Приказано ликвидировать, или Ода уничтожителю

– Действительно, – после паузы сказал Ратибор и убрал пистолет. Его как будто осенило. Он тяжело опустил голову, его лицо прорезали морщины, состарив его сразу лет на двадцать. – Какой расстрел?..

Толпа облегчённо вздохнула. Даже сам практикант расслабился, надеясь, что ему не придётся наблюдать, как чьи-то мозги разлетаются по округе.

– Какой расстрел? – повторил Ратибор. – Забейте его. Как собаку.

Он резко развернулся и пошёл обратно в дом, игнорируя снова разнёсшийся плач той тётки в балахоне и крики мальчугана, которого потащили прочь те двое – лысый и блондин с конской шеей.

Солнце стало клониться к закату, удлиняя тени.

…

Солнце давно уже поползло вниз, поэтому стремительно приближающаяся ночь принесла с собой и пронизывающий холод. В такие моменты чувствовалось, что осень скоро перерастёт в зиму и это приносило уныние в спальные районы Мегаполиса, в отличие от его центра, где круглый год кипела жизнь, сверкая мириадами цветных вывесок.

– Чего вы не купите дом ближе? – внезапно спросил напарник, когда они въехали в тёмные кварталы ровных многоэтажек. Создавалось впечатление, что эти места с заходом солнца совершенно пустеют – не только тишина на улочках, но и тёмные окна домов. Как будто каждый местный житель боится чего-то и после захода солнца старается не подавать признаков жизни, чтобы не привлечь чей-то недоброжелательный взгляд.

– Не люблю суету, – тихо отозвался Венатор. Мысли о том, что впервые он за долгое время убил целый день просто так, не найдя зацепок, всё сильнее копошились в его голове. Наверное, сегодня он вряд ли уснёт. – Вот здесь останови… хочу пройтись пешком, подышать чистым воздухом. Мне надо поразмыслить.

– Как скажете, – отозвался напарник и стал плавно останавливать автомобиль, внимательно вглядываясь в освещённый круг перед бампером – как бы кто не выскочил.

– Тут никого нет, – как бы предугадывая немой вопрос, вслух высказался оперативник.

– Лучше перестраховаться, – буркнул водитель. – А то вдруг собака бродячая… И так кругом дебилы одни, которые под колёса не смотрят, а потом оправдываются…

– Завтра мы с тобой выйдем на след Иратума. Я тебе точно говорю. Хоть сегодня мы и перетрясли весь персонал лечебницы, кажется мне, что они что-то скрывают, – прервал его Венатор и вышел из машины. – Спасибо тебе, парень. Ты умный. Будешь хорошим сыщиком. Ты уже неплохой сыщик. Мозги варят, а это уже кое-что.

– Спасибо, – удивлённо ответил напарник, словно не поверив, что такой крутой следопыт мог вообще кого-либо благодарить и хвалить, и, как только пассажир захлопнул дверь, стал медленно сдавать назад. Фары уютно разрезали темноту сгущающегося сумрака. Через несколько секунд он круто вырулил влево и, шурша новенькими колёсами, его авто ринулось прочь, оставляя в воздухе запах выхлопных газов.

Поёжившись, следопыт поднял воротник пиджака и пошёл в сторону своего подъезда. То тут, то там под ногами темнели неглубокие лужицы. В целом стояла полная тишина, за исключением хрипловатого дыхания самого оперативника и его шлёпающих шагов.

Всё глубже он погружался в свои размышления, состоящие не только из тревог об Иратуме и его разбойниках, но ещё и о том, что надо бы купить новые туфли, а то эти все поистёрлись… И, конечно, надо отваливать ещё за ремонт автомобиля – не может же он вечно ездить со своим добродушным напарником.

До заветной двери осталось метров шестьдесят.

Вообще, если прямо говорить, то Венатора все уважали – и криминалисты, и оперативники, и даже обычные люди. Многие знали, что он внёс немалый вклад в борьбу с организованной преступностью в этом городе. Он уже двенадцать лет охотился на разную нечисть, которая смела переступить черту закона. Это сильно его изматывало, поэтому сейчас он выглядел как прокуренный и уставший от жизни работяга – высокий, худой, с глубокими морщинами, глубоко впившимися в лоб и щёки. Работяга в пиджаке за сотню долларов.

До заветной двери осталось метров пятнадцать.

Конечно, на него тоже пытались устраивать охоту рыбы покрупнее, но у них каждый

раз ничего не выходило. Потому что Венатор обладал каким-то врождённым чутьём и всегда знал – не просто чувствовал, а знал – откуда может исходить опасность и каждый раз выходил сухим из воды, как ныряльщик, намазанный аэрогелем.

Домофон пикнул и дал доступ к подъезду. Венатор ухватился за толстую ручку двери, почувствовав её липкий холод, и потянул на себя.

Резкий шорох слева заставил оперативника круто развернуться на месте, машинально запихивая руку за пазуху – где раньше в кобуре покоился его блистающий пистолет. Однако сейчас его там, разумеется, не было – он же сдал его в конце рабочего дня в оружейную палату.

