Наследницы пепла. Рядом с тобой я теряю контроль
- -
- 100%
- +
Только одно было реальным. Выход. Я почти достигла дверей, когда сильная рука резко перехватила мое запястье. Я дернулась так резко, что едва не потеряла равновесие. И развернулась. Александр.
Он стоял близко. Он быстро догнал меня. Его пальцы не сжимали мою руку сильно, но хватка была абсолютной — уверенной, контролирующей, такой, которую невозможно игнорировать.
— Отпусти, — выдохнула я.
Он не отпустил. Его взгляд скользнул по моему лицу, и на секунду мне показалось, что он пытается считать меня заново. Будто я изменилась за эти несколько минут.
— Ты побледнела, — тихо сказал он. — Что ты увидела?
Я сглотнула. И именно в этот момент поняла, что если он задержит меня еще на секунду — я сломаюсь прямо здесь, на глазах у всех.
— Ничего, — резко ответила я.
Ложь прозвучала из моего рта быстро. И это было очевидно. Я выдернула руку. На этот раз он отпустил. Но взгляд не оторвал. Я развернулась, на ходу схватила свою белую шубку с вешалки и вышла в холодный воздух так быстро, как только могла.
Снег ударил в лицо, мгновенно возвращая хоть какое-то ощущение реальности. Я вдохнула глубже, но это не помогло.
Мир все еще качался. Я достала телефон дрожащими пальцами и вызвала такси.
— Куда? — спросил водитель, когда я села внутрь.
Я на секунду закрыла глаза. Дом казался невозможным. Не сегодня.
— В River North, — сказала я.
Скарлетт Морган моя подруга с самого детства. Наши отцы росли вместе, и каждый из них начинал строить свою империю с нуля, пробивая и занимая своё место в Чикаго и в США. Яркая, эмоциональная и импульсивная Скарлетт с огненно рыжими волосами всегда привлекала к себе внимание. Вместе с ней я прошла через многое. Она как никто другой понимала меня на эмоциональном уровне.
Он кивнул и тронулся. Я смотрела в окно, пока Чикаго проносился мимо размытыми огнями. Почему не домой? Почему именно к ней? Ответа не было. Только ощущение, что если я останусь одна — я снова увижу его лицо перед собой.
Пентхаус Скарлетт был на двадцать первом этаже.
Я почти не помнила, как поднялась по ступеням в здание, как прошла мимо консьержа, как назвала свое имя. Все происходило автоматически, будто кто-то другой управлял моим телом.
Но когда я подошла к лифту, страх вернулся. Пустой холл. Гладкий металл дверей. Отражение моего лица в стене.
Мне показалось, что за мной кто-то стоит. Я резко обернулась. Никого. Только тишина. Лифт приехал с мягким звоном.
Двери открылись. Я быстро шагнула внутрь. И почти сразу чья-то рука ударила по створке, удерживая их. Сердце рухнуло вниз.
Незнакомый мужчина в пальто, с телефоном у уха. Я уже почти не дышала. Но дверь окончательно открылась.
— На девятнадцатый, — спокойно сказал он.
Я закрыла глаза на секунду. Господи. Не он.
— Выше, — выдавила я.
Мужчина кивнул, не задавая вопросов. Двери закрылись. И только тогда я поняла, что дрожу.
Скарлетт открыла дверь сразу. Будто ждала. Ее взгляд мгновенно изменился, стоило ей увидеть меня.
— Боже, Вивиан что с тобой?
Я хотела ответить. Правда. Но слова застряли где-то внутри. Я просто прошла внутрь, сняла пальто и опустилась на диван, как будто тело наконец перестало меня держать.
Скарлетт закрыла дверь и села рядом.
— Ты белая как стена. Кто-то умер?
Я медленно покачала головой.
— Почти.
Она нахмурилась.
— Виски?
