Лин-Ли

Глава 15

– Слушай, а у вас тут есть еще улицы, кроме Прибрежной? – задумчиво пробормотал Айрторн, сквозь пелену мелкого дождя вглядываясь в вывески на углах домов. – Мы же вроде сворачивали?

За какой-то час, проведенный в здании гильдии, погода резко испортилась: небо заволокло тучами, полностью скрыв солнце, началась морось. Пришлось прятаться от влаги, неприятно оседающей на лице и норовящей пробраться за воротник, в глубоком капюшоне плаща.

Линетта бросила на напарника раздраженный взгляд и натянула капюшон поглубже. Сама бы не смогла себе объяснить причину этого раздражения. Вроде бы невинный вопрос, а ее так и подмывало сказать в ответ какую-нибудь колкость.

Сделав два глубоких вдоха, она выдавила из себя вежливую улыбку. Вряд ли причина ее нервозности крылась в новом напарнике, скорее уж сказывалось напряжение последних дней, а значит, следовало держать себя в руках.

– Есть, но мало, – ответила спокойно. – Скоро привыкнешь.

Привыкнет находить нужное место не по адресам, а по ориентирам, как это делали местные: «встретимся у лавки швеи», «жду тебя у знахарской». В первое время Линетте тоже было сложно, а Ренье не горел желанием облегчать задачу навязанной ему напарнице.

Она сделала еще один вздох, окончательно беря себя в руки – негоже уподобляться Ренье.

– А это не наше общежитие? – снова подал голос спутник, вертя головой по сторонам.

Они действительно сворачивали с Прибрежной, чтобы сократить путь, поэтому Айрторн и не понял, что шел практически туда же, откуда вышел сегодняшним утром.

– Оно, – кивнула Линетта.

Лицо лорда тут же осветилось восхищенной улыбкой.

– Вот это да! А я даже не почувствовал, что мы живем возле кладбища!

Лина покосилась на него как на сумасшедшего. Черные маги часто работали на погосте, да что там, вся их деятельность была близка к кладбищенской тематике, но радоваться! Дорнан, насколько она знала, ненавидел ходить на кладбище, даже когда это требовалось по долгу службы – даром что темный маг.

– Это хорошо? – уточнила Линетта с сомнением.

– Конечно. – Пришел черед напарника смотреть на нее как на дурочку. – Если кладбище не ощущается на таком расстоянии, значит, на нем стоит мощная и надежная защита. – Он помолчал, прислушиваясь к собственным ощущениям. – Я и сейчас его не чувствую.

– Хм, – оценила Лина. Учитывая то, что с дороги, по которой они шли, уже были различимы ряды каменных надгробий, это, видимо, и правда должно было что-то значить.

– Просто поверь мне на слово, – усмехнулся Айрторн, безошибочно угадав ее мысли. – Дай мне минуту. – И лорд устремился прямо ко входу на погост.

– Куда ты? Нам направо! – растерянно крикнула Линетта ему вслед.

Бесконечная Прибрежная доходила до кладбища и изгибалась, сворачивая в сторону. Именно туда им и нужно было – в самый конец улицы.

– Пять минут! – Айрторн приподнял руку с растопыренными пальцами, точь-в-точь как недавно Блант, и даже не обернулся.

Лина шумно выдохнула и крепче запахнула плащ. Погода сегодня была не для прогулок и уж точно не для стояния на месте. Особенно на открытой местности, где к мороси добавился еще и ветер.

Переступила с ноги на ногу и на всякий случай отошла от края мощеной дороги. По самой кромке брусчатка обветшала, и один неосторожный шаг мог привести к полету с горки, как на санях, только на собственном мягком месте, – прямехонько в кладбищенские ворота.

Линетта поежилась, сама не зная, от представшей в воображении картины или же от холода, и замерла на дороге, обняв себя руками и хмуро наблюдая за напарником.

В отличие от нее, Айрторна ни капли не смущала ни погода, ни глиняная жижа под ногами. Он даже капюшон не надел, ловко сбежал по склону к самой кладбищенской ограде, несколько раз поскальзывался, раскидывая руки в стороны, но равновесие удержал и добрался-таки до металлических ворот. Там и остановился, положил ладонь на давно не крашенные прутья со следами ржавчины и прикрыл глаза.

Дождь усиливался, но лорд словно не замечал ничего вокруг. Зато Лина отчетливо чувствовала, как плотная ткань ее плаща с каждым мигом все больше и больше пропитывалась холодной водой. Минута, другая, ледяная капля поползла по шее сзади…

– Айрторн! – не выдержала Линетта. Никакой реакции. – Линден!

