Чистильщик миров - 2
- -
- 100%
- +
— И то и другое. Магия очищения — редчайший дар. Таких магов называют чистильщиками. Они умеют очищать от тварей и грязной энергии места, вещи, проходы, иногда даже целые участки земель. Там, где обычные маги укрепляют защиту, чистильщики могут выжигать саму скверну.
Старший маг подхватил:
— Они быстро развиваются. И редко подолгу задерживаются в одном месте. Обычно чистильщиков просят, переманивают, перевозят из мира в мир — туда, где грязная магия, след тварей или опасные разломы.
— Звучит так, будто мне уже начали искать работу, — заметил Юлий.
— Тебе пока рано о ней думать, — сухо сказал Брон. — Сначала научись не умереть от собственного дара.
Это подействовало. Юлий кивнул серьезнее.
Старший маг сделал знак слуге, и тому принесли две небольшие шкатулки. В первой лежал тонкий перстень из светлого металла с маленьким прозрачным камнем. Во второй — более массивное кольцо темного сплава, грубое и почти суровое на вид.
— Перстень мага, — сказал старший, вручая первый. — И кольцо воина.
Юлий поднял брови:
— Зачем мне кольцо воина, если я маг?
Магесса ответила:
— Потому что маги не живут отдельно от войны. После инициации маг обязан развивать тело так же, как дар. Обычно маги параллельно изучают воинское дело, чаще всего — стрельбу из арбалета, движение, выживание, основы обороны.
Молодой маг взглянул на Юлия с интересом:
— Но, если верить рассказу Кодаруса, у тебя хорошо идет бой на мечах. Значит, тебе лучше оттачивать именно это.
Юлий взял оба знака. Они были тусклыми и никак не светились.
— А выглядят так, будто мне продали дешевую подделку.
Старший маг даже не улыбнулся.
— Пока ты нулевой круг и еще не накопил силы, так и должно быть. После инициации тебе уже не нужно собирать энергию убитых тварей в кристалл, если не захочешь продать ее отдельно. Достаточно просто находиться рядом с поверженным врагом — энергия сама будет перетекать внутрь твоего тела.
— Удобно, — сказал Юлий. — Наконец-то хоть что-то в этом мире делается без лишних сложностей.
— Не обольщайся, — отозвался Брон. — Это только начало.
Старший маг указал на перстень и кольцо:
— Когда накопится достаточно силы для перехода, ты это поймешь по свечению.
Белыйцвет означает первый круг магии или шестой ранг воина, если будет светится кольцо.
Желтый— второй круг магии и пятый ранг воина.
Оранжевый— третий круг магии и четвертый ранг.
Красный— четвертый круг магии и третий ранг.
Коричневый— пятый круг магии и второй ранг.
Черный— шестой круг магии и первый ранг воина.
— А дальше? — спросил Юлий.
Молодой маг усмехнулся:
— Дальше магистры, архимаги и прочие высоты, о которых тебе пока рано даже мечтать.
— Очень вдохновляюще.
— Это не для того, чтобы вдохновить, — заметил старший. — А чтобы ты понимал размер пути.
Потом настал черед печатей.
Лизе и Юлию велели подойти к боковому столу, на котором стояла плоская чаша из темного камня. Над чашей в воздухе висел маленький знак, похожий на сплетение тонких светящихся линий. Вблизи он выглядел почти живым. Брон объяснил:
— Магическая печать — это ваш документ, пропуск, подтверждение личности и ключ к пониманию других носителей печати. Она одна на всю жизнь. После наложения изменить ее нельзя.
Лиза настороженно посмотрела на знак.
— И это тоже больно?
Брон взглянул на нее без особого сочувствия, но и не жестоко:
— Не волнуйся, можно стерпеть.
— Опять честно, — пробормотал Юлий.
Печать ставили на внутреннюю сторону запястья. Первым был Юлий. Старший маг взял его руку, опустил над чашей, и знак из света вдруг сорвался вниз. На мгновение он словно вплавился под кожу.
Юлий резко выдохнул сквозь зубы и побледнел, но удержался. На его запястье проступил темный рисунок — сложный, круговой, с тонкими линиями внутри. Он несколько раз вспыхнул и замер.
Потом подошла Лиза.
Она старалась не показать страха, но уже в тот миг, когда маг взял ее за руку, пальцы у нее стали холодными. Светящийся знак опустился на кожу — и мир разорвался болью.
