Нишати. Загадка древнего предания

Глава 11. Годом ранее. Дивьи земли

Год назад мы трое: Таислав, Лияна и я – после встречи в степи пробирались на юг.

Местность с невысоким кустарником постепенно сменилась редколесьем. За ним начинался густой широколиственный лес. Мои спутники заметно приободрились, ступив на свои земли.

Тот раз мы зашли в пределы дивьего леса уже в сумерках.

Обычно в степи ближе к ночи приходилось искать место для разведения огня. Здесь же никто об этом и не подумал. Под широкими кронами деревьев в темное время явной прохлады не ощущалось. Казалось, лес своей листвой как большим одеялом укутывает пространство внизу, согревая всех его обитателей. Как позже обнаружилось, днем тут тоже не было того зноя, от которого мы страдали ранее. Создавались идеальные условия для живых существ, разве что чувствовалась повышенная влажность.

Близко к окраине леса поселений не встречалось. Вагры в последние годы стали совершать набеги в чащобы, граничащие со степью. Раньше дивы легко отражали такие нападения, и степняки забираться сюда осмеливались крайне редко. Сейчас вылазки этих разбойников участились, и у немногочисленного лесного народа уже не получалось удерживать под контролем обширные территории. Поселения постепенно переместились вглубь леса.

Еще задолго до первого населенного пункта мои товарищи обменялись сигналами с наблюдателями, хорошо замаскированными среди густых ветвей. Как я не высматривал, никого увидеть мне так и не удалось.

Потребовалось более чем полдня, чтобы добраться до поселка после встречи с дозором. О близости поселения свидетельствовало изобилие плодовых деревьев. Произрастали они без видимой системы, что совсем не походило на привычные для нас, землян, искусственные насаждения. Фрукты удивляли своим разнообразием, но многие из них напоминали земные яблоки, груши, персики.

Дивий поселок поразил простотой сооружений. Жилища делались по принципу минимализма. Когда круглый год тепло, нет нужды возводить капитальные строения. Одни жители располагали свои дома на ветвях деревьев, другие предпочитали находиться внизу. В последнем случае жилье обустраивали возле ствола дерева. Наличие стен определялось лишь желанием поселенцев. У более чем половины таких строений их насчитывалось не более двух из четырех возможных. Пол располагался на некотором возвышении над поверхностью почвы, либо прямо на крепких ветках. Навес от дождя, обязательный атрибут любого обиталища, как на деревьях, так и под ними, состоял из снопов мелких, плотно сложенных между собой прутьев.

Большие деревянные и даже каменные строения тоже имелись, но возводились они, как мне позже пояснили, исключительно для общественных мероприятий, хотя собрания чаще всего проводились вне домов. Такие постройки использовались лишь во время ненастной погоды.

Потчевали нас разнообразными фруктами, овощами и похлебкой, напоминающей кашу из злаковых культур. Последняя была обильно приправлена кусочками сладкой мякоти плода со вкусом ананаса. Мясных блюд здесь, похоже, не знали совсем. Не удивительно, что лесные жители все стройные, как на подбор.

На ночь нас расположили в центре поселка. Таиславу и Лияне достались временно пустовавшие обычные жилища див. Мне же выделили деревянный дом. Тут явно имели представление о предпочтениях людей.

По пути нам пришлось остановиться на ночлег еще в двух селениях, пока мы наконец не добрались до Иллаита, центрального поселка. Нас сразу же повели к правителю Велемиру.

Беседа проходила под открытым небом – погода к этому располагала.

Правитель сильно опечалился, услышав о гибели двух воинов группы. Жизнь у див ценилась куда выше, чем в моем мире, на Земле. Я уже перестал поражаться той не наигранной скорби, какую каждый раз замечал на лицах селян при упоминании о смерти их соплеменников. Многие хорошо знали погибших, хотя проживать могли в разных поселках и не иметь кровного родства.

