Сдвиг. Иллюзия возврата

— Ну, а что ж ты хотела, — начала объяснять Валентина Ивановна. — Тут школа, где каждый получает то, что заслужил.

— А вы считаете, что все оценки в журнале выставлены заслуженно? — с неким подвохом обратилась Анжелка.

— А разве в этом у кого-то есть сомнения? Я лично уверена на все девяносто процентов, что все оценки выставлены вполне заслужено. Но только на девяносто, потому что остальные десять процентов для таких как Смирнов, эти оценки приходится слегка завышать, а то бы такие как он и на тройку ни за что бы не ответили, — пояснила Валентина Ивановна.

— А вот давайте с вами чтобы развеять все сомненья, проведём сейчас здесь маленький эксперимент и выясним — так ли это на самом деле или нет? — пытаясь поймать классную на слабо, бросила Анжелка в ответ свою маленькую интрижку перед директором школы.

— Ага! Сщаз. Разбежалась! — возразила классная, пытаясь сохранить лицо и не превратить урок в очередное цирковое представление.

— Подождите Валентина Ивановна, — вмешался Борис Михайлович которого немного увлекла эта невольно начатая дуэль между учителем и ученицей, и которому было безумно интересно посмотреть на то, чем эта дуэль между ними может в результате закончится. — Пусть ваша ученица объяснит нам эту свою точку зрения так, как она это видит и ответит за то в чём нас только что обвинила, а мы с вами на это с интересом посмотрим.

— Да вы что — Борис Михайлович! — возмутилась классная. — Эта маленькая интриганка просто таким образом перед нами сейчас пытается выкрутится, потому что прекрасно поняла, что попалась и причём по серьёзному влипла. Вот и всё. Уж я-то знаю. Видала уже таких. Как ни как, не первый день в школе.

— Ничего Валентина Ивановна, — заверил Борис Михайлович и тут же предложил: — Урок уже всё равно сорван, так что давайте уж лучше ради интереса посмотрим на то, каков он на нас с вами будет этот взгляд с галёрки.

Анжелка поняла, что у неё появился реальный шанс чтобы выйти казалось бы уже из безнадёжной для неё ситуации, причём без особых потерь и при этом ещё и не плохо выпендриться перед директором школы.

— Тогда прошу за парту, — быстро скомандовала Анжелка своей классной и директору, чтобы те не успели передумать. — Теперь вы мои ученики, а я ваш учитель.

— Окстись Обухова, я тебе ещё ничего не разрешила, — сделала своё замечание Валентина Ивановна, пытаясь остановить уже запущенный процесс эксперимента.

Но глядя на то как Анжелка быстро включилась в процесс того, за счёт чего бы хотела выкрутится, Борис Михайлович вновь остановил Валентину Ивановну чтобы посмотреть на то, как это будет выглядеть и если это не простое пустозвонство, то предоставить таким образом девчонке маленький шанс на свою реабилитацию. Заметив, что Борис Михайлович чем-то проникся к маленькой нахальной хитрюге и начал ей в её очередной выходке потакать, Валентина Ивановна полностью смерилась с тем, что происходит в классе, села за парту по соседству с отстающим учеником Смирновым и достав из кармана мобильник, тихо стала наблюдать за тем, что будет происходить у доски. Анжелка к этому времени уже успела сесть за стол учителя и сделав умное лицо, как бы небрежным движением открыла классный журнал на нужной ей странице, после чего медленно стала искать в нём того, кого бы вызвать к доске.

— Не удивлюсь, если сейчас эта пигалица вызовет к доске меня или вас, — высказала Валентина Ивановна своё предположение и маленькое замечание Борису Михайловичу за то, что он пошёл на поводу у маленькой смазливой девчонки.

— Ну если эти её действия будут такими предсказуемыми, тогда я думаю, что этот эксперимент можно будет тут же прекратить, а сейчас пока давайте всё же посмотрим на то, что будет дальше, — попросил Борис Михайлович.

