Во имя порядка: у истоков Союза

– Вам действительно нравится рассказывать про политику и войны? – заговорила Элия, осмотрев мужчин. – Кажется, пока что итак этого хватит.

– А чём ещё говорить? – спросил новоиспечённый стражник. – Сейчас Эндерал только и говорит об освободительной справедливой войне против Железного Королевства. Страна отправляет все ресурсы на помощь легиону и союзным войскам. Скоро мы очистим нашу землю от скверны.

– Феликс, как у вас тут живут? Я видела полусельскую жизнь в Золотом берегу, деревни и города Княжества, кипящий жизнью Арк, но впервые в этой части Эндерала.

– Вообще никогда?

– Даже когда это была земля сотен полей и подворий. Без новшеств вроде рыцарей, турниров и новой столицы.

– Практически ничего не изменилось с тех пор, кроме как полей стало больше, знатные землевладельцы стали рыцарями, поместье превращаются в крепости возле которых растут крестьянские дома.

– А как у вас тут люди проводят досуг? Я несколько дней гуляла по городу, но из примечательного только выступление странствующих менестрелей.

– Мы народ трудолюбивый… из забав у нас тут немного.

Внезапно дверь скрипнула и внутрь прошёл светловолосый крепкий мужчина, препоясанный широким мечом, на котором звучит перезвон колец кольчуги, скрытой под бело-голубым табардом с гербом не государства, а феодала – геральдический петух на белом фоне. Он под немые взгляды четверых вошёл к середине комнаты и громогласно заговорил:

– Я посланник достопочтенного рыцаря Ангелоса дю Деклерра. Он требует господина Джаэля к себе по делам Союза.

– На каком основании? – уточнил Феликс.

– Вот, держите, – протянул бумагу

Джаэль аккуратно взял листок и стал вчитываться в него. Строки содержали в себе смысл послания и прочитывая одну за другой парень стал понимать, что его призывает к себе рыцарь, имеющий тесные связи с Союзом и являющийся одним из протеже Консула в регионе. В послании, написанным рукой Магистрата по внутренней безопасности, выражается глубокая благодарность их делами, обещание награды, которая передана на хранение рыцарю, а также обещание скорейшей встречи с Оливией. Как только его взгляд пролетел по буквам, смысл которых говорит о дочери, парень продрог. Радость и волнение взыграли в душе, он был готов снова ринуться на поиски или в бой. Он посмотрел на Элию, и девушка узнала этот взгляд, поняла, что долго они тут не задержатся.

– Что ж, хорошо, что так. В таком случае мы скоро там появимся.

– Вот. Наш чародей сделал свитки для вас. Используйте их, чтобы оказаться при дворе достопочтенного господина.

Джаэль принял этот подарок. Он с новой решимостью собрался в путешествие, чувствуя, что бремя долга, возложенного Союзом, становится всё слабее. Несколько дней гуляний по городу с Элией, совместные прогулки по парку и верхнему кварталу, наслаждение вечерними закатами и разговоры о чувствах он не забудет и желал бы подольше остаться у брата, но восток зовёт. Эти дни напомнили о забытых родственных связях и ещё сильнее связали его с девушкой, поэтому мысленно Джаэль дал клятву ещё вернуться сюда.

– Феликс, держи, – кинул бывший лейтенант что-то сверкнувшее золотом на верёвке и поймав, стражник увидел на своей ладони восьмиконечную звезду из пирита, а мужичина вдогонку пояснил. – Это я вчера в карты выиграл у одного колдуна из Коллегии магов. Он сказал, что этот амулет защищает от стрел и мечей.

– Спасибо огромное, дядя, – улыбнулся Феликс и в знак благодарности пожал руку Джаэлю.

– Ладно, давай родственничек, – протянул ладонь брат и они попрощались; Джаэль чувствовал радость от того, что встретил Свена, но и горечь – им вновь приходится расстаться. Джаэль не забудет историй Свена, как он тут выживал, пытался торговать с пиратами и вёл подпольные дела с местными мастерами воровства. Всё это после их давнишнего расставания. Тот день, когда после смерти родителей три брата разошлись по миру в поиске лучшей доли – ещё один день скорби.

Пришло время собираться. Джаэль препоясал себя эстоком, поправил кольцо со львом, а Элия собрала сумку, в которой уместился скромный дорожный скарб. Он не боялся за оставшихся в городе ралаимов и ассасинов. Вторые вскоре начнут отходить на юг, а вторые ждать распоряжений от своего патрона. Что примечательно – воины из Подгорода всячески помогали здешним людям… неизвестно, что сделало фанатиков Ралаты более человечными, возможно – новые времена, а может и надежда на лучшую жизнь.

