Двадцать сигарет в пачке

 Сказав это, она обхватила эрегированный член и погрузила внутрь своего чрева, томно выдохнув. От неожиданности Адам опешил, но не более чем на миг. Ритмичность движений Евы совпала с ударами сердца Человека. Он смотрел на жену, которая, закрыв глаза, тихо постанывала, совершая самый простой и совершенный танец, устроенный природой. Влага ее тела взорвала память Адама, смешав в одном флаконе её запах и аромат Эдема. Блаженное счастье потерянного рая собралось на острие и сладостным копьём пробило адамову грудь. Впервые с момента изгнания из Эдема он смог обуздать разрушающую силу, поднявшись выше нее, до состояния исступления, но только лишь на миг. Сорвавшись, словно с небес на землю, Человек разразился взрывом эйфории, выпустив из себя поток горячей энергии.

 Тяжело дыша ему на грудь упала жена и оба впали в приятное оцепенение.

– Я люблю тебя, – едва отдышавшись, тихо прошептала она.

Адам снова почувствовал себя смущённым и сбитым с толку.

– Что значит люблю? Это как?

Она посмотрела на него своими большими глазами.

– Не знаю. Я вдруг услышала голос, и он сказал мне – люблю. Всемилостивая Сила коснулась меня, и я готова снова дарить новую жизнь. Увы, я не помню, что было в Эдеме, но сейчас мне кажется, что и там я не была так счастлива, как сейчас рядом с тобой, мой любимый. Теперь мой Эдем будет там, где ты. Вот что значит – я люблю тебя.

 Адам почувствовал, как против воли по его лицу расползлась довольная улыбка. Сердце заколотилось, но не яд Кислого дерева был тому виной. Сладкая волна растеклась по телу и новое чувство, подчинив себе ярость, позволило Человеку на миг почувствовал себя снова счастливым. Он крепко сжал женское тело.

– Я тоже люблю тебя, – ответил он.

 Спустя девять месяцев Ева родила новую жизнь.

 Первая пара близнецов появилась прекрасным свежим утром. Адам взял их на руки и, поднявшись на вершину скалы, протянул младенцев к восходящему солнцу.

– Смотри! – громко возгласил он. – Новая жизнь! Я родил жизнь. Как прежде. Как ты!

 Но утреннее солнце, как, впрочем, и вся остальная природа, ответили Адаму беззаботным молчанием. Будто дерзость речи вчерашнего повелителя не могла омрачить тихую идиллию.

 Человек покачал головой и грустно усмехнулся. Что ж, он ответит тем же. Он больше не созерцатель неспешно меняющейся природы. Он почувствовал в себе силы для деятельности. Созидательной деятельности. Грубую силу, которая изменит природу мира так, как это надо Человеку. И уж коль природа и Сияние больше не подчиняются его воле, этой силы хватит. Всю нерастраченную энергию и знание мира он направит на то, чтобы снова стать повелителем Эдема. Даже против воли Сияния. Он вернётся туда, чтобы вспомнить, что именно тогда оно сказало Адаму. И когда он вспомнит, он исправит то досадное своеволие под сенью Кислого дерева, которое погубило Эдем.

 Но это все предстоит.

 Сейчас он смотрел на два мохнатых комочка, которых родила ему Ева и пытался дать им имена.

– Ма, ма, – пропищал один из них.

– Ма, мам, – вторил ему другой.

 Адама брезгливо посмотрел на них, сгрёб в охапку и отнёс вниз к матери.