После этой просьбы директора, Валентине Ивановне ничего не оставалось, как просто сидеть и наблюдать. Она даже в чём-то обиделась на Бориса Михайловича за то, что он не дал ей приструнить обнаглевшую ученицу. Но не прошло и минуты, как Валентине Ивановне выпал не плохой шанс, чтобы иметь против маленькой и нахальной ученицы у себя в заначке хорошую улику её фортелям на уроках. Она вдруг заметила, что Анжелка села за учительский стол не случайно и что это её ковыряние в классном журнале с умным лицом была не просто игра, а довольно-таки продуманные действия с неким таким отвлекающим манёвром, для того чтобы незаметно от всех, стянуть из учительского стола свой дневник.

— Вот стерва, — не громко произнесла классная и тут же обратилась к Борису Михайловичу: — Эта маленькая дрянь из учительского стола, только что свой дневник умыкнула.

— То-то я гляжу, что она как-то подозрительно в журнал смотрит, — сделал вывод Борис Михайлович из того, что заметила Валентина Ивановна.

— Да она по всей видимости и не смотрела в журнал, она этим своим цирком просто отвлекала нас с вами от того, что делает, а сама в это время рукой в столе шарила, — пояснила Валентина Ивановна то, что не успел разглядеть Борис Михайлович. — Вот дай только закончится этот цирк, я ей устрою, — пригрозила классная и стала с места внимательно следить за тем, как будут развиваться события дальше.

Умыкнув из учительского стола свой дневник и скрутив его так, чтобы он всем присутствующим напоминал в её руке некую указку, Анжелка тут же приступила к следующий фазе своего плана.

— Так, к доске пойдут… — задумчиво произнесла Анжелка с выбором кандидатур. После чего, как бы для смеха почесала дневником затылок и сама себе ответила: — Ну, а чё тут думать, Смирнов и Захаров.

Ученик и сосед по Анжелкиной парте, услышав такой подвох с её стороны понял, что надо срочно что-то предпринимать, ведь ему сейчас придётся стоять у доски не только перед всем классом, но и перед директором школы с классным руководителем, а он как известно отличником в классе не слыл. «А почему сразу Смирнов?» — возмутился он, прекрасно понимая то, что помимо оценки, может получить в свой адрес и кучу насмешек со стороны одноклассников, причём надолго и в большом количестве. Но директор, которому вдруг очень приспичило посмотреть на то, что будет вытворять у доски новенькая ученица, решил видимо ей в этом подыграть. Сидя за Анжелкиной партой он повернулся к Смирнову, рядом с которым сидела Валентина Ивановна и сказал:

— Да не бойся, иди. Всё что она тебе поставит, считаться не будет, — заверил Борис Михайлович, при этом снимая всё происходящие в классе на видеокамеру своего мобильника.

После такой просьбы, Смирнов понял, что позора видимо уже избежать не получится и смирившись с тем, что над ним уже все и так смеются, покорно встал из-за парты и вышел к доске.

— Та-а-к! Ну что господа учащееся восьмого класса, — обратилась Анжелка глядя с снизу в верх на двух здоровых парней с явным намерением от души над ними посмеяться. — Как вы уже надеюсь заметили, на доске давно вас ждёт пример на дробные рациональные выражения и степени с целым показателем. Пример простой, а это значит, что его будет решать Смирнов.

— Анжел, а может, что по проще? — обратился Смирнов с полным осознанием того, что данный пример ему не по зубам.

— Во-первых, — сразу осекла его Анжелка. — Не Анжел, а Анжела Сергеевна. А во-вторых, — продолжила Анжелка, указывая своим дневником как указкой на задание: — Я хорошо знаю то, кто из вас на что способен. Как знаю и то, что для тебя Смирнов, этот пример как дважды два четыре. В чём мы все сейчас и убедимся. Так что мел в руки и вперёд за решение.

