- -
- 100%
- +
Глава 1. Знакомство
Маша училась на экономическом факультете престижного в городе вуза. На сегодня пары закончились, и она отправилась в поход по магазинам. Приближался Новый год, а с ним мечта – сделать подарок матери на собственные деньги, отложенные с крохотной стипендии.
Девушка медленно шла по магазину, не торопясь разглядывала витрины. Вот украшения – красивые, но стоят дорого и нет уверенности, что маме понравятся.
Мать считает, что украшения не для неё, надевать некуда. А Маше она подарила золотые цепочку и колечко.
В раздумьях прошла мимо одежды и обуви – всё равно без примерки не купить. Остановилась возле отдела с головными уборами.
Может платок подарить? Есть большие с кистями, а эти поменьше, и на голову подойдут, и на шею можно красиво повязать. Особенно приглянулась косынка из натурального шёлка: нежно-розовые цветы, неяркая зелень – матушке будет к лицу.
Посмотрела на ценник: да-а-а, вот так цена! Но убор очень понравился, и, если собрать все-все деньги (и те, что по кармашкам сумки), то должно хватить.
Маша старательно проверяла все уголки сумочки.
– Девушка, а что вы делаете? – Возле неё остановился высокий брюнет. Одет хорошо, можно сказать с иголочки. На губах полуулыбка.
От неожиданности молодая особа растерялась и пробормотала:
– Да вот, покупаю.
– У вас денег не хватает?
– Всё у меня хватает! – она наконец собрала нужную сумму.
– Хотите, я вам помогу? У меня есть деньги.
– Нет, не нужно, – расплатившись и забрав покупку девушка направилась к выходу.
А незнакомец не отставал:
– Как вас зовут? Меня Андрей.
Маша не знала, как себя вести. Не разговаривать и не обращать внимание? Можно, но не очень вежливо. Она назвала своё имя.
А Андрей продолжал:
– А где вы живете?
Вопрос вызвал недоумение: разве можно вот так сразу этим интересоваться?
– Где-где, в городе, – выкрутилась кое-как.
– А в каком городе? – не унимался провожатый.
Машенька озадачилась: что значит «в каком городе»? Что он имеет ввиду?
– Вот в этом самом городе. А вы где живете? Не здесь что ли?
– Я живу в … – парень назвал район-новостройку, – а вы учитесь или работаете?
– Учусь. А вы?
– А я не учусь и пока не работаю. Моя мама открывает бизнес, я с ней буду работать.
Вот так откровенность! Или ничего особенного нет в этой информации?
Разговаривая, дошли до остановки. Маше надоела странная на ее взгляд беседа:
– Ну, пока-пока. Мой автобус.
Но Андрей, не обратив внимания на намёк, быстро зашёл следом. Увязался до дома.
Мария уже начала сердиться:
– Я же попросила не провожать, чего идешь?
– Просто так, гуляю.
– Ну, гуляй дальше, а я домой пошла. До квартиры не провожай, – уже грозно прибавила она.
– Ладно, пока, – невозмутимо отреагировал он.
Маша ушла, и весь остаток дня вспоминала эту встречу. Вроде бы парень неплохой, одет хорошо, говорит без грубых слов, но какая-то чудаковатость проскальзывает, как будто они не только из разных городов, но из разных стран, одни и те же слова понимают по-разному.
Вечером рассказала матери про случай в магазине. В маленькой семье была традиция: обсуждать все события дня. Вот и теперь они обговаривали неожиданное знакомство.
– Странный какой-то. Не пойму, что не так, – делилась дочь впечатлением.
– Ну, может, он не умеет с девушками знакомиться, а ты ему понравилась, захотелось пообщаться, – заступилась за незнакомца мать.
– Может и так, не знаю.
– С первого раза не всегда человека понять можно.
Вера очень хотела счастья для дочки.
Восемнадцатилетней приехала она из села в город за большой любовью. Любимый обещал безбедную счастливую жизнь и учебу в вузе, но исчез, узнав о скором появлении ребёнка. Веруня оказалась в незнакомом городе без друзей, без поддержки.
Девушка решила: образования нет, но руки-то есть! Работы она не боялась, бралась за любую: санитаркой в больнице – ну, а что такого? В клинике нашлись хорошие люди, вошли в положение и выделили каморку, где можно было ночевать.
Потом сняла угол у одинокой старушки. Анна Ивановна сначала настороженно следила за жиличкой: всяких уже насмотрелась, а потом к Вере привязалась.
