Контейнер #7

2

«Добро пожаловать домой», — прозвучал в сознании ровный автоматический голос, и Лин словно выдохнула. Она только сейчас осознала, насколько внутренне сжималась из-за того, что находилась в реальности, а не в этой привычной среде.

Она открыла глаза и не узнала, где находится. При подключении система должна переносить в привязанную точку появления — личные виртуальные апартаменты. Но сейчас она оказалась в чужом «доме».

Гостиная была слишком большой и слишком пустой. Потолок из темного стекла отражал неровное освещение, а пол покрывал странный белый материал, напоминающий смесь мрамора и льда. Окна во всю высоту комнаты выходили на виртуальный мегаполис. Там внизу текли потоки света, вывески вспыхивали и гасли, а голографическая реклама царапала горизонт, обещая безграничное удовольствие.

Лин огляделась. Обстановка была минималистичной, но безупречно соответствовала последней моде. Два кресла из тонкого, почти прозрачного пластика, настолько строгие по форме, что больше походили на арт-объекты, чем на мебель. Рядом стоял стол с идеально гладкой чёрной поверхностью и рваными краями, словно материал, стекая вниз, внезапно замер на середине пути. А в центре комнаты располагался большой диван, развернутый к окнам, будто отделяя жилое пространство от всего остального.

Ни книг, ни беспорядка, ни случайно брошенных вещей, ничего, что могло бы выдать присутствие живого человека. Только статус, заключённый в точную геометрию форм.

Ее взгляд уперся в одну из стен гостиной, которая была сплошным интерфейсом. Без рамок, без логотипов, просто экран. Рядом с ним Лин чувствовала себя так, словно оказалась внутри проекции, и казалось, будто кто-то сейчас включит терминал и будет наблюдать за ее жизнью.

Она не решилась его включить. И вместо этого подошла к окну.

«Наверное, тридцатый этаж», — подумала она, выглядывая наружу.

С высоты открывался приятный вид, к которому она привыкла, сидя на крышах. Неоновые вывески напротив сверкали и переливались, заманивая посетителей громкими слоганами:

«Лучшее наслаждение»

«Мечты здесь»

«Вселенная ждет»

— Район грез, — прошептала она себе под нос.

Лин знала этот район. Один из самых дорогих для жизни. Может быть, именно поэтому она никогда его не любила.

Этот район славился тем, что предлагал своим посетителям любую симуляцию: от полета в космос до прогулки по морскому дну. Здесь можно было заплатить за любое воображаемое воспоминание.

Она терпеть не могла такие вещи. Выдуманные эмоции, выдуманные жизни… все это казалось ей дешевым и фальшивым. Но, насколько она знала, клиентов у них хватало. Хотя стоимость такого развлечения могла доходить почти до цены жилья, из окна которого она и смотрела на зазывающие рекламные вывески.

— Пафосное ублюдство, — проворчала она, отвернувшись.

Взгляд скользнул вниз — и Лин замерла. Ее одежда.

Система всегда подхватывала последние пользовательские настройки, подгружала привычный образ без лишних вопросов. Куртка, штаны, нейтральные цвета. То, что не отвлекает, не цепляет, не привлекает внимания. Все как она любила.

Но сейчас на ней было платье.

Розовое.

Ткань мягко переливалась при движении, подол чуть колыхался, подчеркивая силуэт. Это выглядело слишком вычурно, слишком не ее. Даже в страшном кошмаре она бы не надела что-то подобное. Лин медленно моргнула, словно надеясь, что система догрузит правильную текстуру.

Не догрузила.

— Что за свихнувшийся бот напялил это?.. — прошипела она сквозь зубы.

И чуть ли не с омерзением стала стягивать с себя эту розовую кляксу, более подходящую какому-нибудь доисторическому детскому утреннику. Все происходящее все больше походило на чей-то розыгрыш. Только не хватало одного элемента — зрителей.

Сердце неприятно кольнуло. Такие вещи не происходили случайно. Образ это маркер. Чей-то выбор. Чье-то вмешательство.

И впервые с момента входа в виртуал Лин ощутила не дискомфорт, а липкое чувство тревоги.

«Чей это идентификатор?!»