Не жжением. Не уколом. Не ударом. Будто прямо в кость вдавили раскаленный металл, а потом пустили его дальше по жилам. Лиза вскрикнула, попыталась вырвать руку, но ее удержали. Перед глазами все потемнело. Ноги подломились.
— Держите ее! — услышала она сквозь шум.
Если бы кто-то не подхватил ее под плечи, она бы упала.
Когда боль схлынула, она поняла, что сидит на низкой скамье, а кто-то подносит к ее губам чашку с горьким настоем. Перед глазами все еще плыло.
— Пей, — велела магесса.
Лиза послушалась.
— Я предупреждал, — сказал Брон где-то рядом.
— Очень утешительно, — прошептала она хрипло.
Юлий присел рядом на корточки.
— Жива?
— Пока да, — выдохнула она. — Но, если у вас тут все документы так оформляют, я начинаю понимать, почему в городе все такие суровые.
На его лице мелькнула тень облегчения.
Когда она пришла в себя окончательно, печать уже была на месте: сложный темный знак на запястье, будто всегда там и был.
— Теперь вы граждане, признанные Аэртоном, — сказал Брон. — И можете быть поняты в любом мире, где носят такую же печать.
После этого смотритель наконец перешел к тому, что Юлий сам назвал бы приятной частью официальной жизни.
Брон открыл тяжелый ларец, достал из него кожаный мешочек и положил на стол.
По звуку было ясно: там золото.
— За помощь «Каменному Кулаку», уничтожение стаи и участие в защите крепости, — произнес он официальным тоном, — город Аэртон выплачивает тебе награду в размере пятидесяти золотых думканов.
Юлий медленно поднял взгляд.
— Пятидесяти?
Даже Лиза, не знавшая местных цен, поняла по реакции окружающих, что сумма огромная.
Брон кивнул:
— Это одна из высоких наград города. Тем более для такого редкого мага, как ты.
Юлий взвесил мешочек в руке.
— Начинаю привыкать к этому миру.
— Не спеши, — сказал Брон. — Деньги здесь утекают быстро, если человек глуп.
Он подозвал одного из помощников, и тот принес деревянную дощечку с врезанными круглыми углублениями, куда были разложены монеты трех видов.
— Запоминайте, — сказал помощник, явно не первый раз объясняя это новоприбывшим. — Деньги делятся на медные, серебряные и золотые. Монеты бывают номиналом в один, три и десять. Переход идет один к ста. Одно серебро — это сто медных. Одна золотая — это сто серебряных.
— То есть одна золотая — это десять тысяч медных? — быстро прикинула Лиза.
Помощник посмотрел на нее с уважением:
— Верно.
Юлий покосился на мешочек уже совсем другим взглядом.
— Тогда мне, пожалуй, хватит на первое время.
— Если не начнешь покупать все подряд, — заметил Брон. — Но жилье тебе сейчас покупать не нужно.
Он встал из-за стола.
— Вас проводят во внутреннее кольцо, в дом, который на ближайшее время закрепляется за Юлием как за магом нулевого круга. Дом небольшой, но достаточный для одного мага и двух слуг.
Лиза почувствовала странное смешение чувств. Ее официально определили как слугу, и это кольнуло. Но вместе с тем ее не выбросили во внешнее кольцо одну. У нее был кров, рядом был Юлий, и пока этого оказалось достаточно.
Они вышли из дома Брона уже не как безымянные гости, а как люди, чья судьба в Аэртоне начала принимать форму.
Их вел молодой служащий внутреннего кольца — худой юноша с аккуратной печатью на запястье и привычкой говорить так, будто все здесь давно решено за него и до него.
Квартал магов оказался совсем не таким, как представляла себе Лиза. Она ожидала роскоши, башен из белого камня, светящихся окон, висящих в воздухе сфер и людей в мантиях, которые только и делают, что шепчут заклинания. На деле здесь было куда тише и строже. Да, дома стояли просторнее, чем во внешнем кольце. Да, на стенах виднелись руны и вставки из необычного стекла. Да, на перекрестках горели ровные огни без копоти и масла. Но в целом квартал магов выглядел скорее как место работы и обучения, чем как обитель чудес.
Дом Юлия оказался двухэтажным, узким, с серым каменным фасадом и темной дверью, над которой была закреплена маленькая металлическая пластина для знака хозяина. Внутри — прихожая, общая комната, кухня, кладовая, две небольшие комнаты наверху и одна совсем крошечная комнатка под лестницей.
