- -
- 100%
- +
— Очень просто, — заявила Анжелка. — Тем более, что такой пример этого у нас в школе уже есть и вы это прекрасно знаете. Это те две безголосые подружки солистки. У одной из них дядя депутат, а папа владелиц крутой фирмы. Ну чем не пример для того чтобы задуматься?
— Что-то я опять не пойму того куда ты клонишь? — попросил пояснить Борис Михайлович этот странный намёк, хотя сам уже прекрасно догадался о том, в чей огород Анжелка сейчас запулила камень.
— А по моему, тут даже ребёнку без лишних объяснений всё понятно, — заявила Анжелка которая по виду директора сразу поняла, что он и без пояснений всё прекрасно понял. — Вам приходится крутиться, Марии Ивановне тоже приходится крутиться, и той девочке у которой нет в родне ни дяди депутата, ни крутого папы, тоже приходится как-то по своему крутиться, от того ей уже со школьной скамьи нужно ходить за своей богатенькой подружкой как некий шванс, чтобы после школы хоть чего-то добиться.
— Прости «Шванс», это кто? — тут же поинтересовался Борис Михайлович странным словом.
— Шванс — это по немецки — хвост, — пояснила Анжелка.
— А-а! Так вот ты о чём, — произнёс Борис Михайлович с небольшим облегчением за то, что Анжелка не привела его в пример к такому немного унизительному слову, после чего на это сразу высказал своё мнение: — Кое в чём я тут с тобой конечно согласен, вот только я не думаю, что ты так сможешь. Ведь ты не из тех, кто будет всю жизнь за кем-нибудь ходить хвостиком.
— Так вы же сами только что сказали о том, что жизнь сложная, — возразила Анжелка подловив директора на слове. — Может сейчас не хожу, а потом в силу каких-нибудь обстоятельств глядишь и придётся. И тогда такой документ как красный диплом, в этом к сожалению может стать только помехой.
— Это почему? — удивился Борис Михайлович.
— Всё очень просто, — с улыбкой и без всяких намёков ответила Анжелка. — Ни каждый начальник захочет иметь у себя в окружении того работника, который будет на много умнее и образованней его.
— Да! С этим не поспоришь, — согласился Борис Михайлович. — Конкурента у себя под боком, мало кто захочет иметь.
Понимая то, что разговор начинает затягиваться, Анжелка решила напомнить Борису Михайловичу о том, за чем он к ней подошёл и как бы устав от беседы сказала:
— Ой, по моему мы с вами в разговоре сильно ушли за пределы нашей школы.
— Тут ты верно заметила, — подметил Борис Михайлович. — У меня даже из головы вылетело то, о чём я с тобой хотел поговорить. Так что хорошо, что напомнила. Потому, что хотел я тебя проводить, а поговорить уже так, мимоходом. Уж больно люто эти две девчонки на тетя посмотрели, когда выходили из зала. Как бы не встретили тебя по дороге.
— Тю! Подумаешь! — ухмыльнувшись произнесла Анжелка, при этом как бы не принимая обиженных солисток за серьёзную угрозу своего здоровья. — У этих двух особ, против меня духа не хватит. Они же привыкли чтобы другие за них всё делали. А сами! Да что б один на один! Эт вряд ли. Вот как вы думаете, они свою рок группу смогут создать? Ведь для этого у нас в школе всё есть, и инструменты, и люди, да и вы в этом вопросе помочь я так понимаю тоже будите не против.
— Думаю что нет, — уверенно ответил Борис Михайлович.
— Вот и я тоже так думаю, — согласилась Анжелка. — Кабы эта группа уже была. То да, тут бы они с радостью. А так, что б сами, они к такому не привыкли. Они привыкли брать готовое, а создавать своё, это не их привилегия.
— С этой твоей оценкой я конечно соглашусь, — немного с сомнением сказал Борис Михайлович и тут же вновь предостерёг: — Но одна из тех девчонок даже выше меня ростом, да и вторая ей под стать, а ты мне только по грудь будешь, и то, если вместо своих тапочек, туфельки на высоком каблучке обуешь или на носочки приподнимешься. Так что опасаться всё же есть чего.