Я кивнула. Через десять минут я уже сидела на полу в ее гостиной, спиной к дивану, с бокалом в руках. Тепло алкоголя медленно размывало края паники, но не убирало ее полностью.
Я все еще видела его. Тот взгляд. Ту улыбку. Ту секунду, когда мир остановился. Я достала телефон. И набрала Элеонор. Она приехала через тридцать минут. Будто уже знала, что это не обычный вечер.
Дверь открылась, и она вошла без лишних слов.
— Так, — сказала Элеонор, снимая пальто. — Либо ты умерла и забыла мне сказать, либо кто-то снова испортил тебе жизнь.
Скарлетт фыркнула.
— Второе звучит более вероятно.
Я закрыла глаза.
— Он здесь.
Тишина. Элеонор замерла.
— Кто?
Я сглотнула.
— Он.
Скарлетт медленно опустила бокал.
— Ты шутишь.
— Я бы хотела.
Элеонор села напротив меня.
— Он нашел тебя в Чикаго?
— Он был на приеме.
— Это невозможно, — резко сказала Скарлетт. — Такие люди не «случайно» оказываются на таких мероприятиях.
Я горько усмехнулась.
— Значит, не случайно.
Элеонор наклонилась вперед.
— Он что-то сделал?
Я помолчала. В голове снова всплыл его голос четырехлетней давности. Его рука на моей талии. И то, как он смотрел на меня.
— Он просто смотрел, — сказала я.
— И? — Элеонор не отставала.
— И я поняла, что это хуже всего.
Скарлетт медленно покачала головой.
— Это Чикаго. Он не может просто появиться здесь без причины.
— Или он всегда был здесь, — тихо добавила Элеонор.
Я посмотрела на нее.
— И что мне теперь делать?
Элеонор не ответила сразу. Скарлетт тоже молчала. Потом Элеонор выдохнула:
— Теперь ты перестаешь быть одна.
Позже мы уснули прямо в гостиной. На мягком зеленом ковре у панорамных окон.
Город под нами жил своей ночной жизнью — огни Чикаго мерцали, как тысячи чужих секретов.
Скарлетт заснула первой, положив голову на диван. Элеонор держала мой бокал, который так и не допила. А я лежала, глядя в потолок, и думала только об одном.
Он здесь. И он уже видел меня.
Глава 5
Александр
Утро в Чикаго было серым. Не светлым зимним серым, а тяжелым — цвета мокрого бетона, дыма и замерзшей реки. Небо низко нависало над городом, будто собиралось рухнуть на крыши небоскребов. Снег за ночь превратился в грязную кашу вдоль дорог, а ветер с озера пробирался даже сквозь стекла машины.
Я ехал по Мичиган-авеню в своем черном Aston Martin DBX, наблюдая, как город медленно просыпается. Люди в длинных пальто торопились к офисам, кофейни уже были заполнены, а Чикаго выглядел именно так, как я любил — холодным, дорогим и безжалостным.
Телефон завибрировал через блютуз.
— Да.
— Ты наконец-то решил заняться собственной безопасностью или просто стареешь? — прозвучал в динамиках голос Нэйтана Рида.
Я усмехнулся.
— Одно другому не мешает.
Нэйтан владел одной из самых дорогих охранных компаний в стране. Бывшие военные, бывшие федералы, бывшие люди, о которых лучше не задавать вопросов. Именно поэтому я доверял ему больше, чем большинству банкиров в этом городе.
— Сигнализацию в пентхаусе закончат сегодня, — сказал он. — Охрану тоже подобрал. Два человека на постоянной основе.
— Мне не нужна нянька.
— Ты говоришь это каждый раз, когда кто-то пытается тебя не убить.
Я перестроился в левый ряд.
— Проверил их?
— Конечно. И прежде чем ты спросишь — нет, они не идиоты.
— Уже неплохо.
Нэйтан помолчал секунду.
— Ты сегодня к Блэквуду?
— Да.
— Контракт по биотеху?