— Для мага нулевого круга — вполне достойно, — сообщил провожатый. — Основное содержание за счет города. Отопление слабое, но стабильное. Вода подается дважды в день. Если захотите улучшения — за свой счет и по разрешению квартальной канцелярии.
— Как поэтично ты это рассказываешь, — пробормотал Юлий.
Юноша не понял насмешки.
— Также вам следует знать, — продолжил он, — что с завтрашнего дня вы обязаны явиться в магическую школу Аэртона. Обучение для новых магов обязательно. Срок — один год.
— Обязательно? — переспросил Юлий.
— Да. За счет города. Пропуски без уважительной причины караются штрафом, а затем ограничением допуска к кварталу.
Брон, который все еще сопровождал их до дома, добавил уже от себя:
— Это не прихоть. Это способ сделать из одаренного человека мага, а не проблему для соседей.
— И чему там учат? — спросил Юлий.
— Основам дара, управлению энергией, дисциплине, устройству мира, распознаванию тварей, защите, работе с печатями и кристаллами, — ответил Брон. — За год большинство выпускников успевают получить первый круг магии. Только отличники дотягиваются до второго.
Он посмотрел на Юлия испытующе.
— А дальше все будет зависеть от тебя самого.
Они вошли внутрь.
Дом был пуст, но чист. В окнах стояли прозрачные пластины вместо стекол, пропускавшие ровный дневной свет. На столе в общей комнате уже лежал ключ, кувшин с водой и небольшой сверток с хлебом и сушеным мясом — забота города о новых жильцах.
Когда провожатый ушел, а Брон задержался на пороге лишь на минуту, чтобы напоследок сказать: «Не опаздывай завтра в школу», — в доме наконец стало тихо.
По-настоящему тихо.
Лиза стояла в центре комнаты и медленно оглядывалась, будто не веря, что это теперь их место. Пусть не дом в полном смысле слова. Пусть временный. Пусть чужой. Но все же — крыша, стены, дверь, которую можно закрыть изнутри. Юлий бросил мешочек с золотом на стол, потом снял плащ и устало сел на лавку.
Несколько секунд они просто молчали. Потом Лиза подошла ближе.
— Ты ведь даже не спросил, хочу ли я жить с тобой, — сказала она, но в голосе не было злости.
— Ты согласилась бы быстрее, чем я успел бы спросить второй раз.
— Это правда.
Он посмотрел на нее чуть мягче обычного.
— Я не мог бы оставить тебя одну.
И именно это было сказано так просто, что Лиза отвела взгляд.
— Спасибо, — тихо произнесла она.
Юлий усмехнулся, откинулся к стене и поднял руку, разглядывая тусклый перстень.
— Ну что ж, — сказал он. — Кажется, теперь я редкий маг-чистильщик нулевого круга, с обязательной школой, домом, золотом, кольцом воина и полным отсутствием понимания, как со всем этим жить.
Лиза, все еще бледная после печати, все же улыбнулась.
— Зато теперь у тебя есть я. Простая девчонка без магии и боевых талантов, которая будет напоминать тебе, что ты обязан есть, спать и не лезть в неприятности чаще необходимого.
— Последнее особенно нереалистично.
Она тихо рассмеялась. За окном жил Аэртон. В квартале магов начинался новый день. А в маленьком доме внутреннего кольца начиналась совсем другая жизнь — непривычная, опасная, но уже своя.
И теперь все действительно зависело от самого Юлия.
Глава 3
Дом, выделенный Юлию, к вечеру перестал казаться совсем чужим.
Он все еще был слишком пустым, слишком правильным, слишком аккуратным, будто ждал настоящих жильцов и пока только терпел их присутствие. Но в нем уже появился первый след жизни: на столе лежал развязанный сверток с едой, у стены стояли их вещи, а в окнах медленно густел синий вечерний свет Аэртона.
Лиза возилась на кухонном столе, разбирая хлеб, сушеное мясо и кувшин с водой, оставленные городом. Юлий сидел в кресле у стены в прихожей, откинув голову на спинку и прикрыв глаза.
Он не спал.
После инициации внутри него поселилось странное ощущение, будто под кожей медленно текла чужая, незнакомая жизнь. Не боль — та уже отпустила. И не слабость. Скорее напряжение, тихое и настойчивое, как если бы его тело пыталось привыкнуть к чему-то новому и пока не понимало, как именно с этим существовать.
