«От Меня это было…»

МЫ – ТО ЗНАЕМ – «О Т М Е Н Я, Э Т О Б Ы Л О»

Рассказ основан на реальных событиях

Летние школьные каникулы позади. На смену им пришла: нарядная, цветная, капризная, но всегда нежно улыбающаяся осень. Вернулись дети домой: подтянутые, окрепшие, с зажигательными речевками на слуху, ровным бронзовым загаром, измазанные зубной пастой из спортивных южных лагерей. С округленными щеками и животом, с грязным оттенком загара, измазанные зеленкой, – от бабушки из деревни. Среди них гуляют по городу бледные и совсем не улыбчивые детки, которые никуда на каникулы из города не уезжали, а продолжали ходить в городской школьный оздоровительный лагерь. Эти дети, в основном, из неблагополучных семей или с малым достатком, которые после бесконечно тянущегося учебного года продолжали посещать опостылые, школьные стены, выкрашенные в грязно – синий цвет. Дети, обреченные на минимум внимания со стороны родителей по причине, что мамка работает на трех работах, а папка спился или уехал работать «на вахту», да и пропал где-то. И поэтому эти дети как бы несли «заслуженное наказание» этим школьным лагерем за плохие отметки, за не примерное поведение, отмеченное вызовом родителей в школу на директорский «ковер», и постоянным «знакомством» с главным воспитателем детства – отцовским ремнем.

И вот ты, такой среднестатистический ребенок десяти лет от роду, идешь, не торопясь, из школы, останавливаешься от нечего делать у забора и начинаешь читать наклеенные на нем объявления, параллельно «жуя» вязкие мысли в голове о серости своей жизни и безысходности будущего. «И какое ж это болото, моя жизнь! И зовут-то меня все унизительно, не иначе как «Серым» или «Ванякой». А я ведь никакой не «Серый», а очень даже яркий! Просто фамилия и имя у меня такие – Ваня Серый. Ну, худенький и маленького роста. Пусть болею часто. И ничего страшного в том, что в сентябре пошел в школу в том же костюме, в котором проходил весь предыдущий год…

А может поэтому и нет у меня настоящих друзей? А ежели их нет, по этим самым причинам, так зачем мне такие друзья?! Но почему, почти каждый норовит обидеть, а остальные вообще относятся ко мне равнодушно, как к пустому месту? Девчонки, те, и вовсе, в мою сторону даже не смотрят. А ведь никто из них и догадаться не может, что на самом деле, я очень даже хороший и добрый человек. И что любить я могу, как никто на свете! И что я постоянно думаю о «новенькой» девочке из нашего класса, с третей парты у окна. Любуюсь ею: какие у нее косички, как она опрятна, понимаю, что она не такая, как все. Не могу насмотреться, как она задумчиво у окна сверлит своими большими глазищами даль светлую, хлопая невпопад длиннющими ресницами. И даже ходит не так, как другие девочки: не ходит, а порхает, словно бабочка с цветка на цветок. Но эти мои мысли остаются в секрете для всех. Кажется, невозможно кому-то признаться в ЭТОМ! И, наверное, так же невозможно разглядеть такого МЕНЯ в этом бледном троечнике, в котором вроде ничего хорошего и быть то не может. А кто такой троечник? Это такой ребенок, у которого помимо учебы есть много других важных дел!..»

Так думал Ванька Серый, читая на заборе приклеенное объявление о наборе в спортивную секцию ДЗЮДО и САМБО. «Вот оно! Это то, что мне сейчас надо! Это может решить все мои проблемы!» – воскликнул Ванька, подпрыгивая на месте. – «Так, теперь нужно придумать, как же уломать Вовку Батуру, записаться вместе со мной в эту секцию? Он ведь скажет, – «Я и без Самбо любому наваляю.» Зато с ним спокойнее… Но ведь он постоянно хочет, чтоб, все было, как он скажет. А и пусть будет так! Нужно как бы «случайно» привести его к этому забору, и, когда он прочтет объявление, тогда это будет – уже не моя, а его Вовкина идея. Пусть потом он же и поуговаривает меня, а я еще подумаю – надо мне это или нет?!»