— И искусственный интеллект.
Последние месяцы я присматривался к Helix Dynamics — перспективной технологической компании, работающей над медицинскими ИИ-системами и нейросетями для диагностики. Я хотел войти в проект через Blackwood Holdings и контролировать его раньше, чем это сделает кто-то другой.
— Осторожнее с Блэквудом, — спокойно сказал Нэйтан. — Этот старик улыбается только тогда, когда собирается кого-то сожрать.
— Именно поэтому мы с ним и работаем вместе.
Он хмыкнул.
— Ладно. Потом набери.
Я отключил звонок как раз в тот момент, когда машина остановилась возле главного офиса Blackwood Holdings.
Стеклянная башня поднималась над улицей холодным черным монолитом. Никаких ярких вывесок. Никакой показной роскоши.
Старые деньги никогда не кричат.
Я вышел из машины, поправляя пальто. Холод сразу ударил в лицо. И почему-то именно в этот момент я снова вспомнил ее. Вивиан Блэквуд.
То, как она смотрела на меня вчера в танце. То, как резко исчезла. То, как дрожал ее голос, когда она сказала: «Не трогайте меня».
Что-то было не так. И меня раздражало, что я вообще об этом думаю.
Внутри здания было тепло и пахло дорогим кофе. Девушка на ресепшене заметила меня сразу. Молодая. Темные волосы собраны в высокий хвост, красная помада идеально очерчивала губы, а две верхние пуговицы белой рубашки были расстегнуты чуть больше, чем требовал дресс-код.
Она улыбнулась своей дежурной улыбкой.
— Доброе утро, мистер Кроу.
— Доброе.
Она наклонилась чуть ближе, будто собиралась сообщить секрет.
— Мистер Блэквуд еще не приехал. Возможно, хотите кофе, пока ждете?
— Черный.
— Конечно.
Она уже собиралась повернуться к кофемашине, когда воздух рядом вдруг изменился.
Тонкий аромат ванили, белого мускуса и чего-то холодного, почти зимнего.
Я узнал его раньше, чем увидел ее. Черт. Теперь этот запах всегда будет ассоциироваться у меня только с Вивиан Блэквуд.
Она появилась рядом так тихо, что девушка на ресепшене даже вздрогнула.
Темное пальто подчеркивало тонкую фигуру. Волосы были собраны в низкий гладкий хвост, а под тканью пальто виднелась кремовая шелковая блузка и узкая черная юбка до колен.
Очень элегантно и чертовски красиво для этого утра. Она мельком посмотрела на девушку рядом со мной. На ее улыбку. На расстегнутую рубашку. И едва заметно фыркнула. Будто ей это не понравилось.
— Мисс Блэквуд, — протянул я спокойно.
Она даже не остановилась.
— Мистер Кроу, — она ответила быстро, ровно и холодно. А после направилась к лифтам, и я почти сразу пошел следом.
Двери уже начали закрываться, когда я вошел внутрь. Лифт тронулся вверх. Несколько секунд стояла тишина. Вивиан смотрела прямо перед собой, избегая моего взгляда. После вчерашнего она выглядела напряженной. И тихой.
Я засунул руки в карманы пальто.
— Куда ты исчезла вчера?
Никакой реакции. Только едва заметно напряглись ее плечи.
— Вивиан.
Она медленно повернула голову. И ничего не ответила. Меня это неожиданно разозлило.
— Я задал вопрос.
— А я не обязана отвечать.
Ее голос был спокойным, но слишком хрупким под этой спокойной маской.
Я сделал шаг ближе.
Она сразу это почувствовала. Воздух в лифте стал тесным.
— Ты сбежала так, будто увидела призрака.
Она отвела взгляд. Ошибка. Потому что именно в этот момент я понял — дело серьезнее, чем хотел признать.
— Кто был тот мужчина?
Ее дыхание сбилось. Совсем немного. Но я заметил.