Юлий слышал дом.
Слышал, как Лиза переставляет посуду. Как за окном проходят люди. Как где-то в соседнем доме коротко звякнул металл. Как в щели под дверью шевельнулся вечерний сквозняк.
А потом — шаги на крыльце. Он открыл глаза раньше, чем раздался стук.
Лиза уже подошла к двери и распахнула ее. На пороге стоял Брон — все такой же собранный, будто ни длинный день, ни чужие заботы не могли согнуть его плечи.
— Вы? — удивилась Лиза. И тут же посторонилась. — Проходите.
Брон молча кивнул и вошел в дом. Он не стал тратить время на вежливые вступления, не оглядывался по сторонам, не спрашивал, устроились ли они. Прошел прямо в прихожую, к Юлию, словно точно знал, где тот сидит. Юлий выпрямился в кресле.
— Что-то забыли сказать?
Вместо ответа Брон протянул ему тонкую брошюру в темном переплете. На обложке не было названия — только выжженный круглый знак, похожий на переплетение рун.
— Вот, — сказал Брон. — Это тебе сейчас нужно. Без этого заклинания ты не сможешь прожить и двух дней.
Юлий взял брошюру, повертел ее в руках и нахмурился.
— Что? Что это?
Он раскрыл первую страницу и начал вглядываться в плотные строчки незнакомого, но уже понятного благодаря печати письма.
Брон ответил сухо, как человек, сообщающий о неприятной, но необходимой истине:
— Это заклинание чистильщика. Оно очищает еду и воду от всей скверны. Неочищенную еду и воду твой организм теперь не сможет принять. А значит, ты не сможешь ни есть, ни пить, пока не проведешь ритуал очищения.
Лиза, стоявшая чуть в стороне, резко обернулась к нему.
— Что значит — не сможет принять?
— То и значит, — сказал Брон. — Для него обычная пища и обычная вода теперь будут ощущаться как грязь, гниль и отрава. Это касается только его. Другие маги могут обходиться и без этого. Но магия очищения действует именно так. Это его природа.
Юлий медленно поднял взгляд от брошюры.
— Хотите сказать, если я забуду это заклинание, то просто умру от жажды и голода в собственном доме?
— Именно это я и хочу сказать, — спокойно подтвердил Брон. — Поэтому рекомендую не забывать. И не откладывать. Тебе лучше выучить его сегодня же.
Он сделал короткую паузу, затем добавил:
— И еще. Завтра утром не забудь сначала подойти к Элиану. Он главный в школе магов. Иди прямо с утра. Он уже знает о тебе и ждет.
Сказав это, Брон развернулся к двери так же быстро, как вошел.
— Ладно, я ухожу.
— Подождите, — окликнул его Юлий. — Вы не могли бы хоть раз сообщить что-нибудь хорошее и не таким тоном, будто заранее ждете от меня неприятностей?
Брон остановился на пороге и посмотрел на него через плечо.
— Хорошая новость в том, что я пришел вовремя. Все остальное зависит от тебя.
Дверь закрылась.
Несколько мгновений в доме было тихо. Потом Юлий опустил взгляд на брошюру, хмыкнул и отложил ее на подлокотник кресла.
— Прекрасно, — сказал он. — Стать редким магом, чтобы первым же вечером узнать, что без специального заклинания я не способен даже воды попить.
— Может, он преувеличил? — с надеждой спросила Лиза.
— Сейчас проверим.
Он поднялся, подошел к столу, отломил кусочек вяленого мяса и поднес к носу.
И в ту же секунду лицо его изменилось. До этого Лиза видела его усталым, настороженным, раздраженным, даже злым. Но такой резкой физической реакции — еще никогда. Его будто ударило изнутри. Юлия передернуло.
Пальцы сами разжались, кусок мяса упал на стол. Он сделал шаг назад, резко вдохнул — и от этого стало только хуже. Вся еда на столе вдруг показалась ему мертвой, испорченной, пропитанной чем-то липким и гнилым. Сушеное мясо пахло тлением. Хлеб — сыростью подвала. Даже воздух возле стола стал тяжелым.
Он резко отвернулся и почти бросился к ведру с водой в углу. Зачерпнул кружкой, поднес ко рту — и тут же замер.
