы ради скорой стабилизации и будущего процветания» при номенклатурном капитализме не осуществим в принципе.
– Потребительский рынок и социальная сфера у нас сейчас угнетены не потому, что для них временно не хватает ресурсов (нет таких стран, где для этого ресурсов было бы уже достаточно), а потому что такое распределение общественного продукта и есть суть бюрократического рынка, – считает Пётр Своик.
По его мнению, политическая власть, не желая расставаться с властью хозяйственной, не может выйти из замкнутого круга (то есть, если действовать по принципам настоящего рынка, то проявлять жёсткость придётся проявлять к самому себе, как и банкротить – самого себя). Поэтому по всем пунктам хозяйствования, которые находятся под политическим контролем, рыночные подходы в основном декларируются, а на практике применяют администрирование и протекционизм. Номенклатурный капитализм по свой сути направлен не на поддержку, а на удушение любого неконтролируемого им предпринимательства.
Курс реформ
Последние годы оппозицией пущено много критических стрел в сторону курса реформ, проводимых в Казахстане. Но при этом мало кто себе представляет суть этого курса. А если кто-то настаивает на его изменении, то какой курс предлагает взамен? Чтобы внести ясность, социалисты предлагают вернуться к вопросу о целях проводимых реформ.
Мы в последнее время очень часто слышим от правительства о необходимости «дальнейшего углубления реформ». Что кодируется этим словосочетанием? Дальнейшая борьба с инфляцией, продолжение либерализации цен, окончание приватизации и т. п. Делегаты съезда социалистов считают, что теперешний курс заключается в борьбе с инфляцией ради самой борьбы, приватизация собственности и либерализация цен ради самих процессов. Возможно организаторы таких реформ и не желали получить негативных последствий, которые мы имеем, но выбранная ими тактика способствует только тому, что далеко не лучшая часть нашего общества воспользовалась моментом и использует его для проедания и разворовывания национального богатства.
В чем же тогда состоит смена курса реформ? Социалисты говорят, что борьба с инфляцией, свобода цен, приватизация должны превратиться из цели преобразований в средства. Цель же заключается в повышении благосостояния общества. Она достигается только через увеличение производства товаров и услуг в самом государстве и совершенствовании механизма социально справедливого распределения национального продукта. Это требование – основной критерий направленности любых экономических преобразований.
Единственно верной мерой целесообразности, порядка сочетания и приоритетности их применения предлагается считать объем и качество национального производства и потребления. Поэтому всякое производство, продукция которого может быть продана на внешнем и внутреннем рынке по ценам, обеспечивающим покрытие всех затрат, должно быть загружено на полную мощность, даже если используются оборудование и технологии, отстающие от мирового уровня. Верна та политика (налоговая, инвестиционная, кредитная, таможенная), которая обеспечивает выполнение этого условия, создавая одновременно стимулы к модернизации и развитию.
В Казахстане подавление инфляции превратилось в подавление нормальных товарно-денежных отношений, на которых только и может базироваться рыночное производство и развитие. Деньги широким потоком уходят в теневую экономику, вырываясь из-под контроля государства.
На съезде дана оценка, что рынок в Казахстане по многим показателям сейчас не прогрессирует, а деградирует. В концентрированной форме это выражается в росте неплатежей. Социалисты предлагают по уровню неплатежей вообще оценивать уровень стабилизации экономики
Главный тормоз
Таковым в Казахстане, по мнению социалистов, является неразделенность политической и хозяйственной власти. Политическая элита нуждается в сохранении хозяйственно-управленческих вертикалей для фиксации своего контроля над экономикой. Для этого она использует национальные и клановые рычаги.
При бюрократическом рынке невозможна эффективная борьба с коррупцией и хозяйственными злоупотреблениями. Естественный ход политического обновления тормозится опасениями огласки компрометирующих фактов. Кризис исполнительной власти, считают социалисты, переходит в системный кризис всего государства.
Сердцевина кризиса номенклатурного капитализма в том, что он закрывает дорогу к политической демократизации общества, без чего любая демократизация экономики не сможет состояться.