– Уже иду! – наконец откликнулся тот, когда Лина уже успела запаниковать. Кто знает, что может происходить с темными на кладбище? Зачем-то же он туда полез, в самом-то деле. – Я же обещал: пять минут, – торжественно сообщил Айрторн, действительно уложившись в срок и теперь взбираясь по скользкой глине обратно на каменную кладку дороги. – Руку дай. – Она моргнула от такой наглости, но кисть все-таки протянула. Горячая кожа и ледяная вода! Освободившись, Лина поспешила убрать руку в пока еще сухой карман. – Угу, спасибо, – как ни в чем не бывало поблагодарил лорд и все-таки накинул на себя капюшон, спасаясь от застилающей глаза воды. – Ну и погодка, – фыркнул, проведя ладонью по лицу, и снова улыбнулся. – Ну что, идем?

Лине оставалось только кивнуть, и они наконец-то продолжили путь в поисках дома, адрес которого был указан в листке, выданном дежурным. Кстати о документах – не промокли бы. Скрепя сердце и борясь с привычкой беречь силы, Линетта коснулась своего плаща на уровне груди, где во внутреннем кармане лежали бумаги, создавая щит.

– Хорошая идея, – одобрил спутник.

Лина промолчала. Идея была бы чудо как хороша, приди она ей в голову несколько минут назад, а так оставалось только надеяться, что чернила не слишком размыло.

– Что ты там делал? – спросила Линетта, поравнявшись с напарником и снова пойдя с ним бок о бок. После всегда спешащего вперед Ренье было непривычно.

– Да так. – Айрторн дернул плечом. – Кое-что проверил. Отличная защита, ставил мастер.

– И что это значит?

– То, что никакая нежить не вылезет с погоста сама.

– А не сама? – Лина тут же почувствовала подвох.

Спутник усмехнулся.

– А не сама – сколько угодно. Не ходи туда одна, – его голос вдруг стал неожиданно серьезным. – Нехорошее кладбище, старое.

Линетта похолодела.

– Погоди, то есть нежить может…

– Может, – все так же серьезно подтвердил Айрторн. – Но на то мы и служим на благо народа, – закончил уже весело, не забыв шутливо отдать честь. От резкого взмаха руки в разные стороны полетела вода, и Лине пришлось отшатнуться.

Народу он служит, подумала, с досадой утирая лицо ладонью, шут какой-то, а не лорд.

– Ты знаешь, что ведешь себя совсем не по-лордовски, – не удержалась от замечания и только потом сообразила, что именно ляпнула. И главное – кому. Снова ее треклятый длинный язык!

Однако извиниться за бестактность не успела – Айрторн рассмеялся.

– А как это – по-лордовски? – уточнил весело.

Задирать нос? Не лезть к кладбищу, измазавшись по колено в грязи? Не шутить о нежити?

– Серьезнее, – буркнула Лина, не найдя слов.

В ответ лорд и вовсе расхохотался.

– Мне жаль тех аристократов, с которыми ты была знакома. – Линетта вскинула на него глаза. Тот пожал плечами и все так же весело пояснил: – Должно быть, они были теми еще занудами.

Лина поджала губы и смолчала – и так уже наговорила глупостей.

Какое ее дело, кто и как себя ведет, в конце концов?

Глава 16

Нужный им адрес оказался на самой окраине Прибрежной. Небольшой одноэтажный домик с когда-то красной черепицей, теперь потерявшей былую яркость и несколько плиток из крайнего ряда, был обнесен невысоким деревянным забором с запертой на хлипкий крючок калиткой.

– Тут, – провозгласила Лина, скидывая капюшон на плечи. Как назло, дождь закончился, стоило им добраться до места. Хороши теперь будут сотрудники Гильдии магов во время представления клиентам – мокрые как мыши.

С края капюшона на лоб упала крупная холодная капля, покатилась вниз, и Линетта поймала ее ладонью уже на носу. Айрторн хохотнул.

– Да уж, видок у нас тот еще. Может, просушимся?

Спросил, а не принялся расточать резерв – Лина оценила. А потому уверенно покачала головой.

– Сначала дело.

– Я знал, что ты так скажешь, – проворчал лорд, однако спорить не стал. Первым подошел к калитке и, не утруждая себя ни стуком, ни окриком хозяев, бессовестно перекинул руку и сбросил крючок из петли.