Вода пахла болотом. Нет, хуже. Не болотом даже — стоячей жижей, в которой неделями разлагалось что-то живое. В нос ударила такая волна отвращения, что Юлий едва не выронил кружку. Он резко вылил воду обратно в ведро и отступил на несколько шагов, словно от яда.
— Кругом одна гниль, — произнес он сквозь зубы.
Теперь Лиза уже не сомневалась, что Брон говорил правду.
— Значит, он не ошибся, — тихо сказала она. — Тебе нужно произнести это заклинание. Оно есть в той брошюре?
— Сейчас посмотрю.
Юлий взял брошюру и начал быстро листать страницы. Внутри были не только слова заклинания, но и пояснения: как держать ладонь, как направить силу, как распознавать степень загрязнения, как очищать жидкость и плотную пищу отдельно. Почерк был аккуратный, но сам текст сухой, без всякой попытки облегчить жизнь читающему.
— Вот оно, — наконец сказал Юлий. — Сейчас попробую.
Он поставил перед собой кружку с водой, положил рядом хлеб и мясо, потом перечитал формулу еще раз, запоминая ритм и ударения.
— Если я сейчас случайно превращу воду в дым, — заметил он, — считай, что день прошел не зря.
— Не смешно, — отозвалась Лиза, хотя уголки губ у нее все же дрогнули.
Юлий вытянул ладонь над кружкой.
Первые слова он произнес неуверенно, словно пробуя их на вкус. Потом повторил еще раз — уже ровнее. На третьем круге голос его стал тверже. Воздух над водой дрогнул, как от жара, и на поверхности появились едва заметные светлые круги. Они расширились, сошлись в центре и бесследно растворились.
— Так, — сказал Юлий, сам удивленный. — Похоже, сработало.
Потом он повторил заклинание над едой. На этот раз процесс шел быстрее. На сушеном мясе на мгновение проступил мутный серый налет — словно что-то действительно выходило из него наружу, — и тут же исчез. Хлеб потеплел под ладонью, а запах, стоявший в комнате, вдруг изменился.
Он стал обычным. Нет, не просто обычным — чистым. Простым, ровным, приятным.
Юлий осторожно взял кружку и сделал глоток. Вода оказалась прохладной, свежей, словно толькочто из горного источника.
Он выдохнул и жадно выпил почти половину.
— Получилось, — сказал он уже совсем другим голосом.
Потом взял мясо, откусил, прожевал и кивнул:
— Да. Теперь это можно есть.
Лиза села напротив. Они ели уже без спешки, но с тем удовольствием, которое приходит только после настоящего напряжения. После очищения даже простая еда показалась вкуснее, чем должна была быть. Мясо перестало быть жестким и пересоленным, хлеб — сухим, вода — пустой.
Когда ужин закончился, Лиза откинулась на спинку стула и, впервые за весь вечер, улыбнулась легко и тепло.
— Приятный был ужин. Вкусный, — сказала она. — Ты очистил пищу от скверны, и вкус стал совсем другим.
Юлий посмотрел на свои ладони, будто все еще не верил в происходящее.
— Значит, теперь я даже обедаю магией.
— Поздравляю, — серьезно произнесла Лиза. — Ты стал настоящим магом.
Он усмехнулся, но на этот раз без привычной иронии.
Ночью он еще несколько раз просыпался. Не от страха и не от боли — от странного ощущения, что где-то на границе сна и яви его дар шевелится, прислушивается, пробует этот мир на вкус. Но к утру это чувство улеглось, оставив только ясную, собранную настороженность.
Школа магов Аэртона стояла в глубине квартала, за широким двором, вымощенным светлым камнем.
Юлий заметил ее еще издали — и невольно замедлил шаг.
Здание было действительно красивым. Не пышным, не кричащим роскошью, а именно красивым: высокие арочные окна, узкие башенки по краям, легкие каменные галереи, гладкие стены с врезанными рунами, которые едва заметно серебрились под утренним светом. Внутренний двор украшали чаши с живым голубым огнем, а у лестницы к главному входу росли два дерева с темной корой и серебристой листвой.
Внутри школа оказалась еще лучше.
Просторные коридоры, высокие потолки, полированный каменный пол, на котором отражался свет. Где-то за стенами слышались голоса учеников, звон металла, стук деревянных тренировочных мечей. Здесь чувствовалась не просто магия — здесь чувствовалась школа, место, где все подчинено порядку, знаниям и привычке к дисциплине.