Пришло время уходить. Ещё раз попрощавшись, они прибегли к чарам. Джаэль и Элия вдвоём в мановение ока были охвачены магическим сиянием и переброшены далеко на юг от столицы Фермерского берега.

Приятный свежий ветерок ударил в лицо обоим, а над головами ярко светило солнце, почивая на лазурном ясном бирюзовым небосводе. Выйдя из разрыва на теле реальности, первое, что увидели двое – это просторные поля, залитые золотом, перемежающиеся с огромными участками желтеющей зелени, кустов и деревьев. Между огородами и полями проходят маленькие тропинки, по которым ходят крестьяне. На полях работают десятки людей в простой крепкой одежде – собирают последний урожай, жнут пшеницу и вяжут её. Работа у мужчин и женщин простая, но трудная и значительная, вокруг них множество ящиков и бочек, набитых овощами, десятки снопов. Народ был настолько сильно увлечён работой, что лишь немногие обратили внимание на пришедших из телепортационной вспышки.

Под неодобрительными взглядами крестьян, они продолжили идти. Впереди высится крепость. Стены опоясывают небольшой участок земли, за которым виднеются лишь две крыши и одна крупная башня. Возле крепостных стен разбросаны крестьянские дома. Крепкие и простые, глубоко посаженные в землю, они образовывали нечто похожее на деревню, возле которой даже нет частокола. В общем сельскохозяйственном пейзаже тут и там попадаются мельницы и огромные амбары. Взгляды двух встречаясь с подозрительными взорами местных фермеров… видно, что обычный люд не особо любит чужаков. Их обычная одежда – рубахи с закатанными рукавами, а поверх какая-нибудь накидка. Обувью служат либо грязные старые сапоги, либо длинноносые ботинки под подвороченные штаны. У тех, кто побогаче есть изумрудного цвета жилетки и более лучшего качества сапоги.

– Стой, кто там идёт? – вышли четверо мужиков в кольчугах, с табардами и гербовыми знаками, с широкими мечами на поясах. – Кто пожаловал к нашему рыцарю?

– Джаэль из Речного и Элия из Арка, – ответил мужчина и протянул бумагу. – Нас пригласил ваш господин.

– А точно, должны были такие прийти. Тогда шагайте к вратам. Там вам откроют.

Солдаты отошли и пара быстро оказалась в тени аллеи деревьев и массивных приземистых домов. Джаэль приметил узкие оконца и широту досок, из которых сложены постройки. Быстро минуя тень, они оказались у ворот и поговорив с воинами, прошли за массивные деревянные ворота и шагнули под каменные надвратные своды. Внутри крепости всё выглядит довольно скромно – под ногами расчищенная земля, по правую руку двухэтажное здание из камней… местная казарма с пристройкой, где за пылающим жаром горном работает кузнец. По левую сторону тянутся конюшни с пятерыми жеребцами. Впереди же высится дом рыцаря – трёхэтажная композиция из камня, украшенная витражными окнами и переходящая в венчающая всё башенку, прибавляющей ещё один этаж.

– Удивительное место… этот оплот рыцаря, – проговорил мужчина, наблюдая за арбалетчиками на стенах, посматривая на гербовые флажки.

Тут нет дорогого и пестрящего убранства Республики, или плавного красивого архитектурного стиля Речного, варварской диковинки Солнечного берега… только простота, только практичность. Это выражается во всём – одежда, жильё, оружие или даже укрепления.

Солдаты при дверях в твердыню выглядели лучше – их оружие это длинные мечи, шлемы-капеллины и нагрудник, поверх кожаных поддоспешников. Они переглянулись, приняли лист с документом о проходе и пропустили парня с девушкой.

– Ох, а вот это уже действительно удивительно, – произнесла девушка, когда увидела, что рыцарь действительно когда-то был помещиком и из благородного у него только титул; глаза выхватывали образы картин, которые на холодном сером камне выглядели неуместно, тем более бронзовые и посеребрённые подсвечники и сумбурно расставленные предметы роскошного декора – статуэтки, украшения, посуда и многое подобное. Всё это выглядело просто нагромождением яркости и ненужной роскоши посреди общей серости и невзрачности каменных стен, грубых холодных черт крепости.