— Ну во-первых, у меня не тапочки, а спортивная обувь. А во-вторых, сегодня вряд ли они захотят меня тронуть. Ведь если вдруг что, то всем сразу станет ясно, что это сделали они, а таким как эти две солистки, не хорошая статья в личном деле точно ни к чему. Так что вряд ли, — твёрдо заявила Анжелка. — Вот возможно словесно, тут от них можно чего-нибудь получить, ну так это даже ничего, пусть выговорятся, глядишь полегчает.
— И всё же будет лучше, если я тебя провожу, — настоял Борис Михайлович. — По крайне мере, мне так будет спокойней.
— Хорошо же я буду выглядеть в глазах своих одноклассников, если меня сам директор школы каждый раз до дома провожать будет, — выразила Анжелка своё маленькое недовольство.
— А у тебя для моего спокойствия, есть ещё какой-нибудь вариант? — поинтересовался Борис Михайлович, переживая за через чур самоуверенную девчонку.
— Ну разве что только ради вашего спокойствия, я постараюсь себе нанять какого-нибудь парня из старших классов. Как вам такой вариант? — хитро улыбаясь сказала Анжелка.
— Так это ж надо ещё нанять, — усомнился Борис Михайлович глядя на Анжелкин рост. — Тут тебе не бюро добрых услуг, могут и не согласиться.
— Так я ж девчонка, мне только стоит бровью повести, так они ещё и в очередь встанут, — кокетливо и с той же самоуверенностью, заявила Анжелка.
— Ну хорошо, — согласился Борис Михайлович с пониманием того, что Анжелка не хочет чтобы он её при всех так сильно опекал. — Только у меня к тебе тогда будет одна просьба. Бровями перед старшеклассниками сильно не водить и если всё же пойдёшь домой одна, обещай не задираться.
— Хорошо, — пообещала Анжелка. — Главное чтобы на это другие не нарывались.
Попрощавшись с директором школы, Анжелка окликнула своего кота Ваську и пошла в сторону лестничной клетки. Она понимала, что Борис Михайлович опасался за неё не зря, да и наивной дурой она тоже не была, тем более что оснований для того чтобы от солисток получить по шее у неё было больше чем достаточно. Так же Анжелка понимала и то, что Лишак при помощи её кота Васьки, любого её обидчика сразу поставит на место. Вот только она не желала того, чтобы за неё вступился Лишак, да ещё при помощи её кота. Ведь кот, это не тигр и мог пострадать, а этого ей очень не хотелось. От чего она почему-то сразу призадумалась о том своём шуточном отмазе, о котором кокетливо заявила Борису Михайловичу, и на который тут же в слух сама себе сказала: «А что! Охранник старшеклассник, это не такая уж и плохая мысль. Благо занятия у них ещё не закончились, а это значит, что эту идею мне ещё не поздно воплотить». Поднявшись на этаж выше, где возможно ещё мог находиться после занятий уже знакомый ей старшеклассник Витька Громов, Анжелка в срочном порядке стала придумывать то, под каким предлогом ей к нему подойти, чтобы это не выглядело со стороны его одноклассников смешно. Но увидев его в обществе одной из его подруг по классу, поняла, что с какой бы просьбой она к нему сейчас не подошла, насмешек после этого всё равно не избежать.
— Привет, а я к тебе, — просто и по детски обратилась Анжелка к Витьке Громову.
— Привет, а я тоже, — тут же передразнила Анжелку одноклассница Громова.
— Вить, ты должен меня сегодня проводить до дома, — напрямую и без всяких лишних объяснений заявила Анжелка, при этом не обращая никакого внимания на Витькину подружку.
— А может тебе ещё чупа-чупс по дороге купить, — опередив парня с ответом, съязвила Анжелке его подружка.
— Слушай, чё тебе надо? Не видишь, я занят, — ответил Витька, поддерживая свою подружку, при этом таким своим грубым ответом стараясь дать ей понять то, что он ни чем не связан с маленькой смазливой девчонкой.
Анжелка понимала, что на месте парня в данном случае, она бы себя тоже чувствовала немного не ловко, из-за чего с лёгкостью могла бы и нагрубить. Поэтому она решила вести себя так, как это бы сделала в таком случае маленькая наивная дурочка. «Кто ж ребёнку откажет», — подумала она: «Со стороны конечно это всё выглядит немного смешно, так одной сплетней больше, одной меньше, какая потом разница».