Велемир тяжело задумался, когда узнал, что путь к колодцу нишати отрезан отрядами неприятелей. Размышлять было над чем. Данный шаг вагров в длительной перспективе мог привести к ослаблению див.

Единственной для правителя положительной новостью, если можно применить такой термин после осознания трагических событий, стало известие о новом месте появления людей в этом мире. Теперь здесь знали, где с наибольшей вероятностью должен появиться через год человек с особыми способностями. Мне, конечно, о таких подробностях решили не рассказывать. Понятно, что о полном доверии к чужаку, к коим меня справедливо причисляли, не могло быть и речи.

В этом году, как и несколько лет к ряду, Велемир рассылал спасательные группы по разным направлениям с целью отыскать очередного прибывшего из иного мира. Возвращались они ни с чем, а иногда и вовсе пропадали. На сей раз не вернулись две группы, направленные на северо-запад, в территории, граничащие с землями вагров. Удивляло, что лесной народ намеренно шел на такие жертвы, если не знать, насколько важен был человек, который должен появиться в этом мире на следующий год. И место перехода дивам наконец стало известно, благодаря встрече со мной.

В пути Лияна и Таислав рассказывали о людях, прибывавших сюда раньше. Спасенные обычно отправлялись в отдельное поселение. Уклад жизни лесных жителей значительно отличался от людского и оказался для моих соплеменников не очень удобным.

Поселок землян испокон веков находился в Дории. Это небольшая местность, граничащая на востоке с дивьими лесами, на юге и западе – с горами, где проживали чуди, а с севера к ней подступали безлесые равнины. Там, в глубине обширных степей, начиналась территория обитания вагров.

Название поселок получил в созвучии с местностью – Дорград. Люди долгое время жили в мире и согласии со всеми соседями. Ничто не предвещало беды, но три десятилетия назад Дорград атаковали вагры. Все люди погибли.

Велемир высоко оценил мой вклад в бою со степными разбойниками и даже посчитал, что я спас жизнь его сыну. Конечно, в том инциденте в степи мне удалось отвлечь на себя нескольких противников, тем самым облегчив положение двух воинов див. Вот только сейчас, узнав получше способности моих попутчиков, я уже не был уверен, что Лияна и Таислав, не справились бы тогда сами с неприятелями.

Мне пообещали помочь соорудить жилище в Иллаите. Взамен Велемир выразил надежду, что через год я приму участие в походе за новым человеком и укажу место перехода.

Я с должным почтением принял такие условия, хотя, по правде сказать, и выбора не было. Предложение пойти в поход особенно пришлось по душе. Дивы оказались гостеприимными, но отсутствие в этом мире людей, представителей моего вида разумных, навевали тягостные мысли. Я в любое время с радостью бы отправился встречать своего соплеменника. С этого момента у меня возникла навязчивая идея возродить поселение людей.

– Пока будет сооружаться твое жилище, поживешь в пустующем доме временного посольства чудей, – сказал мне напоследок Велемир и обратился к Лияне: – Покажи Сергею его пристанище не ближайшие дни.

Иллаит раскинулся на обширной территории. Недостатка в площадях здесь не испытывали, но все равно поселок имел четкие очертания. Однако строение посольства находилось даже не на окраине. Нам пришлось выйти за пределы жилой застройки, ограниченной невысокой плетеной изгородью.

– Дом хоть и стоит поодаль от поселения, но вся округа контролируется нашими дозорами, – пояснила дива, глядя на мой несколько растерянный вид. – Ты, Сергей, будешь под охраной.

Меня беспокоила вовсе не безопасность. Я был погружен в свои мысли о будущем людей в этом мире и решил просто сменить тему:

– Лияна, а ты где живешь?

– У меня нет постоянного жилища.

– Но как же так?! – удивился я.

– После окончания училища в Эскоиле я так и не определилась, чем буду заниматься. А от этого зависит место проживания.

– У тебя должна быть семья. Выглядишь ты еще молодой. У нас, людей, дети часто живут с родителями и после совершеннолетия. Или вы, дивы, всегда покидаете отчий дом?