 Время неспешно стало двигаться дальше. Отпрыски Адама росли, становясь все больше и сильнее физически. Но, к великому разочарованию их отца, не проявляли и толики понимания к отеческим наставлениям. Ограниченность первых детей Человека была настолько велика, что Адам даже не смог дать им имён, которые бы выделили их особенности. Однако отсутствие какого-либо понимания компенсировалось в них количеством яда Кислого дерева, усвоенным от родителей. И не только усвоенным, но и приумноженным. Безудержная агрессия вырастила из них огромных страшных животных, жить рядом с которыми стало невыносимо, так что Адам вынужден был прогнать их прочь. Не на шутку разозлившись из-за постигшей его неудачи, он снова пришёл к жене и овладел ею, в сексуальном исступлении утопив горечь разочарования. Спустя положенный срок Ева снова родила, но результат был ещё более удручающий. Яд отравлял разум детей ещё в утробе матери, так что единственным качеством, которым они обладали, была агрессия. А главным стимулом действия – жажда разрушения. Вскоре детей стало много, но проблеска сознания в них по-прежнему не наблюдалось. Человек злился. Человек страдал. В конце концов решился на жестокие меры. Однажды он привёл на вершину скалы одного из своих сыновей. Поставив его перед собой на колени, он положил ему на голову обе руки.

– Всемогущее Сияние! Я знаю ты есть, и ты слышишь! Взываю к твоей Силе – зажги пламень мысли! Зажги! Молю, да будет так!

 Собрав всю силу, он обрушил ее на голову потомка. Бедняга закричал, пытаясь вырваться из рук родителя.

– Не надо бояться боли, сын мой, – холодным голосом приказал ему Адам. – Это боль твоего нового рождения.

Но тот вопил так, что на шум стали собираться другие дети. Поднялся холодный ветер. Его порыв обдал несчастного шумной волной и, подхватив последний крик, унёс куда-то далеко. Кровь потекла из его ноздрей, а на губах выступила пена.

– Хм, – недоуменно выдохнул Адам.

 Он аккуратно положил бездыханное тело и с ужасом посмотрел на свои руки.

– Этого не может быть, – едва слышно прошептал он.

 Его недоумение нарушил истошный визг. Он поднял голову и увидел группу детей, которые бежали вниз по склону к хижине. Все были очень напуганы. Человек поднялся, глубоко вздохнул и пошёл вслед за ними. Когда он вошёл в жилище, там царили паника и страх. Дети кричали, в ужасе показывая пальцем на Адама, и пытались спрятаться за спиной матери. Ева с глазами полными слез, старалась закрыть их руками.

– Что ты сделал?! Зачем ты убил его, ведь это наш ребёнок?!

 Адам растерянно пожал плечами. Его самого произошедшее привело в такое недоумение, что он не мог найти слов. Он протянул руку, чтобы погладить Еву по щеке, но все ещё бушующая в нем буря обожгла ее пылающей энергией.

– Нет! Прошу тебя оставь нас! – она упала к его ногам и крикнула перепуганным детям – Бегите!

 И дети Человека убежали, навсегда усвоив страх перед своим отцом. Этот страх заставил их бежать как можно дальше от скалы предков, вглубь континента, который позднее назовут Африкой. Там они поселились в лесах и саваннах, подальше от своего отца. Подальше от Самаэля – отца смерти и ужаса.

– Все, к чему ты прикоснешься, прахом возвратится к тебе!

 Адам повторял про себя эти слова, наблюдая как от скалы предков разбегаются его дети. Он не предпринял ни одной попытки остановить их, а всю горечь утраты выражал в бранных словах и упреках Сиянию. С вершины Камня Причины он посылал ему проклятия и пустые угрозы. Разрушительная сила его ярости обратилась на Камни Сияния. Не зная, как быть дальше, куда идти, не имея ясной цели, Адам больше не мог видеть перед собой это немое свидетельство его собственной несостоятельности. И он взорвал их проклятиями мирозданию и Сиянию.

 А те будто услышали его и подземные силы унесли Камни Сияния – те пропали, как его сбежавшие дети. Прочь от Камня Причины. Подальше от Самаэля.