– Ты что? – возмутилась Линетта. – Это же прямое нарушение, причем уже не правил гильдии, а закона!

Айрторн обернулся через плечо, скорчив фальшиво серьезную мину.

– Не будь как твои знакомые лорды. – Покачал головой и толкнул калитку.

Лине не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ним. Ризаль же ясно сказал: «Отвечаешь за его выкрутасы головой».

Правда, в этот раз она рисковала больше ногой или рукой – размер оказавшейся у самой ограды и не заметной снаружи собачей конуры впечатлял. Похолодев, Линетта сократила расстояние до напарника (фактически – спряталась у него за спиной) и закрутила головой, высматривая жильца этих «хором». Однако никаких волкодавов поблизости не наблюдалось, во дворе было подозрительно тихо.

– Нет здесь собаки, вылезай, – съязвил Айрторн, и Лина пристыженно отпрянула. А тон напарника стал менее веселым и каким-то… напряженным? – Сдохла. – Лина поежилась.

Они прошли дальше.

Услышав чужаков, залаяла соседская псина, но мгновенно смолкла, стоило Айрторну поднять руку.

– Как ты?.. – ахнула Линетта и замолчала так же резко, как тот пес, когда лорд красноречиво приложил палец к губам и уверенно покачал головой.

Жестом велел ей оставаться на месте и прошел вперед. Скрипнули доски настила у крыльца. И больше ничего – ни звука. Недавний дождь был коротким, но сильным: двор изобиловал лужами, тем не менее свежих следов не наблюдалось – маги явно были первыми, кто оказался в этом дворе после дождя.

Лина прошлась по дому магическим зрением, но не увидела сияния чьих-либо аур. Видимо, сделав заказ в Гильдию магов, хозяева домика не рассчитывали, что кто-то придет к ним уже на следующий день, и отлучились по своим делам. Порой горожанам действительно приходилось ждать вызванных специалистов по несколько недель.

– Здесь никого нет, – озвучила Линетта свои выводы.

Айрторн не оборачиваясь качнул головой.

– Живых нет. – И, словно подтверждая его слова, в соседнем дворе заскулила собака, долго, протяжно, переходя на вой. У Лины мурашки побежали по спине от этого звука. – К калитке отойди.

– Что?

Она проработала с Ренье целый год, но ни разу не видела, чтобы он вел себя так. Сам – будто пес, прислушивающийся и принюхивающийся к окружающему пространству.

– К калитке. Отойди, – повторил напарник все так же негромко, но настолько твердо, что у нее отпало желание спорить. Тем более после того, как она увидела, что он делает: Айрторн достал из кармана плаща несколько колец-накопителей и сейчас, не отводя взгляда от тихого домика, не глядя надевал их на пальцы. Все четыре…

Линетта тяжело сглотнула и сделала так, как было велено: отступила и замерла у ограды. То, что лорд не столь самонадеян, как она думала, и не пренебрегает артефактами-усилителями, не могло не радовать. Но целых четыре кольца! Что такого он рассмотрел в этом пустом, на ее взгляд, доме?

– Булавка есть? – все так же, не оборачиваясь, спросил Айрторн, вглядываясь в запертую входную дверь.

– Н-нет.

– Найди в заборе гвоздь или острый угол и проколи, поцарапай палец, – последовал следующий приказ. – До крови.

У Лины чаще заколотилось сердце. Все происходящее было странным и по-настоящему жутким. Особенно метаморфоза, произошедшая с Айрторном. Пусть бы он и дальше вел себя не по-лордовски, чем замирал посреди залитого лужами двора неподвижной статуей. А еще кольца…

Энергия темного мага – смерть, энергия светлого – жизнь. Мертвое реагирует на живое – хочет сожрать. Это аксиома, так их учили в академии. Неужели Айрторн обнаружил здесь нежить и решил ее таким образом выманить?

Вопросов было много, и Линетта твердо для себя решила, что если это какая-то нелепая игра или злая шутка, то уж на этот раз она выскажет напарнику все, что о нем думает, не стесняясь в выражениях. Непременно. Как только это все закончится.

Таким ведь не шутят, правда? Даже «нелордовские» лорды. Даже черные маги.