Джаэль и Элия поднялись на второй этаж, где за железом окованной дверью их уж ждал повелитель окрестных полей. Вокруг владыки твердыни собрана роскошная коллекция картин, мощные тисовые шкафы хранили одежды и книги, множественные свитки и статуэтки. Довольно внушительный зеркально начищенный стол был довольно скуден – всего пара листков и свитков, но больше разбросано колец, монет или цепочек.

– Я – рыцарь Ангелос, член рыцарского дома Эринора, – заговорил высокий, облачённый в атласный роскошный костюм, с шапероном, мужчина. – Мне уже доложили, что вы в моём доме и я рад вас приветствовать.

– И мы гордимся встречей с вами, господин рыцарь, – поклонился Джаэль. – Скажите, зачем вы вам понадобились?

– Вас призвал Союз. Он желает вас наградить, воздать за дела в Златолесье, и шлёт благодарность, – улыбнулся Ангелос и уселся за трон. – А ещё Магистр по внутренней безопасности для вас приготовил новую задачу.

– Как же вы с ним познакомились?

– Мы с ним были хорошими друзьями до неримской войны. Тогда мы были обычными партнёрами в купле-продажи. Но когда я стал рыцарем, а он Магистром, наши отношения стали политическими.

– Рыцари Фермерского берега… как вы сформировались? – с энтузиазмом спросила Элия.

– Мы стали появляться ещё в начале войне с Неримом. Отряды наёмной кольчужной конницы стали нашими оруженосцами и помощниками, а помещики их вождями. Когда война окончилась, лорд Борек разделил между сотней помещиков просторные земли Фермерского берега, – рыцарь пододвинул свиток и раскрыл его, показывая карту Баронства. – Сто рыцарств и пять домов.

– Рыцарские дома? – склонился над картой парень. – Кто же это такие?

– Содружества знати, которые объединяются идейно. Вы посмотрите на мой герб, – Ангелос указал на родовой щит, украшающий стену. – Три кинжала над петухом. Символ дома Эринор.

– А какие ещё дома? – поинтересовалась Элия.

– Альгиддиой, Перетин, Куромир и Сангорар.

– Так, ладно, обсудили особенности Фермерского берега, давайте перейдём к делу. Что там от нас хочет и что предлагает Союз? – настаивает Джаэль.

– Да, хорошо. Перейдём к делу. Вот то, что передал Эндеральский Союз, – рыцарь встал и отошёл в сторону, зазывая с собой пару; Джаэль с Элией спустя миг увидели раскрытый простецкий сундук, в котором так и манило добро.

Рука мужчины коснулась холодного звонкого металла – серебряных лир Союза теперь вполне хватит, чтобы купить маленькое поместье или отличную амуницию. Далее пальцы нащупали прохладу стекла – зелья и эликсиры тоже попали в дары от Союза, которые укрепят их в пути. Но деньги и алхимические эссенции – не единственный подарок, ибо в самом конце сундука он нащупал бумагу, тёплую и бодрящую. Вытянув её, Джаэль поднёс к очам и радость охватила его, когда на сургучной печати он увидел слова – «В Дюнное».

– Это же, свиток…, – с трепетом заговорил Джаэль, Элия тут же оказалась возле него, припав к нему и всматриваясь в свиток, её тоже начинает наполнять радость… Джаэль скоро увидит дочь, ради которой свернул пол Эндерала, ради которой участвовал в событиях эпических масштабов.

– Да, перед тем, как вы отправитесь в очередное путешествие, Союз даёт вам увидится с самым дорогим в вашей жизни, – улыбнулся рыцарь, зная о том, ради чего сражается мужчина.

«Он нас не бросил, Магистр сдержал слово», – радостная мысль, заполняющая парня ликованием, исторгла всю хандру и ощущение безнадёжности, бесполезности его работы.

– Спасибо, – лик светлый засиял у Джаэля. – Спасибо.

– Не мне говори это, а тому, кто вас нанял.

– Как встречу, скажу, – Джаэль подальше спрятал свиток Джаэль и перешёл к главному. – Что от нас требует Союз?

– Да. Магистратум пересмотрел ваш договор. Раньше его пунктами было – обнаружение тайного культа и его уничтожение, но теперь с учётом обстановки, господа пересмотрели всё.

– То есть? – смутился Джаэль. – Надеюсь, нас не хотят привлечь как обычных наёмников на войне?

