Минута до полуночи

— Про время?

Теперь он посмотрел резко.

— Значит, не только мне.

— Что вы сделали?

— Позвонил Ярцеву. Он всегда занимался юридической частью того проекта. Хотел понять, не получил ли он такое же.

— Получил?

— Да.

— Что сказал?

— Что это чья-то дурная шутка.

— Вы поверили?

— Хотел поверить.

— Почему именно ему позвонили?

Вересов долго молчал.

— Потому что семь лет назад он уже решал, что нам говорить полиции.

Клим почувствовал интерес.

— То есть не вы.

Вересов посмотрел на него.

— А кто сказал, что я?

— Никто. Я уточняю.

Он откинулся на спинку.

— Кирилл был юристом. Он сказал, что если мы сами объявим полиции о неофициальной встрече на стройке, начнут проверять документы, разрешения, финансирование. Проект окончательно закроют. А помочь девушке мы уже не можем.

— Она тогда ещё была жива.

Вересов замолчал.

— Мы не знали, насколько всё серьёзно.

Клим смотрел на него.

— Возле неё находился врач.

— Белов сказал, что нужна скорая.

— Кто вызвал?

— Не помню.

— Никто из вас.

Вересов отвёл глаза.

— Возможно.

— И девушку кто-то переместил с дороги.

Тот резко посмотрел.

— Кто вам сказал?

Вот оно.

Клим не ответил.

— Значит, вы помните.

Вересов сжал челюсть.

— Она лежала почти посередине полосы. Машины могли попасть на неё ещё раз.

— Кто перенёс?

— Нестеров и Белов.

Клим почувствовал, как имя вновь возникло.

— Вместе?

— Да.

— Ратова участвовала?

— Нет. Она была в истерике.

— Почему?

Вересов нахмурился.

— Потому что перед нами лежал человек, которого только что сбила машина. Как вы думаете?

Клим не принял раздражение.

— Вы уверены, что только поэтому?

Вересов посмотрел на него долго.

— Я не понимаю, к чему вы ведёте.

— Я тоже пока не понимаю.

Клим сменил направление.

— Елена Дорохова кого-нибудь из вас знала?

— Нет.

Слишком уверенно.

— Даже Нестерова?

На этот раз пауза была.

Очень короткая.

Но Клим увидел.

— Почему вы спрашиваете про Виктора?

— Потому что я хочу услышать ответ.

Вересов медленно произнёс:

— Насколько мне известно, они не были знакомы.

— «Насколько вам известно» звучит уже иначе.

— Потому что я не могу отвечать за чужую личную жизнь.

Клим кивнул.

Вот теперь стало интереснее.

— Где сейчас Нестеров?

— Понятия не имею.

— Вы не общаетесь?

— Несколько лет.

— После письма не звонили?

— Нет.

— Почему?

Вересов посмотрел на стол.

— Потому что он был единственным, кто после аварии хотел пойти в полицию.

Клим замер.

— Нестеров хотел рассказать?

— Да.

— И кто его остановил?

— Все.

— Включая вас?

Вересов медленно кивнул.

— Включая меня.

— Почему он передумал?

— Ярцев убедил.