– У меня нет родителей, – резко оборвала меня Лияна. – Они погибли.

– Извини, я не знал.

– Ничего. Я их даже не помню. Мои папа и мама жили недалеко от северной границы леса. Я была в общих яслях, когда на наш поселок напали вагры. Родители не уцелели в том бою.

– Мне очень жаль, Лияна.

Захотелось приобнять ее, но я вовремя спохватился. Дивы – не люди, у них свои культурные особенности. Еще когда мы блуждали по степи, довелось приметить, что Таислав никогда не прикасается к Лияне. Он мог дружески похлопать меня по плечу, но своей сопровождающей руки не подавал даже из вежливости. Тогда я заподозрил, что дотрагиваться до девчонок здесь табу. Мои догадки подтвердились поведением других представителей этого народа, когда мы стали останавливаться в попадающихся по пути поселениях. Сейчас местные жители ко мне расположены благосклонно. Нужно вести себя как можно нейтральнее. Не хотелось все разом перечеркнуть одним необдуманным поступком.

– Вот твое временное жилище, – произнесла Лияна, нарушив неловкое молчание.

Среди стволов больших деревьев показалось двухэтажное здание с высокой двухскатной крышей. Самые представительные дома див состояли лишь из одного этажа. На их фоне это строение выглядело настоящим дворцом. Первый уровень был выложен из прямоугольных каменных блоков. Второй этаж и крыша представляли собой сруб из бревен. Дом на отшибе, пусть даже и посольский, представлялся мне совсем иначе.

– Кто это построил, чýди? – поинтересовался я.

– Они начали строительство и возвели первый этаж из камня. Когда Велемир узнал, что планируется сделать здание выше, и нашим союзникам приходится прилагать неимоверные усилия, чтобы доставлять каменные блоки с гор, то предложил достроить его силами наших мастеров из бревен.

– Хотели выразить чудям свое расположение?

– Скорее показать этим заносчивым горцам, что мы, дивы, тоже кое-что умеем. Хотя нам самим такие большие дома не нравятся, в них неуютно. Бездушные они, особенно если выложены из камня.

На следующий день меня определили к мастеру боя постигать нишати и воинское искусство. По мнению Велемира я не способен себя защитить, и кое-какие навыки владения оружием мне не помешают. Я ничего против таких занятий не имел, тем более что на Земле мне приходилось осваивать нечто подобное.

На тренировку пришлось идти на другую окраину поселения. Дорогу мне снова показывала Лияна.

Мастера звали Остромысл. Он оказался довольно возрастным дивом. Нет, старым он не выглядел. Мне вообще в этом лесу не встречались индивиды, которых можно отнести к пожилым. Лишь твердый взгляд и поучительная манера общения выдавали в наставнике немало прожитых лет. Сколько именно, хотя бы примерно, так и не удалось узнать. Разговоры на тему возраста тут не приветствовались.

Заниматься со мной Остромысл решил индивидуально. Я надеялся, что мы сразу начнем с фехтования, но мастер посоветовал пока не думать о мече и даже не доставать его из ножен. Для обращения с таким оружием необходимо, как сказали бы у нас на Земле, пройти курс базовых упражнений.

Я поинтересовался насчет стрельбы из лука. Во время совместного путешествия по степи с Таиславом и Лияной мне удалось узнать, что практически все лесные воины являются хорошими стрелками.

– О стрельбе можешь забыть совсем, – безапелляционно заявил Остромысл. – Вы, люди, к этому не приспособлены.

– Всему можно научиться, – попытался я возразить.

Мастер смерил меня недобрым взглядом, затем повернулся к Лияне, решившей задержаться здесь ненадолго, и коротко произнес:

– Покажи ему.

Моя знакомая взяла в руки лук и грациозным движением наложила стрелу на тетиву.

– Сергей, наблюдай за той отметиной, – произнесла она, указывая куда-то в чащу леса.