– Без реальной оппозиции самой себе исполнительная власть, пытающаяся строить демократическую экономику, неизбежно захлебнётся в собственной безальтернативности и неподконтрольности, – заявил Пётр Своик. – С другой стороны, отказаться от контроля над созданием и деятельностью политических партий, представительной власти, суда и средств массовой информации власть не может ввиду собственной уязвимости для любой внешней проверки и объективной критики.
На съезде был сделан неутешительный вывод: если курс правительства останется прежним, то спад и стагнация производства, безработица, рост цен, снижение реального уровня жизни, дефицит ресурсов, оборотных средств и инвестиций – все это будет основным содержанием всего обозримого будущего.
Готовы нести свою долю ответственности
Так было заявлено. Но это при условии, что появится правительство, готовое прислушаться к предложениям социалистов. А их было много. Экономические вошли в проект специальной экономической программы. К слову, это была уже третья по счёту программа СПК. Учитывая, что предыдущие ушли «в корзину», правомерно возник вопрос о путях реализации очередных предложений. Ответом стал комплекс инициатив политического характера.
Прежде всего, решили поставить перед новым парламентом главную задачу – создание правовой и организационной базы для обеспечения подлинно демократических выборов на основе многопартийности и формирования представительной системы власти, независимой от исполнительной. Затем – введение в Казахстане подлинного местного самоуправления. Для чего:
– передать городским маслихатам, обеспечивающим решение местных проблем, всё госимущество (землю, жилой фонд, предприятия тепло- элетро- водо- газоснабжения, связь, общественный транспорт, соцкультбыт);
– маслихаты городов должны получить право формировать собственную администрацию, главы администраций должны избираться населением;
– бюджеты маслихатов должны быть отделены от районных и областных госбюджетов и пополняться из собственных источников;
– главы администраций областей и районов не должны заниматься вопросами местного хозяйственного и коммунального управления, они должны координировать обеспечение государственных функций в образовании, здравоохранении, в поддержке правопорядка и др.
В сфере экономических преобразований нужно быстрее решать проблему собственника. Предлагается одномоментная безвозмездная передача имущества и акций немонопольного производства в пользу самих предприятий как юридических лиц. Государственное управление должно быть сохранено только в отношении предприятий – естественных монополий, либо фактических монополий, демонополизация которых требует времени. Для перехода к цивилизованным методам ценообразования естественных монополий предлагается создать специальные независимые комиссии.
В целом можно отметить, что конструктивных предложений для правительства было очень много. Это хороший довесок к достаточно жёсткой критике теперешней политики.
Что покажет жизнь? Партии в Казахстане слабы, потому что они горазды критиковать и ничего разумного не могут предложить, или потому, что их никто не хочет слушать? Чего больше в конструктивной оппозиции: блеска или нищеты? Что вообще в Казахстане представляет собой «конструктивная оппозиция»: это форма соглашательства власти и оппозиции, от которой выигрывают все, кроме народа, или форма сотрудничества, от которой проигрывают номенклатурные властолюбцы, а выигрывает всё общество? Поживем – увидим. Что же касается раскола в Соцпартии, то его не произошло. Председателем партии избран Пётр Своик, возглавляющий Государственный комитет по ценовой и антимонопольной политике.
«Кустанай», 2 февраля 1996 г.
Референдуму о судьбе Союза 5 лет. Это было давно и неправда?
17 марта 1991 года состоялся референдум о будущем устройстве СССР. Большинство тогда сказало «да» федерации и «нет» конфедерации. Разве могли мы тогда представить, что вскоре не будет ни того, ни другого? Но в памяти нашей та страна ещё живёт. Наше человеческое достоинство расшатывали подозрительностью таможенных досмотров, нас пытались купить красотой новых денежных знаков, наше национальное самолюбие то оскорбляли обвинениями в имперских амбициях, то «подмазывали» провозглашением нового людского братства, скреплённого титульной нацией. Однако память, которая хранит всегда только лучшее, вновь и вновь возвращает нас к прежним, «коммунальным» временам и выдавливает стон: «Как я хочу обратно в Советский Союз!».