Из-за тёмно-зелёных мусорных баков, сейчас выглядящих как чёрные квадратные глыбы, выскочил кто-то огромный, но крайне шустрый для своего веса. Он мгновенно ринулся на Венатора, поднимая над головой арматуру. Тот мгновенно отпрыгнул назад, позволив нападавшему рассечь воздух перед собой – эффект внезапности он всё же потерял и теперь стоял прямо перед отстранившимся оперативником.

Это был огромный вепрь с взъерошенной щетиной на голове и большими клыками. Глаза его горели такой лютой ненавистью, что любой человек потерял бы сознание от испуга, если бы этот монстр на него так вытаращился. На нём хорошо сидел кожаный костюм, состоящий из брюк и крутки с медными заклёпками на рукавах.

Со спины Венатора вновь раздался резкий шуршащий звук, поэтому сейчас он уже отпрыгнул в ту сторону, откуда приехал. Да, сзади на него хотел напасть почти такой же вепрь, только толще в полтора раза, а в руке у него был огромный блестящий нож. Сейчас они вместе оказались у подъездной двери и жаждали умертвить прославленного борца с преступностью, которого до этого чутьё никогда не подводило.

– Вы кто такие? – растерянно воскликнул Венатор и попятился назад.

– Стой, иначе я прострелю тебе башку! – рявкнули сзади, и оперативник отчётливо услышал щелчок затвора. – У меня карабин!

– Вы кто такие? Что вам нужно? – спросил Венатор, поднимая медленно руки. Дыхание его участилось, а в голове, как испуганные птицы, заметались мысли. Хотя всё было очевидно: ему устроили засаду, чтобы убить, иначе бы не нападали.

– Ты нам должен, – сказал тот, кто хотел стрелять, и начал приближаться, шлёпая своими солдатскими ботинками. – Должен полмиллиона.

– Кто вас послал? – спросил следопыт, понемногу выравнивая дыхание. Его глаза бешено вращались в глазницах, а сам он уже придумывал, как же можно обезвредить этих монстров.

– Это не важно, – выдохнул в затылок обладатель карабина и с размаху вдарил Венатору по хребтине прикладом, отчего тот повалился вниз, застонав от разрывающей боли внезапной атаки. – Ты пойдёшь с нами, даже не думай рыпаться.

Самый дерзкий (и, как водилось, самый главный) ударил ногой оперативника под дых, отбросив его в сторону и развернув к себе лицом. Хоть тому дышать стало сложно, а не слишком молодой организм и засаднил от удара, Венатор не мог не увидеть, что третий тоже был вепрем. Но ни один из них не походил на того владельца джипа, который и въехал в зад поистрёпанному блондину.

– Встань, – сказал вепрь, направив дуло на лежащего. – Встань и иди.

Следопыт медленно перевернулся на живот, ощутив, как грязная вода мгновенно пропитала рубашку, как руки упёрлись во что-то холодное и неприятное. Затем он встал на четвереньки и начал медленно подниматься.

– Берите его, – резко скомандовал вепрь с огнестрелом, как в этот момент произошли две вещи, причём, очень быстро.

Вепри по приказу своего главаря одновременно шагнули к поверженному противнику, как тот рывком поднялся и кинулся на карабин главного головореза, руками схватившись за оружие, а всем своим весом навалившись вперёд, пытаясь отвести дуло в сторону. И это сработало, быть может, даже лучше, чем планировал Венатор – главный головорез захотел стрельнуть по своему противнику и стиснул свой карабин изо всех сил, в то же время пытаясь удержать его на месте. Однако это не помогло – он внезапно разрезал относительную сентябрьскую тишину сухим грохотом и яркой вспышкой.

Свин с ножом повалился с каким-то печальным взвизгиванием и выронил свой ножик. Наверное, так падают от сильного опьянения или чрезмерной усталости – борясь с гравитацией из последних сил.

Свин же с арматурой не стал застаиваться на месте и пару раз огрел Венатора по спине и голове арматурой. Теперь пришла его очередь валяться на земле опять, ища новые варианты спасения. Мысли в голове путались, оставалось положиться лишь на инстинкты.

– Вали его! – крикнул карабинер и хотел снова ударить ползающего оперативника куда придётся, но тот резко кинулся в бок, как голкипер, спасающий свою команду от неминуемого поражения, и ухватился обеими руками за кабаний нож. Лезвие блеснуло в полутьме.

– Стреляй! – как-то растерянно выкрикнул вепрь с арматурой, колеблясь всего лишь несколько секунд, однако, Венатору хватило этой заминки.

Со скоростью гремучей змеи (как будто ему почти и не пытались раскроить череп), Венатор подскочил на ноги и воткнул нож наугад. Наугад воткнулось хорошо – прямо в брюхо карабинеру, отчего тот стал валиться на спину, как спиленная сосна, издавая скрипучий звук.