— А меня опять побить хотят и сейчас видимо получается так, что кроме тебя вроде как снова заступиться больше некому, — сообщила Анжелка, надавливая таким образом на мужское самолюбие и сострадание.
— Слышь малявка! Если ты сейчас же не отстанешь от моего парня, то сейчас ещё и от меня здесь получишь, — не двусмысленно заявила Анжелке подружка Витьки Громова.
— А я тогда в тебя своим котом брошу, — вроде как шуткой, но в тоже время теряя терпение, ответила Анжелка.
— Ну всё мелкая, ты меня достала, — пригрозила старшеклассница, делая шаг вперёд чтобы проучить наглую малолетку.
— Эй девчонки, давайте по спокойней, — встав между двух девчонок, попросил Витька. — Или здесь моё личное мнение из вас уже никто в расчёт не берёт! Например, если вы меня спросите сейчас о том: «Что я лично думаю по этому поводу?» То я сразу вам заявлю, что вы меня обе достали.
Этими своими словами Витька никого не хотел обидеть, он просто хотел остановить пустой девчачий трёп, но его подруга почему-то восприняла это иначе.
— Так Громыч, я что-то не поняла. Я что, тебя достала? — тут же обратилась с обвинением Витькина подруга.
— Всё, остыли обе, — попросил Витька, пытаясь сохранить нейтралитет.
— Так ты определись, — тут же попросила подруга.
— У тебя мозги ли б склеились, — возмутился Витька от глупых мыслей своей подружки и указав на Анжелку сказал: — Ты на неё посмотри.
— Да что я, не вижу, — ревностно ответила ему на это подружка и оттолкнув его от себя в сторону пошла в класс, а перед тем как хлопнуть дверью добавила: — Ты лучше на свои мозги посмотри, они у тебя видно слишком жидкие, раз такой дурак.
— Это у неё возрастное. Это пройдёт, — заявила в шутку Анжелка сразу после того, как дверь за Витькиной подружкой с силой захлопнулась.
— Чёрт дёрну меня за тебя тогда вступиться, — пожалел Витька глядя на закрытую дверь. — У меня с ней между прочим, были очень серьёзные отношения.
— Так я что-то не поняла, — кокетничая с парнем, обратилась Анжелка. — Ты мне сейчас этим похвастался, или таким образом хочешь мне сказать о том, что согласен меня проводить?
— Умерь пыл — козявка! — усмехнувшись над маленькой кокеткой, заявил Витька.
— Жаль, — как бы немного с огорчением, вздохнув сказала на это Анжелка. — Я думала, что дойду до дома без приключений.
— Ты в зеркало себя видела? — разглядывая Анжелку и её кота, упрекнул Витька. — Там про тебя большими буквами написано, что ты и есть самое большое приключение. Ты вообще откуда взялась? Восьмидесятые давно закончились и сейчас у всех совсем другие отношения. Или ты быть может та самая Алиса, только не из будущего, а из прошлого? Так та вроде по фильму тёмненькая была.
— Так та из прекрасного далёко, а я из светлого прошлого, — отшутилась Анжелка.
— Пошли! Светлое прошлое, — с неким сочувствием к себе и девчонке, сказал Витька и накинув сумку на плечо, медленно поплёлся на выход в сторону лестничной клетки.