 Ева слегла, тяжело заболев. Печаль и боль забрали у неё все силы. Она лежала едва живая у основания скалы, омываемая дождями и собственными слезами. Палимая солнцем днём и замерзающая ночью, она молила Сияние, чтобы оно забрало ее душу и ослабленный потрясениями организм принял в себя новую, странную форму жизни – вирусы. Фактически они всегда существовали в теле Человека, но дремали, ожидая своего часа, когда Сила, дарующая жизнь всему, вмешается вновь. И когда движимый другим древним призывом, Адам вновь овладел женой, и спустя положенный срок Ева вновь родила, то жизнь, возникшая в таком суррогате ненависти и любви, оказалась уникальна. Родившийся малыш, хотя и был болезненного вида, но оказался отмечен печатью мудрости. Пришедший взглянуть на него Адам не мог этого не заметить. В ночи малыш светился едва различимым светом, и Человек не мог обмануться.

– Создал! – тихо прошептал он. – Я смог. Мы смогли!

 Он присел рядом с ослабевшей Евой, приложив к ее груди дитя.

– Наш малыш, который вернёт нас в Эдем!

 Поцеловав жену с ребёнком, он поднялся во весь рост и, как тогда в райской тени, громко сказал:

– Нарекаю имя тебе – Каин. Ты проложишь нам путь домой.

Путь домой знал лишь один Искусственный Интеллект, но меня успокаивало уже то, что он был известен хоть кому-то. Потому как чёрная бездна уже больше не была чем-то невидимым позади. Тот несчастный, который тогда погиб от руки своего отца… Не знаю, как это описать. Но после его страшной и главное неоправданной смерти чёрный мрак словно поглотил его. И стал чуточку больше.

 Это совпадение подозрительно, тебе так не кажется?

 Большое И ничего мне не ответило и перенаправило мой вопрос Адаму.

 Тот тяжело вздохнул, закурил новую сигарету и выдохнул, сделав упор на третье слово.

– Это был мой сын.

Глава 4

– Мой сын!

 Наслаждаясь этой мыслью, полный самодовольного тщеславия и сладких надежд, с вершины скалы Адам следил за подрастающим Каином.

 У ледникового озера, недалеко от Камня Причины поселились потомки первых детей Человека, которые позабыли его гнев. Они обучали навыкам охоты младших. Все были увлечены, поэтому никто не заметил огромного пещерного медведя, который вышел из чащи леса. Движимый любопытством, зверь приблизился к увлекшимся игрой детям. Каин первым заметил животное и криком оповестил об опасности сородичей. Однако, когда те бросились наутёк к деревьям, сам не убежал. Старательно отводя взгляд, он осторожно приблизился к зверю. Медведь сел на задние лапы и, настороженно потягивая воздух, наблюдал за действиями человеческого детёныша. Тот, тем временем, приблизился на расстояние вытянутой руки и, по-прежнему не глядя зверю в глаза, громко сказал:

– Медведь!

 Затем одной рукой протянул к медвежьей морде горсть лесных ягод, а другой ударил себя в грудь.

– Каин!

 Медведь встал на задние лапы во весь свой исполинский рост и громко зарычал. Каин посмотрел на его и снова громко произнес:

– Ты – Медведь!

 Зверь опустился и стал внимательно обнюхивать мальчика. Дойдя до руки, в которой были ягоды, он аккуратно слизал их и Каин улыбнулся. Потрепав зверя за ухом, мальчик сказал ему громко, но улыбаясь во весь рот:

– Медведь и Каин!

 Затем ухватился за мохнатую шею и ловко запрыгнул зверю на спину.

 Наблюдавшие с деревьев за этой сценой сородичи восторженно завизжали. Медведь покачал головой, что-то проревел им в ответ и с восседающим на спине мальчиком отправился вглубь леса.

– Мой сын подчинил своей воле медведя! – радостно сообщил Адам жене.

 Он подошёл и нежно обнял её. Человека распирало от гордости за своего отпрыска и он пришёл к Еве, чтобы разделить с ней эту радость. Ещё немного – и он будет готов расцеловать её от переполняющего чувства благодарности.

