Книга судьбы. Кольцо власти

Глава вторая. Чужой среди своих.

Примерно через месяц после событий в городе Эдэран. Граница герцогства Сан.

Арен и Алэсэр, чудом выбравшись из столицы, направились в земли рода Дунгареса, принадлежавшие отцу Алэсэра. Миновав немало небольших поселений Центра, голодные и усталые юноши наконец добрались до внутренних границ Северо-Западных Земель. Чтобы обойти патрульные посты стражи Центра, Арен и Алэсэр направились в леса, расположенные западнее города Эдэран. Передвигаясь по ночам и прячась от диких зверей, через пару дней они наконец пересекли границу по старому лесу, из которого, хоть и с трудом, выбрались, пробираясь сквозь чащу так, словно бежали от самой смерти: казалось, каждая дикая тварь, обитавшая в нём, стремилась добавить двух молодых дворян в свой повседневный рацион в качестве деликатеса.

Выйдя на Северо-Западный Центральный тракт, молодые беглецы добрались до придорожной питейной, где наконец смогли спокойно отдохнуть, не опасаясь, что их схватят. Пополнив припасы, они отдали последние серебряные ярены за двух добротных скакунов. Уже верхом Арен и Алэсэр двинулись прямиком по тракту вглубь герцогства Сан: они рассчитывали найти убежище под крылом отца Алэсэра и понять, что же им делать дальше.

Всю дорогу Арен ехал молча, пытаясь понять, почему родной отец предал его — собственного сына. И хотя Арен знал, что между ним и отцом не всегда всё было идеально, произошедшее заставило его серьёзно задуматься. Алэсэр же размышлял о поступке друга, а также о том, что его собственный отец должен быть в безопасности в родных землях. Ведь все, кто знал о предательстве герцога Фафнера, как надеялся Алэсэр, уже были мертвы, а сам герцог должен был давно находиться в родовом замке в городе Сан — под охраной своей стражи.

Наконец, спустя день пути верхом, вдали показался город Тар. Молодые путники уже хотели обрадоваться виду безопасного, тёплого и уютного города, находившегося под властью рода Дунгареса, где они могли бы найти кров, горячую еду и узнать последние новости, как вдруг Арен заметил столбы дыма, поднимавшиеся над городом. Пришпорив лошадей, юноши поспешили к дымящемуся городу.

Спустя некоторое время. Город Тар. Середина дня.

Добравшись до города Тар на и без того измученных лошадях, они увидели разрушенные деревянные ворота и сожжённые дома. Там, где прежде находилась центральная площадь, куда стекался весь местный люд, среди завалов и трупов жителей стояли два стяга: стяг рода Франдеура и стяг рода Хог с изображением кабана — символом рода убитого герцога Сэкэруса.

Спешившись, Арен и Алэсэр начали искать выживших, чтобы понять, что здесь произошло.

Спустя несколько часов.

Разбирая груды тел и завалы сожжённых домов, Арен и Алэсэр наконец подошли к единственному дому с каменными стенами и деревянной крышей, который, судя по всему, принадлежал местному мэру. Осмотрев его снаружи, они увидели, что сам дом пострадал незначительно: лишь деревянная крыша сгорела и частично обрушилась.

Зайдя внутрь, Алэсэр начал осматривать первый этаж, а Арен тем временем поднялся на второй. Увидев, что все комнаты второго этажа завалены обломками крыши, он внимательно осмотрел каждую из них и, наконец зайдя в спальню, заметил под обгоревшими обломками какую-то девушку. Разобрав обломки, придавливавшие её, Арен опустился на одно колено и, приподняв девушку, увидел, что она ещё дышит.

Внимательно осмотрев её, он заметил рыжие волосы и стройную фигуру. Её светлая кожа была покрыта сажей, а сама девушка выглядела совсем юной. Приоткрыв её веки, Арен увидел серые глаза, необычный цвет которых подчёркивал черты её лица.

С первого взгляда было ясно, что девушка довольно высокого роста — около метра девяноста, что являлось характерной чертой представителей народа эврасов.

