Спящие

- Тот, кто не смотрел, тот бы и не увидел. – Спокойно продолжал Тимур. – Но я не вижу ничего плохого в том, что ты увидел. Ты всего лишь увидел, не снял же. – Подытожил он, взорвавшись от гомерического хохота.

- Какой же ты!.. – Воскликнул Киселев, подбирая слова, чтобы не обидеть своего возлюбленного. – Вы оба одинаковые! Мужланы!

- За себя, я абсолютно согласен. Зато посмотри, как второй мужлан, клеит молодого парня. – Прокомментировал тренер, кивая головой на общую подругу.

Влада стояла у барной стойки и держала в руках стакан с виски. Она откровенно соблазняла молодого человека. В этот момент в ней проснулась Шероун Стуон и она четко была намерена провести с этим парнем хотя бы одну ночь из тех пресловутых «девяти с половиной недель». Романенко бросила взгляд на друзей и улыбнулась. Она взяла за руку своего избранника, не отрывавший взгляда от ее прелестей, и повела к столу.

- Дорогие мои, - сказала она, наклонившись к мужчинам, - смею откланяться, потому что моя плоть жаждет надругательств. – Закончила она, засмеявшись и икнув.

- Куда ты едешь?! С ума сошла!? – Закричал Киселев. – Мы его совсем не знаем!

- Точно! – выпрямилась женщина и обернулась на молодого человека, крепко держащего ее за руку. – Тебя как зовут?

- Кирилл. – Улыбаясь и обнимая женщину за талию, ответил парень.

- Готово. Теперь мы его все знаем. Это Кирилл. – Засмеявшись, громко произнесла она, закидывая руку ему на плечо. – Ладно, мы пошли.

- Стой, я заплачу за выпивку и мы вас довезем. – Крикнул Тимур, встав.

- Хорошо, мы ждем вас на улице. – Ответила Романенко, потянув своего мальчика к себе и страстно поцеловав.

Оказавшись на улице, она выбежала на дорогу и остановила первое попавшееся такси. Влада отдалась сиюминутным чувствам и желаниям, понимая, что это все, что ей на данный момент не хватало. Она перед собой видела его, и поцелуи становились еще более жаркими, видя, что он здесь, он рядом и он по-прежнему к ней небезразличен.

13

Начало учебного года всегда трагично для преподавателей. Кажущийся слишком длинным отпуск всегда заканчивается именно в тот момент, когда учитель только начинает отдыхать. Как бы ни было смешно, но стоит только начать восстанавливать свои нервы и силы, они смотрят на календарь и видят 25 августа, последний счастливый день, а завтра уже наступит педагогическая суета, связанная с перспективными планированиями работы, рабочими программами и еще целым множеством пунктов подготовки документации, которую скинули сверху. «Учить некогда», часто слышится от учителей.

- Ирина Семеновна, - окрикнул ее женский голос, - подождите, пожалуйста.

Ирина обернулась и увидела, как к ней приближается социальный педагог. Она была как всегда с большим начесом, как любили про нее говорить коллеги «целый дом на голове носит», с броским макияжем и в дешевом тряпье, купленном на очередной ярмарке у заброшенного парка.

-Здравствуйте, Екатерина Федоровна, как рада вас видеть. – Слукавила Ира. – Вот и новый учебный год начался. Как будто недавно только выпускной был.

- И не говорите и опять на работу. Как провели отпуск? Ездили куда-нибудь? – Поинтересовалась Екатерина.

- Нет, никуда не ездила. Не успела опомниться, так снова на работу. Был бы отпуск не 56 дней, а хотя бы 90, вот тогда было бы намного лучше. – Засмеялась Ирина. – А вы, как провели отпуск?

- Как всегда на даче. Нынче урожай неважный вышел. Ураган июльский мне всю капусту и картошку побил. Морковка нынче тоже не уродилась. Мне соседка по даче сказала, что еще в конце апреля такой навоз хороший купила, а я тогда пожадничала, не взяла. Так у нее урожай хороший, а у меня мелочь одна. – С досадой поведала женщина.

- Да уж, - протянула преподаватель, - очень плодотворный отпуск, так сказать.