Мне показалось, что Лияна имеет в виду темное пятно ствола дерева, расположенного в тридцати шагах от нас, но стрела миновала его. Вдалеке раздался глухой стук. В затемненной густой кроне я так и не смог разглядеть место попадания.

Дива сделала еще два быстрых выстрела, лишь на миг замирая перед каждым отпусканием тетивы, и предложила сходить проверить результат.

Мы прошли далеко за изначально намеченное мною дерево, местами продираясь через бурелом. Я наконец смог заметить мишень, находящуюся примерно в восьмидесяти шагах от места стрельбы. Три оперенных древка торчали в сердцевине сучка диаметром не более длины двух фаланг пальца.

– Но, как такое возможно?! – изумился я, когда мы вернулись. – Лияна, ты почти не целилась. Я этот сучок едва могу разглядеть, а уж попасть в него через мешанину веток и со ста попыток бы не смог. У тебя же ни разу не дрогнула рука…

– Это была далеко не самая трудная стрельба, – отмахнулась дива. – Я стояла на месте, мишень тоже не двигалась. Так у нас может стрелять каждый.

– Столь острым зрением и способностью оставаться полностью спокойным в момент выстрела нишати наделяет только нас, див, – заметил Остромысл. – Тебя, Сергей, я могу научить лишь владению мечом, а пока необходимо поработать над телом и разумом.

Лияна ушла по своим делам, а мы приступили к занятиям. Начали с обычной гимнастики. Мастер хотел, чтобы каждое действие я совершал осмысленно. Для меня это не стало сюрпризом. На Земле тоже приходилось по серьезному заниматься физическими упражнениями, и подобные требования доводилось слышать и от земных инструкторов, но здесь были и отличия.

К самим движениям жестких требований не предъявлялось. Не ставилось во главу угла заучивание определенных последовательностей, состоящих из взмахов руками, прыжков и многого другого. Все это было необходимо для стимулирования процесса восприятия окружающего мира, а также связи души и тела с пространством. Такое, как ни странно, тоже больших вопросов не вызывало. Интуитивно я понимал, что имеет в виду наставник. Вот только цель этих действий простиралась дальше. Требовалось почувствовать нишати.

– Пока ты не ощутишь, что можешь управлять этой субстанцией, нет смысла браться за оружие, – говорил Остромысл. – Ты, конечно, можешь натренироваться махать железками, как это делают вагры, но дальше не продвинешься. Степных воинов в поединке один на один у нас никто за серьезных противников не принимает. Победить наших бойцов они могут, лишь когда превосходят числом. И то у них такое выходит не всегда.

– Но я человек, а не див. Может, я вообще не способен как-либо оперировать с нишати. Ее же нет в моем мире.

– У всех видов разумных свои особенности. Вряд ли ты, сможешь замечать противников за преградами, улавливать малейшие колебания воздуха и справляться с дрожью в руках, как это получается у нас, но ты тоже живой, а все, состоящее из плоти и крови, воспринимает нишати. Ты в нашем мире должен был стать здоровее и выносливее. Разве такое не замечаешь?

Я уже давно обратил на это внимание, но списывал на свежий воздух, здоровое питание и постоянные физические нагрузки. Возникали подозрения, что перечисленного явно недостаточно для объяснения так сильно возросшей работоспособности. Одно время считал реальной причиной тому чудодейственные дивьи сухари. Что-то, на мой взгляд, закладывается в рецепт их приготовления, придающее так много сил. Про какую-то нишати в таком аспекте всерьез не думал.

– Твое тело само впитывает в себя нишати, – продолжал мастер, – тогда как голова отказывается это понимать. Нужно, чтобы ты использовал эту субстанцию осознанно.

В наших занятиях наметилась еще одна особенность. В большинстве случаев Остромысл требовал делать упражнения с широко расставленными в сторону руками. По этой причине даже кувырки иной раз приходилось совершать без подстраховки передними конечностями. Насколько бы странными не выглядели такие предписания, но на этот раз я не стал задавать вопросов, надеясь, впоследствии узнать тайный замысел моего наставника.