Серый с Батурой как-бы дружат. Вовка живет в соседнем подъезде и учится на класс старше. Ростом и здоровьем Бог его не обидел, и поэтому все, кто Батуру не знает, считают, что он гораздо старше своих лет. Внутри Ванька недолюбливал Батуру, а если еще и по правде – испытывал к нему неприязнь и отвращение. Но по-соседски, Вовка всегда дерзко защищал Ваньку и постоянно таскал его по «своим делам». Наверное, по этой причине Ванька (такой красивый внутри) «прилип» к этому противному, но сильному и наглому Вовке, у которого по жизни получалось все как по маслу, потому как сам он, Вовка, не промах, да и старший брат у него Димка с оранжевым поясом по карате. А у него, у Ваньки, только сестра, да и та еще в детский садик ходит.

Вовка долго стоял у забора, на котором было наклеено красочное и яркое объявление, на котором были изображены два дзюдоиста в динамичном и эффектном броске. Было понятно, что прочел Батура это объявление уже несколько раз. Прищурив свой левый глаз, не отрываясь от рисунка, что-то «катал» в своей голове.

– Слышь, Ваняка, как удачно я это объявление засек! Могли б и мимо пробежать… Смотри, сегодня показательные выступления в «Олимпе», пригашают… Уже скоро, через час… Что молчишь, пойдем?

– А мне-то что, Батура? Скажешь – пойдем. Не скажешь, не пойдем. Мое дело маленькое…

Желающих посмотреть на предстоящее выступление пришло около ста детей. С некоторыми пришли родители, бабушка или дедушка. Все лавочки у стеночки были заняты, многие дети сидели прямо на ковре. В зал зашел тренер в строгом белоснежном кимоно с черным поясом. Подойдя к краю татами, он снял тапочки и, сделав шаг на маты, поклонился. Выйдя на середину, еще раз произвел поклон, выразив свое почтение всем пришедшим.

– Добрый день дорогие ребята и уважаемые взрослые! Спасибо, что нашли время прийти и посмотреть на выступление ведущих спортсменов города по дзюдо и самбо. Эти два вида спорта очень похожи, и они даются только для настоящих, сильных, добрых и умных людей. Из всех единоборств они самые безопасные при отработке и самые эффективные при самообороне. Дзюдо – японская борьба и переводится как «Гибкий путь», можно добавить – к победе. Самбо – наш, Российский вид спорта, название сложено из первых букв «Самооборона без оружия». То есть, если ты будешь без оружия, а на тебя нападут с оружием, – ты с помощью приемов этих видов борьбы сможешь себя защитить. Те, кто останутся, и будут усердно заниматься, постепенно обвешают себя со всех сторон невидимым оружием, которое невозможно потерять, но можно применить в любой необходимый момент. И сейчас вы ЭТО увидите. После чего, будет пробная для вас тренировка, во время которой мы изучим один прием и выявим из пришедших нескольких чемпионов в этом приеме.

«Ну вот, увидели, оценили, покувыркались, кого-то победили, тренер похвалил», – так последовательно выстраивались в цепочку событий мысли в Вовкиной голове…

– Батура, а ты молодец! Как ты того рыжего из 4«б» на удержание прихватил, он даже вякнуть не успел! Да и я только раз проиграл, и то, он не по правилам боролся – применил прием, который мы еще не изучали. Я ему сказал, а у него понты такие, мол, брат ВДВшник научил.

Но, Батура, будто и не слышал Ваньку. Мыслями он все еще находился в тренировочном зале, восторженно прокручивая в голове показательные выступления. А в ушах до сих пор стоял пронзительный грохот от ударов падающих спортсменов на татами и аплодисменты пришедших зрителей. «Какие жесткие броски! Передняя подножка, через бедро, выхват за ноги! А если при боковом перевороте за ногу воткнуть противника головой в тротуар?! Жесть! Бить не надо, перехватил удар в захвате, подвернулся и что есть мочи пригвоздил! А потом пусть скорая помощь отдирает от асфальта! И девчонки хороши, многие уже с черными поясами! Да, здоровско!»