Пройдёт время, и История подведёт итоговую черту, суммируя реальные дела разрушителей СССР, и воздаст им должное. Сегодня же в общем потоке проклятий в их адрес и радостных возгласов по поводу желаемого суверенитета ещё достаточно сложно определить глубинные причины, которые привели к такому гигантскому сдвигу в нашем обществе. Сводить его лишь к «сдвигу» в головах правителей не столько оскорбительно по отношению к ним, сколько опрометчиво. Именно поэтому возлагать надежды на автоматическую подвижку в сторону воссоздания прежнего Союза, которую связывают со сменой некоторых теперешних глав государств СНГ, по меньшей мере, наивно. А может и опасно, ибо во многом эти надежды опираются не на сложившиеся реалии, а лишь на нашу память. Это грозит тем, что опять кто-то может устроить (даже не желая этого) очередной тектонический сдвиг, который межнациональными войнами разрушит остатки союза народов бывшего СССР.
Большинство из нас просмотрели переход нашего общества в другое состояние. Слишком много людей своё экономическое благополучие напрямую связывают с самостоятельностью своей республики, чтобы сейчас можно было бы так просто вернуться в прежний Союз. Свободный рынок уже властвует в межгосударственных отношениях на территории СНГ. Но мы ещё пребываем в варварской стадии, когда свою экономическую выгоду видим не в налаживании обоюдовыгодных отношений с партнёрами, а в получении «навара» за их счёт. Не в этом ли причина того, что реальных дел по реинтеграции бывших республик СССР почти нет. У наших стран полно своих проблем, но решать их мы стремимся за счёт соседей. Вполне возможно, что именно на этой почве произрастают различные идеологические спекуляции по поводу возврата в тоталитарное прошлое.
Итоги мартовского 1991 года референдума не стали правовой основой для сохранения Советского Союза, вряд ли они станут таковыми и для его восстановления. Но пусть политики помнят, что воля большинства тогда не стала итогом заблуждений миллионов людей, а их внутренней потребностью жить друг с другом в мире и согласии.
«Кустанай», 15 марта 1996 г.
Очередные «исторические решения» вызывают скептическую усмешку. Почему?
Российский телеканал НТВ на днях показал поразительный сюжет: дудаевские боевики смотрят выступление Бориса Ельцина с заявлением по мирному урегулированию ситуации в Чечне и … смеются. Президентская «говорящая голова» в телеящике, преисполненная важностью излучаемой инициативы, и горькая усмешка вооружённых людей, уже давно не верящих словам миротворцев от власти – что-то в соединении всего этого было удручающе безнадёжное. Не покидало ощущение чего-то навсегда утраченного.
Может, поэтому и вспомнились слова главы российского правительства Виктора Черномырдина, с горечью сказанные журналистам после подписания в Москве договора об углублении интеграции в экономической и гуманитарной областях между четырьмя республиками: «Мы поторопились разрушить все связи, а это оказалось плохо». Всеобщее пропагандистское оживление в средствах массовой информации никак не может переломить скептическое настроение по поводу того, смогут ли этому соглашению «приделать ноги».
Комментируя подписание названного договора, Нурсултан Назарбаев на пресс-конференции в Алматы подчеркнул, что предстоит ещё большая работа, чтобы достигнутая договорённость воплотилась в реальные дела. Сколько бы нас ни обманывали, мы все равно надеемся на благополучный успех, и ждём его непременно по принципу «как только, так сразу». Нас можно понять – жизнь не так длинна. Тем более, что желающих отнять её становится все больше и больше.
Нет, причина скепсиса, очевидно, не только в усталости от бесплодных ожиданий. Скорее всего, мы начали чувствовать, что потеряли что-то безвозвратно. В бурном потоке времени утонули наши какие-то очень сокровенные надежды. Однако кто-то ещё пытается их выловить, вдуть в лёгкие немного воздуха и, сложив штабелем, установить на них свой трон. Смотреть на это противно вдвойне.
Как хочется верить уговорам, что создание «сообщества интегрированных государств» не связано с выборами российского президента! Но мы ведь не так наивны. Да, объективно это итог естественного процесса. Но его юридическое оформление именно в этот период не случайно. Это и вызывает ощущение, что названный договор ждут нелёгкие времена.