Все эти разговоры об огородах, которые в учительской стояли еще с середины марта, когда коллеги начинали высаживать рассаду и ставить на подоконники не только дома, но и в кабинетах, сильно раздражали Ирину. Казалось бы, директор должен запретить, это же ведь нарушение, но как, если у нее у самой в кабинете за спиной красовались продолговатые ящики с ростками помидоров? И вот уже учебный процесс отходил на задний план, агендой дня становились, у кого, что взошло, на сколько сантиметров, кто какие семена купил, а позднее обмен рассадой, принесенной в полиэтиленовых пакетах. Вроде бы и цель благородная, поделиться с ближним, но ведь все было намного глубже, нужно было продемонстрировать, что и всходы у них лучше, и урожаи хорошие. А как же эти июньские соревнования в похвале своей клубники. У кого больше? Это просто нечто. Не техникум, а просто садоводческое товарищество.

- А как ваши девочки?

- Да, все хорошо, спасибо. Одна работает, вторая учится. – Ответила Ирина, не желая вдаваться в подробности о своей личной жизни.

В сумке раздался телефонный звонок. Ирина несколько секунд поискала его в огромном пространстве ненужного хлама и наконец, найдя, ответила.

- Мама, привет. – Сказала старшая дочь.

- Привет, дорогая. Вчера что-то до тебя не дозвонилась.

- Я хотела к вам сегодня в гости зайти. Можно?

- Ну что за вопросы матери? Позвони Наташе, она дома. Я уже на работу вышла.

- Я не сейчас, вечерком заскочу, чаю попить.

- Позвони младшей, пусть к чаю что-нибудь испечет, поболтаем. – Улыбаясь, сказала женщина, вся в предвкушении сладкого угощения от Натальи.

- Хорошо. До вечера тогда.

Ирина положила трубку, радуясь, что наконец-то они всей семьей смогут попить чай и насладиться обществом друг друга. Не успела она закончить разговор, как телефон снова зазвонил.

- У нас проблемы. – Послышался голос Тамары на другом конце телефона.

- Это может подождать или я срочно нужна? – Серьезно спросила женщина.

- Может. Наверное. Не знаю. Приезжайте, как будет возможность.

Разговоры с управляющей всегда были лаконичными и по существу. Раз она звонила так рано, зная, что начальница может быть занята, то дело того стоило. Ирина быстро справилась с делами, которые еще не успели накопиться за отпуск. Оббежала весь коллектив, чтобы ее увидели и не говорили, что ее на работе не было. Узнала о том, что расписание не готово, учительница по географии на пятом десятке вышла замуж, что педсовет будет послезавтра, что уволились одна уборщица и учитель физкультуры. В принципе ничего нового и интересного, что могло на себе заострить ее внимание. Она быстро зашла к себе в кабинет и вызвала такси.

- Хорошо живем, что после отпуска на такси разъезжаем. – Отметила заместитель директора по административно-хозяйственной части, заходя в кабинет.

- Да уж не жалуюсь. – Ответила Ирина, кладя телефон в сумку и демонстративно застегивая ее.

- Откуда средства, мне интересно? – В том же тоне спросила коллега.

- А почему я собственно должна перед вами отчитываться? Вы из ФСБ?

- Была бы оттуда, точно знала бы уже всю вашу подноготную.

- Ну, вот пока вы не оттуда, сидите, считайте свои ведра, тряпки, а не стройте доводы откуда у меня деньги на такси.

Ирина обошла свою коллегу, слегка задев ее плечом и бросив надменный взгляд.

- И куда это вы намылились, когда рабочий день только начался? – Крикнула ей вслед женщина.

- Директор в курсе, еще не хватало, чтоб меня завхоз контролировал. – Не оборачиваясь, ответила Ирина и вышла из техникума.

Эта война была давнейшей историей, которая своими корнями уходила в то далекое прошлое, когда они вместе пришли работать в это учебное заведение, и положили глаз на одного и того же мастера. В этой неравной схватке победила не Ирина, но и та получила всего лишь краткосрочную интрижку, которая закончилась весьма неудачно. Но при этом завхоз воспылала особой ненавистью к своей коллеге, хотя и была победительницей. При каждом удобном случае, они ругались или просто отделывались небольшими колкостями в адрес друг друга. Все в коллективе знали об их взаимной нелюбви и уже перестали обращать на это внимание.

Начальница вышла из такси, расплатившись, и направилась к Большому Дому. Открыла дверь своим ключом и оказалась в раскидистом саду. Ей казалось, что внутри, на территории, окруженной забором, даже воздух был чище и приятнее. Несколько сладковатый, даже немного пьянящий.

- Тамара, что у нас случилось? – Крикнула она, заходя в Дом.