 Ева сидела у костра и смотрела на огонь, думая о чем-то своём. Теперь в ней каждый раз поднималось чувства страха, когда она видела мужа, переполненного эмоциями. Поэтому, когда Адам наклонился, чтобы поцеловать её, она непроизвольно зажмурилась и отстранилась.

– Что с тобой, любовь моя? – спросил Человек и насильно прижал к себе жену за плечи.

– Мне кажется, я снова беременна, – тихо ответила она.

 Адам поцеловал её лоб, нос и губы и улыбнулся с искренним чувством.

– Я буду счастлив, если у нас родится ещё один Каин.

– А если нет? – спросила Ева, продолжая смотреть на пламя. – Ты убьёшь его, как того, другого?

 Улыбка мигом сошла с человеческого лица. Он силой развернул к себе жену.

– Я не убивал его. Ты не понимаешь. Наши дети это все, что нам оставлено Сиянием. Если в них нет Силы Сияния, то они прах. Иначе, почему они умирают? Почему они не как я, не как ты, или Сияние? Они умирают, потому что не знают Сияния. Я хотел ему помочь увидеть Сияние. Но Сияние не может быть в том, что умирает. Потому что оно есть Жизнь. Это естественный отбор Жизни.

 Он был живой и значит жизнь его не забраковала. Его убил ты и никто иной!

 Адам нервно сжал челюсти и по хижине пробежал леденящий холодок. Словно шумный водопад, на Человека обрушились сотни голосов.

– Нет! Она не права! Она просто ничего не помнит!

 Голоса кричали, требовали немедленной атаки и разгромной победы над этой возмутительной глупостью. В конце концов как смеет кто-то обвинять его! Его – владыку Эдема и пророка Великой Силы!

Адам разочарованно посмотрел на жену и пожал плечами, но ничего больше не сказал.

 В жилище вошёл Каин. Он подбежал к матери и вывалил к ее ногам множество семян и орехов. Ева улыбнулась, погладила сына по рыжей макушке.

– Что ты мне сегодня принёс, милый? – она с интересом посмотрела на семена. – Где ты их нашёл?

– Каин дружит с медведем! Я назвал его Медведь. Он очень сильный. Мы гуляли вместе. Медведь показал мне много новых мест.

– Ты – мой маленький повелитель природы! – Ева крепко обняла сына и стала осыпать его поцелуями. – Каин будет самый умный и сильный! Возьми вот эту палочку, сделай ею ямку, потом положи в неё эти семечки и полей водой.

– И что потом будет?

– Произойдёт чудо.

– А что это – чудо?

– Это когда рождается жизнь.

– Как это рождается? Как из мамы появляется детёныш? Земля будет мама?

– Ты мой сообразительный медвежонок! Земля будет мамой новым семечкам, как я мама для тебя и твоих братьев и сестёр. Теперь иди, сделай, как я тебя научила.

 Каин взял предложенную матерью палку. Повертев ее, он попробовал ею копать, но от ударов о каменистый пол палка сломалась.

– Хочешь, я покажу тебе моего Медведя?

– Дорогой, ты что, привёл в дом медведя? Твой отец этого не одобрит!

– Он хороший. Я назвал его Медведь.

– Я помню.

– Ну так пойдём! Он здесь. Я дал ему мёд.

– Мой сладкий, ты скормил дикому зверю наш запас мёда? Ну, пойдём, посмотрим на твоего Медведя.

 У основания скалы огромное мохнатое чудовище разоряло запасы людей. Вокруг возбуждённо бегали и кричали человеческие дети.

– Табу! – громко крикнула Ева.

 Наклонившись к Каину, она нежно сказала:

– Малыш, ты видишь, что натворил твой медведь. Уведи его отсюда. Диким животным не место среди людей.