Вера, обжегшись раз, о других романах с мужчинами и думать боялась, хотя Анна Ивановна периодически знакомила её с сыновьями приятельниц. Вера ходила с ними на свидания, но от интимных отношений категорически отказывалась. Душевная близость как-то не задавалась, и они расставались. Вот Веруня и решила, что личная жизнь для неё – это Машенька.
Для дочки не жалела ни времени, ни денег.
Покупала детские книжки и пособия по воспитанию. Старалась и развивать, и наряжать, и баловать. Всё, чего желала в детстве, давала дочери.
Учиться Вера не видела возможности, но очень хотела, чтобы её малышка росла умненькой и воспитанной. И девочка выросла. Школу закончила с двумя четверками, в вуз поступила на бюджет. Маму очень любила, доверяла ей и помогала.
Вера вздохнула: у Машеньки должно быть всё хорошо, как же по другому-то? Это же – Машенька!
***
На следующий день Маша столкнулась с Андреем возле дома. Она возвращалась из института, а он топтался у подъезда.
– Привет. Ты чего здесь забыл? – Маша решила, что перейдет на «ты», тем более что вчера уже «тыкала» ему.
– А я решил тебя навестить. Может погуляем?
– Я устала, не хочу.
– Я тоже устал. Тебя часа четыре жду.
– А зачем столько-то? Почему не ушёл? Холодно ведь! – Маша опешила от такого признания.
– Ну, хотелось тебя увидеть.
В это время к ним подошла Вера. Рабочий день закончился, и она спешила домой. Издалека увидев дочь с парнем, тут же догадалась кто это такой. Да, красавец! Подошла поближе и разглядела подробнее. Высокий, из-под шапки кое-где торчат темные кудри, глаза большие карие, взгляд с поволокой, нос прямой длинный, крупный рот с пухлыми губами. Она ощутила удовольствие, видя дочь в компании привлекательного ухажёра. И тут же придумала: пусть лучше в тепле разговаривают, ничего не случится, если на чай юношу пригласят.
– Здравствуйте, молодой человек, я – Машина мама. Пойдемте к нам чай пить. Холодно вот так стоять разговаривать.
– Спасибо, с удовольствием, – обрадовался Андрей.
Пили чай все вместе. Вера расспрашивала Андрея:
– А почему ты не учишься, не работаешь?
– Да вот, мама бизнес хочет открывать, я ей помогать буду, а потом учиться пойду.
Мама оказалась врачом, и бизнес строился вокруг медтехники.
– А папа у меня профессор.
Маша посмотрела на гостя с удивлением. Как-то не так она представляла профессорских детей. Как будто уровень не тот, простоват. А вот Вера не заметила ничего особенного: вежливый, скромный, из хорошей семьи.
***
Так и стали встречаться Маша и Андрей. Почти каждый день Андрей приходил к институту, ждал, провожал девушку домой, а там пили чай, вели незатейливые разговоры, обсуждали увиденное и услышанное. Ничего особенного. Маша привыкла к Андрею.
А сокурсницы одолевали вопросами: кто такой, да где познакомились и почему каждый день встречает. Парень-то видный, одет хорошо, вежливый.
– Ну, Машка, вот так кавалер у тебя! Повезло! Не мужчина – мечта! Всё при нём! Давай дожимай, чтоб женился!
Она отмахивалась только:
– Вот чего фантазируете! Друг он просто!
***
Перед самым Новым годом Андрей пригласил Машу в гости. Маша занервничала: профессорская семья всё-таки, а она кто?
Вера её успокаивала:
– Мальчик простой, значит и семья такая.
Встретили гостью радушно. О семье расспрашивали. Маша выложила всё, как есть, ничего не скрывая. Рассказала, как мать приехала из деревни, как устраивалась в городе, как познакомилась с бабушкой Анной Ивановной. А та посочувствовала бедняжке, и окружила заботой. Когда появилась Машенька, бабушка совсем растаяла. Приняла девочку, как внучку родную. Вскоре попросила за молодую мать в домоуправлении. И женщину взяли дворником.
Анна Ивановна позаботилась о «своих девочках», успела вовремя квартиру переоформить, и когда умерла, а племянники о бабушке вспомнили, проблем не возникло.
А еще на работе матери-одиночке служебное жилье выделили. Вот и жили мать с дочерью в своей квартирке, а другую жилплощадь сдавали – хорошее подспорье было.
Слушали гостью внимательно, проявляли интерес ко всему, что говорила. Не скрывая, радовались дружбе с их сыном.