- Да вот, посмотрите. – Указала управляющая на побитую девушку, которая тихо сидела на стуле и всхлипывала. На лице ее красовался огромный синяк, а губа была сильно разбита и опухла.

- Кто это был? – Спокойно поинтересовалась Ирина, подойдя ближе к девушке и рассматривая побои.

- Она не говорит. Молчит, как в рот воды набрала. – Невзначай бросила Тамара и отошла от стола, чтобы включить чайник.

- Лиза, что ты сделала, что он тебя так избил? – Осторожно спросила начальница.

- Ирина Семеновна, я вам давно говорю, нам нужен охранник. Мы итак долго держимся. Вы понимаете, на одних собаках и электрошоке мы далеко не уедем.

- Погоди, не тараторь, Тома. – Резко оборвала женщина. – Лиза, если ты сейчас не скажешь, то это может повториться с кем-то другим.

Девушка сидела, молча, опустив глаза.

- Лиза, я не буду долго ждать. Говори, паршивка, что ты сделала, за что тебя так избили? – Закричала Ирина учительским тоном, как будто нерадивая студентка не выполнила домашнее задание.

- Тамара, ее в кладовку срочно. Баба Клава, - позвала начальница работницу, - ее сегодня не кормить, давать только воду. Будем ждать, пока заговорит. Я сейчас уйду, из дома никого не выпускать.

Ирина зашла в кабинет и набрала знакомый номер. Но там никто не ответил.

- Надоел! Менять тебя надо, совсем обленился, подонок. – Зло сказала она и дала отбой.

- Тамара! За мной!– Грозно приказала начальница, выходя из дома. – Сегодня перед открытием включи все камеры.

- В комнатах тоже?

- В комнатах особенно. Лизу колите, как хотите. Она не просто так получила так сильно, что-то натворила. Я не для того строила все это и зарабатывала себе имя, чтобы потом какая-то потаскушка мне все испортила.

- А с ней, что делать будем? – Поинтересовалась управляющая.

- Пока не знаю. К клиентам не пускать. Пока не сознается, пусть сидит в кладовке. А там я уже решу, как с ней быть.

- На улицу мы же ее не выкинем?

- Нет, выкинем, язык может развязать и все рассказать, тогда хана нам всем здесь будет. Я подумаю, как с ней быть. Решу все в короткие сроки. Главное, что когда я приду, должно быть все известно, за что ее избил клиент.

Ирина направилась к калитке, но внезапно остановилась. Она посмотрела на собак и задумалась.

- Тамара, с этого дня кормите их один раз в день вместо трех. И…, - она замолчала и обернулась на свою управляющую, - сделай так, чтобы атмосфера в доме была благоприятной. Клиенты сюда идут отдыхать.

Она вышла на улицу и пошла в сторону дороги. Там на попутках она доехала до остановки, рассказав удивительную истории о том, как приезжала навещать старенькую бабушку, которая живет в деревне и одна справляется с хозяйством. Проникнувшись сочувствием, водитель даже не взял купюру, которая была протянута попутчицей. Ирина довольная выбралась из машины и встала на остановке, а тут как раз проезжал ее бывший студент, с радостью довезший ее прямо до дома. Кто бы мог подумать, что эта милая преподавательница, которая расспрашивала о его жизни и вспоминала курьезные моменты во время его учебы, только что приказала запереть девушку в кладовке и посадить ее только на воду. Вряд ли кто-то мог бы поверить в такую жестокость с ее стороны.

- Натусик, мама пришла. – Закричала Ирина, зайдя домой. – А чем это таким вкусным пахнет?

- Привет, мамуль. – Подбежала девушка и кинулась на шею матери, аккуратно ее чмокнув. – Сегодня же Ксения обещала прийти, вот и решила побаловать нас чем-нибудь.

- Какая ты у мамы умничка, это же надо. В кого ты такая у меня благодетельная и воспитанная? – Спросила Ирина, заходя на кухню.

- Как в кого, мамуль? В тебя, конечно. Ты же у нас сама милота.

- Ты моя девочка, дай мама тебя поцелует. – Женщина крепко обняла дочку, про себя еще раз поблагодарив Господа Бога за такой подарок в виде младшей дочери. – Так что ты готовишь?

- Чизкейк, мамуль. – Ответила Наташа, подходя к духовке.

- Это что-то с сыром? – Поинтересовалась Ирина, скидывая с себя одежду и накидывая халат.

- Нет, просто название такое.

- Ой, эти американцы как придумают слова красивые, а что на самом деле там внутри, поди, знай. Надо было что-нибудь наше русское приготовить. Шарлотку, например.

