Чистильщик миров - 2

- -
- 100%
- +
— Вот оно, — прошептала она. — Вовремя.
Она начала доставать изнутри какие-то части древка — гладкие, темные, исписанные бледными рунами. Их было несколько, и каждая выглядела как часть чего-то гораздо большего. Старуха соединяла их одну с другой быстрыми, уверенными движениями, точно делала это уже сотни раз у себя в голове.
Щелчок. Еще один. Тонкий всплеск света.
И вот в ее руках был уже не набор деталей, а длинный магический посох. Он сразу начал переливаться мягким внутренним сиянием — то голубым, то золотистым, то серебряным. Руны на древке проступили ярче, словно только и ждали, когда их соберут воедино. По воздуху пробежала едва заметная дрожь, и лампа на столе сама собой вспыхнула сильнее.
Старуха медленно провела ладонью по посоху, будто здороваясь с ним.
— Ты меня порадовал, парень, — произнесла она и мельком глянула на Юлия.
Потом вздрогнула.
Взгляд ее задержался на его лице. Сначала настороженно. Потом с нарастающим неверием. Она выпрямилась так резко, что скрипнул старый стул позади нее.
— Ты-ы... — протянула она, не отрывая от него глаз. — Чистильщик.
Юлий не шелохнулся. Это слово отозвалось внутри глухо и тревожно, как эхо из темного коридора, конец которого он еще не видел.
— Да, — кивнул он после короткой паузы. — А откуда вы знаете?
Старуха молчала долго. Слишком долго. Потом осторожно опустила посох на стол, словно даже он на миг стал не так важен, как лицо гостя перед ней.
— Потому что я видела таких, как ты, — сказала она наконец. — Давно. Очень давно. Еще до того, как нынешние гильдии начали называть себя хозяевами дорог. Еще до того, как половину старых знаний выжгли или спрятали.
Юлий стоял неподвижно.
— Таких, как я, было много?
— Нет, — тихо ответила старуха. — В том-то и беда, что мало.
Она подошла ближе. Не вплотную — ровно настолько, чтобы лучше рассмотреть его черты. В ее глазах теперь не было страха. Только настороженность и что-то еще... память.
— Чистильщиков выводили не для войны в обычном смысле, мальчик. Вас создавали для мест, где обычный воин умирал, а маг сходил с ума. Для разломов. Для порченых мест. Для того, что не должно было оставаться в мире.
Юлий почувствовал, как в груди все сжалось.
Весь день. Эти твари в лесу. Обычный меч, который на некоторое время стал призрачным. Холодное ощущение правильности, когда он рассекал не плоть, а саму чужую сущность.
— Поэтому меч... — медленно произнес он. — Поэтому он стал таким.
— Призрачным, — кивнула старуха. — Да. Не каждый клинок примет руку чистильщика. Но если примет — начнет помнить, против чего его поднимают.
Юлий нахмурился.
— Я ничего этого не помню.
— И не должен, если тебя хорошо прятали, — отрезала она. — Память — первое, что у таких, как ты, крали или запирали. Слишком опасно оставлять чистильщика с полным знанием о себе.
Она обошла его кругом медленно, внимательно, будто проверяя не только лицо, но и походку, плечи, манеру стоять.
— Кто тебя послал? — спросила она вдруг.
— Гильдия Маркуса. Я курьер.
— Нет, — сухо сказала старуха. — Это кто тебя нанял. А кто тебя вывел на дорогу, где ты не сдох до вечера? Кто сунул тебя в область, набитую падалью и тенями, и при этом был уверен, что ты все равно дойдешь?
Юлий не ответил. Потому что ответ ему не нравился. Маркус ничего не сказал о монстрах. Ничего не сказал о том, что дорога сама по себе окажется испытанием. Ничего не сказал о том, что меч Юлия отзовется именно там.
Старуха усмехнулась, заметив, что эта мысль уже дошла до него.
— Вот именно. Тебя проверяли, парень.
— На что?
— На то, кто ты есть на самом деле.
Компас на запястье тихо щелкнул, будто напоминая о второй части сделки. Юлий опустил взгляд, нажал кнопку еще раз. Прибор коротко звякнул, подтверждая передачу товара.
Старуха, не отрывая глаз от его лица, сунула руку за пазуху и достала кристалл — мутновато-зеленый, размером с два пальца. Внутри него будто плавал дым.
Она протянула его Юлию.
— Держи. Это твоему Маркусу.
Юлий взял кристалл, но уходить не спешил.