– Ничего страшного ничего не случилось. Просто от вас потребуется только обнаружение одного объекта. А что касается вашего прошлого задания, – рыцарь посмотрел на карту Эндерала, прибитую к стене, затронув взглядом Златолесье и Тальгаард. – Данные от вашего друга Сигизмунда дали целевые наводки, а масштаб столкновений исключает ваше применение. Теперь это полномасштабная война, с армиями и полками.

– Что? Он выжил в той бойне? Я от него вести не получал с момента, как мы расстались.

– Да, он выжил и ведёт Инквизицию к новым победам. Ваша новая задача здесь, – подошедший к карте Ангелос показал на изображённые художником пески юго-восточной части страны. – Я конечно вам передам все документы с деталями, но вкраце расскажу, что вас ждут пирийские руины и источник большой силы, который нужен Сенату.

– Вилдас что-то говорил о нём. Он являлся во снах одному магу аристократов.

– Да и теперь он нужен Сенату. Я не знаю зачем, но таковы условия договора и его нужно выполнить.

– Хорошо, – кивнул Джаэль. – Я только соберу своих, подготовлюсь материально и мы отправимся в путь.

– Я бы на вашем месте поспешил… ходят слухи, что Святой орден отправил за тем же артефактом свою экспедицию. Он им нужен для работы над светочем. Как по мне, разобрали бы эту дрянь, – с недовольством обозначил своё мнение рыцарь.

– Понимаю.

– Кстати, ваш друг Вилдас недавно приходил сюда. Он говорил с алхимиком и магом из объединений.

Джаэль взгрустнул, ему стало интересно, где его друг. Тот покинул их, как только они миновали тоннели, не сказав не слова. Несчастный старик, потерявший смысл жизни и опору. Его накрывает тьма, суть которой – пустота идеи и морали, ибо если нет ничего божественного, то нет и ничего святого, а значит и всё дозволено – пределов нет, есть только те постулаты, которые придумает человек… но всё равно они пусты. Это сбило столку Вилдаса, лишило его сил, и он отклонился от группы.

– У вас работают настолько знатные ребята? – поинтересовалась девушка.

– А почему бы и нет? Я, как знатный человек, вполне могу себе оплатить работу мага из Коллегии и алхимика из Гильдии.

– Так они же обязаны у вас обработать.

– Не совсем. Они приставлены законом лишь к оплотам власти и органам центрального управления.

– Так, а где нам найти Вилдаса? – спросил Джаэль.

– Это вам в местную часовню. Он к северу от крепости, в рощице.

– Хорошо, спасибо, – поблагодарил Джаэль и увидел жест рыцаря, говорящий, что встреча окончена.

– Береги вас Свет, – пожелал напоследок Ангелос, закрывая сундук. – Ступайте к своему другу, а я пока подготовлю дары Союза.

Двое скоротечно покинули твердыню рыцаря и направились дальше. Джаэль не мог просто так оставить старого друга, не позволяла совесть. Через минут десять ходьбы они вышли к роще, где приятная прохлада будто бы исходит от стены зелени и берёз, а слабое журчание воды услаждает ухо.

– Красиво и мирно, – вымолвила Элия, посмотрев на многие деревья. – Прям как в Сердцеземье.

– Что ж, надеюсь, наш друг нашёл тут то, что искал.

Пройдя за изумительные произведения искусства природы на узкую тропинку, они оказались в прохладной тени деревьев, маленькое озерцо и ручей с источником неподалёку дарило свежесть и к зелено-изумрудному пейзажу добавляло живительную бирюзу. Но самое главное это строение впереди – четыре массивных простых колонны из зеленоватого камня, держащих большую куполообразную крышу, а в середине алтарик.

Часовни и храмы Фермерского берега отличались от своих собратьев в других частях Эндерала. Мало того, что их располагали за городом, чтобы народ мог уединиться от городских забот, так ещё и открытость позволяла созерцать творение рук Единого красоту зелёной жизни.

У алтаря, склонив колени, сидел мужчина в чёрной мантии. Знакомые бородка и лысина с добродушным лицом дали понять Джаэлю, что перед ним старый друг.

– Вилдас, мы тебя искали, – подойдя, положил на плечо руку мужчина. – Ты на десять дней нас покинул. Что же ты искал и что решил?

– Покой…, – выдохнул Вилдас. – Я его искал после мрачных дней, после уныния и апатии я искал умиротворение и нашёл его. Что уж теперь.

– В часовне Единого?