С пониманием того, что всё идёт не взаправду, Смирнов взял мел в руку и уставившись на доску, попытался осмыслить то, что на ней было изображено.

— Так Захаров! — обратилась Анжелка к отличнику с такой интонацией, которая чётко ему давала понять о том, что он попал. — Судя по классному журналу, ты у нас ещё тот хитрец, но со мной такой фортель как учёба на опережение не прокатит. А это значит, что мы с тобой сейчас пройдёмся по уже давно пройденному материалу.

— С какой это стати? — возразил Захаров.

— Не оговаривайся с учителем, — тут же сделала Анжелка отличнику своё первое замечание и продолжила прессовать его дальше: — Сейчас посмотрим, что ты за гусь. Бери мел и вот тебе не сложный пример из раздела пятого класса, — обращая внимание парня на задание, Анжелка при этом своей интонацией чётко старалась дать ему понять о том, что он по любому его не решит.

Как только Захаров по заданию Анжелы Сергеевны написал на доске длиннющий пример из простых чисел с применением в нём двойных скобок, Анжелка тут же подошла к Смирнову, который всё это время смотрел на совершенно непонятные для него буквы и цифры так, как баран на новые ворота.

— Ух ты Смирнов! Я гляжу, что ты в отличии от некоторых движешься в правильном направлении, — похвалила Анжелка того, кто даже и не думал что-то думать.

— В смысле? — удивился Смирнов такому неожиданному замечанию в свой адрес.

— Ну в смысле того, что подобное задание лучше выполнять по действиям, потому как при этом уменьшается возможность ошибки — я так понимаю? — спросила Анжелка при этом намекая интонацией на то, что надо делать.

— Ну наверное, — не решительно согласился с подсказкой Смирнов и уткнувшись в то решение которое было перед ним на доске как некий загадочный ребус, попытался как-то при этом осмыслить то, что только что ему подсказали.

После того как Анжелка дала подсказку Смирнову, она не теряя времени тут же накинулась на Захарова, для которого пример с простыми числами и двойными скобками не составлял ни какого затруднения в решении.

— Захаров, Захаров, обожжешь мой! Что ты делаешь? — остановила Анжелка того, кто в отличии от Смирнова, прекрасно знал, что делает.

— В смысле, что? — удивился Захаров отвлекаясь на Анжелку.

— В смысле того, что прежде чем что-то решать, нужно в начале подумать! — с упрёком навалилась Анжелка. — Вот посмотри на Смирнова, он в отличии от некоторых, думает правильно.

— В смысле? — удивился Смирнов такой неожиданной похвале, потому как в отличии от Захарова, вообще ни о чём не думал.

— В смысле того, что ты в первом действии хочешь найти сумму в скобках, — указала Анжелка и забрав у Захарова мел, начала за Смирнова решать: — То есть, единица делённая на икс, плюс единица делённая на игрек, после чего как ты сам это хорошо понял, нам эти дроби нужно привести к общему знаменателю — да? — подсказала Анжелка то, что нужно ответить.

— Ну типа — да, — согласился Смирнов, догадавшись о том, что ему опять подсказывают.

— Ну вот правильно, — подтвердила Анжелка и продолжила решение за Смирнова дальше: — Смотри Захаров, в отличии от тебя, Смирнов сразу понял то, что общим знаменателем у нас как он правильно заметил, является произведение икс игрек которые мы делим на знаменатель первой дроби где получается игрек, это как он опять правильно заметил, получается дополнительный множитель к первой дроби, после чего он делит общий знаменатель второй дроби и это как мы тут все понимаем, получается икс, который является дополнительным множителем второй дроби. После чего он быстро умножает единицу на игрек и получает игрек, ставит плюс, потом единицу умножаем на икс, получает икс. Так что молодец Смирнов, правильно мыслишь, давай в том же направлении и во втором действии точно всё получится.