– Как хорошо, что вы с Андрюшенькой ладите. Он с девушками стеснительный, задеть боится. Так он добрый, мухи не обидит. Ты, Машенька, не отталкивай его, присмотрись!
В гостях ей понравилось. Располагала приветливость и тактичность ученого семейства. Они спокойно отнеслись к рассказу о ближайшей родне, о работе матери в домоуправлении, даже посочувствовали, а потом и признали:
– Какая молодец! На жизнь не озлобилась, дочку-умницу вырастила, живёт теперь безбедно, хоть и дворником работает.
Маше такая похвала по душе пришлась. Правда ведь, мама у неё самая лучшая!
Глава 2. Новый год
Машин платок Вере очень понравился, до слёз. Вот и выросла доченька, свои деньги уже имеет, подарки покупает для неё, для Веры. А платок-то как Вере идет, молодит! Вера считала себя уже старой, хотя сорока ещё не было.
Машеньке она подарила деньги. Завернула их в фантик от любимых Машиных конфет. Постаралась так, чтобы от настоящей конфеты не отличить, и положила под подушку. Пусть дочка сама подарок выберет.
Новый год Вера и Маша собирались встречать вдвоём. Но им было вполне уютно и привычно. На праздничный стол приготовили два салата: Верин любимый с крабовыми палочками и второй из куриной грудки и грецких орехов. Пока готовили, напробовались, что и есть как-то расхотелось. Но все равно, стол накрыли, сели, стали ждать полночи.
А пока ждали, играли в разные игры. Это Вера так когда-то решила, что для ребенка в праздник надо не только угощение готовить, но и развлечение придумывать. На все Машины дни рождения организовывались конкурсы и игры для детей. Эта традиция постепенно перешла на другие праздники.
Вот теперь они играли в фанты. Была Машина очередь доставать фант. А там задание: весело поздравить с Новым годом какого-нибудь знакомого.
– Это кого ж мне поздравить-то? Всех уже обзвонила.
– Ну, ещё раз Андрюшу поздравь, – предложила Вера. Ей очень нравилось, что её Машей заинтересовался мальчик из такой интеллигентной семьи.
– Ладно, – Маша взялась за телефон, – Андрюш, ещё раз привет и, ещё раз, с праздником. Мы с мамой в фанты играем, мне вот задание выпало поздравить знакомого. Мы с мамой поздравляем тебя и твоих родителей с Новым годом и желаем чудес и волшебства.
Тут в трубке послышались голоса, шуршание и трубка сказала уже голосом Андрюшиной мамы:
– Машенька, с Новым годом! Как хорошо, что ты позвонила, такая молодец, что про нас подумала, так приятно! А знаете что? Приезжайте-ка с мамой к нам в гости! Мы – одни и вы – одни, будем вместе. Мы такой стол накрыли, а угощать некого. Ну, правда, как раньше-то не подумали, поближе познакомимся! И вам с Андрюшей вдвоём веселее будет! И ничего с собой привозить не надо! Я вам сейчас такси вызову. Отказ не принимаю! Всё, до встречи!
Пока женщина говорила, Маша догадалась прибавить громкость на телефоне.
Вера оочень удивилась такому повороту, ну никак не ожидала приглашения! Она почувствовала растерянность, неудобство, стеснение:
– Маша, а о чём с ними говорить-то? Я им что, про вывоз мусора рассказывать буду, а они мне про тонкости каких-нибудь лечебных методов?
Маша тоже не знала. Но от приглашения отказываться они посчитали невежливым.
– В крайнем случае, поиграем в фанты. Давай их с собой заберём, – решила Вера.
Веру и Машу встречали на улице, возле подъезда.
– Ах, как мы рады! Ну давайте же знакомиться! Людмила, а это Пётр. С Андрюшенькой вы знакомы.
– Вера.
– Скорее пойдёмте в дом, совсем скоро полночь!
И все дружно потопали на третий этаж, в профессорскую квартиру. Стол ломился от деликатесов: тут и канапе с красной и чёрной икоркой, и заливное из стерляди, а мясной и сырной нарезки – не перечесть! Вера оторопела от количества еды! Это они всё съесть собираются? Да тут на несколько дней!
– Прошу к столу! Петя, уже можно шампанское открывать! Как же мы вовремя!
Время приближалось к полуночи, по телевизору шло поздравление президента.