— Не ваше дело.
Лифт тихо гудел вокруг нас. Я смотрел на нее несколько секунд, а потом сделал еще один шаг. Теперь между нами почти не осталось пространства.
Вивиан уперлась спиной в зеркальную стену лифта и медленно подняла взгляд.
Маленькая. Она едва доставала макушкой до моего подбородка. И почему-то это ощущалось слишком опасно.
— Ты играешь не с теми людьми, девочка, — тихо произнес я.
Кровь мгновенно прильнула в пах, член дернулся от одного только ее взгляда. Я прижался к Вивиан еще ближе, почти вдавливая ее в стену лифта. Ее глаза распахнулись, губы приоткрылись в коротком сбившемся вдохе. Она нервно сглотнула, и я услышал, как быстро колотится ее сердце — будто оно билось прямо у меня в ладонях. Чувствовал тепло ее дыхания на своей шее, сладкое, прерывистое.
Моя ладонь медленно скользнула к ее бедру и сжала его через ткань узкой юбки. Твою мать. Такая мягкая. Такая податливая. Пальцы сами сильнее впились в ее кожу, заставляя Вивиан тихо выдохнуть мне в губы. Ее грудь прижалась к моей, горячая даже сквозь одежду, и от этого у меня окончательно сорвало крышу.
— Ты хоть понимаешь, что со мной делаешь?.. — хрипло выдохнул я.
Она ничего не ответила. Только посмотрела снизу вверх — испуганно, жадно, слишком красиво. И этого хватило. Я провел носом по ее виску, втянул аромат ее духов и кожи, медленно опуская ладонь выше по бедру. Вивиан дрогнула всем телом, пальцы судорожно сжались на лацканах пальто.
Каждое ее движение, каждый тихий вдох распаляли меня все сильнее. Хотелось сорвать с нее эту чертову юбку, услышать, как она перестанет сдерживать стоны, почувствовать ее полностью. Но вместо этого я только лизнул ее мочку уха, медленно, дразняще, наслаждаясь тем, как она задрожала в моих руках.
Вивиан резко вдохнула, но не оттолкнула меня. Только посмотрела с этим своим упрямым вызовом.
— А то что? — тихо спросила она. И это был явно ответ на первый вопрос.
Чертовка. Я наклонился ниже. Теперь мой рот почти касался ее губ.
— Пожалеешь, — произнес я хрипло.
Ее пальцы разжали лацканы пальто. Я почувствовал это напряжение между нами почти физически. Опасное. Грязное. Неправильное. И именно поэтому не смог сразу отстраниться.
Двери лифта внезапно открылись. Мы оба замерли. Вивиан первой пришла в себя. Она резко оттолкнула меня и вышла так быстро, будто хотела убежать не только от меня, но и от самой себя. Я медленно выдохнул. Твою мать.
Заседание проходило на сорок втором этаже. Панорамные окна выходили на заснеженный Чикаго, а длинный стеклянный стол был уже заполнен людьми в дорогих костюмах.
Ричард Блэквуд сидел во главе. Вивиан — справа от него. И я сразу понял одну вещь. Она здесь не потому, что он ей доверяет. Нет. Ричард Блэквуд тестировал дочь так же, как тестировал рынок или инвестиции. Холодно. Безжалостно. Каждый вопрос, который он ей задавал, был ловушкой. Каждая пауза — проверкой.
— Твое мнение? — внезапно спросил он.
Вивиан чуть выпрямилась.
— Helix Dynamics нужно финансирование не только в ИИ-сектор, но и в медицинские исследования. Если мы сократим расходы на логистику и
— Неправильно, — резко перебил Ричард.
Тишина за столом стала тяжелее. Я видел, как Вивиан замолчала. Только пальцы сильнее сжались на ручке. Ричард даже не посмотрел на нее.
— Ты анализируешь последствия, а не риски.