После того как Анжелка в очередной раз похвалила Смирнова и написала на доске за него практически всё решение, не теряя времени, она снова обрушилась на Захарова, чтобы не дать ему закончить задание.

— Да Захаров, с тобой я вижу всё понятно! — с неким сожалением заявила Анжелка, при этом отодвигая парня от доски и с разочарованием посмотрев на то, что тот до этого успел написать. — Вот вроде здоровый и с виду даже как умный, а деление и умножение не знаешь. Простой пример, а уже запутался.

— Что ты буровишь, — возмутился Захаров. — У меня всё правильно.

— Захаров! — обратилась Анжелка при этом как бы принижая отличника и не обращая внимание на уже частично правильно решённый пример. — В данном случае, двойные скобки означают, что число делится на все выражения в этих скобках. Деление и умножение выполняются по очереди, то есть, слева на право.

— Блин. А я как делаю? — не понимая того, что происходит, возмутился Захаров.

— Плохо Захаров! — сказала Анжелка при этом сбивая отличника с толку. — Плохо ты делаешь. Если б знал, давно бы решил. Подходить к заданию нужно со смыслом. Думать короче надо, а не топтаться у доски с простым решением.

— Так ты же мне делать ни хрена не даёшь, — возмутился Захаров.

— Так! Я что-то не поняла. Мы что, с учителем будем спорить? Вместо того чтобы оговариваться, лучше бы на Смирнова посмотрел. Вот уж где видно, что человек старается. Смотри сюда — Захаров, — попросила Анжелка отличника при этом хорошо понимая то, что если она ему даст ещё минуту, то решение на доске у него уже будет готово. И вот чтобы этого не случилось, она опять подвела Захарова к Смирнову за которого снова принялась решать, при этом постоянно его нахваливая за правильные решения: — Вот Смирнов молодец, он в четвёртом действии получил в числители квадрат суммы двух выражений. Просто удивляюсь, и как ты Смирнов с такими знаниями до сих пор в отстающих — ума не приложу.

— Ну не знаю, — за скромничал Смирнов.

— Бывает, — сказала на это Анжелка, после чего быстро решила за Смирнова пятое и последние действие, и перед тем как поставить правильный ответ, обратилась к Захарову с неожиданным вопросом: — Ну и какой ответ у нас тут получился?

— В смысле какой? — не понимая уже того, что от него хотят, переспросил Захаров.

— В смысле! — передразнила его Анжелка. — Вот видишь Захаров, а Смирнов он молодец, потому как всё решил — да Смирнов?

— Ну типа — да, — глядя на то как Анжелка уже за него всё решила, согласился Смирнов.

— Вот! — подчеркнула Анжелка и написала ответ решения. — Ответ у Смирнова получился такой, как оценка у Захарова за его не выполненное решение, то есть единица.

— Это почему единица? — обратился Захаров с законным вопросом за незаслуженную оценку.

— Сейчас поясню, — сказала Анжелка с явным удовлетворением от того, что у неё всё получилось, после чего сразу начала хвалить Смирнова за его якобы правильное решение: — Молодец Смирнов. Я так понимаю, что пятёрку с плюсом ты сегодня заработал по праву.

— В смысле? — не понимая того, как такое вообще может быть, переспросил Смирнов.

За этим пояснением, Анжелка сразу обратилась к Захарову, чтобы в очередной раз к нему придраться и занизить при всех его умственные способности.

— Захаров, как ты считаешь, у Смирнова решение правильное? — задав отличнику вопрос с подвохом, поинтересовалась Анжелка его мнением.

— Ну да, правильно, — согласился с ответом Захаров.

— Решение у него на доске полностью? — попросила подтвердить Анжелка.

— Да, полностью, — подтвердил Захаров.

— А у тебя? — тут же обратила Анжелка внимание Захарова на то, что у него в отличии от Смирнова, ничего не готово.

— Так ты же не дала мне ничего решить, — снова возмутился Захаров на Анжелку, прекрасно понимая то, что та его провела на простом решении.