Взяв её на руки, Арен осторожно вынес девушку на улицу и, пока Алэсэр снимал с лошадей седельные сумки со снаряжением, уложил её, всё ещё находившуюся без сознания, рядом с колодцем.

Какое-то время спустя.

Расставив палатки возле колодца и набрав из него свежей воды, Алэсэр напоил уставших лошадей и, найдя немного овса там, где раньше находилась конюшня, накормил их. Пока Арен оттирал с лица девушки сажу, Алэсэр, покопавшись в седельных сумках, нашёл немного лекарств и старых бинтов. Убедившись, что у него есть всё необходимое, он подошёл к Арену и лежавшей на земле девушке.

— Так, давай теперь осмотрим, нет ли у неё серьёзных ран и ожогов, — серьёзно произнёс Алэсэр, опускаясь на колено возле девушки.

Осмотрев её, Алэсэр приложил травы и нанёс лечебные мази на места сильных ожогов, после чего забинтовал их старыми бинтами. Арен с удивлением наблюдал за тем, как его друг ловко обращается с лекарствами, и невольно восхищался его умениями.

— Я и не знал, что ты умелый лекарь и травник, — произнёс Арен, наблюдая за тем, как уверенно Алэсэр наносит мази на обожжённые участки кожи.

— Да. Отец учил меня, как старшего сына в роду, править нашими землями, а матушка — бороться с недугами и исцелять раны.

Арен, слушая друга, невольно восхищался им, но, как только Алэсэр заговорил о родителях, вспомнил о предательстве собственного отца и о матери, умершей при его рождении.

— Эх… мой отец мало чему меня научил. Поскольку я был младшим сыном в семье, всё внимание доставалось моему старшему брату Арандиэлю. Но всё же я получил достойное образование в академии. А моя матушка, хоть и умерла, рожая меня, по рассказам её сестры, была прекрасной женщиной. Думаю, отец так и не простил мне её смерть и, возможно, в глубине души винил меня в этом. К счастью, мой наставник Хэн многому меня научил — в том числе тому, как выживать в дикой природе и прокормить себя вне стен родового замка. Эти знания не раз выручали меня на охоте. Именно они помогли нам выбраться из того чёртова леса, где нас чуть не сожрали волки. Можно даже сказать, что Хэн заменил мне отца… Жаль, что его изгнали несколько лет назад за измену. Теперь мы, можно сказать, оказались в том же положении, — с грустью в голосе произнёс Арен.

После этого Арен взял кусок ткани, смочил его водой и продолжил оттирать с лица девушки остатки сажи. Добравшись наконец до её ушей, он отвёл в стороны длинные рыжие волосы, и его взору предстали заострённые уши, характерные для элайфов, или эйлэнов, как они любили себя называть, — в честь первого представителя и героя своей расы. Хотя Арен и раньше видел представителей этого народа, на удивление, в этой девушке было больше черт людского рода, нежели черт её гордых собратьев.

У Арена возникла мысль, что она может быть полукровкой, хотя это явление было чрезвычайно редким: дитя представителей двух разных рас рождалось лишь в одном случае на миллион. Судьба таких детей, как правило, была незавидной, поскольку очень часто их не принимали представители ни одной из двух рас.

Когда Арен наконец закончил умывать девушку, друзья решили заняться чем-нибудь полезным, дабы развеять печальные мысли и побыть наедине со своими тревогами и размышлениями. Алэсэр, до этого незаметно наблюдавший за действиями Арена, всё ещё удивлялся и необычной представительнице гордого народа, и её красоте.

Ближе к вечеру.

Уложив девушку в палатку и поймав несколько мелких животных на ужин, Арен разделал добычу для готовки, а Алэсэр тем временем установил у костра походный казан. Наконец, покидав в него всё съестное, что у них было, они спокойно уселись у огня и стали наблюдать за пляшущими языками пламени.

— Всё же нам чудом удалось выбраться из той виллы! — произнёс Алэсэр, словно намекая на то, что они по велению предков выбрались оттуда живыми. — Кстати, что это была за вещица? Я думал, что после того взрыва оглохну навсегда! — добавил он, ковыряясь пальцем в левом ухе.