– Вовка, а ты что все молчишь? Тебе хоть понравилось?

– Так себе…– проигнорировал Ванькин вопрос Батура.

– Ходить-то, будем?

– А что ты у меня спрашиваешь, Ваняка? У мамки своей спроси! Я тут, при чем? Сам за себя решай! Отстань!

Вовка развернулся и пошел совсем в другую сторону. В недоумении Ванька развел руками. Какое-то время еще смотрел вслед удаляющемуся Батуре. Затем улыбнулся, махнул с плеча рукой и счастливый, перепрыгивая через лужи недавно прошедшего дождя, помчался домой. Ему хотелось быстрее поделиться с мамой, что нашел наконец-то занятие, которое решит все его заморочки по поводу невысокого роста, и что не может дать сдачи обидчику… Может, и девчонки начнут обращать на него внимание…

Так он бежал, и мысли его путались. Шибко уж хотел он вырваться из минуса в плюс, из цепкого Вовкиного покровительства. И стать, наконец, таким, каким себя знает! Чтобы все забыли о Ваняке, а знали бы его как сильного, справедливого, благородного. Как Человека с большой буквы, достойного дружбы и любви с такими же умными и красивыми людьми.

– Мамуль, – забегая, с порога, на радостной и высокой ноте в голосе, как из пулемета застрочил Ванька все свои думки. Мама, Надежда Николаевна, раскрыв рот от изумления, слушала сына, и, при этом, как-то незаметно затаившись, радостно изнутри улыбалась, чтобы, не дай Бог, не затормозить сына. Уж очень редко в последнее время она наблюдала в своем мальчике столько положительных эмоций, внутреннего торжества, и невероятного стремления вперед. Словно молодой жеребенок рвет копытом землю из-под себя и норовит с места перепрыгнуть препятствие, которое взметнулось до небес в один момент, с уходом из жизни отца три года назад. В тот самый момент, когда он был нужен сыну каждый день, от обнимашек, до жесткого отцовского слова, и справедливого и доброго примера для подражания.

Эта рана в Ванькиной душе никак не зарастала. После гибели отца, ему стал часто сниться один и тот же жуткий сон о том, как он бежит по нескончаемому ромашковому полю и держит в руке на длинной нитке яркий воздушный «змей» в виде огромной птицы. Но поле в один момент словно проваливается или неожиданно заканчивается, и Ванька летит с обрыва вниз, изо всех сил держась за тонкую нить, в надежде, что эта птица на том конце нити не даст ему разбиться. Просыпаясь от собственного крика в холодном поту, Ванька понимал, что с уходом отца, не стало в его жизни самого главного – опоры, твердой опоры. Поэтому во сне, он постоянно куда-то проваливается…

«Отец, как же не хватает твоих сильных рук, твоей доброй улыбки и мужского, уверенного спокойствия. Как я ежедневно впитывал тебя, хотел во всем на тебя быть похожим. Копировал походку, умение не громко говорить и смотреть на мир твоими глазами», – каждый раз просыпаясь, да и засыпая, думал Ванька. – «Я учился у тебя любви и дружбе, радовался цветам, которые ты приносил маме с полей, окружавших твою работу. Мама ставила их в вазу, а ты обнимал ее и целовал волосы, перебирая завитушки у ее уха. Как вы дурачились, бегая друг за дружкой по комнатам, и кидались подушками. Как ты, уходя на работу, махал нам рукой, а мы смотрели сверху, все вместе в окно и обнимали тебя глазами, вдогонку… Я буду жить, отец, за нас двоих! Все, что есть во мне людского, – только благодаря тебе. Хочу идти по жизни твоей дорогой и быть достойным тебя сыном».