Новые технологии
Жизнь в школе с появлением Анжелки немного взбудоражилась, но не смотря на всё это, всё же текла своим обычным рутинным чередом, что нельзя было сказать о жизни людей вне школы. В городе по социальной линии вроде бы как всё было относительно спокойно, но это если не приглядываться к мелочам, а если начать присматриваться, то становилось заметно, что всё потихоньку для всех начинало меняться. Те кто эти перемены замечал, по началу даже было радовался тому, что инновационные технологии наконец-то пришли в его дом, но после того как на всё это новшество люди посмотрели критическим взглядом, то некоторым от этих новшеств стало немного напряжно, потому что всё то, что внедрялось городскими властями как новое и перспективное, меняло не только финансовые потоки, но и тот уклад людей по которому они всегда жили. Цифровые технологии которые должны были улучшать и облегчать жизнь простых граждан, начинали этих граждан всё больше настораживать, потому как в них были не только плюсы о которых рассказывали им везде где только можно, но и минусы, о которых городские власти предпочитали помалкивать. И возможно именно по этому в обществе стали появляться те, кто стал использовать эти цифровые технологии для себя только в тёмную и по возможности без регистрации. Со стороны это даже немного походило на некую паранойю с неоправданным финансовым риском. И всё же, по сравнению с теми кто всецело доверял себя этим технологиям не задумываясь о каких либо последствиях, они кое в чём ещё пока не так были ущемлены и могли безнаказанно пользоваться всем тем, что при легальном положении было бы частично недоступно. Возможно именно по этой самой причине, один из таких горожан и приглянулся людям Фомы для того чтобы выполнить аэрофоторазведку интересующего объекта, который находился далеко за пределами их города. Человек этот уже был не молодой, но к всеразличным радиоуправляемым авиамоделям относился как ребёнок и с огромным задором, что как раз явилось тем самым фактом из-за которого на него пал выбор. Люди Фомы подошли к нему и представились как такие же любители полетать где-нибудь по тихому. Произошло это как раз в тот момент, когда он на одном из загородных полей уже отработал одну из своих новых моделей и уже укладывал всю свою аппаратуру в громоздкий чемодан. Он даже по началу испугался и подумал, что всё — влип и его теперь повяжут за незаконные полёты, но немного пообщавшись с молодыми парнями понял, что ему ничто не угрожает, расслабился и стал с ними делиться тем опытом которого у него за долгую практику накопилось достаточно. Не смотря на то, что парни в авиамоделизме были полными профанами, у него с ними возникло очень много общих тем и взглядов. Это было видимо от того, что ему очень хотелось донести до людей то, как он видит свою свободу авиамоделиста, как можно более безопасно и доступно развивать и использовать эти прекрасные технологии, в чём он видел их плюсы, а в чём минусы, и то, как это может повлиять на жизнь простых граждан. И то ли из-за того, что эти парни умели слушать, то ли в нём сработала излишняя доверчивость, а может просто самое обычное человеческое тщеславие, через пару общих загородных поездок для того чтобы полетать по тихому, он согласился с ними на одну очень сомнительную авантюру. Задача его как ему показалась на тот момент, была проста и благородна. Он при помощи своей радиоуправляемой модели, должен был с приличной высоты сделать качественное видео одного очень охраняемого объекта. На карте этот объект значился как мясокомбинат и будь по этому объекту где-нибудь другая информация, он вряд ли бы согласился на подобную авантюру, но заверившись тем, что этот объект не такой уж и важный, всё же поддался на уговоры и решился помочь парням которые помимо авиамоделизма занимались ещё и кладоискательством. По началу у него ещё были в этом деле кое-какие сомнения, но когда он увидел немного из того, что эти парни достали из земли, рыская металлоискателем в разных окрестностях города, он решил тряхнуть так сказать стариной и показать парням высший пилотаж аэрофотосъёмки, чтобы помочь обнаружить им в данном месте старые коммуникации древних построек. Весь этот полёт над запретным объектом занял у него не более часа, после чего, вся его аппаратура быстро упаковалась по сумкам и трое авионелегалов полностью удовлетворённые результатом от полёта и аэрофотосъёмок, поехали обратно. Казалось бы что всё прошло более чем гладко, им во время полётов никто не встречался, посторонних рядом никого не было, никто за ними не следил и по дороге ни туда, ни от туда не останавливал. Добравшись до города, они пожелали друг другу удачи, попрощались и на том разошлись, словно никогда и не встречались. Но через двое суток в ресторан «Фарт», с дружеским визитом на встречу с Фомой прибыл глава соседнего региона «Питон», которому явно не понравилось то, что кое-кто из людей Фомы сунул свой нос туда, куда не следует.
— Привет Фома, я гляжу ты тут уже от скуки дохнешь, — без всяких любезностей и предисловий, начал беседу Питон. — Вместо того чтобы делать свои дела в чужие нос совать стал.
— Вадик, ты о чём? — ответил Фома без всякого почтения играя при этом в непонятки. — О своих сетевых магазинах в моём городе, или о том, как ты через подставных лиц здесь различные предприятия и фирмы подминаешь.
— Ты знаешь о чём, — полунамёком заявил Питон, пытаясь из Фомы выдавить то, чтобы он сам во всём признался.
— Как же я могу знать, если ты ни о чём не говоришь, — ответил Фома, продолжая свою игру в непонятки.