Молниеносно оперативник перехватил его оружие и круто развернулся к оставшемуся в живых. Только сейчас он почувствовал, как кровь сочится у него по виску вниз – к подбородку. Однако никакой боли он не чувствовал. Во всяком случае, пока.

– Кто вас прислал? – проговорил Венатор, держа под прицелом этого вепря. Хотя это был глупый и ненужный вопрос – он прекрасно понимал, что тот хряк, разбивший ему машину, сдержал своё обещание и вычислил место жительства следопыта. Такая популярность не могла не привести к тому, чтобы его не знала каждая собака. И тем более каждый вепрь.

– Я безоружен, – глухо ответил преступник, отбросив в сторону арматуру. – Я от Крапулы.

– Даже так, – изумился Венатор. – Как я ему дорогу перешёл? Говори! – Дуло карабина ходило из стороны в сторону. Однако перейти дорогу держателю всего общепита в Мегаполисе Венатор мог раз шестьсот: бизнес на мясе регулярно подгорал благодаря его рейдам.

– Ты разбил машину его племяннику, вот он и сказал нам, чтобы мы взяли с тебя плату, вот и всего! Не стреляй, я лишь исполнитель! – Вепрь опустился на одно колено – плавно и без резких движений. Но во взгляде у него не читалось настоящей мольбы.

– Ага, поэтому один из вас хотел поиграть со мной ножом, а второй – карабином? Говори всю правду! – Венатор стал прицеливаться прямо между глаз нападавшему. Видимо, он хотел заставить вепря молить по-настоящему.

– Да я же тебе сказал… – начал вепрь и резко выхватил нож откуда-то сбоку: то ли из

глубокого кармана на брюках, то ли за поясом он был неприметно спрятан.

Громыхнул выстрел, от которого вепрь повалился своей тушей вбок, а не отлетел на несколько метров, как в крутых боевиках. Выстрел эхом покатился по застывшим улицам.

…

– Дело дрянь, – сказал сенатор, расхаживая перед Венатором, сидящим на ступеньках своего подъезда. По его лицо прыгали синие лучи полицейской мигалки. – Три трупа, три трупа!

– Они напали на меня, – повторил Венатор дрожащим голосом. Он дико замёрз. – Я оборонялся. Иначе валялся бы сейчас дохлый…

– Я всё понимаю, но это слишком, – перешёл на шёпот сенатор и резко остановился перед оперативником. Он наклонился близко к его лицу, дыша тяжело, как астматик. – Но не может же быть такого… Чтобы боевой оперативник и сразу троих…

– Они напали на меня! – повторил следопыт. – Из-за этой утренней аварии!

– Ты же сам знаешь, что это не первый раз, – страшным шёпотом проговорил сенатор, скрежеща зубами. – По директиве ты должен задерживать криминальные элементы, а не уничтожать, если ты не на службе. Ты знаешь, кто эти ребята?!

– Да башку они мне хотели открутить, неужели ты не понимаешь, Супербус?! – воскликнул Венатор и вскочил. Страшная догадка поразила его лишь сейчас. – Только не говори, что…

– Оставайтесь на месте, уважаемый, – сказал один из полицейских в чёрной кепке, стоявший прямо за своим автомобилем. – Вы задержаны, вы можете не давать показания против себя…

– Супербус, – проговорил Венатор, ошалело уставившись на своего теперь уже бывшего начальника.

– Я сделаю, что смогу, – ответил тот, заломив за спиной свои руки. – Я понимаю, сколько сил и труда ты вложил в борьбу с преступностью, поэтому я сделаю всё, что в моих силах, чтобы вытащить тебя…

– Вытащить откуда? – спросил Венатор с таким искренним удивлением, будто был пятиклассником, которого отдавали в детский дом. Всё было очевидно. Он застрелил двоих и зарезал одного, а теперь к нему идут несколько полицейских, заполнивших протоколы осмотра места происшествия. И у одного из них побрякивают наручники, в свете мигалки отливающие серебром.

– Руки, уважаемый, – бросил один из них, державший в руках толстую папку. Ещё двое сразу же положили руки на свои пистолеты. – Мы вынуждены доставить вас в отделение для проведения прокурорской проверки.

– Да что это за бред? – воскликнул оперативник, ощущая, как холодные браслеты защёлкиваются на его запястьях. Такого с ним ещё не бывало. – Вы разве не видите, что здесь произошло?

– Видим, конечно, – отозвался тот же полицейский. – Вы убили троих… эм… граждан на подходе к собственному дому. Если вам нечего скрывать и нечего опасаться, то успокойтесь – следствие разберётся. – И он ухмыльнулся. Такой улыбкой, что у Венатора внутри всё похолодело. Так улыбаются охотники, когда к ним в капкан попался огромный медведь.

– Я тебя вытащу, – сказал сенатор без особого энтузиазма. – Ты не думай, что я тебя брошу. Ты же мой самый лучший солдат. Это не конец.

«Это конец», – подумалось Венатору, а потом его грубо запихнули в автомобиль.