— Вы сказали, что видели таких, как я. Где?
Старуха долго смотрела на него, словно решая, сколько можно сказать.
— На юге, — произнесла она наконец. — У старых разломов, которые потом велели засыпать и забыть. Там был отряд. Всего пятеро. Один погиб у меня на глазах, когда закрыл проход. Еще двое ушли в черный туман и не вернулись. Один сошел с ума уже после победы. А последний... последний был почти мальчишка. Упрямый, молчаливый. С таким же взглядом, как у тебя, когда он видел то, чего другие не замечали.
Юлий слушал, не перебивая.
— И что с ним стало?
— Если бы я знала, — тихо сказала старуха. — Но когда я увидела тебя, то сначала решила, что время решило надо мной посмеяться. А потом поняла: нет. Ты не он. Но ты из той же цепи.
Она на миг положила ладонь на посох. Тот ответил мягким свечением.
— Будь осторожен с теми, кто вдруг начинает слишком интересоваться твоими способностями. Чистильщик — это не редкость. Это ценная находка. А на ценные находки всегда находятся охотники.
Юлий медленно кивнул.
— Вы знаете мое настоящее имя?
— Нет, — ответила старуха. — И, возможно, это к лучшему.
Он уже хотел задать новый вопрос, но старуха вдруг резко подняла голову, словно прислушиваясь к чему-то за стенами дома.
— Уходи, — сказала она.
— Что?
— Уходи сейчас. Я свое получила. Ты свое тоже. А если задержишься, за тобой может прийти не только ночь.
Юлий понял, что разговор окончен. Он убрал кристалл, проверил белый свиток и шагнул к двери. Уже на пороге старуха снова окликнула его:
— Эй, чистильщик.
Он обернулся.
— Когда в следующий раз меч станет призрачным — не тяни его только силой рук. Дай ему пройти дальше. Через плечи. Через спину. Через все тело. Иначе он сожрет тебя раньше, чем врага.
Юлий запомнил эти слова сразу, намертво.
— Спасибо, — сказал он.
Старуха только махнула рукой.
— Иди уже, Зубастик Ли. Пахнет от тебя дорогой, кровью и чужими тайнами.
Он невольно усмехнулся.
Значит, Маркус все-таки успел и сюда донести его новое имя. Юлий вышел из дома как раз в тот миг, когда последние полосы заката догорали над пустошью. Вечерний воздух был холоднее утреннего, но теперь он ощущался иначе. В руке лежал белый свиток. На запястье поблескивал компас. За спиной висел меч, который уже не казался просто оружием.
Слишком многое изменилось за один день. Слишком многое только начиналось.
Юлий развернул белый свиток. И прежде, чем свет телепортации успел сомкнуться вокруг него, он подумал только об одном: Маркус знал. Или, по крайней мере, догадывался. А значит, по возвращении разговор будет совсем не таким простым, как утром.
Глава 5
Юлий развернул белый свиток и уже приготовился к знакомому ощущению смены пространства — к тому короткому беззвучному провалу, после которого он должен был оказаться рядом с гильдией воинов. Свет действительно вспыхнул, воздух дрогнул, магическая волна прошла по телу, будто прохладный ветер, — но вместо того, чтобы сомкнуться вокруг него и унести прочь, она вдруг рассеялась и ушла куда-то вверх, в темноту над домом.
Юлий остался стоять на месте.
Он не сразу понял, что произошло. Даже сделал полшага вперед, машинально ожидая увидеть перед собой городскую улицу, стены внешнего кольца или хотя бы знакомый переулок. Но в стороне по-прежнему скрипели старые половицы, в углах комнаты копились тени, а за окнами горела личина.
Телепортация не сработала. Юлий резко обернулся, сжимая в руке погасший свиток. То ли он был испорчен, то ли что-то вмешалось в магию. А может, здесь действовали какие-то чужие чары, о которых его, разумеется, никто не предупреждал.
И в этот самый миг за спиной раздался скрипучий голос старухи:
— Подожди, Зубастик, не уходи. Мне нужна твоя помощь.
Юлий медленно повернулся. Старуха стояла в дверях, опираясь рукой о косяк, и смотрела на него тем самым прищуренным взглядом, в котором смешивались лукавство, расчет и усталость.
— Я тут подумала, — продолжила она, — что сама не справлюсь. А ты как раз пришел ко мне будто в помощь.
Юлий нахмурился.
— Вы удержали меня от перемещения?
