Мажор на сеновале

Не нужно было ее надевать вообще. Снять с себя теперь ее – просто ад какой-то. Вдруг в дверь постучали. Я подумал, что это дед, поэтому тут же поправил майку, словно не снимал её.

– Да, войдите.

Дверь открылась, и в проходе появилась Вика с огромной тарелкой пирожков. Сердце вдруг радостно подскочило, а я был не в силах сдержать улыбку. Я даже не знаю, чему был больше рад: ей или маячащей на горизонте еде. Она ведь не принесла это просто, чтобы похвастаться.

– Привет, я думал, ты не придешь.

– Я немного потеряла счет времени на кухне, – она протянула мне пирожки. – Это тебе.

– Мне?

Сердце радостно подпрыгнуло: я сегодня покушаю!

– Ого, выглядит очень аппетитно, спасибо!

Я взял тарелку и тут же схватил один из пирожков, кусая сразу половину. Глаза от кайфа аж закатились. Я со звуками удовольствия стал жевать быстрее, а после схватил еще один пирожок. Это было чертовски вкусно, сочное мясо, я не мог оторваться. Я съел сразу штук семь, как поднял голову на Вику, которая удивленно смотрела на меня.

– Очень вкусно! Правда!

– Полагаю, ты все это время ничего не ел?

– Огурцы, редиску и две морковки. Себастьян кончился.

Я продолжал есть, как вдруг следом стали попадаться сладкие пирожки, которые были ничуть не хуже.

– Черт, это очень вкусно. Где такие продают?

Я доедал последний.

– У меня на кухне, – усмехнулась она.

Я замер, ведь она только что говорила, что потеряла счет времени на кухне. То есть…

– Ты сама готовила?

– Да.

Я был искренне удивлен этому. Мало того, что это было так вкусно, так еще и что это она сама готовила и подумала о том, чтобы поделиться со мной. Черт. Я перед ней снова в долгу. Всё равно не понимаю, зачем ей это.

Моё молчаливое удивление было нарушено тем, что она взяла миску и вышла, а спустя несколько минут вернулась с порцией добавки. Святая девчонка, серьезно!

– Выпей еще это.

Увидев, как жадно я уплетаю еду, она решила дать мне препарат, который помогает пищеварению, так как я давно не ел нормально, и такой объем еды может быть тяжело воспринят.

Я улыбнулся и выпил, а после доел оставшиеся пирожки. Я так хорошо наелся, что у меня было чертовски отличное настроение.

– Спасибо! Жаль, что не осталось на завтра… Могу обменять на огурцы, – усмехнулся я. – Если у тебя еще остались пирожки.

– Тебе вообще не дают еды?

– Скажем, я должен добыть и приготовить сам из того, что есть на участке.

– Могу помочь тебе не умереть с голоду, но на моих условиях.

– Смотря какие условия, после одного опыта я должен сначала подумать, – улыбнулся я.

– Будешь со мной лапочкой и станешь помогать с готовкой, а когда пройдет спина – и с огородом.

Я сощурился, словно ждал подвох, а потом заулыбался:

– Пороть не станешь, если буду косячить?

– Минет предлагать не будешь, и я буду милой.

Я улыбнулся и протянул ей руку:

– Идёт.

Она пожала мне руку в ответ, и мы замерли на какое-то время вот так, держа руки друг друга. Я засмотрелся на нее, а потом понял, что это время немного затянулось.

– Поможешь мне снять футболку? Я не могу её снять, ощущение, что она где-то к ране присохла, а сильно выгибаться больно.

Вика подошла ко мне ближе, и наши взгляды встретились вновь. Она поддела пальцами мою футболку, а я медленно поднял руки. Она делала всё медленно и аккуратно. Как только футболка была у меня в руках, наши взгляды снова встретились. Сердце забилось как бешеное. Волнение, страх, но невероятная тяга толкала сделать то, что я сделал.

Я резко подался вперед и накрыл своими губами губы Вики. Сейчас или никогда. Не знаю зачем, не знаю, как оправдать себя, просто подчинился внезапному порыву.