 Каин вскарабкался на шею чавкающему медведю и стал что-то шептать ему на ухо и дергать за шерсть. Медведь зарычал и попытался сбросить его, но Каин намертво вцепился ему в загривок и продолжал подёргивать за ухо. Недовольно ворча и постоянно отряхиваясь, медведь все же поднялся и направился прочь от возбуждённой толпы.

 Адам с восторгом наблюдал всю сцену со стороны. Ева подошла сзади и уткнулась в его плечо головой.

– Он совсем как ты!

– Он будет лучше чем я. Он не станет никого убивать.

– Кажется, он хочет заставить медведя тащить эту огромную сухую корягу. Милый, что ты делаешь?! Аккуратней с этой деревяшкой, не поранься!

– Он хочет вспахать землю. Кто его этому научил?

 Ева улыбнулась.

– Сияние. Да прибудет с ним его Сила.

– Да будет так! – вполголоса ответил Адам.

 Каин приручил медведя. Он сумел распахать небольшой участок земли близ озера, и посев вскоре принёс обильные плоды. Навьючив ими медведя, Каин триумфально вернулся к родительскому жилищу.

 Навстречу ему вышел Адам.

– Где мама?

– Твоя мать родила новую жизнь. Иди! Она ждёт тебя.

 Каин выбрал самые спелые плоды и вошёл с ними в жилище родителей.

В привычном запахе родительского крова появился новый, незнакомый Каину оттенок, который сразу ему не понравился. На перине из шкур и душистых трав у костра лежала Ева. Она кормила грудью маленькое розовое создание.

– Каин, мой мальчик, ты вернулся! Как я рада! Подойди ко мне ближе, я поцелую тебя.

 Каин медленно подошёл и положил плоды к постели матери.

– Мама, смотри! Мы с Медведем сделали, как ты учила. Я положил в землю семечки. Потом мы долго ждали, а потом земля родила ростки. Прямо как ты говорила! Я сделал чудо! Попробуй!

 Положив плоды, он стал рассматривать младенца сосущего материнскую грудь.

– Мама, я тоже хочу!

– Милый, боюсь, что ничего не получится. Ты уже вырос большой, сильный и такой умный, а молоко нужно теперь твоему брату, чтобы он тоже был такой же умный и красивый, как ты и твой отец.

 Каин насупился.

– Я не хочу, чтобы он был как я и Отец. Брось его!

 Он вытащил из постели прут и с размаху треснул им по голове малыша.

– Каин, негодник, что ты делаешь?! – вспыхнула в момент преобразившаяся мать. – А ну, поди отсюда, чтобы духу твоего здесь не было! И медведя своего забери! Не хватало, чтобы он паразитов нанёс. И нечего здесь глазами сверкать!

 Каин завыл и со слезами выбежал вон.

 Ева склонилась над младенцем, стараясь успокоить орущее дитя.

– Ну-ну, малыш, не плачь! Мама не даст тебя в обиду. Ну тише, тише. Я назову тебя Авель. Смотри, какая суета поднялась из-за твоего появления!

 Рождение Каина и Авеля стало новой поворотной точкой в истории мира Адама. Миллионы лет, прошедшие с момента катастрофы в Эдемском саду, не были так наполнены событиями, как каждый год жизни с подрастающими мальчиками. Каин продолжал постигать основы земледелия. Поддерживаемый и наставляемый родительской мудростью, он сумел обеспечить стабильный урожай злаков и кореньев. Но ещё больше преуспевал юный Авель, который с младенчества наблюдал за действиями брата, усваивал его ошибки, стараясь избегать их в дальнейшем. По примеру брата он также приручил дикое животное. Охотясь в лесу, он наткнулся на волчье логово. Волчица, вероятно, однажды ушла на охоту и не вернулась, оставив четырёх волчат. Авель забрал их и вырастил, сделав помощниками в охоте. А вскорости отцовская мудрость подсказала, что если добычу ловить, сохраняя ей жизнь, то она будет расти рядом. А забивать ее можно по мере надобности. Например, в период, когда вся дичь мигрирует или впадает в спячку, избегая лишней беготни. С помощью своей маленькой стаи он сумел загнать в хитроумно расставленные ловушки приличное стадо диких овец. Последние не сильно противились плену и очень быстро одомашнились, расплодившись под надёжной защитой Авеля и его своры.

