Станция Бякино: Рассказы без конца

Димка Райтер

Дождь идет уже четвертые сутки. Я сижу на старом ватном матрасе в полосочку и делаю эту запись в свой смартфон. Всё это от скуки... Никогда раньше не вел дневник, считал, для девочек они, что ли? Но в этом подвале можно с ума сойти от безделья. Время замедлилось и тянется, как мёд с ложки. Спать неохота, по-моему, я выспался уже на месяц вперед.

Ну что же, буду писать... Потом обязательно надо удалить. Черт, я даже еще не совсем разобрался с этим смартфоном. Может случиться так, что кто-то читает мою писанину прямо сейчас? Это не мое устройство. Мне дал его тот дед с седой бородой длинной с два кулака, в шапке-ушанке и ватной фуфайке. Выглядит точно как бомж из фильмов девяностых годов. В своем городе я давно таких не видел. Когда я впервые появился в этой маленькой деревушке всего с десяток домов, меня встретил Васильич, так представился этот дед. Он объяснил, что это база, где выжившие собираются под руководством опытных бродяг, чтобы обжиться и обрести хоть какой-то опыт выживания после начавшейся зомби-эпидемии. И прежде чем пригласить к костру, достал из внутреннего кармана своей телогрейки маленькую затертую фотографию и сравнил ее с моим лицом.

— Это ведь ты? — Васильич сильно закашлял в кулак и повторил свой вопрос: — Ты или не ты?

Я глянул на фотокарточку и кивнул в ответ.

— Угу... — говорю. — Фотка у дядьки моего была, где он? В каком доме?

Дед оказался в деревне один. Васильич отдал мне смартфон вместе с внешним портативным аккумулятором и сказал, что теперь его работа выполнена. Где и кто мой дядя, он понятия не имеет и видел его всего пару минут. Тот пришел и заплатил старику бутылку крепкой и банку тушенки, велел передать устройство, когда появится в деревне новенький с фотографии. Он был под паролем, но я сразу его подобрал. День, месяц и год моего рождения. Я везде этот пароль ставил, и дядька об этом знал.

Теперь я в подвале. Здесь сухо и уютно. Рядом на деревянном поддоне еще один матрас, сбоку железная кровать и старый протертый диван с небольшим столиком перед ним. У входа над дверным проемом вполнакала светилась лампочка в матовом плафоне. Невероятно, откуда только здесь электричество.

Застрял я тут капитально, дождь не собирается останавливаться и время от времени лишь становиться сильней. Васильич сидит в кирпичном доме напротив, чуть в стороне. Дом немного разрушен, и не хватает части стены в одной из комнат. Старик жжет костер и смотрит на огонь. Образ жизни, что ли, такой или натура? Есть же мягкий матрас и даже диван, так нет... Хлебом не корми, дай возле костра поваляться. Пусть даже на жестком полу. Бродяга, одним словом.

Хорошо, с едой пока проблем нет. Вон она, в рюкзаке лежит... Мое спасение. Правда, это только половина. На станции отобрали. Я столько ресурсов отвалил бандитам за проход, а им всё мало. Главный у них вытряхнул половину содержимого себе на стол и, посмотрев на часы на руке, улыбаясь так, произнес:

— У тебя есть минута, выживший.

Сначала я не понял, в чем дело. Взвалил ношу на спину и почесал вдоль железной дороги. Через минуту услышал звук автоматной очереди и вой сирены. Кто-то что-то говорил в мегафон, но разобрать, что именно, казалось невозможным. Стреляли сначала в воздух, затем по ногам. Верней, рядом с ногами, в метре, но одна пуля все-таки задела пятку моих кожаных ботинок с высоким берцем, и теперь он промокает. Пусть так... Нога цела, спасибо удаче. Здесь ведь так говорят? Бежал я как угорелый.

Утром пришел мужик. Здоровый такой, в дорогом камуфлированном снаряжении. На спине большой рюкзак, на плече автомат, на ремне в кобуре виднелся пистолет. Бронежилет, различные разгрузки и подсумки. Забежал в подвал, расспросил, где Васильич, и сразу убежал к нему.

«Входящее сообщение» — выскочила надпись сверху экрана, и смартфон издал пищащий звук.

Я нажал «Открыть» и прочитал вслух:

— Пришел? Отлично, сиди пока там.

Дядя мой, Илья Борисович, уже как год в этом месте. Пару недель назад один челнок передал мне письмо, в котором он умоляет всё бросить и явиться ему на помощь. Как попасть на эту самую железную дорогу, я знал. Провожал его через эту же самую станцию с тяжелыми сумками продовольствия. Другой дороги, к сожалению, из наших краев не было, кругом густой непролазный лес, да и бандиты, держащие эту территорию под своим контролем, хорошо знали свою работу и не прощали подобных шуток. Автоматчики громко смеялись, ставили ему подножки и предупреждали, что проход этот только один раз и только в одну сторону.

— Ну ты че, бродяга? — снова прибежал тот здоровяк с бутылкой в руках. — Третьим будешь? Идем знакомиться что ли.

***

Вечер. Стемнело.

Сижу в своем подвальчике один. Голова болит от выпитого, хоть на потолок лезь. Отрубиться бы, да сон не идет. Кому я это пишу?

***

Сегодня днем ходил к костру в дом напротив.