Она медленно опустила руки и огляделась. Апартаменты выглядели безупречно пустыми: гладкие поверхности, ровный свет, ни единого отражения, которое не принадлежало бы ей самой. Но ощущение не исчезло. Наоборот — усилилось, словно пространство не наблюдало, а ожидало чего-то.

— Ладно, — тихо сказала она. — Проверим.

Резким жестом Лин вызвала админскую панель. Перед глазами развернулся знакомый интерфейс — серо-синий, лишенный украшений, созданный не для комфорта, а для работы. Она на автомате вбила несколько проверочных команд, как делала это сотни раз.

Панель моргнула.

Столбики цифр выстроились в аккуратные ряды. Потоки данных текли ровно, без скачков, без ошибок. Активные процессы, фоновые симуляции, пользовательские скрипты. Все выглядело… нормально.

«Хммм… апартаменты закрыты от внешнего наблюдения».

Эта мысль немного успокоила, но до конца не было понятно, плохо это или хорошо. Лин прекрасно понимала, что даже в изолированные апартаменты можно подключиться, если знать код доступа. И гребаное платье никак не выходило из головы.

«Ладно, разберемся…»

Она закрыла админку и подошла к высокому шкафу с полупрозрачными дверцами. Он открылся плавно, с почти интимным щелчком. Так открываются вещи, которые ждут, чтобы к ним прикоснулись.

Внутри висели десятки платьев. Слишком много для случайной симуляции. Разные фасоны, эпохи, настроения. От нарочито простых до вызывающе сложных. Некоторые были откровенно чуждые, словно подобранные по вкусу другого человека.

Одно глубокого, темно-зеленого оттенка задержало ее взгляд дольше остальных. Ткань выглядела плотной, почти настоящей, с мягким матовым блеском. В нем не было ни игривости, ни показного желания понравиться. Скорее сдержанность. Контроль.

Рядом висело другое. Серебристое, текучее, будто сотканное из отражений. Оно переливалось при малейшем движении света, как поверхность воды под луной. Красивое. Слишком красивое.

Лин протянулась к ним почти машинально. Пальцы уже коснулись ткани, когда она резко одернула себя, словно обожглась.

— Чушь какая-то, — вслух сказала она, чтобы разорвать это странное наваждение.

Она хотела что-то привычное. Настоящее. Ее взгляд метнулся к самому углу шкафа, где на одинокой вешалке висел неприметный комплект, словно отделенный от многообразия вариантов и поставленный кем-то в угол за плохое поведение.

Узкие серые джинсы, потрепанная куртка с одним оторванным рукавом и старая рваная футболка с переливающимся цифровым рисунком.

Именно то, что надо. Ее стиль. Именно так она всегда предпочитала одеваться в виртуальности: практично, с ноткой бунтарства.

Лин переоделась, и на душе стало немного легче. Она, наконец, почувствовала себя собой. Или, по крайней мере, тем, что оставалось от нее в этом странном месте.

Застегнув куртку, она провела рукой по ее шершавой ткани и вдохнула глубже. С одеждой все было в порядке. Теперь нужно было понять, где она и что здесь происходит.

Лин вернулась к стене-интерфейсу, но не стала подходить вплотную. Она подняла ладонь и в воздухе, перед самым лицом, вспыхнул тонкий слой управления: полупрозрачная сетка команд, привязанная к стене, как к удаленному терминалу. По сути, сама стена была лишь экраном, а панель ее ключом. Лин любила такие изящные решения. Она щелкнула пальцами, и глянцевая панель на стене послушно загорелась, отразив в ее сторону слабое голубоватое свечение. Все отлично работало.

Открылась стандартная оболочка: аккуратные вкладки, иконки, привычная логика пользовательского дома. Лин вызвала меню одним коротким жестом и ткнула в нужное:

«Журнал сеансов»

Обычно здесь хранилось все: кто входил, когда входил, какие функции использовал, какие изменения вносились в окружение. Даже если кто-то пытался подчистить следы, оставались метки времени, системные отметки, фоновые события — мелочь, которая выдает даже самую тщательную уборку.

Экран на стене моргнул и оказался совершенно пустым.