 И вот в один день жилище Адама преисполнилось избытком плодов. Собрав лучшее от дел своих, Каин и Авель принесли подношение к родительскому крову. Пришли потомки первых детей Человека. Адам, взяв понемногу от плодов Каина, и ягнёнка из стада Авеля, поднялся на вершину скалы и разжёг костер прямо на Камне Причины. Там он долго стоял, молча глядя на пламя.

– Ты говоришь, что я неблагодарный, не ведающий ценности жизни прах и поэтому лишился творящей Силы. Мои дети преодолели это. Смотри! Все это – плоды их созидания.

 Он взял несколько спелых плодов и бросил их в пламя. Потом долго молча смотрел на сине-красные языки пламени, будто хотел прочесть в них ответ на свои слова. Но ответа не последовало.

– Я помню, что всё равно это твоё творение, – наконец согласился он с безмолвием огня. – Может быть, ты так уже не считаешь. Может быть, ты просто испытываешь меня? Что мне сделать, чтобы ты снова говорило со мной? Я отдам тебе за это все!

 С этими словами он взял ягнёнка и растерзал его.

– Чтобы ты не считало, что я чего-то пожалею для того, чтобы снова видеть и слышать тебя, вот – прими это! Твоё от твоих. За всех и за всё.

 И то, что совсем недавно было живой плотью отправилось в костёр.

 Запах жареного мяса привёл в возбуждение расположившихся у подножия скалы первых людей.

– Дети мои! – громко обратился к ним Адам. – Сегодня мы воздаём почести вашим братьям – Каину и Авелю. Они явили плоды невиданной для вас мудрости и силы! Являя ныне свою милость и расположение, я объявляю их носителями моего имени. Отныне каждый из вас, когда встретит их, должен преклониться перед ними. И жестока будет кончина тех, кто осмелится ослушаться моего слова! Ну а тех, кто подобно вам, соблюдёт мой завет, ожидает мир и изобилие.

 С этими словами он затушил костер и у хижины начался веселый праздник первого урожая.

 Потомки разных поколений подходили к стоящим подле Адама Каину и Авелю и благоговейно кланялись каждому, после чего получали свою часть плодов от жертвенного огня. Вскоре счастливый гомон наполнил собой окрестности.

 Впрочем, веселье продолжалось недолго. В самый разгар пиршество вдруг прервал истошный лай авелевых псов.

– Что там случилось с твоими собаками? Авель, дорогой, сходи, посмотри, – сказала Ева сыну.

 Авель ушёл и спустя мгновение вернулся, весь пылая от бешенства.

– Каин! Это ты сделал!

 Авеля колотило от обуявшего его яда Кислого дерева.

– Что сделал, милый? – спросила всполошившаяся Ева.

– Медведь задирает моих овец! Уведи его сейчас, иначе…

– Иначе что? – набычился Каин. – Мой Медведь! Берёт, что пожелает.

– Пусть жрёт твои гнилые коренья!

– Это у меня гнилые коренья?!

 Каин двинул мощным кулаком по носу брата.

– Табу! – крикнула Ева. – Что вы тут устроили?! Каин, немедленно уведи своего медведя от авелевых овец!

 Однако Каин, не шелохнувшись, смотрел на брата глазами, налитыми кровью. Между братьями пробежал ледяной ветер.

– Убери Медведя сейчас! Или я уберу его, – процедил сквозь зубы Авель, глядя в глаза Каину таким же пылающим взглядом, полным яда Кислого дерева.

– Дети, прекратите немедленно! – взмолилась Ева.

– Мой Медведь! – прохрипел Каин.