Жестоко. Намеренно. И остальные это понимали. Нейтан был прав. Этот человек не воспитывал наследников. Он ломал их.
Я перевел взгляд на Вивиан. Она сидела идеально ровно. Спокойная. Собранная.
Но я уже видел, как выглядит ее страх. И в этот момент понял кое-что еще. Если она допустит ошибку — собственный отец уничтожит ее первым.
Глава 6
Александр
Совещание затягивалось. За панорамными окнами Чикаго утопал в зимнем тумане, снег медленно оседал на стекла небоскребов, а в переговорной Blackwood Holdings воздух становился все тяжелее с каждой минутой.
И причина сидела напротив меня. Вивиан Блэквуд. Она держалась идеально. Спина прямая. Подбородок чуть приподнят. Ни одной лишней эмоции на лице. Если бы я не видел ее в лифте десять минут назад, то решил бы, что она действительно не умеет бояться.
Но теперь я знал правду. И почему-то это раздражало.
— Основная проблема Helix Dynamics не в разработках, — спокойно произнесла Вивиан, листая документы. — Им не хватает стабильного выхода на европейский рынок. Если начать через швейцарские фонды
— Неверно, — перебил я.
Она медленно подняла взгляд. Её лицо было спокойным.
— Почему?
— Потому что швейцарские фонды нестабильны в долгосрочной перспективе. Особенно после прошлогоднего кризиса.
— Но если учитывать
— Вы сейчас пытаетесь спорить со мной о рынке инвестиций?
В комнате повисла тишина. Я видел, как напряглись остальные. Ричард Блэквуд молча наблюдал. Он ждал. Проверял, сломается ли она. Вивиан медленно закрыла папку.
— Нет, мистер Кроу. Я пытаюсь закончить мысль, которую вы постоянно перебиваете.
Несколько человек за столом замерли. Интересно. Я чуть наклонился вперед.
— Тогда попробуйте еще раз. Возможно, на этот раз выйдет лучше.
Ее глаза опасно сузились.
— Возможно, если вы перестанете самоутверждаться за счет женщины младше вас, разговор действительно станет продуктивнее.
Твою мать. Мой член болезненно напрягся в боксерах так резко, что пришлось сильнее сжать челюсть.
Эта девчонка действовала на меня совершенно ненормально. Не потому что была красивой. Красивых женщин в моей жизни было слишком много. Но Вивиан Она смотрела на меня так, будто не боялась. Даже когда должна была. И это сводило с ума.
Я представил, как этот острый язык скользит по моей коже, как ее идеально спокойное лицо, наконец, теряет контроль, и внутри мгновенно вспыхнуло что-то темное, почти животное.
Мне захотелось поставить ее на место. Прижать к стене. Заставить замолчать. И одновременно слушать этот голос часами. Опасная комбинация.
— Осторожнее, Вивиан, — тихо произнес я. — Ты слишком уверенно говоришь для человека без опыта.
Она выдержала мой взгляд.
— А вы слишком уверенно недооцениваете людей.
Ричард неожиданно усмехнулся. Впервые за всю встречу. Но в его глазах не было тепла. Только интерес. Как у человека, наблюдающего за дракой.
Совещание закончилось через двадцать минут. Вивиан вышла первой, даже не посмотрев на меня.
Я проводил взглядом ее фигуру — темная юбка, тонкая талия, идеально прямые плечи — и медленно выдохнул.
Мне определенно нужно было выпить кофе.
И перестать думать о дочери Ричарда Блэквуда так, будто хотел сорвать с нее одежду прямо в этом чертовом офисе.
Кофе в офисе Блэквуда был отвратительным. Я стоял возле автомата в пустом коридоре, просматривая сообщения на телефоне, когда услышал крик.
Женский голос. Потом мужской. Резкий. Жесткий. Я сразу узнал Ричарда.
— Ты выставила меня идиотом перед советом!