Старуха пожала плечами.
— Удержала? Нет. Точнее сказать — отменила.
— И как же мне теперь вернуться обратно в гильдию? — в голосе Юлия прозвучало раздражение. — Я даже не знаю, в какой точке мира нахожусь.
Старуха хихикнула — сухо, по-старушечьи, довольно.
— В какой заднице, ты имел в виду?
Юлий мрачно посмотрел на нее.
— Ладно-ладно, не кипишуй, малой, — примирительно сказала она. — Дам тебе свиток. Вернешься ты к своему Маркусу. Только появишься не в гильдии, а во внешнем кольце города. Сам дойдешь. Не маленький.
— Я уже выполнил работу, — отрезал Юлий. — Остальное в мои задачи не входит. Давайте свиток, и я пошел.
— Не так быстро, юноша.
Теперь в ее голосе исчезла насмешка. Она посмотрела на него внимательнее, почти серьезно.
— Ты же хочешь магического развития?
Эти слова заставили Юлия замереть.
— Хочу, — ответил он после короткой паузы.
— Вот и славно. Я могу в этом поспособствовать. Я же ведьма. А мы, женщины, больше не физического склада, а магического. Так что я могу помочь тебе, а ты — мне. По-моему, равноценный обмен.
Юлий молчал несколько секунд. Он все еще был насторожен. Эта старуха уже однажды без предупреждения вмешалась в чужую телепортацию, а теперь предлагала помощь с таким видом, будто речь шла о чашке чая. И все же в ее словах было то, мимо чего он не мог пройти.
Магическое развитие.
Не издевка Квирнуса. Не очередной запрет. Не обещания в пустоту.
Настоящая возможность.
— Я действительно хочу развиваться, — сказал он.
— Вот, — довольно кивнула старуха. — А я хочу решить свои проблемы. Конечно, могла бы попробовать и сама, но боюсь, что одной мне не с руки. Так что поможешь?
Юлий тяжело выдохнул.
— И что я могу сделать?
— Это правильный вопрос, — одобрила она и даже улыбнулась. — Теперь слушай внимательно. У меня есть внучка. Она сейчас лежит в доме без сознания. И если ничего не делать, жить ей осталось несколько часов.
Эти слова сразу убрали из разговора остатки легкости.
— В ее теле находится дух, — продолжила ведьма уже совсем другим тоном. — Он разрушает ее изнутри. Где она его подцепила, я точно не знаю. Только догадываюсь. Это мои старые догадки.
— Что за старые догадки?
— Всё. Не отвлекайся.
Она сделала строгое лицо, и Юлий, сам не заметив, выпрямился.
— Ты — чистильщик, — сказала старуха. — Это твоя работа. Ты очищаешь не только воду и еду. Ты еще можешь очистить тело от духов. Когда этот дух выйдет из моей внучки, ты запечатаешь ее тело, чтобы больше ни одна тварь в него войти не смогла. Дух взбесится. Он может убить. Бросится на тебя. А ты беги ко мне. Я встречу его уже с посохом в руках — тем самым, который ты мне принес. Я смогу развеять его. А потом поговорим о твоей награде.
Юлий невольно покачал головой.
— Я не смогу этого сделать.
— Почему?
— Мне учитель поставил магический запрет. Чтобы я не натворил чего-нибудь. Я не учусь в магической школе. Ничего толком не умею. Могу навредить не только себе, но и другим.
Старуха несколько секунд смотрела на него, а потом вдруг расхохоталась — резко, громко, с каким-то совершенно неприличным весельем.
Юлий нахмурился еще сильнее.
— Я что-то не так сказал?
— Подойди ко мне, магический запрет, — выговорила она сквозь смех.
— Зачем это?
— Да не бойся ты. Я посмотрю, что за запрет такой от магии. Это для меня что-то новенькое. Мне даже самой стало интересно.
Юлий не двинулся.
Старуха закатила глаза.
— Ох, мальчишка если бы я хотела тебе навредить, ты бы это уже понял. Подойди.
После короткого колебания он сделал шаг, потом еще один. Старуха подняла узловатую руку и неожиданно мягко погладила его по голове, как ребенка.
Юлий дернулся скорее от неожиданности, чем от страха.
— Всё, — сказала ведьма.
— Что значит «всё»?
— Больше на тебе запретов нет. Я сняла его.
Юлий уставился на нее.
— Сняли? Но как?
— О-о-ой, — протянула старуха. — Какой же ты еще наивный.