- Мама, перестань, Шарлотка это тоже не русское блюдо.

- Да? Очень интересно, а чье?

- Не знаю, ну не наше точно. Наше это кулебяка, например.

- Да, у наших блюд даже названия суровые. Как будто это что-то противное изначально должно быть.

- И не говори, мамуль. Только не противное, а какое-то грозное что ли. Знаешь, будто тебе угрожают.

В дверь раздался звонок, прервав их размышления по поводу красоты языков.

- Мамуль, ты откроешь дверь, а то мне вытаскивать его уже пора, чтобы не передержать?

Ирина подошла к двери и открыла. На пороге стояла высокая темноволосая девушка с карими выразительными глазами и ямочками на щеках.

- Дочка, как же я по тебе соскучилась! – Сказала Ирина и обняла Ксению. – Проходи. А чего ты своими ключами не открыла?

- Мама, ты же знаешь, что это уже не мой дом, поэтому не могу себе позволить здесь хозяйничать.

- Правильно, здесь хозяйничаю только я. – Засмеялась Наташа и обняла сестру в знак приветствия. – Привет, дорогая. Ты у нас такой редкий гость.

Ксюша открыла сумку и достала оттуда бутылку красного вина.

- У нас сегодня праздник. Есть повод отмечать. – С гордостью сказала она. – Наташ, тащи штопор.

Ирина сразу принесла бокалы из серванта и поставила их на стол.

- Дочка, что случилось? – Удивленно спросила она, опустившись на стул.

- Мамуль, у меня для тебя подарок. Закрой глаза и вытяни руки.

Ирина повиновалась просьбе дочери и с нетерпением ждала, что же это будет, про себя гадая.

- Можно открывать? – Спросила она, почувствовав, что в руках у нее лежит что-то легкое и продолговатое.

- Да, открывай. – Засмеялась Ксения, сжав от счастья руки.

Женщина не поверила своим глазам, когда увидела, что в руках у нее лежит красный диплом. Она трясущимися руками открыла его и увидела, что он принадлежит ее дочери. Слезы счастья появились на ее глазах.

- Мама, я не хотела тебе говорить, но я восстановилась в медицинском университете и закончила его с красным дипломом. Это я сделала для тебя и ради тебя в первую очередь.

- Моя доченька! – Закричала она, обнимая Ксению. – Как же я тобой горжусь! Ты полная моя копия! Такая же хваткая!

Ирина заливалась слезами и по очереди целовала обеих своих дочек, то и дело, приговаривая, насколько она счастлива. Ее сердце бешено стучало, готово было выскочить наружу от счастья. Именно в этот момент она понимала, что пусть она и одинока, как женщина, но зато у нее есть самое главное в жизни счастье – это ее дочери, которые стремятся во всем радовать свою мать.

14

Маша сидела за письменным столом и со скучающим видом смотрела в окно вместо того, чтобы выполнять домашнюю работу. Последний выпускной класс всегда является финишной прямой, где ты покажешь свои способности и знания, и только переступив эту черту, можно будет понять, куда двигаться дальше. Кто-то, имея превосходные знания, сдаст ЕГЭ и отправится в престижный ВУЗ, кто-то сдаст не очень и тогда его дорога либо в ВУЗ на внебюджет, либо в колледж, но с именем и репутацией. А вот если завалить выпускные экзамены и сдать их на «неудовлетворительно», то аттестат за девятый класс в зубы и пошла красивой походкой в какой-нибудь слабенький техникум, где вечный недобор и берут всех подряд. И все это вообще никак не волновало молоденькую девушку, неровной поступью подходящей к выбору вектора своей будущей профессиональной жизни.

- Маша! – Крикнула Марина в дверях, да так сильно, что дочка вздрогнула. – Делай уроки!

- Ой, достала уже, кикимора старая! – Буркнула себе под нос девушка и опустила голову, чтобы начать писать.

Она смотрела в учебник невидящим взглядом и пыталась сосредоточиться на учебе, но мысли никак не хотели слушаться и снова расползались по разным углам ее серого вещества.

- Мальчики! – Послышался ласковый голос матери из кухни. – Бегите кушать! - Саша и Вася, обгоняя друг друга, кинулись к столу, весело смеясь.