Мгновенная тишина. А потом голос Вивиан:
— Я просто высказала мнение.
— Никто не просил тебя думать!
Что-то внутри меня опасно дернулось. Я медленно поднял взгляд на дверь его кабинета.
— Может, Нейтан был прав, — продолжал Ричард холодно. — Возможно, я действительно ошибся, впустив тебя в совет директоров.
Тишина. Я уже собирался уйти. Это не мое дело. Не моя семья. Не моя проблема.
Но потом услышал его снова.
— Ты слишком эмоциональна. Слишком слаба. Ты никогда не станешь полноценной частью этой компании, если продолжишь вести себя как испуганная девочка.
И что-то во мне сорвалось. Я толкнул дверь. Она с грохотом ударилась о стену. Ричард резко обернулся. Вивиан стояла возле стола. И картина, которую я увидел, заставила кровь внутри похолодеть.
Ричард замахнулся на собственную дочь. Еще секунда — и он бы ударил ее. Я даже не понял, как оказался между ними. Просто оказался.
Воздух в кабинете стал ледяным. Ричард замер. Я посмотрел на него. Без слов. Этого хватило. Он медленно опустил руку. Вивиан стояла неподвижно. Кожа на лице стала бледной. И только тогда я заметил слезы.
Она быстро отвернулась, будто ненавидела сам факт того, что кто-то это увидел.
Твою мать. Вивиан попыталась пройти мимо меня к двери. Я автоматически схватил ее за руку. Она вздрогнула. И подняла на меня взгляд. Господи.
Столько боли я не видел даже у людей, которых хоронил. В ее глазах было что-то страшное — не просто страх. Привычка к страху. Будто она слишком хорошо знала, как выглядят такие сцены.
— Вивиан — начал я тише.
Она резко выдернула руку. И исчезла. Точно так же, как вчера. Словно убегала не от людей — от самой себя.
В кабинете повисла тяжелая тишина. Ричард поправил манжеты так спокойно, будто только что не пытался ударить собственную дочь.
Я смотрел на него несколько секунд.
— Впечатляющий стиль воспитания.
Он усмехнулся.
— Не лезь в мою семью, Кроу.
— Тогда не устраивай цирк посреди офиса.
Ричард медленно сел за стол.
— Она слишком мягкая для этого бизнеса.
— Нет, — спокойно ответил я. — Она умнее, чем ты думаешь.
Он поднял взгляд. Впервые за разговор — заинтересованный. Я подошел ближе к столу.
— Идея со швейцарскими фондами была неплохой.
— Но рискованной.
— Любые большие деньги рискованны.
Я положил перед ним папку с контрактом.
— Триста миллионов инвестиций в Helix Dynamics через мой фонд. При условии полного контроля над международным расширением.
Ричард открыл документы. Даже он выглядел впечатленным суммой.
— Щедро.
— Я не бываю щедрым.
Он хмыкнул. Несколько секунд мы молчали. А потом Ричард неожиданно произнес:
— Ты слишком внимательно смотришь на мою дочь, Александр.
Воздух в кабинете мгновенно стал тяжелее. Я медленно поднял взгляд и понял, что действительно влип во что-то опасное.
Глава 7
Вивиан
Я почти не помнила, как выбежала из кабинета отца. Коридор расплывался перед глазами. Каблуки громко били по мраморному полу, люди оборачивались, кто-то пытался позвать меня по имени, но я ничего не слышала.
Только собственное дыхание. Резкое. Сломанное. Недостаточное. Нет. Только не сейчас. Не здесь.
Я свернула в конец коридора и почти врезалась в дверь женского туалета. Руки дрожали так сильно, что я не сразу смогла толкнуть ее.
Пусто. Слава богу. Я влетела в кабинку и заперла дверь. А потом просто сползла вниз по стене. Воздуха не хватало.
Сердце колотилось так быстро, будто пыталось вырваться из грудной клетки. Ладони вспотели. Перед глазами темнело.