— Х-ха, а мне дала, — радостно произнёс Смирнов не удержавшись от прикола над товарищем, за что тут же получил от Анжелки лёгкий тычок локтем за эту пошлую шутку.

— Вот Захаров. Учись у Смирнова, — принижая отличника, обратила внимание Анжелка. — Всё успел.

— Я старался, — сказал на это довольный Смирнов и тут же обратился к классному руководителю с вопросом: — Валентина Ивановна, а эта пять с плюсом зачтётся?

— Потом скажу, — ответила с места Валентина Ивановна с явным намёком на то, что за эту пятёрку Смирнову возможно ещё придётся отчитаться.

— У-у! — протянул с сожалением Смирнов. — Хотелось бы сразу, пока я ещё самый умный в классе оказался, — подыграв Анжелке попросил Смирнов.

— Смирнов, балаган не устраивай, — пригрозила Валентина Ивановна, после чего сразу напомнила всем о том, кто был у доски: — И давайте заканчивайте, а то скоро звонок прозвенит.

— Так, на галёрке, вы будете спорить или всё же дадите учителю вести урок? — изображая из себя строгую училку, сделала Анжелка замечание своему классному руководителю.

— Продолжайте пожалуйста Анжела Сергевна, я в конце урока к вам подойду, — ответила Валентина Ивановна с намёком на то, чтобы та готовилась ответить за эти свои перед ней выкрутасы.

— Спасибо, — поблагодарила Анжелка и подошла к Захарову, чтобы объяснить ему то, из-за чего ему сейчас грозит от неё единица. — И так Захаров, продолжим. Хочешь знать почему ты ничего не успел? Объясняю подробно. Это всё потому, что ты постоянно отвлекался на ту ерунду которую я тебе здесь несла. А нужно было не отвлекаться и решать, а уж после того как решил, вот тогда мог бы спокойно со мной спорить и обсуждать решение Смирнова. А так… Как видишь, сам виноват. Жирный кол тебе Захаров. Садитесь оба на место и делайте выводы, кто из вас у доски при каких обстоятельствах чего стоит.

Парни расселись по своим местам, каждый при этом недоумевая над своей заработанной оценкой. Анжелка в оставшееся время для класса, прошлась по некоторым пройденным темам чтобы протестировать класс на то, что те могли упустить и уже только после этого перешла плавно к теме с более сложными примерами, объясняя при этом как можно подробней их решение, после чего приступила к завершающей фазе своего представления.

— Так класс, я надеюсь с темой: «Дробные рациональные выражения» — всё понятно? — обратилась Анжелка к классу за уточнением, чтобы завершить урок. На что класс практически дружно ответил — да. — Ну раз так. Тогда к доске пойдёт Смирнов, — пытаясь на примере отстающего доказать своей классной то, что урок можно вести немного иначе.

Смирнов, который уже почти напрочь отстал от предмета и ходил в школу лишь для того чтобы высидеть время, как не странно, но на этом Анжелкином уроке с интересом слушал и вникал в то, что она объясняла у доски по новой теме. По истечению чего сделал для себя вывод о том, что алгебра для него не такой уж и сложный предмет, особенно если урок проходит как обычная игра. Во всяком случае, лично для него, потому как он в этот момент чувствовал себя как-то более раскрепощёно и мысли у него от этого не улетали в сторону, а концентрировались там где положено, от чего он был более собранным и более внимательным. И видимо именно по этому он без всяких пререканий поднялся с места, вышел к доске и на удивление всех присутствующих, быстро и со всеми пояснениями, решил всё, что было на доске написано по новой теме.