— Я — курьер, — сухо произнес он, сам не понимая, почему именно это вдруг счел нужным сказать.
— Да кто ж спорит-то? — хмыкнула она. — Давай лучше о моем деле. Часики тикают. Внучке моей нужна твоя помощь.
Юлий провел ладонью по затылку. Он до сих пор не был уверен, что почувствует хоть что-то после снятия запрета. Но внутри, где раньше словно стояла жесткая заслонка, теперь действительно было иначе. Просторнее. Свободнее. Будто невидимую дверь распахнули.
— Я знаю только одно заклинание, — признался он. — «Очищение». Оно очищает воду и еду от скверны. Больше меня ничему не учили.
— Я уже поняла, — прокряхтела старуха. — Ладно. Дам тебе два заклинания твоей школы чистильщика. Одно называется «Изгнание духа» — им ты выгонишь тварь из тела внучки. Второе — «Печать силы». Им ты запечатаешь ее тело. Печать держится примерно полчаса. За это время я разберусь с духом. Эти два заклинания и будут твоей наградой за спасение внучки. По-моему, сделка честная.
Юлий кивнул. Ему и самому так казалось.
Старуха покосилась на него и ворчливо добавила:
— Да-а-а куда катится мир. Чистильщику запечатали магический канал, чтобы он не смог помогать людям. Подругам расскажу — они угарать будут.
Она засеменила к столу, достала лист бумаги, чернила и быстро, уверенно начала писать. Почерк у нее оказался неожиданно четким.
— Вот, забирай, — сказала она, протягивая ему лист. — Сначала прочитаешь над ней первое заклинание. Как только увидишь, что дух вышел из тела, сразу читай второе. Не медли. Иначе эта тварь вернется обратно. Потом будь осторожен. Он сразу поймет, что путь назад закрыт, и нападет на тебя. Я буду ждать в соседней комнате. Беги туда. Там я его встречу как надо.
Юлий взял лист, пробежал глазами строчки и крепче сжал бумагу.
— Ну ладно, — сказал он, пожав плечами. — Показывайте, где внучка. И куда мне потом бежать.
Девушка лежала в дальней комнате.
Тусклый свет масляной лампы падал на узкую кровать, на бледное лицо, на выбившиеся из-под одеяла пряди темных волос. На вид ей было не больше семнадцати. Она казалась просто спящей, если бы не слишком резкая худоба, не сероватый оттенок кожи и не тяжелое, надломленное дыхание, будто каждый вдох давался ей через силу.
Юлий остановился у кровати.
Старуха подошла к двери и указала на соседнюю комнату:
— Туда побежишь. Не перепутаешь.
— Не перепутаю.
— Тогда начинай. И не думай слишком долго. Иногда медлительность убивает быстрее, чем ошибка.
Юлий еще раз взглянул на лист. Сердце билось ровно, но быстро. Он отчетливо понимал: если сейчас что-то пойдет не так, исправлять будет некому.
Он поднял глаза на девушку и начал читать первое заклинание. Слова оказались странными и в то же время удивительно понятными. Будто он не учил их только что, а вспоминал то, что давно уже было в нем самом.
Воздух вокруг будто уплотнился. Лампа дрогнула. По телу девушки прошла едва заметная судорога. Юлий замолчал и несколько секунд просто смотрел.
Потом это произошло.
Из ее груди будто вырвался комок темной энергии — плотный, живой, дергающийся. Он завис над телом, закрутился, начал менять форму, вытягиваясь, становясь прозрачнее. Через миг перед Юлием уже парила сущность — не совсем человек, не совсем тень. Смутный силуэт с пустыми провалами вместо глаз и рваным темным свечением внутри.
«Это и есть дух», — понял Юлий.
И тут же начал читать второе заклинание.
Он не дал себе ни мгновения на сомнение. Слова «Печати силы» легли тяжелее, жестче. Вокруг тела девушки вспыхнул едва заметный круг светлых линий, которые сразу ушли под кожу и исчезли.
Дух рванул обратно. Он влетел в ее грудь — и отлетел, словно ударившись о невидимую стену.
Застыл.
Снова бросился вперед.
И снова был отброшен.
Тогда он медленно повернулся к Юлию. Комната словно похолодела.
— Что ты сделал, смертный? — прошипел дух.
Его голос звучал так, будто несколько чужих голосов наложили друг на друга и протащили через лед. Юлий отступил на шаг, но взгляда не отвел.
— Закрыл тебе вход.