– Да… а почему бы и нет? Как-то странно, что именно здесь я обрёл умиротворение, – Вилдас поднял голову и посмотрел на деревья впереди; после долгих дней после Речного Джаэль впервые увидел своего друга с лицом, не обременённым печалью и мраком.

– Что ж, я рад, что с тобой всё в порядке… но как ты добрался сюда? Мы восемь дней ехали до города, а ты от нас отделился сразу как мы минули горы.

– С помощью сети древних телепортов. Они старые, видимо времён, когда Эндерал ещё заселялся потомками первых вассалов.

– Хорошо, – Джаэль сел рядом, – скажи, Вилдас, что ты будешь делать дальше?

– Думаю отойти от дел… отправлюсь на родину, поселюсь на окраине Речного, – парень посмотрел на друга и слабо улыбнулся. – Если нет ничего за гранью материи, то я хоть проведу остаток жизни в покое.

– Ты оставишь меня? – усмехнулся Джаэль, – я только сейчас отправлюсь за дочкой, найду её. И ты хочешь прямо сейчас меня бросить?

– Нет… я помогу тебе, мой друг, – обрадовался Вилдас. – Ты всё-таки отправишься к ней?

– Да, Вилдас. Представь себе, мы наконец-то закончим её поиски, наконец-то вместе отправимся домой и забудем про всё это. Не будет больше сражений с тьмой и договоров. Я её найду и всё…, – Джаэль выдохнул. – И выполню своё последнее задание.

– В таком случае я с тобой, мой друг, – Вилдас поднялся с холодного пола и посмотрел на каменный квадратный алтарь. – О смысле жизни я тут подумал.

– У тебя смотри сколько смыслов – «огонь», Светорождённые, «вода». А может присоединишься к Ралате?

– Членов иных культов становится всё меньше, – холодно, констатируя факт, сказал Вилдас. – Всё больше последователей Творца и «общины завета».

– Почему? Неужто Церковь Единого с Инквизицией настолько хороших отправили проповедников? – спросила девушка.

– Да. Вы помните, как наш друг-инквизитор охотился за отчётом? Я узнал как-то у него, что по отчёту было слишком много колеблющихся, которым нужно было слово веры и путь истинный. В принципе, Церковь дала им это. У ней была цель, были сведения…

– Это благодаря работе Сигизмунда? – с удивлением вопросила дама. – Тогда, когда мы были в Арке?

– Да, но и в этом есть своя ценность. Если бы эти колеблющиеся столкнулись со словом Либры, то несомненно встали под их знамя. Но встретившись с постулатами и тайными проповедниками их культа, горячо верующие в Творца с лёгкостью отвергли ложь.

– В таком случае Церковь совершила великое дело, – радостно обозначила Элия, поправив волосы. – Тысячные толпы последователей древнего культа смогли бы сильно навредить городам.

– Сейчас об этом трудно рассуждать, – покачал головой Вилдас и встал. – Во всяком случае, мы имеем покой. Ячейки в городах уничтожены, а Железное Королевство парировано по всем фронтам.

– Главное, куда мы отправимся?

– В Дюнное. Там я найду свою дочь, а после… нас ждут пирийские руины и артефакты

– Хорошо. А наш друг Сигизмунд? Он как, с нами?

Сигизмунд Гросс, инквизитор Церкви Единого радовался бы о том, что вскоре Джаэль увидит свою дочь, но он не может это сделать. На его плечах тяжёлое пальто с меховым воротником, которое давит на торс, шея обвязана белым шёлковым шарфом, а на голове широкий капюшон. Он вошёл в тёмную холодную комнату, от блочных стен так и исходит хлад, а тусклость помещения лишь нагнетает обстановку. В углах, сливаясь с тенями, стоят высокие фигуры в чёрных мантиях, обитых мехом. Местные чародеи посматривают в одну точку, готовый обрушить власть стихий на одного человека, если она посмеет вытворить что-то, хоть малость напоминающее попытку побега. За массивным столом из камня сидит девушка с молодым свежим лицом, немного вытянутым и отёсанным. Её светло-снежный волос прямыми локонами падает на выразительную грудь под рубахой и корсетом, накрытым плащом. Глаза, сияющие изумрудным блеском с тенью усмешки, смотрят на происходящее, а изящного вида запястья скованны кандалами.

– Прошу простить, что задержался, – басом заговорил инквизитор. – Лига Ковенов излишне щепетильно относится к требованиям магической безопасности.

– Ничего, я ждала. В конце концов, тёмное мрачное подземелье на севере Эндерала это лучшее место для приятного ожидания, – язвительно произнесла дама.