Лина отыскала взглядом криво загнутый гвоздь на одной из поперечных перекладин забора, глубоко вздохнула и, проклиная себя за доверчивость, поднесла к нему подушечку указательного пальца, надавила. Палец пронзило болью, выступила алая капля…

А в следующее мгновение от резкого порыва ветра Линетту впечатало плечом в штакетник. Дом заскрипел, заходила ходуном черепица, глиняные плитки с грохотом посыпались на землю. Соседская собака отчаянно взвыла, а все, что успела сделать Лина, прежде чем входная дверь домика брызнула во все стороны острыми щепками, это согнуться и накрыть голову руками, инстинктивно выставив вокруг себя щит.

Вовремя. Потому как уже через миг прямо у ее уха громко клацнули зубы, а в лицо пахнуло нечеловеческим холодом и запахом разложения.

– Стоять! – не знай Лина, что, кроме Айрторна, во дворе больше никого нет, она не узнала бы его голос.

Зловоние и холод исчезли. Что-то загремело. Соседская собака снова жалобно заскулила, и Лина, превозмогая страх, отвела руки от лица. Лучше бы она этого не делала, потому что все то, что Линетта видела за целый год работы с Ренье, не шло ни в какое сравнение с тем, что предстало перед ее глазами сейчас. Даже «оживший» труп. Даже подселенец в маленькой девочке, которая под крики матери убегала от черного мага по потолку. Даже… Неважно. Серая подрагивающая, словно кисель, субстанция в два человеческих роста и с двумя рядами огромных, будто волчьих, клыков превзошла собой все прежде виденное.

Напоминающая по форме гигантскую каплю с оскаленной пастью, сущность была полупрозрачной и в тоже время ужасающе материальной.

Айрторн швырнул в нечто черную молнию, но та отсекла лишь край «кисельного» тела, который тут же растаял в воздухе. «Капля» задрожала, вся ее мутно-серая поверхность покрылась рябью, будто в лужу попало колесо телеги, а потом бросилась в атаку с новой силой.

Темный выбросил вперед руку. Из центра его ладони вырвалось черное пламя, на сей раз попавшее прямо по центру желеобразного тела. Тварь утробно зарычала, снова уменьшившись в размерах и став ниже – примерно одного роста с магом. Шлейф, которым заканчивалось полупрозрачное тело, принялся бить по земле на манер кнута, норовя попасть противнику по ногам.

Айрторн отпрыгнул, ударил снова, отсекая еще один кусок сероватой, тающей от соприкосновения с темной магией плоти. Присел, пропуская атакующую «каплю» над собой, крутанулся, вновь выбрасывая руку…

Это было красиво и жутко одновременно.

Линетта ухватилась за штакетник одеревеневшими пальцами и заставила себя выпрямиться. Ноги и руки дрожали. Где-то там, под плащом, у нее бумага и самописное перо. Нужно было выбежать за ограду, достать письменные принадлежности и отправить запрос в гильдию: «Подкрепление! Срочно!» Сегодня на службе Лукреция, Дорнан и еще не меньше трех черных магов. Возможно, кто-то из них сейчас недалеко и успеет…

Тварь уменьшалась с каждым ударом, но истаивать полностью не собиралась. Айрторн отступал к забору, за которым недавно выла, а теперь полностью затихла соседская собака.

В прошлый раз Лина уже влезла не в свое дело и едва не получила за это официальный выговор. Напарник знает, что делает, она все равно не может помочь…

Линетта уже коснулась калитки, намереваясь привести свой план в исполнение. Обернулась напоследок и увидела очередную атаку нежити. Айрторн увернулся, отскочил и… поскользнувшись, плюхнулся в грязь на спину, подняв целый фонтан брызг. Нежить издала очередной не то стон, не то рык и кинулась на поверженного противника. Темный успел выставить перед собой руки и поймать «каплю» за место, где у животных находится горло. Клыкастая пасть щелкнула на расстоянии ладони от его лица.

Вызвать помощь? Действовать по уставу?

А потом прийти на похороны к напарнику, успевшему побыть в ее напарниках каких-то два часа?

Ну уж нет!

Лина отпустила калитку и с силой ударила запястьем по все тому же торчащему из забора гвоздю, распарывая кожу. Хлынула кровь.

Почувствовав ее запах, нежить взвыла и бросилась к новой цели, оставив темного мага за спиной.

Линетта вцепилась в штакетник до боли в пальцах, чтобы не поддаться инстинкту самосохранения и не бежать. Костяшки побелели. Кровь горячей струей стекала по ладони. Стоять, стоять…

Вскочивший на ноги Айрторн швырнул в нежить три черных молнии подряд в тот самый момент, когда та уже собиралась опробовать на прочность стоящий вокруг Лины щит. Снова пахнуло зловонием. Через распахнутую пасть чудовища Линетта успела увидеть серое дрожащее нутро, и…

Все резко стихло. «Капля» истаяла в воздухе.