А в это время Вовка Батура, еще долго без всякой цели, как на автопилоте, бродил по переулкам и улочкам города. И затем, дома в режиме бесконечного повтора прокручивал и прокручивал в своей голове показательное выступление и пробную тренировку. «Как уверенно говорил тренер, как гордился, представляя своих учеников. И как потом они отточено, так легко и непринужденно показывали до автоматизма отработанные приемы. И сценку смешную поставили, очень похожую на правду: как эта Валя круто с «хулиганами» разобралась, хоть они и были с ножом и битой. Одного в итоге задушила, а второму руку вместе с ножом отломала, а третий-то, ха-ха-ха, вначале ничего и не понял, застыл на месте, а потом просто убежал…»

Всю ночь Вовка ворочался с боку на бок. Во сне его бросали больно на татами, он поднимался и вновь его ноги отрывались к потолку. Весь следующий день ни с кем Батура не разговаривал, не находил себе ни места, никаких либо дел. В школе ничего не понимал, а учительницу совсем не слышал. «Поскорее бы закончился этот бесконечный день, и завтра на тренировку!»

На перемене к нему подошел Ванька. – Батура, пойдем к врачу, ведь тренер сказал, без медицинской справки, что здоров, – на следующую тренировку не приходить. Ты забыл?

– А ты что, Серый, без меня решил на дзюдо ходить?!

– Ой, Вовка не надо! Будто ты нет?! А то я тебя не знаю! Если ты зло молчишь, значит какую-то тему в голове мусолишь. А тема на сегодняшний день одна – нужно доктора не упустить, а то тренер завтра в зал не пустит. Ну что, пошли?

Выписывая справки о хорошем здоровье двух друзей, доктор Вера Максимовна с удивлением произнесла: «Первый раз ребятки за справкой пришли. Другие-то уж по десять секций сменили. Серьезно ли решили заниматься? В спорте ж трудиться до седьмого пота нужно, да и дисциплина железная, а вы у нас птицы вольные…»

– Теть Вер, а мы не другие! – ответил Вовка, и добавил, – Мы – люди постоянные и обязательные, пацан сказал – пацан сделал. Теперь, тетя доктор, все медали будут наши!

– Дерзишь, Батура! Смотри мне! Второй раз без спасибо не приходи!

– Тетя Верочка, Вы самый очаровательный доктор, а так мы бы к другой тете сходили… Спасибо Вам! – и Вовка захлопнул дверь.

– Ну и «жук» же ты! – долетело до них вдогонку.

На следующий день Надежда Николаевна с Ванькой за руку шли на первую в его жизни тренировку. Он сам вызвался, чтобы пойти вместе. Весь день боялся, что маму могут задержать на работе, и придется идти одному. Ему было приятно участие мамы в сегодняшнем дне: что она нашла время, что поддерживает его выбор.

– Мам, а ты кимоно мне купишь?

– Куплю, сынок…

– А черный пояс?

– Купить пояс не проблема, его вначале заработать надо большим и ежедневным трудом, обливаясь потом.

– И откуда ты все знаешь, мам? – настроение у Ивана, было выше облаков, а ноги все время бежали вперед его. Мысли же опережали все на свете, и уже давно были там, на татами. От чего Ваня постоянно норовил освободить руку из маминой и бежать, бежать вперед.

Надежде Николаевне же хотелось вернуть сына на землю, предостеречь от разочарований, прежде всего в себе самом, в том, что вдруг сын может не справиться, опустить руки и замкнуться в себе еще больше. Настроить своего мальчика на серьезный подход к сегодняшнему выбору, а не как к веселой прогулке.

– Ванечка, давай поговорим, как взрослые люди, серьезно. Присядем вот на скамеечку. У нас еще достаточно времени, не беспокойся, не опоздаем.

– Ага мам, ты знаешь какой у нас тренер строгий! Опоздал или не пришел – сразу справки рвет и все.