— Что ж, раз по хорошему у нас разговор не клеится, тогда вот возьми себе на память несколько фоточек одной молодой особы, может тогда у нас с тобой общий консенсус нарисуется, — заявил Питон и протянул Фоме для сговорчивости несколько фотографий.
На всех фотографиях которые принёс Питон, была запечатлена дочка Обухова. Фома сразу понял, что Питон каким-то чудным образом нашёл его болевую точку и теперь при помощи неё будет на него давить.
— Красавица! Не правда ли? — произнёс Питон глядя на то, как Фома разглядывал фотографии на которых была Анжелка.
— Что-то я тебя не пойму Вадик, — продолжая с Питоном ту игру с непонятками которую начал, глядя на фотографии, и то, что на них было изображено, заявил Фома. — У тебя что, на старости лет ко всем твоим порокам ещё и страсть к смазливым детишкам развилась.
— Я гляжу ты дурака включил, — догадался Питон. — Это нормально, это в таких случаях бывает. Сейчас я тебе кое-что напомню, так ты его сразу выключишь.
— Давай! Я с годами очень сказки любить стал, но только короткие, длинные сильно утомляют, — не подавая вида, съязвил Фома.
— Для старого врага любой каприз — слушай, — такой же взаимностью ответил Питон и приступил к не приятному для Фомы рассказу, в суть которого Фома не желал бы посвящать ни кого из своих людей.
Питон напомнил Фоме про его давнюю зазнобу, что погибла чуть больше одиннадцати лет тому назад. А ещё напомнил ему тот момент, когда она тайком за хорошие деньги, пришла к нему в тюрьму на свиданку незадолго до своей гибели и после чего как в воду канула.
— Ну и зачем ты мне это всё рассказал? — поинтересовался Фома, продолжая игру в непонятки и при этом стараясь сохранять в себе хладнокровие. — Если ты ко мне пришёл лишь для того, чтобы напомнить мне о старом моём мозоле, будем считать, что у тебя получилось. С годами прошлое к таким как мы возвращается чаще, потому что будущее от нас уходит всё дальше. Так что не удивил. Но если есть ещё что сказать, говори. Охотно выслушаю, а то вдруг из своего прошлого чего забыл, так хоть ты напомнишь.
— Отшучиваешься! — с неким злорадством произнёс Питон. — Давай, давай, посмотрим как дальше шутить будешь. Тогда мы долго искали твою эту зазнобу, вся касса то у неё была. Всю округу перерыли, всех на уши поставили, и ничего. Потом нашли конечно, да только поздно было. В этом вашем треклятом городишке тогда ужасные события стали происходить, из-за чего не до неё стало, самим бы уцелеть. Так что если бы в вашем городе тогда б беды не случилось, я бы был при хороших деньгах, а ты при жене красавице и дочке умнице. Хотя с таким отцом, может ещё хуже было бы, опять в тюрьму б загремел и кто знает, что б тогда с ними было б.
— Всё сказал? — теряя терпение, задал вопрос Фома.
— Не-е! — произнёс Питон. — Ещё кое-что напоследок оставил.
Питон попросил одного из своих людей достать из кожаной папки некие бумаги и положить перед Фомой на стол. Взглянув беглым взглядом на то, что в них было, Фома сразу понял, что это заключение анализа ДНК.
— Прочти по подробней, — попросил Питон. — Я думаю тебе будет интересно. Там чёрным по белому чётко написано: «Девяносто девять и девять процентов родственной связи». Из-за первой своей бабы ты на нары загремел, а из-за этой и вовсе всё потеряешь.
— Всё сказал или ещё что осталось? — поинтересовался Фома стараясь не подавать вида, что разозлён.
— Теперь всё, — удовлетворённо ответил Питон.
— А теперь слушай сюда, — заявил Фома, пытаясь доказать Питону обратное. — У меня в роду все тёмненькие были и у Люськи тоже светлых отродясь не водилось. Так что фуфло твои фотки. Ты думаешь, что ты умный, что за живое меня взял, а вот посмотри-ка сюда, гражданин хороший. — Фома открыл ноутбук и показал Питону фотки той, на которую как две капли воды была похожа дочка Обухова. — Думаешь я после отсидки Люську не искал. Я и её могилку нашёл, и того, кто её дочку удочерил тоже. Единственное только чего я не смог найти, так это своей родственной связи.