— Ты не представляешь, с кем сейчас говоришь.
— А надо было?
Дух вытянулся выше, темнее.
— Да я тебя сейчас раздавлю, как клопа.
Он начал медленно приближаться. Юлий больше не стал ждать. Развернулся и бросился в соседнюю комнату.
За спиной уже неслись слова духа:
— Ты решил от меня удрать? Мальчишка! Это твоя первая и последняя ошибка.
Но Юлий не слушал. Он влетел в комнату, увидел старуху с посохом наготове и тут же отпрыгнул в сторону, прижимаясь к стене, чтобы не попасть под удар.
Дух появился через секунду. И в тот же миг ведьма ударила.
Посох вспыхнул ослепительным светом, и в сущность полетели магические разряды — один, другой, третий. Воздух затрещал, запахло озоном и горелой травой. Каждая молния била точно в цель. И ничего не давала.
Дух дернулся, но не рассеялся. Не вскрикнул. Не ослаб. Он застыл посреди комнаты и медленно огляделся, будто только сейчас понял, куда его заманили.
Старуха ударила снова. И снова. С каждым разрядом лицо ее становилось все мрачнее.
— Ничего не понимаю! — закричала она. — Этого не может быть! Он приобрел силу, находясь внутри моей внучки!
Дух усмехнулся — если это слово вообще было применимо к существу без лица.
— Поживи еще, старая, — протянул он. — Сначала я займусь мальчишкой, а потом сделаю из тебя ходячую призрачную жабу.
— Нет! — выкрикнула ведьма. — Ты умрешь!
Она собрала всю свою силу, и посох полыхнул так ярко, что по стенам заметались дикие тени. Мощный разряд ударил духа в упор.
Тот только рассмеялся.
— Наивная тварь. С тобой разберусь позже.
И повернулся к Юлию.
— А тебя я прикончу первым.
Он поплыл вперед — неторопливо, почти наслаждаясь моментом. Как будто уже видел, как жертва будет корчиться у его ног. Призрачная рука начала подниматься для удара.
И в этот момент Юлий выхватил меч. Движение вышло быстрым, почти инстинктивным. Сталь вспыхнула знакомым призрачным светом. По лезвию пробежала холодная белая кромка, удлиняя клинок нематериальным сиянием. Дух замер — на долю секунды, но этого хватило.
Юлий шагнул навстречу и рубанул.
Призрачный меч с легкостью отсек сущности голову. Вторым движением, не останавливаясь, он рассек ее пополам. Дух даже не успел договорить то, что собирался.
Темное тело распалось, изнутри вырвался густой черный сгусток, судорожно дернулся и растворился в воздухе, будто его и не было. А там, где только что висела сущность, остался небольшой светящийся комок энергии — чистый, плотный, мерцающий.
Тишина после боя обрушилась вдруг, резко. Старуха так и осталась стоять с поднятым посохом. Юлий медленно опустил меч, завел его за спину и протянул руку к светящемуся сгустку.
Тот послушно рванулся к нему и вошел прямо в грудь. По телу пробежал жар. На пальце вспыхнул перстень, засветившись ровным белым светом.
Ведьма, стоявшая в другом конце комнаты, вдруг взвизгнула от восторга — совсем не по-старушечьи. Юлий резко поднял на нее взгляд.
— Это что? — выдохнула она. — Меч ведьмака?
Юлий кивнул.
— А откуда вы знаете?
Старуха смотрела на него так, будто перед ней внезапно вырос не один мальчишка-курьер, а сразу целый сундук с древними тайнами.
— Чистильщик и ведьмак, — пробормотала она себе под нос. — Это невероятно. Это большие возможности
— Может быть, — не стал спорить Юлий. — Только мне бы теперь эти заклинания запомнить, а то завтра забуду.
Ведьма уставилась на него, потом истерически расхохоталась.
— Запомнить! Ты только что спас жизнь и внучке, и мне. А переживаешь из-за того, что забудешь заклинания!
Юлий пожал плечами.
— Я хочу развиваться в магии. В школе не срослось. Хоть здесь опыта набраться.
Старуха глубоко вдохнула, понемногу успокаиваясь.
— Хорошо, Зубастик Ли. Ты сохранил мне жизнь, поэтому я кое-что тебе расскажу. Те заклинания, которые ты произнес, ты всегда сможешь посмотреть в своей магической книге. Она всегда при тебе. Только запомни: никогда и ни при каких обстоятельствах не давай свою книгу в руки другим. Все, что ты в ней знал, вмиг сотрется. Она станет пустой.