Ни дат. Ни отметок. Ни последнего входа. Ни создания объекта. Вообще ничего. Будто этих апартаментов не существовало никогда, а она сейчас смотрела не в историю, а в идеально вычищенную пустоту.

Лин медленно выдохнула.

«Гребаные баги» — выругалась она про себя. Ей очень не нравилось, когда она не понимала, что происходит, и не могла найти этому объяснения.

Лин сделала полшага назад, будто с этого ракурса могла увидеть что-то новое, и углубилась в системные журналы, уже не через домашнюю оболочку, а через административный слой. В воздухе перед ней раскрылись дополнительные окна, одно за другим:

«Журналы системных команд»

«Лог изменений окружения»

«Трассировка подключений»

«Запросы к внешним узлам»

«Изменения интерфейса и профиля»

Везде было совершенно пусто.

Так бывает только после аккуратного, профессионального выжигания. Когда стирают не следы, а сам факт, что следы могли существовать.

Даже стандартные сообщения. Те, что всегда появляются при создании любой жилой симуляции: первичная сборка, присвоение владельца, отметка о привязке к серверу полностью отсутствовали. Словно кто-то выдернул страницу из книги, даже не оставив шва.

Лин нахмурилась. Ее жесты стали резче. Пальцы бегали в воздухе по невидимой клавиатуре, быстрыми короткими движениями, как при вскрытии чужой защиты. Она пробивала еще глубже. Туда, где хранятся тени логов, резервные метки, системные слепки… то, что обычно забывают удалить даже самые старательные.

И снова ничего.

Девушка замерла, чувствуя, как внутри поднимается не паника, а холодная злость.

— Это невозможно, — пробормотала она себе под нос.

Лин прищурилась. Кто-то явно поработал над тем, чтобы стереть все следы. Но зачем? Чтобы скрыть свое присутствие? От кого? В личные апартаменты невозможно попасть без приглашения. Быть может, все стерто, чтобы что-то спрятать от нее?

Она остановилась на полушаге, уже собираясь отойти от стены-интерфейса, и вдруг поймала себя на раздражающей мысли: она упустила мелочь. Ту самую мелочь, за которую обычно ругают новичков.

В каждом терминале было автоматическое хранилище резервных копий. Не журнал сеансов, глубже. Кэш, теневые логи, запись аварийных состояний. Система могла стереть основную историю, могла выжечь логи до чистого листа, но резервные хвосты часто оставались просто на всякий случай. Для собственной стабильности.

Лин вернулась к стене и подтянула админскую панель — тонкий слой управления вспыхнул перед глазами. Пальцы задвигались быстрее, резче:

«FORCE.RESTORE /shadowlog»

«SOURCE: AUTOCACHE // MODE: AGGRESSIVE»

«RECOVERY: FRAGMENTED_OK»

Она нажала ввод.

Секунду ничего не происходило. Затем глянцевая поверхность стены будто вздрогнула, по ней пробежал слабый статический шум, как рябь по экрану, который пытаются оживить после удара. Интерфейс завис, моргнул и вместо привычных аккуратных строк выдал обломки. Рваные, исковерканные.

«…ID#1020… Сессия завершена… Пользователь неизвестен… Доступ через дополнительный идентификатор…»

Лин застыла.

— Дополнительный идентификатор? — произнесла она вслух.

Строки дрогнули, словно кто-то заметил, что она их увидела. На долю секунды всплыл новый фрагмент, как вспышка в темноте:

«…Обнаружено внешнее вмешательство… Последняя активность: Запись воспоминаний…»

— Запись воспоминаний?.. — Лин вновь повторила. Эта фраза не принадлежала бытовым системам. Ее не ставили рядом с освещением, атмосферой и плейлистом.

Она не успела додумать. Экран погас. Не закрылся. Не свернулся. Просто отключился, будто ему перерезали питание.

— Чтоб тебя… — выдохнула Лин сквозь зубы.

Она активировала свой личный терминал и начала стучать по прозрачной клавиатуре быстрее, чем успевала осознавать команды: поднять интерфейс, вернуть панель, перевести управление на локальный канал, перехватить сессию. Хоть что-то...

Панель не отвечала.

Лин стиснула зубы и отправила команду на принудительную перезагрузку домашнего узла.