– Сейчас, когда начнут бить куранты, надо непременно загадать желание на год – обязательно сбудется, – Людмила ловко наполняла тарелки закусками и салатами, а Пётр стоял наизготовку с шампанским.
Вера даже глаза закрыла, чтобы лучше сосредоточиться. Что же ей загадать? Конечно, про Машеньку, чтобы здорова была, чтобы институт закончила, а может, чтобы замуж вышла? Последний удар, и пробка от шампанского полетела в потолок.
– Ура! Ура! С Новым годом! С новым счастьем!
Пётр разливал шампанское. А шампанское-то не такое, как у Веры. Французское, настоящее. Всем налил по полному фужеру, а Андрею на донышко:
– Он у нас спиртное не любит, – пояснил родитель.
– Не люблю, – согласился Андрюша, – от него голова болит.
Шампанское Вере понравилось, выпила с удовольствием, а Маша только пригубила.
– Что же, Машенька, ты не допила? Не понравилось?
– Вкусно, но я тоже спиртное не очень.
Родители Андрея переглянулись, и Людмила одобрительно улыбнулась Маше.
Вера с Машей зря волновались, о чём будут говорить за столом. Мама Андрея оказалась очень говорливой, легко находила общие темы для разговоров, вела беседу так, что остальным можно было только вставлять «да» и «нет» и «не знаю», и заниматься своей тарелкой.
Потом Вера освоилась настолько, что предложила поиграть в фанты.
– Ах, как мило! Как будто снова в юность вернулась, – поддержала Людмила.
И вроде бы доброжелательно сказала, но у Маши ощущение возникло, что «в юность вернулась» должно было звучать, как «в детство впала». Немного не по себе стало, но Маша постаралась не обращать внимания на эти мысли, решила, что показалось. А Вера ничего не замечала и с воодушевлением объясняла, откуда такая традиция у них – играть за столом, и сами правила игры.
Пётр к тому моменту, уже откланялся, сказал, что его ждёт недописанная статья, что ему было приятно познакомиться, что ждёт новых встреч, чтобы гости не торопились и чувствовали себя, как дома.
Поиграли в фанты. Андрей казался утомлённым, играл вяло, по подсказкам. Людмила встрепенулась:
– Что-то дети загрустили. Наверно, скучно им с нами. Пусть пообщаются вдвоём. Вы, Вера, не против? А мы с вами ещё чайку сообразим.
Вера против не была, ну что случиться-то, если в соседней комнате вдвоём поговорят- семья порядочная, да и она рядом. Вот и ушли Маша с Андрюшей праздновать дальше в уединении, фруктов взяли, чтоб повеселее было.
В комнате Андрея стояли кровать, два кресла с маленьким столиком между ними, письменный стол с массивным стулом, платяной шкаф. На окне жалюзи. На полу ковёр. Тона светлые, спокойные. Всё такое добротное, но простое.
Фрукты определили на столик. Маша устроилась на стуле возле письменного стола, на краю которого примостился Андрей.
Маша почувствовала напряжение: Андрей и так-то не был красноречивым, а тут совсем как будто не в своей тарелке.
– Ты чего такой грустный? Может устал? Так мы домой пойдем!
– Нет, нет, Машенька, не уходи, я не устал! Просто, понимаешь, я сейчас смотрел, как вы за столом общаетесь, смеётесь…Как у вас всё весело, легко получается, мама смеётся… А я не такой, я так не умею, и мне от этого плохо. Понимаешь, я не могу легко разговор поддержать, не знаю, что сказать, не умею веселиться так, как все, хотя мне тоже весело, но этого другим не видно.
– Да нашёл из-за чего переживать! Все разные, ничего страшного в этом нет. Ну, отличаешься от других, так и гордись этим!
– Ты, правда, так думаешь? Тебе не кажется странным, что я чаще молчу? А то, что я без образования, без работы?
– Ну, ты же объяснил – почему. Хотя, учиться мог бы.
– Да, я и хотел! Но, ты же знаешь, в школе учился не очень. Родители сказали, что не будут за меня платить в вузе, раз на бюджет не попаду. Мама решила, что сначала я попрактикуюсь у неё в фирме, ну, там договоры оформлять, учёт вести, а потом на курсы пойду, этого достаточно для своих.
Маша не совсем понимала, почему обеспеченная интеллигентная семья не захотела платить за образование, но решила, что это не её забота: раз родители так решили, значит правильно.
– Меня, вообще, родители плохо понимают, – продолжал Андрей, – строгие, относятся, как к малому, много запретов. И всё ведь заботой обо мне объясняют! А один не могу жить – ни работы, ни образования.