– Ну, ты же еще не отдал свою справку. Вот она. Сын, ты должен осознать – будет очень тяжело! Я ведь тебя не отговариваю. Ты готов трудиться и стараться? Если ты уж решил, то нужно будет терпеть, и через «не могу», стиснув зубы! Только так можно достичь цели. И, никогда не отступай, и не опускай рук! Договорились?

– Мам, да я, да я всю ночь не спал, думал все об этом. В лепешку расшибусь, а стану всех лучше!

– Иван, а вдруг Вовка, дружок твой, возьмет, да и не станет заниматься, и тебя за собой потащит?

– Вовка-то, даааа.., – и Ванька на секунду задумался,– да и пусть! Сколько еще я за спиной его ходить буду?! Мам, я всем хочу доказать – и себе, и Вовке, что не пустое я место, чтоб папка с неба смотрел и улыбался. Я обещаю тебе, мамуль, – ты не будешь больше за меня стыдиться и краснеть! Пойдем, нельзя опаздывать.

В один момент и мир изменился. Надежда Николаевна увидела, как ее сын прямо на глазах будто стал выше. Словно в это время ангел над ними пролетел, коснулся крылом и утвердил Иванушкины слова… И так на душе стало радостно и спокойно. Редкий день! Ванька то убегал вперед, то возвращался, беря маму за руку, и поторапливал. А Надежде Николаевне хотелось плакать от счастья – сын взрослеет…

В зал вошел тренер и скомандовал: «По росту становись!». Все засуетились, но с горем пополам каждый нашел свое место в длинной шеренге. Вовка оказался самым высоким, и стоял первым. Ваня же устроился предпоследним.

– Равняйсь, смирно! РЭЙ! – И тренер первым поклонился мальчишкам. Те в ответ, молча, поприветствовали тренера, так же совершив поклон.

– В моих руках ваши медицинские справки, сейчас будем знакомиться. Услышавший свою фамилию говорит «Я», делает шаг вперед, совершает поклон и делает шаг назад. – Тренер стал зачитывать фамилии со справок. Нескольких ребят в зале не оказалось, и их справки плавно опускались на татами. По окончании переклички тренер поднял с татами справки и разорвал их на мелкие кусочки.

– Так будет с каждым, кто не придет на тренировку или даже опоздает до конца переклички. И чтобы вновь встать в строй, нужно будет еще раз побеспокоить тетю доктора. В конце концов, или ты научишься не опаздывать, или доктор перестанет выдавать тебе справки. Второе, я вижу, в шеренге несколько ребят, которые случайно сюда забрели. Подозреваю, что они покуривают. Что? Папа в доме курит, обдымил? Да-да, сейчас мы это проверим беговыми упражнениями. На пра-во! Бегом марш! Двадцать кругов. Учимся дышать правильно: вдох полной грудью носом, выдох – чуть быстрее ртом. – Дети пробежали пять кругов, десять… У многих сбилось дыхание. Но тренер продолжал командовать, – Быстрее, вдох-выдох! Почему пешком ходим? Быстрее! Разве это бег? Остановились! – тренер подошел вплотную к тяжело дышащей шеренге.

– Фамилия?

– Батура.

– Почему ходим пешком, Батура?

– Я бежал, Алексей Викторович!

– Здравствуйте девочки! – так всегда восклицал тренер, когда удивлялся, возмущался или ему приходилось делать неприятный выбор. – Разве это бег?! Это пешком, Батура! Ты же направляющий! Команду слышишь?! Быстрее, значит нужно выполнять, ускорить группу, а ты ползешь еле-еле!

– В боку закололо…

Тренер спрашивает у следующего:

– Фамилия?

– Кирьяков!

– Почему пешком ходим?

– Колено болит, вчера с велика упал…

Тренер подошел к самому последнему. Перед ним стоял маленький, кругленький, розовощекий ребенок.

– Фамилия?

– Кривокрысинко!

Вся шеренга захохотала.

– Отставить смех! Почему пешком ходим?!