Юлий непонимающе моргнул.
— У меня нет никакой книги.
— Книга твоя в магическом кармане, — фыркнула старуха. — Это маленькое пространство, которое всегда находится возле тебя. В этом пространственном кармане можно складывать зелья, свитки, скрижали и вообще все, что связано с магией. Вместимость растет вместе с магическим кругом. Никто не сможет влезть туда просто так. Есть, конечно, артефакты, которые умеют смотреть, но их применение должно быть узаконено властью.
Юлий слушал с возрастающим изумлением.
— А как мне посмотреть, что там находится?
— Смотри внимательно.
Старуха подняла руку и показала короткий, четкий жест.
— Так открывается пространственный карман. А так — закрывается.
Юлий повторил движение. И у него сразу получилось. Прямо перед ним дрогнул воздух, словно распахнулась невидимая складка пространства. Он заглянул внутрь — и удивленно нахмурился.
— Но у меня здесь две книги.
— Неудивительно, — фыркнула ведьма. — Одна магическая, другая ведьмачья.
— Ведьмачья? Но откуда она у меня?
— А ты не знаешь? — старуха прищурилась. — Книга появляется тогда, когда оружие ведьмака принимает тебя за хозяина.
Юлий замер.
В памяти всплыл дом мужа Алисы. Та странная книга, которую никто не мог прочитать. Тогда Алиса говорила, что ее муж так и не разобрал, на каком языке она написана.
«Эта книга была у него — подумал Юлий. — А теперь стала моей, потому что призрачный меч признал меня?»
Он достал одну из книг.
Старая, плотная, с темной обложкой, она легла в руки удивительно правильно — как вещь, которая давно его ждала. Юлий открыл ее и быстро пробежал глазами первые строки.
Текст был понятен.
Совершенно.
— Странно, — пробормотал он, почесав затылок. — Значит, две книги.
— Две, — подтвердила старуха. — А теперь открой магическую. Два заклинания должны быть уже вписаны туда.
Юлий убрал ведьмачью книгу обратно в пространственный карман и вытащил вторую. Как только раскрыл ее, сразу увидел нужные страницы.
— Точно. Они здесь есть.
— А ты думал, я тебя обманываю? — с легкой обидой спросила ведьма. — Хорошего же ты мнения обо мне.
— Нет, — сказал Юлий. — Просто я с таким еще не сталкивался.
— Ну так сталкиваешься. Идем дальше. Твой перстень засветился белым светом. Значит, ты получил первый магический круг. Теперь тебе доступны заклинания первого круга магии чистильщика. Только пока круг не активирован, пользоваться ими ты не сможешь.
— А где его активировать?
— В любой гильдии магов.
— И все?
— Не всё. Маги берут за активацию плату.
Юлий сразу насторожился.
— Какую?
— Они называют ее символической, — скривилась старуха. — Сама не знаю, что в ней символического, но каждая ступень развития стоит еще плюс сто золотых.
— Сколько?
— Первый круг — сто. Второй — двести. Третий — триста.
Юлий даже не попытался скрыть возмущение.
— Это же грабеж.
— Законы такие, — философски ответила ведьма. — Зарабатывай деньги не только на еду и девок. Вкладывай в свое развитие, юноша.
Юлий хмуро промолчал.
— Но сегодня тебе повезло, — продолжила старуха. — Чтобы ты не думал, будто я неблагодарная ведьма, я открою тебе первый круг сама. И дам одно заклинание первого круга. Ты сразу применишь его на моей внучке.
— На внучке? — переспросил Юлий. — Что за заклинание?
— Лечение.
— Какое еще лечение? Я же не лекарь. Я чистильщик.
— Это не то лечение, которым пользуются лекари, — терпеливо пояснила она. — Лечение чистильщика другое. Он избавляет организм от гниения. Не только тело — душу тоже. На более высоких уровнях есть заклинание «Увядание души». Оно сильнее. Им сумасшедших лечат — возвращают душу обратно. А это попроще. Ничего не возвращает, только исцеляет душу и тело от воздействия сущности. Все сущности после себя оставляют гниль. Тебе достаточно прочитать заклинание, и твоя энергия вычистит всю эту дрянь из тела и души моей внучки. А в книге ты найдешь еще одно заклинание первого уровня. Соглашайся. Ты поможешь мне, а я — тебе.
Юлий ответил сразу:
— Хорошо. Мне нужно больше знаний.