— А ты в документ глянь, — указал Питон, тыкнув пальцем в бумаги. — Там всё написано. Могу прочитать, если зрением слаб.
— Да на фига мне твои бумаги читать, — возразил Фома. — Ты лучше сюда посмотри, — снова обращая внимание Питона на ту, на кого была похожа дочка Обухова, потребовал Фома. — Эта природа, против неё не попрёшь. А на счёт твоих бумаг, скажу так, что в наше время, докторишки за хорошие деньги любые бумажки состряпают и любой анализ нарисуют. Хочешь, я тебе уже сегодня вечером принесу медицинское заключение о том, в котором единственным отцом этой крошки буду являться не я, а ты. Так что утрись и смотри сюда, — в очередной раз потребовал Фома, обращая внимание Питона на ту, на кого была похожа дочка Обухова. — Эта природа и её не подделать. Могу даже дать адрес того детдома в котором эта девчонка росла, хотя мне почему-то кажется, что тебе это будет не интересно. Ты же хотел меня за родную кровь ужалить, да как видишь ничего не вышло. Девчонку которую ты мне в дочки пророчишь, я буквально на днях имел возможность видеть лично. Хороша девка, да только не моя. Так что вали Вадик со своими бумажками, я сказки рассказывать не умею, а твои мне уже изрядно надоели.
— Ты пережиток прошлого — Фома, — сказал в отместку Питон от обиды за то, что Фома остался при своём. — Миром правят сейчас высокие технологии, а ты как был дешёвым карманником, так им и остался.
На этом встреча Питона и Фомы закончилась. Питон ушёл с явным недовольством, оставив Фоме обидную напоследок фразу, над которой стоило призадуматься.
— Слышь Игорь Семёныч, похоже крыса у нас завелась, — подметил Слега, верный друг Фомы. — Не успели наши люди в его владения наведаться, а он уже тут как тут со своими бумажками.
— Нет Михаил Викторович, среди наших людей крыс нет. Дураки есть, но крыс точно нет, — разглядывая заключение генетической экспертизы, уверенно заявил Фома при этом призадумавшись над тем, что принёс Питон.
— Почему ты так в этом уверен? — поинтересовался Слега.
— Потому что Питон прав, — ответил Фома, разгадав обидную фразу Питона. — Мир вокруг нас меняется, а мы с тобой Михаил Викторович не хотим этого замечать. Ты хочешь узнать, кто у нас крыса? Тогда достань из кармана свой навороченный мобильник и посмотри на него.
— На счёт того, что в этих крутых игрушках вкручен большой глаз и уши, мы в курсе, от того на дело их с собой никогда не берём. Но как он мог догадаться на счёт того, что мы над его хозяйством аэрофоторазведку провели, ума не приложу, — удивился Слега.
— Ничего удивительного, — ответил Фома. — Ты о программе распознавания лиц слышал?
— Приходилось, — подтвердил Слега.
— Вот с помощью неё он нас и вычислил, — пояснил Фома. — Я даже больше чем уверен в том, что все наши рожи и голоса, давно уже есть в его базе данных, которой Пилон в отличии от нас умело пользуется. А если учесть, что все эти технологии он на всех подвластных ему территориях уже давно повсеместно внедрил и продолжает внедрять, то удивляться тому, что он всегда в курсе всего, уже не приходится. От того видимо за нашими ребятами и хвоста не было, что он их через эту инновационную хрень пас.
— Хитёр гад, — выругался Слега.
— Да не хитрый он, — возразил Фома. — Просто у него в отличии от нас, ко всем этим технологиям видимо доступ безграничный имеется. Вот и пользует нас через них как хочет. Если б мы осторожней были, давно б наверное этот факт учли и не попались бы как лохи на его цифровые ловушки. Ты думаешь он зачем пришёл? Сказать, что мы лохи — нет, он уже не в том возрасте чтобы перед такими как мы пальцы веером крутить. Он боится, от того и припёрся, чтобы нас на фу-фу развести. Прошлое вспомнил, ну да ни чего, на всякую технологию, другая технология найдётся.
В этот момент Слега обратил внимание на лежавшие перед Фомой бумаги с фотографиями и тут же проявил к ним свой маленький интерес.