Мальчик растерялся и задумался, не зная, что ответить. После короткой паузы он промолвил:

– А у нас машины нету, вот мы с дедом и ходим пешком.

Все пацаны вновь отозвались дружным хохотом, и вместе с ними смеялся «строгий» тренер.

– Ну что ж, выносливость и дыхалка ребятки, у вас на нуле! Один смех! Вот прям сейчас можно всех выгнать и набирать других! Вас тут почти сотня, но кто из вас станет чемпионом мира, пока не вижу! В дзюдо очень важно иметь сильный характер, железяку внутри, мужской стержень, чтоб никто тебя под себя не согнул! Поэтому по нормативам я никого выгонять не буду, будет естественный отсев. Кто месяц вытерпит, тот и останется! Если есть характер – дыхалку отрегулируем и мышцы нарастим!

После короткой разминки, кувырков и растяжки перешли к мышцам живота.

– Живот у борца должен быть квадратным, а не круглым аквариумом с рыбками! Легли на спинку и подняли ножки над татами под углом тридцать градусов. Кто дольше всех продержит, тот и молодец! Хаджимэ! (на японском языке – начали).

Дети, стиснув зубы, терпели, но многие очень быстро сдались и опустили ноги. Кто-то продержал двадцать секунд, несколько ребят – полминуты, и лишь один мальчик, такой невзрачный с виду, но как-то вроде не напрягаясь, в гордом одиночестве, продолжал держать «уголок» уже вторую минуту. Тренер смотрел, то на секундомер, то на мальчика. В зале воцарилась полная тишина. «Вот ОН, которого я ждал, ОН здесь, значит, этот набор пацанов будет жить».

– Три минуты. Матэ! (закончили), – тренер, улыбаясь, стал хлопать в ладоши. И все пацаны так же стали аплодировать. Это были первые в жизни, принадлежавшие Ваньке Серому, аплодисменты…

– Мальчик, ты меня и удивил, и порадовал! Как твоя фамилия?

– Серый! Ванька Серый.

– Ванька, значит?.. Иван, а сколько на максимум ты можешь продержать уголок?

– Не знаю, Алексей Викторович… Сегодня первый раз попробовал. Я думаю, сколько скажите, столько и продержу.

– Чудные дела Твои, Господи! Слыхали, пацаны? Это слова настоящего, сильного духом спортсмена! Еще раз поаплодируем, Ивану Серому, – будущему чемпиону!

Какая это роскошь – быть таким, какой ты есть, без вечного желания что-то и кому-то доказывать, получая за это отличную оценку!

Еще целый час продолжалась тренировка, и много еще чего дети увидели, и много чего о себе поняли. В конце тренировки тренер жестко, но справедливо двоих друзей отчислил.

– Вам, Вася и Петя, нужно идти в цирковую студию. Возможно, станете хорошими клоунами. Хотя, стать клоунами тоже большой труд. А вы очень ленивые! Да и мешали всем своим присутствием и веселым нравом! Приходить вам больше сюда не нужно. А ты Никита, физически очень слаб, ни отжаться, ни подтянуться, ни пробежать. Да и после первой трудности руки опускаешь, в себя не веришь. Дома с папкой потрудишься, и через годик приходи.

– У меня нет папки… Ушел к другой тетеньке, и уехал в другой город.

– Здравствуйте, девочки! Что ж с тобой делать? Заниматься хочешь?

– Да, я буду стараться!

– Старайся, Никита! Но если будешь мешать другим – отчислю!

Никита, улыбаясь, потер ладошками, и глаза его благодарно заблестели. Но тренер этого уже не видел. Он подозвал всех ребят присесть кучнее на татами, и стал давать домашнее задание.