Элиана он нашел быстро.
Тот стоял у входа, будто действительно ждал именно его. Высокий, худощавый, в темной одежде без лишних украшений, с внимательным лицом человека, давно привыкшего оценивать собеседника с первого взгляда.
Едва увидев Юлия, он произнес:
— Долго же ты добирался. Не привык еще к нашим порядкам?
Юлий остановился перед ним.
— Я прибыл сюда вчера.
Элиан посмотрел на него секунду, потом коротко кивнул.
— Хорошо. Следуй за мной.
Он не стал продолжать разговор на лестнице и повел Юлия внутрь школы, через длинный коридор, мимо нескольких закрытых дверей, до своего кабинета. Там предложил сесть в кресло напротив стола и только потом сам опустился на свое место.
Кабинет был просторным, но не роскошным. Полки со свитками, несколько кристаллов в подставках, карта известных миров на стене, стопки бумаг на столе. Все на своих местах. Все в полном порядке.
Элиан сложил руки перед собой.
— Значит, Гром привел тебя сюда.
Юлий молча кивнул, внутренне готовясь слушать.
— Так вот, — продолжил Элиан. — У нас все учебные группы уже скомплектованы и занимаются несколько месяцев. В обычном порядке нового ученика в середине года мы бы не приняли. Без преподавателя ты их не догонишь.
Он говорил сухо, но не враждебно. Скорее как человек, который не любит скрывать трудности.
— Ждать другого учебного года мы тоже не можем, — продолжил он. — Маг, который не знает, как управлять своей энергией, может натворить столько бед, что иногда его действительно проще убить сразу. Это не угроза. Это факт.
Юлий чуть повел плечом.
— Ободряющее начало.
— Я не для ободрения тебя сюда позвал, — спокойно ответил Элиан. — Брон сказал, что заклинание для очистки пищи и воды тебе уже отдали. Судя по твоему виду, ритуал очищения ты провел, поел и попил нормально.
— Пришлось, — сказал Юлий, невольно вспомнив вчерашний запах гнили. — Иначе, похоже, я бы действительно не выжил. Все вокруг казалось испорченным.
— Это правильная реакция, — одобрил Элиан. — Для чистильщика — совершенно правильная.
Он откинулся на спинку кресла.
— Школа предоставит тебе преподавателя по магии. Вместе с ним ты наверстаешь пропущенное время и догонишь остальные группы. Даже если этого не получится, он будет заниматься с тобой весь год отдельно.
Юлий поднял взгляд.
— И кто он?
— Мастер Квирнус. Сейчас ты отправишься к нему. Он ждет тебя в спортивном зале. Идти нужно немедленно — Квирнус не любит, когда его заставляют ждать.
— Я понял.
Юлий поднялся.
Элиан слегка кивнул в сторону двери:
— О самом учебном процессе он расскажет тебе сам.
Спортивный зал Юлий нашел не сразу, но без особого труда. Ему помогли двое учеников, которых он встретил в коридоре. Те с любопытством посмотрели на новенького, узнали, что он идет к Квирнусу, и сразу объяснили дорогу.
Зал оказался огромным. Высокий потолок, ряды деревянных стоек с тренировочным оружием, песчаная площадка в центре, гимнастические снаряды у дальней стены, рунные круги на полу для отработки заклинаний. Из окон падал яркий утренний свет.
Но самого Квирнуса там не было.
Юлий подождал у входа, потом прошел внутрь, оглядел зал еще раз. Пусто. Он прождал несколько минут, затем еще немного. Никто не пришел.
— Прекрасно, — пробормотал он себе под нос. — Значит, мой первый учебный день начинается с поисков человека, который не любит ждать.
Он вышел из зала и начал искать преподавателя сам.
Спрашивал у встречных, заглядывал в соседние коридоры, заходил в открытые классы, где шли занятия. Где-то его отсылали дальше, где-то пожимали плечами, где-то говорили, что мастер Квирнус только что был здесь, но уже ушел. Юлий прошел, кажется, половину школы и в конце концов понял, что либо преподаватель не особенно хочет быть найденным, либо весь этот прекрасный магический порядок снаружи не так уж безупречен внутри.
Когда терпение окончательно иссякло, он решил вернуться к Элиану. По крайней мере, сказать прямо, что в спортивном зале никого не оказалось.