«HOME.NODE / REBOOT // HARD»

Стена мигнула и ожила — на мгновение показалось, что все вернулось в норму.

И в ту же секунду из глубины квартиры донесся щелчок замка.

Лин резко обернулась.

Там, где раньше была ровная стена, чистая поверхность без шва и тени, теперь проступила дверь. Узкая, почти невидимая. И она была приоткрыта. Совсем чуть-чуть, ровно настолько, чтобы это невозможно было списать на визуальный баг.

— Похоже… — прошептала она в сторону двери, готовая ко всему, — я нашла зрителей.

Лин медленно подошла к двери, стараясь не шуметь. Пальцы сжались в кулаки, сердце забилось чаще. Она слегка потянула дверь, и та распахнулась полностью, не издав ни единого звука.

Комната за дверью оказалась тесной. Не уютной маленькой. А нарочно сжатой, будто технический отсек, который никто не должен видеть. Воздух здесь казался гуще, и хотя Лин прекрасно знала: воздух в виртуале всего лишь иллюзия, ощущение никак не отпускало.

По периметру безликих матовых стен стояли серверные стойки. Прямые корпуса, ребра охлаждения, каналы питания, ровные ряды индикаторов. Зеленые огни мерцали с одинаковой частотой. А в месте, где обычно в таких комнатах располагается окно, висела неоновая надпись:

«СВОБОДА»

Слово дрожало, слегка мерцая, словно пытаясь подмигнуть. Оно не выглядело как рекламный плакат, скорее как напоминание.

Но не успела Лин додумать эту мысль, как взгляд уже переключился на центральную консоль. Массивная, угловатая, явно не из домашнего набора. Несколько мониторов, отдельно стоящая клавиатура. Редкость в мире, где все давно управлялось жестами и мыслью. Клавиши выглядели потертыми, будто ими пользовались часто. Но здесь их скорее такими сделали.

Лин подошла ближе, и один из экранов засветился сам. Как будто ждал именно ее.

Текст мигал нервно, срываясь на полстроки и снова собираясь:

«ОШИБКА»

«НЕВОЗМОЖНО ЗАВЕРШИТЬ ЗАПИСЬ ВОСПОМИНАНИЙ»

«ПОПЫТКА ПРЕРВАНА»

Лин замерла.

Слово «Прервано» внушало тревогу.

Она медленно прошлась взглядом по стойкам. По равнодушным зеленым огонькам, будто там могла найтись подсказка: кто именно здесь работал и почему оставил все включенным. Но сервера безмолвствовали, лишь жужжа что-то на своем, только им понятном языке.

Тогда Лин подошла ближе и села перед терминалом. Она провела пальцем по панели управления, пытаясь получить больше информации, но интерфейс оказался заблокирован. Система требовала код доступа.

— Вот же… — Лин недовольно прикусила губу.

Она знала, что взломать такой терминал будет непросто. Тем более что система выглядела самописной, а разобраться в чужом плетении кода затея не самая удачная. Но другого выхода все равно не было. Лин положила руки по обеим сторонам от клавиатуры, готовясь к тому, что ей предстоит, но в тот же момент под руками появилось свечение, и через мгновение панель на краю стола откинулась.

Внутри ниши, освещенной холодным белым светом, лежала небольшая трубочка, больше всего напоминающая флешку. Лин осторожно взяла ее и покрутила в пальцах.

В то же мгновение свет внутри ниши погас и откинувшаяся панелька захлопнулась.

— Похоже на ключ, — прошептала она и усмехнулась, подумав о том, насколько очевидные вещи она озвучивает. Если бы за ней сейчас кто-то наблюдал, то точно решил бы, что она полная дура.

Лин отмахнулась от этой мысли и установила ключ-флешку в небольшое отверстие под терминалом. Тот приветственно засветился.

«Ключ памяти активирован. Инициация процесса восстановления воспоминаний…»

Экран мигнул, и изображение сменилось. Теперь перед ней были обрывки видеозаписей того, что происходило здесь.

На экране была она.