– Ничего, скоро фирма откроется, будешь зарабатывать, жизнь наладится.
– Машенька, ты такая добрая, так меня понимаешь! Мне кажется, что ты мне свыше дана! Ужасно, если бы мы не встретились! День ярче, когда я тебя вижу, ты, как солнце для меня! Когда ты рядом, все неприятности испаряются, жизнь чудесной становится!
Маша слушала, округлив глаза и приоткрыв рот. Неужели, это правда, и она такая для него? Неожиданно! Приятно! А она и не думала, что он так её ценит!
– Машенька, я и подумать не мог, что такая красавица захочет со мной общаться.
Нет, Маша, конечно, дружила прежде с мальчиками, но чтобы вот так её нахваливать – такого не было. Красавица? Неужели? Он её видит красавицей?? Маша считала себя обычной: невысокая, худенькая (никаких выдающихся особенностей нет), носик-курносик, щечки пухлые, волосы русые чуть ниже плеч, глаза зелёные с песочными крапинами, реснички тёмные длинные. Обычная.
Пока Маша осмысливала информацию, Андрей передвинулся к ней, положил руку на плечо и начал осторожно поглаживать.
– Машенька, я тебя обожаю! Я без тебя не хочу жить! – с этими словами он опустился перед девушкой на колени, обнял её за ноги и продолжил:
– Машенька, а давай быть всегда вместе. Андрей уткнулся лицом в её колени.
А Машенька молчала. Все мысли смешались. Что значит «давай быть вместе»? Это что – такое предложение руки и сердца? А где же разговоры про любовь? А как же первый поцелуй? В её представлении должна была быть романтика, ну, что-то типа прогулки под луной, общие мечты, какие-то сумасбродства. А тут всё как-то буднично, даже без поцелуев. Получается, он её любит? А почему не говорил раньше? Или только сейчас понял? А она? Что чувствует она?
– Андрюша, Маша, не хотите чайку? – обе мамы стояли на пороге комнаты.
– Андрюшенька, что происходит? – заволновалась Людмила, – тебе плохо, почему ты на коленях? Маша?
– Дочка всё в порядке? – вторила Вера.
От всех неожиданностей в голове у Маши был хаос, она не знала, что и сказать.
Первым отмер Андрей:
– Нет, мне не плохо. Это я Маше рассказывал, какая она чудесная, и что хочу быть рядом с ней.
Пока говорил, поднялся с колен и встал рядом с Машей, скрестив на груди руки.
– Ты сделал Маше предложение? – как-то недоверчиво поинтересовалась мать, – вот это новость! Маша, почему ты молчишь? Что ты ответила?
А девушке, вообще, не хотелось разговаривать, навалилась какая-то тяжесть, ощущение абсурдности ситуации. Она молчала.
– Доченька, – забеспокоилась Вера, – что с тобой? Тебя обидели? Не молчи.
Вера обошла Андрея, Людмилу и обняла Машу:
– Доченька, пойдём домой. Поздно уже. Отдыхать пора.
– Нет-нет, подождите, – встряла Людмила, – Не обижал Андрей Машу. Он ей предложение сделал. Та к ведь?
Маша кивнула.
– А ты что? Что ответила?
– Ничего. Я не знаю.
– Ну, Машенька, растерянность в такой момент – это естественно! – снисходительно улыбнулась Людмила, – Ты, конечно, подумай, но Андрюша у нас добрый, обеспеченный, мы с Петром Игоревичем ни в чём ему стараемся не отказывать. Ты нам тоже очень понравилась. Такая серьёзная, ответственная. Андрюша рядом с тобой счастлив. Мы и тебе поможем институт закончить, на работу устроим. Жильём, если будет надо, обеспечим. Ты подумай, но время не тяни.
Глава 3. Помолвка
– Я так за Машеньку рада, так рада! – рассказывала Вера на работе, – Моей Машеньке профессорский сын предложение сделал, на коленях перед ней стоял! А мать у него – ну, такая простая женщина, приятная! Ей Машенька тоже нравится, она так и сказала, чтобы Маша долго не раздумывала.
Женщины угощались чаем после утренней уборки на улице, и с удовольствием слушали Веру.
– Погоди, Вера, не части. Мы тоже за Машу рады. Она у тебя девочка что надо: умница, красавица. Ты объясни, как она познакомилась-то с таким? Где нашла? —это Алевтина спросила. Она любила, чтобы во всём порядок был, всё по полочкам разложено и всё понятно.