Прошел почти месяц, как он переехал к ним домой и сразу же стал вести себя на правах хозяина. Александр без стеснения демонстрировал свою любовь к Марине, что чрезвычайно раздражало девушку. Она даже пыталась завлечь его, соблазнить. Частенько расхаживала в коротких футболках и всячески подавала сигналы маминому ухажеру. Ей хотелось доказать, что она лучше, чем ее мать. Мария ненавидела ее всей душой за предательство памяти отца, за постороннего мужика в доме, за ее внешний вид, за ее голос.

- А мне порция не полагается? – Спросила она, облокотившись на косяк двери.

- Ты сделала все уроки, чтобы садиться за стол? – С укором спросила Марина.

- А если мне много задали, то значит, я сегодня должна голодная лечь спать? – С вызовом произнесла девушка, явно желая конфликта.

- Нет, сделаешь больше половины, сядешь и покушаешь. – Спокойно ответила женщина, не обращая внимания на тон дочери.

- А его ты за что кормишь? – Воскликнула она, выхватив тарелку из-под носа мужчины. – За то, что он ежедневно полирует твое старое никому ненужное тело?

Точным ударом женщина повалила девушку на пол. Тарелка вылетела из рук и с грохотом упала. Саша подскочил, чтобы удержать свою возлюбленную.

- Как ты смеешь, дрянь, говорить мне такое? – Закричала истерически Марина.

- Всё, дорогая, успокойся. – Тихо сказал мужчина, обнимая ее за плечи.

Мария лежала на полу с растрепанными волосами и держалась за щеку.

- Вставай, Маша, давай я тебе помогу. – Наклонившись, сказал Саша.

- Убери от меня свои жалкие ручонки, нищеброд. Ты думаешь, я не знаю, почему ты с ней? Да потому что она тебя обеспечивает, а ты сюда приехал из какой-то Муркиной задницы и сразу на все готовое.

- Не говори так, я люблю твою мать. – Также спокойно продолжал он, помогая ей встать.

- Я тебе этого никогда не прощу! Ты слышишь! Ты мне больше не мать! – Закричала девушка и вылетела из квартиры, хлопнув входной дверью.

Марина тяжело опустилась на стул и, обхватив голову руками, расплакалась. Она рыдала, не зная, что делать дальше, как быть с несносным характером дочери и была благодарна Саше, что он несмотря ни на что рядом с ней, поддерживает ее, как может и старается уладить ее конфликт с Марией.

- Прости меня за нее, дорогой. – Прошептала она, вытирая слезы.

- Не думай об этом. Это юношеский максимализм, ничего страшного. Это пройдет.

- Мама, она вернется? – Тихо спросил Василий.

И только в этот момент Марина вернулась в себя и поняла, что все это время на кухне сидел ее младший сын и был свидетелем всей этой жуткой ситуации. Он не плакал, но был жутко напуган.

- Конечно, сынок. – Улыбнулась женщина и раскрыла свои объятия для сына. – Куда она денется, мой дорогой? С таким характером ей будет очень тяжело жить в этом обществе. Проглотит и даже не подавится ею.

Последние слова Марина прошептала очень тихо, еле слышно. И от осознания того, что ее дочь стоит на краю обрыва и вот-вот сорвется, ей стало страшно. Она испугалась за то, что не смогла ее воспитать с достоинством. Женщина, молча, гладила по голове сына и была где-то далеко, потерянная, расстроенная, раздавленная, с опустившимися руками и незнанием, как быть дальше.

Маша сидела на заброшенной стройке и курила. На щеке горел след от ладони матери. Девушка не могла не злиться на нее, будучи твердо уверенной в своей правоте. «Променяла родную дочь на постороннего мужика», негодовала она. «Илюша, Илюша!», коверкая голос и гримасничая, изображала она Марину, «Предательница. Любила она отца. Ага! Как же! Актриска из третьесортного театра, вот она кто!» Девушка выкинула окурок и сплюнула. Дико хотелось пить, а Роберта все не было. Начинало темнеть, но Мария твердо решила дождаться своего возлюбленного. На голову упала капля, за ней другая. Начался ливень. Она забралась вовнутрь, чтобы укрыться от дождя. Сентябрьские ночи уже не радовали своей теплотой. Ей стало зябко и страшно. Где-то вдалеке послышался звук подъезжающей машины. Она выглянула в оконный проем и увидела, как возле стройки остановилась вишневая пятерка. В этот момент она по-настоящему испугалась, потому что не знала, кто это был.

- Маш! – Крикнул знакомый голос и свистнул. – Выходи! Я приехал!

Не успел Роберт договорить, как Мария уже спрыгивала с козырька над подъездом на рядом стоящие блоки.