– Будь благодарна, что Верховный инквизитор и Первосвященник постановили оставить тебя в живых, – Сигизмунд отодвинул противоположный стул и сел. – Полагаю, что нам нужно представиться лучше. Я – инквизитор Сигизмунд Гросс.

– Боюсь, что моё имя тебе уже известно. Я – Кайль эль Эдлесса, если ты забыл.

– Ладно, давай приступим к работе, – инквизитор снял кожаные перчатки и Гросс разложил листы бумаги перед собой. – Ты расскажешь мне всё. Конечно, спасибо за планы Либры, но хотелось бы ещё услышать и о «Кузенах» с Железным Королевством.

– А если я откажусь?

– В таком случае мне ничего не остаётся, как отправить тебя в тюрьму, где через два дня тебя казнят.

– За что?

– За Эндерал.

– Иронично, – усмехнулась девушка. – Но я же тебя спасла.

– Я признателен тебе, Кайль, но напомню – и я тебя спас. Мы в расчёте. А теперь давай я составлю протокол, ты ответишь на все мои вопросы и всё будет хорошо?

– Хорошо, милый мой… разве у пленённой девушки есть выбор?

Сигизмунд сделал пару отметок на протоколе допроса, записывая её имя, данные, возраст и дату рождения, которые узнал раньше. Про себя он молился Творцу, чтобы допрос удался, чтобы он получил ответы на все вопросы, но Кайль не давала начать его своими двусмысленными речами:

– А ты уже забыл, как выносил меня на руках из пламени битвы? Как ваши серафимы бились рядом? Ты уже и не помнишь, как лечил мои раны?

– Такое не забыть. Вы пытались сразу удрать от нас и свернуть шеи паре стражников, как только очнулись. Поэтому я и принял решение, чтобы нас закинули как можно подальше от цивилизации.

– Давай на «ты».

– Я предпочту сохранить официоз, достопочтенная Кайль, – холодно говорит инквизитор, вторя манерам Мирро. – Что вы можете рассказать о «Кузенах»? Какие у вас были задачи в Золотом лесу?

– Мой дорогой спаситель, ты думаешь я расскажу тебе всё это? – дама игриво улыбнулась. – Пожалуйста, не путай мою ненависть к «Весам» с абсолютным добродушием. Я не выдам ничего из тайн моих собратьев и новой страны.

– Я хочу напомнить, что твои собратья – древние предатели, которые сейчас с помощью Железного Королевства топят Эндерал в крови, – грозно твердит Сигизмунд, перестукивая пальцами по столу. – Ты жила несколько тысяч лет и не поняла, что несёт с собой хаос? Не поняла его губительное действие?

– Скорее спасительное и живительное действие на душу, – тряхнула головой Кайль, и озорно посмотрела на инквизитора. – Сигизмунд, может ты поймёшь, что Железное Королевство – это не просто отражение Эндерала, а его истинная суть. Почему страна должна сопротивляться своей истинной сущности?

– Ох, и как же мне тебя разговорить? – инквизитор протёр глаза и подняв взгляд увидел перед собой милой лицо красивой девушки; его ведёт долг – он обязан её допросить только потому, что так велит Церковь, но разве он того желает?

В памяти остались те, отдающие смущённой отрадой, воспоминания, когда он касался её кожи, ощущая приятный бархат тела, залечивая её. Конечно она пыталась бежать потом, но те раны, которые она нанесла стражникам были шуточные – сущие царапины. Не зная почему, но он сам не желал мучить её допросами, дознанием, инквизиторскими проверками и копошением магией в сознании. Осмотрев её лицо, найдя в нём мрак печали, он понял, что перед ним не опасный враг, а девушка, соскучившаяся по общению, по свободе. Несколько тысяч лет за пределами крепости-оплота и отдалённость от остальных «Кузенов» сделали её менее испорченной, более чистой. Она придерживается проклятого пути скорее по привычке или даже не зная всех тех ужасов, который за ним скрывается.

– Скажи, а каков тот Свет, который ты исповедуешь? – неожиданно, с неподдельным интересом спросила девушка, и Сигизмунда всего пробрало от этого – то ли от высоты вопроса, то ли от неожиданности.

– Свет истинный, Дух великий, Создатель всего.

– И что же Он такое?

– Я отвечу просто…, – Сигизмунд ощутил странно-приятное тепло в груди. – Все мы стремимся к любви, так или иначе… а Он есть Любовь Живая, Разумная.