– Ой, да это не она нашла, это он её приметил в магазине, да с тех пор не отстаёт: из института каждый день встречал, к нам приходил, с родителями познакомил, сейчас вот только пореже приходит, Маша к экзаменам готовится.
– Да-а? А родители что? –это уже Наталья.
У неё вечное непонимание со свекровью. Для неё взаимоотношения со свёкрами – больная тема, вот постоянно и интересуется, у кого как бывает.
– А что родители? Им Машенька понравилась. Они даже нас на Новый год приглашали.
– Вот так запросто? Вас? И как там, у профессоров?
– Квартира огромная, даже кабинет у отца есть, обставлена, может и дорого, но просто, без выкрутасов. И люди они простые, никакого зазнайства. Разговаривали о том, о сём, ни о чём конкретном. Ну, еда только другая, а так – всё как у нас.
– Вера, ты нас прости, но не торопилась бы твоя Маша замуж, погуляла бы подольше с мальчиком, получше бы узнала, – Алевтина качала головой, – быстро всё как-то…
– Девочки, да что не так-то? Вы что, завидуете что ли моей Машутке? У меня счастья не было, так пусть у неё хоть будет! Замуж профессорский сын позвал! – Вера раскраснелась от горячего чая и возмущения.
Наталья неторопливо отпила из своей любимой полулитровой кружки с рыбками.
– Вер, ты не кипятись. Не завидуем мы. Вот ты сама рассуди: где вы, и где профессора. Вы люди простые, у тебя, вон, десять классов образования, а они? Профессора! Да у них вся жизнь другая, интересы другие, этот… круг общения!
– Да, да! Уровень жизни совсем разный! – поддержала Алевтина, – Неужели они среди своих не могли присмотреть невесту сыночку? Или не захотел никто? Нет, Маша, конечно, замечательная, но зачем она профессорам?
Вера разобиделась не на шутку:
– А, может у детей любовь!
– Ну, Вера! Любовь любовью, но здесь же – замуж! Она же жить там будет, а если её всё время попрекать будут и носом тыкать, что, мол, с помойки подобрали! Они ж интеллигенты, а вы – кто?
– Аля, ты чего разошлась! – примиряюще сказала Наташа, – Может, им, действительно, всё равно, кто будет у них в снохах, лишь бы человек хороший! Ты, Вера, не сердись на нас, мы за Машу, как за свою, переживаем! Замуж – это тебе не в магазин сходить.
Вот так невесело закончился перерыв. Вера-то думала, что с ней вместе порадуются, поохают-поахают о счастье, что на Машу свалилось, про свадьбу поговорят, а они – вон что… И правда, завидуют. Дочь какой-то дворничихи замуж за такого завидного жениха идёт. Не ожидала Вера от подруг такого, не ожидала…
***
Маша готовилась к сессии. Времени для подготовки к экзаменам предостаточно имелось, даже не обязательно было в новогодние праздники этим заниматься, но она специально придумала такую причину, чтобы пореже видеться с Андреем.
Маша никак не могла разобраться в случившемся. Вот, как она относится к Андрею? Ну, он ей нравится, видный из себя. Девчонки из института на него заглядываются, глазками стреляют, а он на них – никакого внимания, только на Машу. Это приятно.
С момента знакомства они вместе проводили много времени, почти каждый день встречались. Что делали? Да ничего особенного: гуляли, чай пили, разговаривали. О чём говорили? Маша рассказывала про лекции, подружек, про то, что нравится и не нравится. А Андрей больше слушал, так что-нибудь вставлял изредка в разговор. Про себя говорил неохотно, мало. За Машей ухаживал: дверь открыть, пальто подать, посуду после чая ополоснуть.
Интересно Маше с ним? Как-то буднично, обыкновенно. А может это и хорошо? Размеренно всё так.
Но вот о том, что Маша нравится, он не говорил, а уж о любви и, подавно, разговору не было. Вот как так! Сделал предложение, но не сказал, что любит! Или не любит? Зачем тогда замуж позвал? А сама-то Маша любит? Она этого понять тоже не могла: нравится, приятно, а что ещё должно быть? Поцелуи? Они ни разу не целовались, только за руки держались. Хочет Маша поцелуя? Конечно, хочет! Её, как- то раз, классе в седьмом, мальчик чмокнул в нос, а потом сам здорово смутился—и всё! Больше ни разу не целовали! А девочки такое рассказывают… А у Маши, даже близко, ничего подобного нет!