— Вот уж чего-чего, а такого сегодня я точно не ожидала, от этой заносчивой мелюзги, — призналась Валентина Ивановна глядя на то как Смирнов за каких-то несколько минут смог осилить то, что для него являлось в алгебре тёмным лесом. — Наверное в этом есть какой-то фокус. Смирнов, у тебя случайно в ухе никакого мобильного устройства нет, а то мне глядя на тебя сегодня придётся поверить в то, что в нашем мире существуют чудеса? — с неким своим шутливым подозрением обратилась Валентина Ивановна к ученику, которого уже считала безнадёжно отставшим.

— Валентина Ивановна! — произнёс Смирнов с шутливым чувством огорчения за то, что правильно выполненное решённое задание им при всех на доске, вдруг вызвало у классной некие подозрения в мухлеже. — В коем разе всё решил и тут такие подозрения.

— В том-то и дело что в коем разе, — подчеркнула Валентина Ивановна.

В этот момент в спор между учеником и учителем вмешался Борис Михайлович, которому было глубоко наплевать на то, был мухлёж или нет, потому как он был твёрдо уверен в том, что такового быть просто не могло. Анжелка по его мнению блестяще справилась с объяснением новой темы для класса и даже если с её стороны и был какой-то мухлёж, то он по его мнению был проведён ею просто виртуозно, что заслуживало с его стороны только похвалы в её адрес. «Браво», — произнёс Борис Михайлович поднявшись из-за парты и поаплодировав Анжелке за блестяще выполненный эксперимент. На что Анжелка по театральному всем раскланялась и попросила выйти к доске Захарова, который входе эксперимента был объектом нападок и насмешек.

— А теперь поаплодируем нашему отличнику, — обратилась Анжелка к классу. — И так Денис, какой вывод ты из сегодняшнего урока для себя сделал?

— А разве я должен был делать какой-то вывод? — вопросом на вопрос, ответил обиженный Захаров.

— Конечно Денис, — сразу заверила его в этом Анжелка. — Мир в котором ты живёшь, это к сожалению не только школа и вполне возможно, что совсем скоро, тебе как грамотному человеку в различных науках, придётся столкнуться с такими людьми, которые будут тебе в этом очень сильно завидовать, в связи с чем, они будут постоянно выстраивать вокруг тебя такие ситуации, в которых ты будешь выглядеть со стороны для всех полным дураком. А это значит, что тебе нужно готовится не только к наукам и правильному их решению, но и к такой ситуации в которой сегодня на уроке ты благодаря мне оказался, иначе рискуешь быть всегда не очень грамотным среди неграмотных, но очень хитрых коллег. А сейчас прошу меня за это извинить и принять моё искреннее уважение и благодарность за твоё ко мне терпение, потому как я бы на твоём месте к себе такого отношения точно не выдержала.

— Принимается, — пожав Анжелке руку, согласился Захаров.

На этой радостной ноте Анжелка решила, что у неё всё прошло успешно и можно всё заканчивать. «Урок завершён. Аплодисменты», — словно завершая некое шоу, а не урок, весело произнесла она и поаплодировала вместе с классом Смирнову и Захарову за их участие в этом её мероприятии. Все были навеселе и казалось, что всё действительно закончилось. Но, как говориться: «Это только казалось».

— А ну быстро сесть всем на место, — строго приказала всем Валентина Ивановна глядя на то, как все сразу стали складывать свои учебники и тетради в сумки. — Во-первых, урок ещё не закончен, а во-вторых… Обухова, дневник верни.

С пониманием того, что трюк с отвлечением внимания не прокатил, Анжелка вновь попыталась превратить всю ситуацию в шутку: «Пожалуйста», — в очередной раз с хохмив учителю, ответила она и отдала дневник. После чего классным руководителем в её дневнике крупными жирными цифрами была выведена странная оценка.

— Пятьсот тридцать два! — глядя в дневник, удивлённо произнесла Анжелка и тут же по этому поводу с вопросом обратилась: — Валентина Ивановна, а это как понять?

— Так ты же у нас вундеркинд, вот и подумай, — подсмеиваясь над ученицей, заявила Валентина Ивановна.