Примерно месяц назад. Ночь. Вилла герцога Сэкэруса.

Арен и Алэсэр, выбравшись из глубокого фонтана и насквозь промокнув в холодной воде, направились к задней части виллы. Тем временем вся охрана уже преследовала беглецов. Добравшись до озера позади виллы, Алэсэр попытался найти лодку, которая позволила бы им скрыться, а Арен, спрятавшись за одной из статуй, на которых Сэкэрус был изображён в различных позах и заметно более стройным, чем при жизни, не подпускал охранников близко, поражая из лука каждого, кто осмеливался подойти.

— Алэсэр, быстрее! У меня не бесконечные стрелы! — прокричал Арен.

В этот момент арбалетчик выстрелил, и болт угодил Арену в плечо.

— А-а-а-а! Зараза!

Арен рухнул на землю, схватился за плечо и резким движением выдернул болт. Стараясь не обращать внимания на боль, он поднялся и, прислонившись к статуе, продолжил прятаться за ней, стреляя из лука по всем, кто осмеливался подойти к нему.

Алэсэр, наконец найдя старую лодку, спрятанную в камышах, с трудом начал тащить её к воде. Вдруг из толпы охранников вышел наёмник, закованный в тяжёлые латные доспехи. Медленно ступая под тяжестью брони, он двигался в сторону Арена, прятавшегося за статуей. Каждая стрела, попадавшая в наёмника, отскакивала от его доспехов. Когда он достиг статуи, то одним взмахом тяжёлого железного двуручного молота разнёс её на куски, подняв густую пыль, на время затуманившую обзор.

— Вот же чёрт! Где ты, тварь?! Покажись! — прокричал наёмник, размахивая рукой и пытаясь рассеять пыль.

Арен, недолго думая, достал из колчана последнюю стрелу, натянул тетиву и выпустил её. В то же мгновение перед ним рухнул наёмник. Присмотревшись, Арен увидел, что попал прямо в забрало.

Когда пыль начала рассеиваться, Арен поднялся и стал копаться в своей сумке. Достав оттуда странный округлый предмет, из которого торчал шнур, он с недоверием уставился на него.

— Алэсэр, брось мне кремни! Быстрее! — прокричал Арен, протягивая руку.

Алэсэр, с трудом дотащив лодку до воды, быстро снял поясную сумку и дрожащими руками начал искать кремни. Перевернув всё содержимое и наконец найдя их, он чуть не выронил находку в воду. Удержав кремни в руках, Алэсэр побежал к Арену, но в этот момент арбалетный болт угодил ему в ногу. Упав на землю, он выронил кремни.

Увидев, как друг рухнул, Арен быстро подобрал кремни и, высекая искру за искрой, поджёг шнур странного шара. Недолго думая, он бросил его в толпу стражников, и в тот же миг раздался мощный взрыв, убивший нескольких из них и оглушивший остальных.

Арен помог Алэсэру подняться, усадил его в лодку и вместе с ним под покровом ночи поплыл к западному берегу озера Лакйаб, находившемуся за стенами города, где их уже должны были ждать лошади. С трудом добравшись туда на полуразвалившейся лодке и истекая кровью от ран, они всё же выбрались из охваченного тревогой города, где вся стража была поднята по тревоге и разыскивала убийц столь влиятельного человека.

Ожидая увидеть там лошадей, обещанных отцом Арена, они были горько разочарованы: вместо них беглецов встретили лишь двое мужчин в тёмных плащах, вооружённых арбалетами. Окончательно разочаровавшись в собственном отце, Арен выхватил меч из ножен и, незаметно подобравшись к незнакомцам под покровом ночи, хладнокровно зарезал их двумя быстрыми ударами, не дав даже закричать. Алэсэр, хромая на одну ногу, пытался догнать друга и поддержать его в этом тёмном деле.

Разобравшись с убийцами и забрав всё ценное, что у них было, друзья укрылись в заброшенной хижине, расположенной недалеко от города.