Занимались мы два раза в день, утром и вечером. Остромысл относился ко мне нейтрально. Никакой похвалы в мой адрес от него не звучало. Впрочем, и понуканий, характерных для некоторой категории земных тренеров, тоже не было. Я старался, как мог, а мастер направлял мои усилия.

В рамках существующего в поселке разделения труда мне досталась работа, связанная с выращиванием овощей. По мнению местных жителей, такой вид деятельности присущ людям от природы. Пришлось осваивать новые для себя навыки – на Земле к сельскому хозяйству как-то не довелось приобщиться.

Работать требовалось немного – повышенная трудоспособность позволяла быстро выполнять свои обязанности. Оставалась уйма свободного времени, которое удавалось интересно использовать. Я совершал походы по лесу с другими дивами. Часто моими спутниками оказывались Таислав и Лияна. Мы созерцали восход светила, забираясь на высокие деревья, помогали раненым животным, расчищали русла ручьев и делали еще много полезного. Когда отдалялись от водоемов, то собирали дождевую воду. Лияна могла даже извлекать влагу из туманов.

После нескольких десятков дней, проведенных в дивьем лесу, моя прежняя земная жизнь стала казаться совершенно бесцельной.

Глава 12. Древняя крепость

Утро следующего дня началось с неприятного известия. На юге замечено движение – передовой дозор вагров вышел в поход.

– Они еще далеко, – пояснила Лияна, – но идут четко в нашу сторону. Я их засекла еще до рассвета.

Наш лагерь располагался на некотором возвышении по отношению к местности, простирающейся в сторону Арагуйи. Поэтому у дивы в прозрачную ночь противника получилось заметить на большой дальности. Даже с моим зрением, когда немного рассвело, легко удавалось различать маленькие пятна на равнине, соответствующие группам степняков. Благо трава по эту сторону Арагуйи вырастала совсем невысокой, а кое-где и вовсе отсутствовала.

Тревожило, что днем ранее мы прошли эту территорию, скрываясь за естественными складками местности, к тому же придерживались направления не строго на север, а слегка отклонялись к западу. В такой ситуации просто угадать, где мы находимся, было сложно. Тем не менее преследователи двигались будто по нашим следам. Этими мыслями я поспешил поделиться с товарищами.

– Это невозможно! – заявила Лияна. – Сейчас сухо, и мы не оставляли следов, которые могли бы распознать вагры.

– Неважно, – прокряхтел Гай, вдевая рукоять топора в специальное отверстие на своем ремне. – Они нас быстро нагонят. Нужно идти в горы, здесь мы не сможем обороняться.

– Мы, дивы, не ходим в горы необитаемых земель, – возразила Лияна. – Туда нельзя!

– Там у нас будут хоть какие-то шансы уцелеть, – продолжал настаивать на своем горец, – а тут, на равнине, мы даже не отыщем удобное место для обороны.

Лияна с недоверием посмотрела на возвышающийся пологий склон. Мы находились вначале подъема.

– Вот наш путь, – Гай показал на горную расщелину. – Я ее еще вчера приметил. Через нее можно пройти дальше, не поднимаясь на хребет.

Он взвалил вещевой мешок на спину и добавил все еще сомневающейся спутнице:

– Чем дольше здесь задержимся, Лияна, тем вернее найдем свою смерть. У нас есть поверье, что наши прародители в древности проживали в этих горах, и, как видишь, мы, их потомки, до сих пор живы.

– Твои предки все равно почему-то покинули эти края… – кинула напоследок дива и нехотя зашагала следом.

В горной местности продвигаться получалось гораздо медленнее, чем по степи. Виной тому не только значительный подъем – по расщелине мы долгое время шли вверх по склону. Основная проблема заключалась в отсутствии троп. Пришлось пробираться по нехоженым местам, постоянно натыкаясь на непролазные заросли кустарника. Утешала мысль, что путь поверху давался бы еще тяжелее.