Записи были короткие, словно собранные кем-то в нарезку. Вот Лин держала перед собой пару платьев, выбирая, какое надеть. Затем стояла перед огромным экраном, с кем-то разговаривая. Звука не было. Но она была спокойной и сосредоточенной. Вот она, точно так же, как сейчас, сидит за терминалом и что-то печатает. Вдруг резко поворачивает голову в сторону, словно ее кто-то позвал, тянется за ключом-флешкой и в тот же момент запись обрывается.

Лин почувствовала, как холодок пробежал по ее спине. Буквально на долю секунды она увидела в кадре Викона. И это было странно. Она ничего из этого не помнила.

— Гребаные баги, — ругнулась девушка почти машинально.

Ее мозг перебирал варианты.

«Кто-то воспроизвел мой аватар? Но копии аватаров запрещены, да и зачем это кому-то делать?! Но даже если так, тогда почему не скопировали заодно и идентификатор? Можно было бы украсть данные, выдать себя за меня, да много чего еще… но нет, воссоздали лишь внешний образ».

«А что насчет взлома? Может быть, идентификатор не был поддельный? Может быть, система его точно определила? Или все было задумано, чтобы выкрасть какие-то данные, но зачем для этого было прикидываться мной? И не просто прикидываться, а делать это как-то несуразно, с ошибками в идентификаторе?».

Вопросов было много. Но в любом случае сейчас она не смогла бы дотянуться до первого идентификатора и выяснить, какие именно данные украли. Поэтому оставалось только следовать первоначальному плану — найти брата, и вместе во всем разобраться.

Лин попробовала оживить терминал. Экран дважды моргнул и вновь потух. Словно он уже показал все, что следовало знать, и со спокойной совестью ушел на покой.

Смирившись, она вытащила ключ-флешку и положила ее в карман.

«Что бы это ни было, оно может еще пригодиться…» — подумалось ей.

Она повернулась и, выйдя в основной зал, огляделась. Какие бы здесь загадки еще ни оставались, пора было двигаться дальше. Лин направилась к двери, но внезапно остановилась в паре шагов и, развернувшись, вернулась к терминалу апартаментов.

Сейчас он вновь работал как ни в чем не бывало. Она промотала пальцем вниз до пункта «Транспорт» и, улыбнувшись увиденному, покинула эти странные апартаменты.

Гараж, расположенный в подвале здания, был довольно вместительным. Спустившись, она почти сразу определила, что искала. И дело было не в том, что она видела, как он должен выглядеть. Этот мотобайк подходил ей так же, как потерянная часть пазла, завалившегося за диван и давно ждавшая момента быть найденной, чтобы встать на свое положенное место.

Корпус этого зверя в виртуальной оболочке переливался черно-синим хромом. Не глянцем витрин, а плотным ночным цветом, в котором иногда проступают молнии. По бокам шли длинные световые прожилки: они не просто светились. Они дышали, пульсировали, будто байк подстраивался под ее ритм, ловил его и повторял. При каждом ее шаге линии чуть усиливались, оставляя в воздухе тончайший шлейф энергии, который не рассыпался сразу, а растворялся медленно, как дым после выстрела.

Колеса были странные. Без привычной резины, гладкие, зеркальные. На первый взгляд казалось: на таком не удержаться, сорвет на первом повороте. Но стоило присмотреться и их поверхность оживала: тысячи микровыступов, почти невидимых, шевелились, перестраивались, выбирали форму прямо на глазах. Это была не шина. Это был механизм сцепления, который заранее знал, какая под ним будет дорога: стекло, песок, металл или бетон. И не задавая вопросов, просто подстраивался.

В этом мотобайке не было лишних деталей. Каждая грань, как идеальная строка кода, в которой продумано все до мелочей. Ни одного лишнего символа: сухо, точно, только по делу. Агрессия в посадке, в угле рулевых, в низком центре тяжести. Элегантность в чистоте линий. В том, как корпус собран, напоминая скорость самой своей геометрией.

Лин поймала себя на коротком, почти детском удовольствии. Будто на секунду все загадки вдруг перестали на нее давить.

— Восторг… — сказала она вслух, и голос прозвучал глухо, будто ей самой не верилось, что она может произнести это слово.

Она подошла ближе.

И байк чуть подсветил свои линии ярче, словно признавая и приветствуя хозяйку.