Нет. Нет. Нет. Паническая атака. Этого не было почти год. Почти чертов год. Я сжала пальцами ткань юбки, пытаясь заставить себя дышать. Вдох. Выдох. Ничего. В голове снова вспыхнуло лицо отца.
«Слишком слабая».
Потом — тот мужчина у бара вчера вечером. А потом — Александр. Его взгляд, когда он увидел мои слезы. Господи. Меня затрясло сильнее.
Я закрыла рот ладонью, пытаясь не издать ни звука. Ты не развалишься. Не сейчас. Не здесь.
Я повторяла это снова и снова, пока не смогла сделать нормальный вдох.
Потом еще один. И еще. Медленно. Очень медленно сердце начало успокаиваться.
Я поднялась на дрожащих ногах и подошла к раковине. Открыла ледяную воду и подставила под нее ладони.
Холод обжег кожу. Хорошо. Мне нужен был этот холод.
Я провела мокрыми руками по лицу, по шее, снова и снова, почти до боли, будто пыталась смыть с себя все — слова отца, собственный страх, взгляд Александра.
Туалетная дверь открылась. Я резко замерла.
Александр
Я ничего не ответил Ричарду. Потому что если бы открыл рот — разговор закончился бы плохо. Очень плохо. Я просто молча встал и вышел из кабинета.
Воздух в коридоре показался ледяным, хотя здесь было тепло. Раздражение пульсировало под кожей слишком остро.
Нет. Не раздражение. Я был зол. На Ричарда. На Вивиан. На себя. За то, что вообще вмешался.
Когда я подошел к стойке регистрации, секретарша Ричарда резко подняла голову.
Молодая девушка с идеально уложенными волосами и испуганными глазами.
— Мистер Кроу
— Куда ушла Вивиан?
Она замешкалась. Я медленно облокотился на стойку.
— Где. Она?
Слова прозвучали грубее, чем я планировал. Девушка сглотнула.
— Мисс Вивиан выглядела
— Я знаю, как она выглядела! — резко оборвал я.
Она вздрогнула. Черт. Я провел ладонью по лицу, пытаясь взять себя в руки.
— Куда она пошла?
— В туалет в конце коридора.
Я уже развернулся раньше, чем она закончила фразу.
Я толкнул дверь. И первое, что я увидел — Вивиан возле раковины. Она стояла ко мне спиной, склонившись над водой. Мокрые волосы прилипли к шее. Тонкие плечи дрожали. И только через секунду я понял, что именно меня насторожило.
Она буквально терла кожу. Слишком сильно. Слишком яростно. Будто пыталась причинить себе боль. Ледяная вода текла по ее пальцам, по запястьям, по шелковой блузке.
Я нахмурился. И подошел ближе. Одним движением перекрыл воду. Вивиан резко подняла голову. Глаза покрасневшие. Щеки мокрые. Дыхание рваное. Господи. Она выглядела разбитой.
— Доволен? — прошептала она.
И слезы снова потекли по ее лицу. Что-то внутри меня болезненно дернулось. Но вместо нормальных слов я почему-то сказал совсем другое:
— Хм. Отец прав, называя тебя слабой.
Ее взгляд мгновенно изменился.
— Ты не создана для этого бизнеса.
И в следующую секунду мое лицо обожгло ударом. Я даже не сразу понял, что произошло. Вивиан ударила меня. Твою мать.
Она тяжело дышала, глядя на меня с такой ненавистью, будто действительно хотела уничтожить.
— Вы все одинаковые, — процедила она сквозь зубы. — Все мужчины.
Я медленно повернул голову обратно. Во рту появился металлический привкус крови. И, черт возьми, это только сильнее меня завело.
— Вы только и умеете, что унижать женщин и самоутверждаться за их счет! — продолжала она. — Вас вообще не волнуют чужие чувства! Вас волнует только, куда бы пристроить свой член!