Борис Михайлович посмотрел в Анжелкин дневники и тоже так же как и она был удивлён такой странной оценке от классного руководителя.

— Честно говоря, я что-то тоже не понял к чему тут вдруг такая странная цифра? — попросил Борис Михайлович разъяснений у Валентины Ивановны.

— А вот пусть сама осмыслит, — настояла классная.

Анжелка немного подумала над тем, что происходило на уроке, разделила это в уме на несколько эпизодов и ответила: — Ну если рассуждать логически… То Пятёрка, это за знание учебного материала. А тройка тогда получается за поведение что ли? — обратилась Анжелка с вопросом к классному руководителю за уточнением.

— Совершенно верно Обухова, — подтвердила Валентина Ивановна, — Говоря твоим языком: «Движешься в правильном направлении».

— А двойка тогда за что? — поинтересовалась Анжелка.

— Двойка! Двойка тебе милая за то, что дневник из учительского стола взяла без моего разрешения, — пояснила Валентина Ивановна будучи очень довольная своей выставленной оценкой.

— А-а! — осмыслив логику учителя, протяжно произнесла Анжелка и добавила: — Абалдеть! — после чего повернулась к директору и вынесла ему на это своё личное мнение: — Борис Михайлович, мир, не справедлив.

— Справедлив Обухова, справедлив, — сказала Валентина Ивановна на этот шутливый Анжелкин вывод о справедливости. — Так что садись на место и дай учителю закончить урок так, как положено, а не так, как хотела бы его закончить ты.

На этой последней шутке урок алгебры подошёл к концу. Записав задание к следующему уроку, все вышли из класса на перемену, после чего Валентина Ивановна с Борисом Михайловичем тихонько прикрыли дверь в кабинет алгебры и уподобившись в каком-то смысли своим ученикам, стали пересматривать на своих мобильниках то видео, которое им удалось записать на уроке, чтобы ещё раз от души посмеяться над тем, что выходило за рамки обычного урока. Следующим уроком у Анжелки по расписанию был Английский. В отличии от алгебры, он у неё прошёл легко, но возможно не потому, что знала она его лучше чем преподаватель английского языка, а потому, что её просто никто ни о чём на этом уроке не спрашивал и не чем не задирал. Но вот третьим уроком был русский, на котором у Анжелкиного класса получился совместный урок с одним из параллельных восьмых классов. Это произошло из-за того, что учитель химии внезапно почувствовал себя плохо, в связи с чем, в расписании занятий на этот день внесли временные изменения. По мнению преподавателей, ничего в этом сверх естественного не было, потому как некоторые из учителей прекрасно помнили те времена, когда школа была так перегружена, что подобные совместные занятия двух классов одновременно были очень частыми и никто из учеников от этого, по крайне мере в то время, не пострадал. Позднее конечно потом построили рядом ещё одну школу, после чего всё сразу нормализовалось само собой и такие совместные занятия двух классов одновременно, были уже очень редким случаем и проходили лишь потому, чтобы ученики не болтались по школе. Но так считали только преподаватели, а наделе всё выглядело иначе, потому как каждый класс в школе жил своей жизнью и у каждого класса были свои внутренние порядки, которые порой сильно отличающиеся от того, что было когда-то в советских школах. Вот и в том классе в котором должен был вне своего расписания проходить совместно урок русского языка с тем классом в котором с недавнего времени начала учёбу Анжелка, были свои заморочки и правила из-за которых вовремя перемены, ни одна девчонка в класс не входила, а если такая из общей массы одноклассниц вдруг находилась, то ребята из этого класса тут же давали ей понять о том, что ей так делать не следовало. Поэтому во время перемены все девчонки покорно выжидали время за пределами класса и терпеливо ждали звонка на урок. И вот, когда Анжелка уже было хотела войти в класс чтобы спокойно сесть за парту и подготовится к предстоящему уроку, одна из одноклассниц тут же её отдёрнула от двери.