Выше руля расположились две полупрозрачные голографические панели, выводящие важную информацию: состояние байка, скорость, направление движения и даже энергетический резерв, который можно было использовать для рывка.

Девушка склонилась над панелью управления, и на дисплее высветилось приветствие:

«Привет, Лин. Покатаемся?»

— Спрашиваешь… — тут же ответила она, даже не удивляясь узнаванию.

Она перекинула ногу, садясь на мотобайк, и активировала систему запуска. Мягкий гул перешел в уверенный рев, а световые линии засияли агрессивнее.

Лин быстро нашла меню навигации и коснулась вкладки «История маршрутов». Экран мягко замерцал, и индикатор загрузки начал вращаться. Лин немного подождала, неотрывно всматриваясь в курсор загрузки.

— Ну, давай... — пробормотала она себе под нос, едва слышно.

Спустя пару секунд интерфейс замер, и на экране высветилось: «Нет данных».

«Что и следовало ожидать…» — Лин скривила губы в циничной усмешке. Весь журнал был очищен до последнего байта.

Она переключилась на раздел системных уведомлений, надеясь найти хоть что-то: ошибки подключения, предупреждения об обновлениях, любые следы активности. Но и здесь все было стерильно. Система выглядела так, словно байк никогда не покидал гараж.

Лин задумчиво провела пальцем по светящемуся экрану.

«Чистая работа. Кто-то точно не хотел, чтобы его находили».

Но теперь ее смущало то, что она увидела в апартаментах. Это походило одновременно и на небрежность, и на подсказку, но Лин пока не знала, как это воспринимать, и чем это могло бы ей помочь.

«Ладно… разберемся…»

Плавно потянув газ, она выехала из гаража через автоматически открывшуюся дверь. Город встретил ее шумом и разрядом неоновых огней. Вывески, проекции и голографические образы мерцали и переливались в воздухе, приглашая посетить магазины, клубы и эмуляции. Может быть, в другой момент она бы прогулялась по этому кварталу. Только ради любопытства. Не более. Но не сейчас.

Можно было бы вбить место назначения и дальше просто наслаждаться дорогой, но ей хотелось самой ощущать мощь байка и распоряжаться своей свободой.

Лин резко выкрутила ручку газа, и байк, издав глухое рычание, словно дикий зверь, сорвался с места. Потоки виртуального ветра хлестали ее лицо, развевая волосы, а неоновые огни города стремительно превращались в размытую линию света.

Она уверенно лавировала между транспортными потоками, обгоняя мчавшиеся машины. Их фары мигали, а водители злились и сигналили ей вслед, но это лишь подогревало азарт.

Каждый вираж, каждый резкий поворот давали острое ощущения свободы, будто она рассекает границы реальности. Вибрация от байка передавалась через руль и обжигала ладони приятным ощущением контроля. В голове звучала музыка. Не реальная, а воображаемая, с ритмом, совпадающим с каждым взревом мотора. А на крутых поворотах ее сердце колотилось так сильно, что она даже забывала о виртуальности, в которой находилась.

Лин наслаждалась этим моментом. Скоростью, хаосом неонового города и ощущением полной раскованности.

С обеих сторон дороги высились небоскребы из светящегося стекла и металла. Их фасады мерцали рекламными проекциями и яркими графическими панелями. Голограммы танцующих девушек с искусственными улыбками, приглашающих пользователей оторваться от близости реальности. Надписи вроде: «Удовольствия нового поколения», «Воспоминания лучше настоящего» и «Твоя новая личность ждет тебя» мелькали в воздухе словно заманчивые лозунги.

Летающие рекламные дроны кружили над дорогой, выплескивая волны разноцветного тумана и облаков. Внутри которых мелькали вспышки света, из которых рождались голографические бабочки, порхающие над дорогой. Лин промчалась сквозь одно из них, и на мгновение ей показалось, что она чувствует аромат синтетических цветов и легкой эйфории.

Слева проплывали клубы, окруженные очередями аватаров. Над входами висели огромные голограммы в виде немигающих глаз или пульсирующих сердец. Виртуальные бармены, напоминающие многоруких чудовищ, приветствовали посетителей, а глухой бит клубной музыки отдавался ритмичным эхом вокруг.