Здорового мужика зовут Леха Пузырь. Он сидел возле костра, подложив под зад старую доску, и смотрел на меня большими добрыми глазами. Васильич лежал рядом, дед нашел где-то еще одну старую фуфайку и постелил на пол. Через отсутствующую часть стены было видно, как сверкают молнии и хлещет сильный дождь.

— Да уж, давненько такого дождя не было, — мужик открыл бутылку и сделал большой глоток прямо из горла. — Так ты, значит, Райтер? А я сижу на ферме неподалеку, смотрю, на карте в моем смартфоне новый бродяга нарисовался.

— Райтер и еще пять цифр, — я взял в руку протянутую бутылку и сделал небольшой глоток. — Это ID моего моего профиля в смартфоне. Дядька так указал, я тут ни при чем. Переводиться как «писатель». Увлекался раньше, писал короткие рассказы. Хобби такое у меня, увлечение, значит. Уверен, Илья Борисович, ввел первое слово, что пришло на ум.

— Эх вы, молодо-зелено, — вздохнул Леха. — Новички... Это, брат, тебя не твой дядька Райтером назвал, сама удача так нарекла. А имя как?

— Мое? Дмитрий.

— Димка Райтер! А что, отличное прозвище. Нынче, брат, лучше никому свои настоящие имя с фамилией не говорить. Да и сам, если будешь настойчиво спрашивать, можешь и по зубам получить. Люди не любят рассказывать о себе. У каждого свой скелет в шкафу.

Я сделал еще один глоток и передал бутылку деду. Содержимое бутылки показалось мне слабым, градусов двадцать пять, не больше. Васильич залпом допил остаток и бросил пустую бутылку в сторону.

— Врет он всё, — дед крякнул в кулак и занюхал рукавом. — Не мог тебя увидеть на карте. Все смартфоны обнаруживают друг друга в радиусе пятидесяти метров. Отсюда до фермы примерно двести пятьдесят, так что врет и не краснеет.

— Все триста будет, — поправил на голове черную вязаную шапку Леха Пузырь. — Это максимальная дистанция моего устройства. Один специалист доработал. Я ему тушенки притащил, а он мне вот эту коробочку синей изолентой примотал к смартфону и проводком соединил. Весит полтора килограмма, зараза, но работает. Черт ее за ногу, работает. Вижу теперь бродяг издалека, а они меня нет.

***

Снаружи кто-то рычит... Леха орет, и слышна стрельба... Пойду гляну, как вернусь, напишу.

***

Васильича чуть не сожрали! Вот уж действительно, опасности нас подстерегают на каждом шагу. Сейчас отмою от крови руки и напишу.

***

Выбежал я из подвала на звуки выстрелов. Дождь хлещет, и темно, хоть глаз выколи. Видно только несильное свечение от костра в доме напротив, отраженное от стен. У входа в деревню маячил налобный фонарик и раздавались выстрелы.

«Леха», — подумал я. — «Надо бы подбежать поближе и посмотреть, не нужна ли бродяге помощь. Хотя чем я могу помочь? Оружия-то и нет никакого, да откуда ему взяться? Через бандитов всё равно не пронести. Автоматчики об этом первым делом сообщили. Черт, как же не вовремя. Башка трещит от местного пойла».

Я снял кожаный ремень, намотал один конец на кулак, так чтоб металлическая бляха оставалась на свободном конце. И хотел было идти вдоль забора к Лехе, как услышал рычание со стороны костра и еле слышный человеческий стон.

Подбежал, смотрю, дед лежит на полу, две зомби-собаки вцепились в рукава его ватной телогрейки, а третья грызет подошву резинового сапога. Не большие и не маленькие, средние псы, не похожие ни на одну знакомую мне породу. На первый взгляд, обычные дворняги. Красно-коричневого цвета облезлые зомби были слепы, но имели обостренный слух и обоняние. Это мне потом Леха рассказал.

В общем, подбегаю я и хлобысь одной ремнем по хребтине, затем второй досталось по голове несколько раз. Василич заорал:

— По носу, бей по носу, сынок. Они самые чувствительные у этих тварей.

Третьей досталось ботинком. Не знаю, сколько времени я их бил. Устал сильно, что сил уж нет. Спросишь, руки отчего в крови? Нет, не покусали, они вообще на меня не кидались в ответ. Только дед им был нужен почему-то, может, запах от него какой шел или еще чего. Одну даже душить пытался, шерсть вымазана вязкой и липкой жижей, похожей на густую кровь, но не кровь это точно.

В итоге собаки убежали в темноту. Я осмотрел пожилого бродягу и помог встать. Через минут пять пришел Леха. Его дыхание было частым, а глаза казались еще шире обычного.

— Вот ведь, а? — отрывисто произнес Леха. — На минуту отошёл поссать, и тут такое. А ты молодец, новичок, не сдрейфил. Я всё видел и слышал, подойти только не мог. С той стороны деревни между старым трактором и ржавым грузовиком их целая стая. Слепые собаки трусливы и по одному не нападают, а вот в стае это они запросто могут.

— Откуда их принесло сюда? — поинтересовался дед. — С города, что ли?

— Без понятия, старый, — повертел головой опытный выживший. — Когда шел сюда, видел парочку под мостом и не придал значения. Их теперь никто не боится в таком количестве.

Леха осмотрел деда и в приказном порядке сказал:

— До утра сидим в подвале, и это не обсуждается!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.