- Я так испугалась, что ты не приедешь. – Прошептала она и прижалась дрожащим телом к парню.

- Ты замерзла, садись в машину согреешься. – Ответил он и подтолкнул ее к своему автомобилю.

- Ты себе не представляешь, что сегодня было. Эта тварь меня ударила при всех только потому, что я попросила у нее еды.

- Не понимаю, чего ей не хватает? И бабки есть и мужика себе нашла? Что опять не так-то? – Поинтересовался парень, что-то пытаясь разобрать в руках.

- А этот ее мужик? Представляешь, клеился ко мне. Я еле отбилась от него. Конечно, зачем ему та старая кляча, когда рядом такая молоденькая, как я. – С гордостью сказала она, убрав волосы с лица.

- Отвечаешь? – Рассерженно переспросил парень, наклонившись к ней. – Этот мясник приставал к тебе? – Глаза налились кровью, и он больно сжал ее руку.

- Говорю тебе, я его отшила. – Испуганно ответила девушка, не ожидая такой реакции от парня. Она высвободила свою руку и увидела красный след. – Ну, вот еще и на руке следы от пальцев. – Раздосадовано сказала она.

- Я убью его. – Зло произнес Роберт и закурил. – Разрублю его на куски самого, как он делает каждый день с мясом.

- А ты это здорово придумал. – Засмеялась девушка. – Не шутишь? Ты бы так ради меня сделал? Даже убил бы? – Защебетала Мария, прижимаясь к своему возлюбленному.

- Ради тебя я готов на все. – Прошептал он и, взяв ее за подбородок, нежно притянул к себе, чтобы поцеловать.

Они наслаждались друг другом так, как могут делать только подростки. Наивно и в тоже время по-взрослому серьезно. Каждый из них пытался передать все те эмоции, которые у них были внутри. Иногда изображая страсть и наслаждение, а иногда и вовсе не приходилось играть выбранную роль. Та животная ненасытность, присущая им в таком возрасте, выходила наружу и красовалась всей своей неприкрытостью. В этот момент, девушка понимала, что она в нем заинтересована. Она старалась изо всех сил, чтобы доставить ему такое удовольствие, после которого он не сможет ей ни в чем отказать. Женская хитрость, которую впитывают в себя с молоком матери. Как ни странно, она слишком рано поняла, что такой метод воздействия на мужчин может быть весьма успешен, и если бы на ее пути встретился «правильный» человек, то вполне возможно она смогла бы добиться больших успехов в своей жизни, но, к сожалению, этому не было суждено сбыться.

- Бобби, - прошептала она, выдыхая сигаретный дым. Она откинула спинку переднего сиденья и полулежала, закинув ноги на панель. – Ты по-серьезке говорил, чтоб убить мамкиного хахоля?

Роберт, молча, курил и всматривался в ночную даль, думая о чем-то своем.

- У меня есть отличная идея! Ты убьешь ее! Хочу как-нибудь зверски, чтобы она потом смотрела на меня из ада и понимала, что не нужно было поднимать на меня руку. – Девушка замолчала и глубоко затянулась. – А свалим все на него. Как будто это он ее убил. Одним выстрелом от двоих избавимся. Я знаю все пароли от ее карточек и от сейфа в ее комнате тоже. Она не доверяет банкам и все хранит дома. Пока она еще будет жива, я сниму все деньги, и мы с тобой свалим из этого вонючего районного городка.

Как только речь зашла о деньгах, Роберт прислушался к своей собеседнице.

- Сколько у нее денег? – Заинтересованно спросил он.

- Не знаю даже. Но точно не две копейки. Все ее имущество записано на меня и моего брата. Мне 18 через год, а значит совсем скоро я стану хозяйкой ее бизнеса и трех квартир. – Проговорила она и громко засмеялась.

- А что с Васькой делать?

- Кхм, - задумалась девушка, - от него тоже нужно как-то избавиться. Он мне вообще никто, плевать на него. Хочешь, тоже убей, ну или оставь его на помойке, как кота, может кто-то подберет. Мне все равно.

Роберт всматривался в красивые миловидные черты лица девушки и не понимал, откуда в ней столько жестокости. Она всегда росла в любви, в достатке, а в результате сейчас сидит и планирует, как оберет свою мать, да еще и отправит ее на тот свет. Но ему сейчас нужны были деньги, и делать было нечего, только как соглашаться на это преступление, которое ему нужно было тщательно продумать.