– Тогда смотри! – глухо сказал Авель и, схватив крепкую рогатину, бросился в загон к овцам.

 Подбежав, он свистнул своей стае, указав на медведя.

– Ату!

 Хорошо знающее своё дело псы со всех сторон атаковали пещерного гиганта. Медведь взвыл от боли и возмущения. Поднявшись на задние лапы во весь рост, он принялся раскидывать собак, но выскочивший Авель ловко всадил острый край рогатины ему между рёбер прямо в сердце, уперев противоположный конец в землю. Обезумевшее животное ринулось вперед, навалившись всем весом на рогатину… Но вдруг жалобно вздохнуло и упало замертво.

 Повисшую тишину прервал истошный крик Каина.

– Медведь!

 К нему стремительно подошёл Адам и, сильно сдавив плечо Каина, быстро зашептал.

– Сын мой, послушай меня, твоего отца. Ты сейчас стоишь на пороге выбора. Трудного выбора. Помни – твой выбор сегодня станет твоим приговором завтра. Яд мести и злобы переполняет тебя, но ты господствуй над ним! Слушай голос разума, помни о последствиях!

– Я услышал моего отца, – ответил Каин, сжав кулаки.

 Тяжело дыша, он медленно подошёл к стоящему в растерянности Авелю.

– Отойдём в поле, брат.

– Оставь его, Каин! – запричитала Ева, но Адам одёрнул ее.

Они – больше не мы. Оставь. Они должны научиться владеть Жизнью. Сами.

 Все разошлись.

 Лишь Ева осталась на вершине, тревожно глядя в даль, в которой растворились Каин и Авель.

 На закате дня она увидела одинокую фигуру. Она, слегка покачиваясь шла к жилищу Человека.

 Узнав ее, Ева закричала:

– Каин! Где твой брат?

– Я не пастух моему брату, – буркнул подошедший Каин, рухнул у костра и обхватил голову руками.

 Ева вся затряслась. Из больших синих глаз брызнули слезы.

– Нет! Скажите, что это неправда! Каин! Адам! Где мой Авель?

 Сидящий на возвышении, Адам посмотрел на неё сквозь пламя очага.

– Я же говорил тебе, любовь моя, – естественный отбор Жизни.

 Вся следующая ночь прошла в причитаниях Евы. Она звала Авеля и умоляла Адама вернуть ему жизнь. Напоминала обещания, что их новые дети не станут убийцами. Кричала и призывала Сияние в свидетели невыносимой несправедливости. Всю ночь её плач разносился над Камнем Причины. Всю ночь ей никто не отвечал. А где-то вдалеке, в поле, над телом Авеля выли его волки.

 Наутро Адам не выдержал и сдался. Он призвал к себе Каина.

– Голос крови брата твоего взывает ко мне и требует отмщения, Каин, – сказал он, стоя к сыну спиной и глядя вдаль, откуда продолжал доноситься вой.

– Отец, разве я виновен? Что я сделал? Мы разговаривали. Потом кто-то вложил в мою руку камень, когда Авель повернулся спиной…

– Гнев. Вот кто вложил камень в твою руку. Не предупреждал ли я тебя обуздать его?

– Да, отец. Но когда погиб Медведь, его дух вселился в меня. Дух Медведя сильнее увещеваний Отца. И он повелел мне убить.

 Адам с сочувствием посмотрел на Каина.

– Нет, сын мой. Никто в тебя не вселялся, никто тебе ничего не шептал. И уж, конечно, камень тебе никто не протянул.

 Он подошёл к Каину и крепко взял его за плечи.

– Ты – плоть от плоти моей. Яд старого обманщика, древнее проклятие – вот, что двигало тобой. Каин, ты умён и смел и по достоинству носишь имя моего сына. Но пока тобою будет править гнев, ты не можешь называться человеком. Поэтому ты покинешь мой дом, как твой отец покинул свой. Ты будешь скитальцем до тех пор, пока не научишься владеть гневом.