Расщелина виделась нескончаемой, но спустя полдня ходьбы впереди замаячил просвет. За хребтом вопреки ожиданиям вместо гор оказалась относительно ровная местность. Мы вышли в долину, простирающуюся на многие километры. Вначале показалось, что территория представляет собой форму правильного круга, окаймленного горными грядами, но вскоре стало ясно – это скорее овал, немного вытянутый с севера на юг. Вершины заметно увеличивались по высоте в северном направлении, из-за чего создавалось впечатление, будто дальняя цепь возвышенностей ближе, чем было на самом деле.

В центре долины виднелось какое-то строение. Лияна сразу определила его как развалины крепости.

Искусственное сооружение – слишком примечательный объект, от которого следовало бы держаться подальше. Вот только идти легче по ровной поверхности, а крепость располагалась как раз по пути. Мы не задумываясь направились прямо к ней. По скромным прикидкам до этих развалин мы успевали дойти в любом случае. Враг не застигнет нас на открытом месте.

После двух часов пути по долине дива заметила вагров, выходивших из той же горной расщелины, где совсем недавно пролегал наш путь.

– Они все же решились пойти за нами в горы! – с сожалением констатировала она.

Преследователи быстро сокращали отставание. Пришлось ускориться, но потребовалось еще около часа, пока мы не оказались у полуразвалившейся внешней преграды.

– В наших преданиях упоминается город Аздабар, обнесенный крепостными стенами, – проговорил Гай, глядя на сооружение. – Он должен стоять в широкой долине, как и в этом случае. Похоже, мы нашли легендарную крепость!

– Чтобы удержать ее, нужен целый гарнизон, – заметил я.

– Мы и не будем ее удерживать, – парировал горец, – по крайней мере, не всю.

Объект располагался не совсем посередине равнинной местности, а несколько ближе к северной оконечности долины. Когда-то здесь были неприступные стены, а перед ними – наполненные водой рвы. Угадывалось русло небольшой реки, протекавшей неподалеку и питавшей эти углубления. Все давно пересохло, и за долгие годы забвения рвы засыпались почти полностью. Во внешних укреплениях виднелись широкие проломы. Они располагались во многих местах, и, судя по характеру разрушений, их сделала не только природа. Все говорило за то, что в древности тут происходил ожесточенный бой, и крепость не устояла.

Ворота основного входа если и сохранились во время штурма, то сейчас от них не осталось и следа. Мы свободно вошли в пределы крепостной стены.

Внутри оказалась обширная территория. В ее центре возвышалась массивная цитадель. Пространство вокруг нее было будто перепахано огромным плугом. Здесь, по-видимому, несколько тысячелетий назад располагались строения, но не каменные, а деревянные. Древесина давно истлела, не оставив и следов. Множество углублений в почве являлись засыпанными подвалами домов. Разбросанные по территории бугорки – все, что сохранилось от фундаментов.

Похоже, большинство жителей имели дома непосредственно на территории крепости, а не вне ее, как это часто бывало на Земле в средневековье. В результате защитники этого города в меньшей степени теряли свои постройки при набегах врагов.

Цитадель неплохо сохранилась. Повреждения замечались в основном на верхних частях стен, более подверженных разрушительному воздействию стихий. Возведена она была в форме окружности и состояла из трех ярусов. На крыше каждого из них обозначалась площадка с каменным парапетом. Самый верхний этаж представлял собой узкую круглую башню, наверху которой тоже угадывалось ограждение.

Материалом для постройки послужили массивные блоки горной породы, ровно обтесанные и тщательно подогнанные один к другому. Даже сейчас по прошествии стольких лет заброшенное сооружение не потеряло свой облик грозной твердыни.

Впереди зиял пустым провалом вход в цитадель. Гай остановился, пристально разглядывая стены.

– Что ты там увидел? – с нетерпением крикнул я ему.

– Эта сторона сильно обожжена. Смотрите, вон там и там, – произнес он, указывая рукой на разные части поверхности, – камни спеклись между собой, как в огромной печи.