Наши дни. Город Тар. Ночь.

Арен и Алэсэр сидели возле костра, ели «неплохое» мясное рагу и смеялись над тем, что им удалось выжить. Наконец Алэсэр поднялся с земли, подошёл к седельным сумкам и достал небольшой бурдюк с паранским вином.

— Алэсэр, где ты прятал его всё это время?! — с улыбкой произнёс Арен, протягивая руку за вином.

— Да решил приберечь, — ответил Алэсэр, передав бурдюк Арену. Тот сделал глоток.

Алэсэр, усевшись рядом с Ареном, доедал ужасное на вкус мясное рагу и запивал его отличным вином. Так они и уснули возле догоравшего костра.

Спустя несколько часов. Глубокая ночь.

Арен, крепко уснувший возле костра, проснулся от странного шума, доносившегося из палатки. Поднявшись с земли и накинув на себя тёплый плащ, поскольку на улице уже похолодало, он заметил, что Алэсэр дрожит от холода. Сняв с себя плащ, Арен накинул его на спящего друга.

Решив проверить, что происходит в палатке, Арен спокойно подошёл к ней, нагнулся и слегка приоткрыл полог, как вдруг на него набросилась девушка и, сжав руками его горло, закричала:

— УБИЙЦА! — громко закричала девушка, сжимая горло Арена всё сильнее.

Не ожидавший нападения Арен растерялся и вместо того, чтобы сбросить девушку с себя, попытался разжать её руки. Тогда он понял, что она намного сильнее его.

— Эх… зараза! — прохрипел Арен, задыхаясь от нехватки воздуха.

В этот момент Алэсэр вскочил с земли и увидел, как незнакомка душит его друга. Недолго думая, он схватил кусок дерева, лежавший возле догоравшего костра. Подбежав к девушке сзади, Алэсэр ударил её по затылку, после чего она потеряла сознание и упала на Арена.

Убрав девушку с Арена, Алэсэр помог другу подняться, отряхнул его и с лёгкой усмешкой посмотрел на него.

— Катись в Бездну! — недовольно произнёс Арен, слегка толкнув Алэсэра. — Ты и сам знаешь, как долго я сидел в тюрьме. Я бы посмотрел на тебя после месяцев недоедания и пыток.

— Арен, ты и раньше не был атлетом, а после тюрьмы явно не стал сильнее, — заметил Алэсэр, глядя на худощавое телосложение друга. — Если мы хотим выжить, нам надо не только восстановиться, но и вернуть себе физическую силу.

— Заканчивай болтать. Давай положим её обратно в палатку и пойдём уже спать, — недовольно произнёс Арен. Взяв девушку на руки, он отнёс её в палатку, а затем вместе с Алэсэром отправился спать в другую.

На следующий день. Утро.

Встав пораньше, Арен и Алэсэр заготовили немного припасов в дорогу и, напоив лошадей, стали готовиться к долгому пути. Проходя мимо палатки, в которой спала девушка, Арен вновь услышал шорох и, заранее позвав Алэсэра, чтобы события минувшей ночи не повторились, осторожно вошёл внутрь.

Там они увидели, что девушка открыла глаза. Перед ней стояли двое мужчин в одежде путешественников — потрёпанной, запачканной дорожной грязью и местами порванной за время долгого пути.

— Кто вы? — спросила девушка, посмотрев на них. — Где я?

— Выпей воды, тебе сейчас не помешает, — произнёс Арен, протягивая девушке бурдюк.

Девушка осторожно взяла бурдюк из рук Арена, сделала большой глоток и протянула его обратно.

— Меня зовут Арен из рода Франдеура, а это Алэсэр из рода Дунгареса, сын правителя местных земель, — произнёс Арен, сначала указав на себя, а затем — на стоявшего рядом Алэсэра.

Девушка, собравшись с мыслями и превозмогая боль от ран, приподнялась, опираясь на руки, а затем с помощью Арена и Алэсэра смогла встать и выйти из палатки.