Лина покачнулась, крепче схватилась здоровой рукой за забор. Сердце стучало где-то под горлом, будто бы собираясь выскочить из груди и покатиться по лужам.

– Ты была права, можно было не сушиться! – донесся до нее снова обычный голос черного мага – веселый и беспечный.

Она не сдержалась – выругалась от всей души.

Глава 17

Они сидели на второй снизу ступеньке крыльца, потому как нижняя была почти на земле, а две ступени выше превратились в труху, как, собственно, и дверной проем, и сама дверь, и часть стены. Сидели рядом, почти касаясь друг друга плечами. Айрторн снял с себя промокший и измазанный после валяния по земле плащ и повесил сушиться на остаток перил. Линетта не стала раздеваться, рассудив, что так вовремя выглянувшее солнце справится и без этого.

Все произошло будто в страшной сказке, где герои побеждают чудовище, тучи тут же расходятся, а все вокруг заливает яркий солнечный цвет, поют птицы, а свидетели эпической битвы пускаются в пляс, восхваляя невиданный подвиг.

Птицы и правда запели сразу после улучшения погоды, а вот плясать и расхваливать монстроборцев никто не спешил – привлеченные шумом соседи толпились за оградой, время от времени боязливо заглядывая через забор и торопясь скрыться из вида. Впрочем, смотреть тут было совершенно не на что: истоптанный двор, подсыхающие лужи, полуразрушенное жилище. Никаких мертвых тел, голов чудовищ, насаженных на пику… Или что там еще бывает в сказках?

Лина хмыкнула собственным же нелепым мыслям и осторожно коснулась руки, которую все это время баюкала на коленях. Кровотечение давно прекратилось, на длинной ране начала образовываться корка. Кожу тянуло, и очень хотелось почесать поврежденное место – чего уж точно не нужно было делать, чтобы не мешать магическому заживлению.

– Терпимо? – Айрторн заглянул ей через плечо и, кажется, остался удовлетворенным увиденным.

– Мелочи, – буркнула Линетта.

Действительно мелочи. Благодаря способности организма к самоисцелению, к завтрашнему утру рана зажила бы даже без постороннего вмешательства. Разве что оставила бы после себя не самый красивый шрам – все-таки от волнения она распорола предплечье сильнее, чем требовалось. Но справиться со шрамом поможет любой белый маг из гильдии, поэтому беспокоиться и правда было не о чем.

Напарник одобрительно хмыкнул.

– Это было…

Лина мгновенно напряглась и насупилась, ожидая продолжения. Глупо? Смешно? Бессмысленно? Что еще обычно говорят темные маги, когда светлые без спроса вмешиваются в их работу?

– …смело, – закончил Айрторн, и она изумленно округлила глаза. – Что? – не понял он, усмехнувшись. – Я бы все равно уделал это чудище, но одним сломанным ребром точно бы не отделался.

Лина, уже готовая ответить какой-нибудь колкостью, побледнела.

– Ребро?

Несмотря на то что они сидели довольно близко, она ничего не чувствовала – с перепугу слишком сильно вложилась в щит и потратила резерв. Не опустошила, конечно, но израсходовала изрядно. И все же у нее оставались силы, чтобы помочь напарнику.

Уже протянула руку, но Айрторн дернул плечом.

– Брось. Ты и так белая как мел, – и сказано это было так… не насмешливо и не сочувственно. Обыденно, что ли? И потому совершенно не обидно.

– Это я от испуга, – призналась Линетта. – Резерва хватит.

Но, если его потратить, собственное исцеление пойдет медленнее, и Айрторн это прекрасно понимал, поэтому уверенно покачал головой, и она не стала настаивать. С того момента, как Лина отправила послание в гильдию, прошло не менее получаса, с минуты на минуту должен был появиться кто-нибудь, кто обязательно окажет напарнику помощь. Ренье был прав: она порой забывалась и лезла не в свое дело.

– Ты чего? Обиделась? – весело поинтересовался лорд, беспардонно боднув ее в плечо своим. Этого мгновения касания хватило: так и не перешедшая на магическое зрение Лина теперь почувствовала, что темный обзавелся обширным синяком на спине и двумя – не одним! – сломанными ребрами. Кажущаяся полувоздушной «капля» оказалась вполне себе материальной и тяжелой, когда навалилась на него сверху.