– Ребятки, кроме работы над техникой приемов на ковре, над мышцами в тренажерном зале, еще очень важно тренировать правильные мысли в голове и душевные стремления. Я прошу вас к следующему занятию написать сочинение, в котором нужно отобразить пятьдесят ваших жизненных целей, мечтаний, стремлений. Описать всю вашу жизнь примерно до тридцати лет. И прошу к этому отнестись очень серьезно, потому как ваши запросы будут вами же отправлены в космос для реализации. А мечты сбываются всегда, потому – что в них заложена Божественная сила!

– А как же желания? – спросил Батура.

– Желания и мечты, ребятки – абсолютно противоположные понятия. Желание порабощает, а мечта возвышает! Так что, больше пацаны мечтайте и созерцайте! Тогда ваш мир обретет совершенно новый смысл и новую реальность. Наш мозг поистине уникален. Если мы ежедневно, хотя бы по десять минут утром и перед сном, будем представлять себя таким, каким бы хотелось быть в будущем, и если в этом не сомневаться, то так оно и будет! Эта домашняя тренировка называется – визуализация. Если, например, представлять и верить, что ты уже выиграл соревнования, то сомнения уйдут, ты будешь бороться более свободно и с настроением. С помощью этих тренировок можно развить в себе мужество, решительность, настойчивость, и многие другие важные качества для борца, да и для будущего мужчины. И еще, невозможно победить, если ты не научился проигрывать. То есть правильно относиться к проигрышу, анализируя и делая выводы, по какой причине это произошло. Самый большой твой враг – это, ты сам! Прежде всего, необходимо научиться побеждать самого себя: свои страхи, сомнения, комплексы, свою лень. Трудиться так, чтоб появилась уверенность в себе, в свои силы. В то, что ты все в своей жизни делаешь правильно! Тогда ты сможешь легко свернуть горы! Все понятно? Вопросы есть?

– Алексей Викторович, что-то я сомневаюсь, – не унимался Батура, – как это можно, лежа на кроватке, стать мужественным?

– На все есть Воля Божья! Кто в этом сомневается, тот и не верит. ВЕРА не требует доказательств! Если есть сомнения, то вера просто на просто уходит. А без веры, товарищ Батура, у тебя останутся лишь одни желания, которые тебя поработят и никогда не сбудутся. Ты будешь из шкуры лезть, трудиться, но… Мы называем это пеной: вроде много, куча пены большая, а когда все пузырьки лопнут, останется только мокрое пятнышко.

– Становись! Равняйсь, смирно! Давайте поаплодируем себе и друг другу. Не забудьте сочинения! На этом тренировка закончена. РЭЙ!

Батура и Серый шли домой молча. Ванька весь светился, как фонарь на столбе, и снаружи, и внутри, совсем не замечая Вовкиного настроения. На своем опыте зная, что в какие-то моменты лучше в мысли Батуры не соваться. А Вовка явно был не в себе: то резко листочек с дерева сорвет, то цветок с клумбы вместе с корнем, то камушек ногой пнет. «Ни разу за тренировку, тренер меня не похвалил, и еще при беговых, как назло, в боку закололо… А Серый–то вон, прям весь цветет и пахнет», – с завистью думал Вовка. – «Аплодисменты… Прям будущий чемпион! Еще посмотрим – кто из нас будет круче!»

Так, молча, каждый в своих мыслях «друзья» дошли до дома и, не попрощавшись, разошлись по подъездам.

Ванька тихо зашел домой. Навстречу выбежала сестренка, из кухни вышла мама. Лица их, перепачканные мукой, улыбались. Он с разбега обнял маму и стал взахлеб рыдать. В этот момент Ваньке казалось, что счастливее его нет никого на свете. Мама же гладила его волосы, прижимая крепко к груди испачканными мукой руками, понимая всем своим большим материнским сердцем, что никто Ваньку не обидел, а это слезы счастья и невероятного облегчения. Сын же сквозь слезы говорил и говорил, что тренер ему аплодировал и сказал, что Иван Серый – будущий чемпион… «Вот и хорошо! Вот и Слава Богу! Сейчас пирог будем кушать. Ведь сегодня такой хороший день, правда?!» – приговаривала мама.