Осмотревшись вокруг, она увидела сожжённый дотла город.

— Меня зовут Астре. Я дочь кузнеца Тардара, сына мэра этого города, — с грустью в голосе произнесла она, глядя на пепелище, среди которого прошло её детство.

Подойдя к ней, Арен положил руку ей на плечо.

— Сочувствую тебе. Война — страшное дело, особенно когда в ней гибнут невинные, — произнёс он, участливо глядя на Астре.

В этот момент к Арену подошёл Алэсэр и, резко повернув его к себе, передал ему седельную сумку.

— Нет времени для слёз. У нас впереди ещё долгая дорога, — недовольно произнёс Алэсэр, глядя на друга. — Она в порядке, так что нам пора.

— В порядке?! — возмущённо произнёс Арен. — Её дом и город сожгли — и это наша вина!

— Наша? Наша?! Это не я убил герцога и его сына! Это не мой отец сдал нас и тем самым обрёк на изгнание как предателей и мятежников! Это не твои земли сейчас предаются огню войны! Это не твои подданные гибнут каждый день! Это… — почти кричал Алэсэр, но в этот момент Арен ударил друга в челюсть, и тот упал на землю.

— Я не хотел этого! Кто мог знать, что родной отец предаст меня ради денег или Бездна его знает ради чего?! И теперь земли твоего рода в огне по моей вине! Но это не повод бросать людей, которым нужна помощь. Я понимаю: ты хочешь попасть домой, к родным, и я помогу тебе, ведь мы друзья. Но бросать людей на погибель я не стану. Так я точно не исправлю того, что совершил, — говорил Арен, сжимая кулаки, но, немного успокоившись, протянул руку, чтобы помочь другу встать.

Однако Алэсэр оттолкнул его руку, поднялся сам, оседлал коня и в последний раз посмотрел на Арена.

— Удачи тебе, мой старый друг, — произнёс Алэсэр и, пришпорив лошадь, направился прочь из сожжённого города.

Астре, молча наблюдавшая за Ареном и Алэсэром, не знала, что ей делать. Подойдя к остаткам костра, она уселась возле него. В этот момент к ней приблизился Арен с куском вяленого мяса, завёрнутым в чистую ткань.

— Ты, наверное, голодна? — спросил Арен. — Поешь, а потом отправимся в дорогу.

Девушка, взяв еду из рук Арена, начала неспешно есть и потирать затылок от лёгкой боли. Он тем временем с улыбкой наблюдал за ней, стараясь не показывать, что знает, почему у неё болит именно то место, которое она потирает.

— Ты… тоже хочешь? — смущённо произнесла девушка, протягивая кусочек мяса Арену.

— Нет, спасибо. Я вот что хотел спросить: Астре, расскажи, что здесь случилось? — спросил Арен, желая узнать подробности уничтожения города.

Раннее утро. За день до прибытия Арена и Алэсэра.

Ранним утром жители Тара — небольшого, но очень богатого города, расположенного вблизи горной гряды, именуемой Амйарор, — начинали свой день с повседневных дел. Они постоянно добывали полезные ископаемые и регулярно поставляли их в Центральные Земли, а отчасти — и в другие земли Торгового Содружества.

Хотя Тар был зажиточным городом, его не строили из серого камня, как многие другие города Содружества. Жители больше ценили деревянные постройки, поскольку местным мастерам было проще, быстрее и дешевле работать с деревом, создавая поистине многоэтажные произведения искусства.

По этой причине весь город пестрел разнообразными домами с необычной резьбой, окружёнными пышными деревьями и садами с различными цветами. Крепкие деревянные стены опоясывали весь город, хотя в них, по сути, не было нужды: Тар находился далеко от северных границ, и ему никогда не угрожали набеги диких племён. Располагавшаяся южнее горная гряда, по заверениям местных властей, уже давно была очищена от всяческих порождений ночи.

Тем не менее шесть высоких башен с колоколами внушали жителям некоторое спокойствие.

Встав с постелей и выйдя из деревянных домов, жители начинали тяжёлый день с умывания холодной водой из бочек, установленных возле каждого дома. Затем каждый шёл к месту своего повседневного занятия: пекари — в пекарни, торговцы — к прилавкам, фермеры — в поля, кузнецы — в кузницы.

Лишь рудокопы чаще всего ночевали не в своих домах, а в небольших горных поселениях, откуда после нескольких тяжёлых дней добычи полезной руды спускались в город, чтобы сдать добытое и пополнить припасы.

В эти долгие осенние дни большая часть жителей уходила в поля собирать очередной урожай пшеницы или направлялась на скотные дворы, чтобы накормить домашний скот. Лишь малая часть оставалась в городе — как правило, это были стражники, местные чиновники и работники мануфактур.

Астре, будучи дочерью кузнеца, помогала отцу в кузне, где изготавливали оружие и доспехи для местной стражи и наёмников из числа «Вольных Мечей», которых часто можно было встретить в этих краях.

— Астре, принеси мне ведро воды. Мне нужна вода для кузни! — сказал кузнец дочери, сидевшей на скамейке возле дома и причёсывавшей длинные рыжие волосы. Девушка убрала расчёску и спрятала заострённые уши под волосами.

— Да, отец, — ответила девушка. Встав со скамейки, она подошла к колодцу, возле которого стояло ведро. Набрав воды, Астре вернулась к отцу. — Держи!

Кузнец взял ведро, вылил воду в бочку, сразу же опустил в неё раскалённый меч и вновь принялся за закалку.

— Отец, для кого ты куёшь этот меч? — спросила девушка у занятого работой отца.

Кузнец, весь покрытый чёрной копотью от угля и обливаясь потом от жара кузни, продолжал бить по раскалённому клинку и ответил:

— Сам герцог Фафнер заказал у меня полуторный меч. Я почти закончил его и сегодня, скорее всего, повезу в город Сан, — произнёс кузнец, вытирая пот со лба кожаной рукавицей. Посмотрев на дочь, он улыбнулся, увидев в ней её мать — ту, которую повстречал в далёкой молодости после кораблекрушения где-то южнее города Сан.

Хотя сам кузнец был человеком по происхождению, он приглянулся матери Астре. После нескольких лет ухаживаний она ответила взаимностью на его пусть и грубые, но чистые чувства. Итогом этого необычного союза стало дитя, рождённое в любви и заботе. Рождение Астре было омрачено смертью её матери, однако кузнец никогда не винил в этом дочь и лишь радовался каждому году, проведённому с ней. Хотя Астре уже исполнилось девятнадцать лет, он всё ещё видел в ней того же маленького и непоседливого ребёнка.

Только Астре собралась задать отцу ещё один вопрос, как вдали послышался стук лошадиных копыт. В город вошёл конный отряд вооружённых воинов, в авангарде которого ехали двое воинов, облачённых в латные доспехи и державших два стяга, принадлежавших родам Франдеура и Хог. Спешившись и взяв лошадей под уздцы, неизвестные направились в центр города, достали свиток, развернули его и начали зачитывать его содержание. Поскольку Астре находилась далеко, она не слышала, о чём говорил неизвестный, но заметила, что вокруг него стали собираться немногочисленные жители, ещё остававшиеся в городе. Ей стало интересно, что же там происходит, и, когда девушка собралась отправиться на площадь, её остановил отец.

— Астре, иди домой, живо! — Кузнец толкнул девушку в сторону двери, а сам взял в руки кувалду, закинул её на плечо и стал внимательно наблюдать за происходящим. — Не нравится мне всё это.

Тардар увидел, как его пожилой отец, являвшийся мэром города, подошёл к незнакомцам и начал размахивать руками. Вскоре он заметил, как отец схватился за рукоять старого меча, висевшего у него на поясе.

Астре зашла в дом и поднялась на второй этаж. Подойдя к окну, она стала наблюдать за происходившим снаружи. Тем временем воины, сопровождавшие незнакомцев, спешились и начали прочёсывать город в поисках жителей, ещё не вышедших на площадь, силой выводя их из домов.