Сердца, горящие в сумерках. Полное издание

Глава 4

Весь следующий день я провела как на иголках, всё время думая о том, что случится вечером. Моё безрассудство удивило даже меня, но любопытство перевешивало все, откровенно говоря, слабые доводы рассудка.

Сразу после окончания занятий я направилась на своё любимое место — наблюдать за вечерним цветением. Но это магическое действо не занимало меня сегодня: я то и дело оглядывалась по сторонам в поисках Айгела или хоть чего-то, что могло быть опасным или неожиданным. Но не произошло ровным счётом ничего.

Я была даже разочарована. Что ж, похоже, доверять словам Айгела не стоило. Зато я всё пропустила и даже не помнила, в какой сегодня цвет окрасились лилии перед закрытием, а это была моя любимая часть.

На улицах стало темно, и зажглись фонари, когда я брела в сторону замка.

— Элисия?! — раздался сзади незнакомый мужской голос. Я обернулась.

Передо мной стоял парень, лицо которого показалось мне знакомым, а форма лишь подтверждала, что мы точно виделись в академии. Его тёмно-каштановые волосы растрепались от ветра — а может, он просто бежал за мной.

Когда я остановилась, он нагнал меня.

— Привет! Элисия, верно? — Он явно бежал, так как его голос был сбивчивым и неровным.

— Да, — кивнула я.

— Слушай, я знаю, вы дружите с Дерией. Можешь ей кое-что передать? — Он протянул мне несколько сильно исписанных тетрадей.

— А почему ты сам не можешь ей отдать?

Он слабо улыбнулся.

— Я не успел, она уже ушла из академии. Это для Айгела — он забыл их сегодня, а завтра у нас пробный тест. В общем, я часто вижу вас обеих вместе, и он говорил, что ты тоже живёшь в замке. Когда увидел тебя, решил, что это мой шанс. Если Айгел завтра провалится, он мне голову снесёт, а самому тащиться в замок и искать его там у меня нет никакого желания. Ну что, поможешь?

— Хорошо, я передам их Дерии, а дальше уже не моя проблема.

Теперь его улыбка стала намного шире — он явно был рад и этому.

— Спасибо! Меня, кстати, зовут Эдарис. Приятно познакомиться.

Он протянул руку, и я ответила на его рукопожатие. Оно было сильным и уверенным, а его ладони — мягкими, без единой мозоли, что сильно удивило меня: даже у меня были мозоли от тренировок на мечах.

— Взаимно, — я убрала руку и развернулась в сторону замка, думая, что наш разговор окончен.

— Подожди… — Его голос казался немного смущённым, и я снова повернулась к нему. — Я хотел отблагодарить тебя за помощь. У моей семьи пекарня недалеко от набережной — заходи как-нибудь после занятий, я угощу тебя. Можете прийти вместе с Дерией.

Теперь уже и я улыбалась, потому что сразу поняла, о какой пекарне он говорил. На набережной была только одна — моя самая любимая, где даже зимой продавали сладости со свежими ягодами.

— Хорошо, — я кивнула, улыбаясь, чем явно обрадовала его. После чего снова развернулась и быстрым шагом направилась в замок. В этот раз он меня уже не останавливал.

Добравшись до своей комнаты, я быстро переоделась и сразу помчалась к Дерии — надо было успеть отнести ей тетради до ужина. Сегодня меня позвали на ужин Сатти и Сераф, опаздывать было нельзя.

Я застала подругу склонившейся над какой-то книгой. Она делала записи и была настолько увлечена, что мне пришлось постучать трижды, чтобы она заметила моё присутствие.

— Я сегодня не могу поужинать вместе — отец сказал, что у него есть что-то важное, что стоит обсудить в семейном кругу. — Дерия, даже не обернувшись, поняла, что это я, и разговаривала не разгибаясь.

— Я пришла не за этим, — я положила тетрадки перед ней на стол. — Меня попросили передать это Айгелу. А так как вы сегодня ужинаете вместе, это не будет проблемой.

Она бросила быстрый взгляд на меня и кивнула.

— Хорошо, передам.

Я уже думала развернуться и уйти, когда моё любопытство перевесило.

— Дерия, да что ты там делаешь?

Она широко улыбнулась, но не подняла головы.

— Ищу что-нибудь, что поможет найти ту глупую вещь, которую спрятали пятикурсники. Завтра начинается охота — хочу подготовиться.

— А ты не знаешь, что это?

— Нет, конечно, никто не знает — в том-то и суть этой игры.

Я опешила: ведь я-то знала. Получается, я единственная из всего курса, кто знает, что искать.

Я открыла рот, чтобы рассказать Дерии о предмете пропажи, но слова застряли в горле. Заклинание сокрытия не позволило мне произнести ни слова.

— Ты бы тоже подготовилась. В конце концов, на кону исполнение одного желания. Я уже такое придумала — не терпится скорее выиграть!

— Хорошо, может, поделишься со мной тем, что найдёшь?

— Угу, — она кивнула. — Тем более искать вместе легче.

— Согласна, поможем друг другу.

Это единственное, что я смогла сказать, но внутри меня зрела уверенность, что мы с ней точно победим в этой игре.

Глава 5

На следующий день профессор Фирон, преподаватель искусства магии из Поляриса, позвал в столовую весь второй курс после окончания последнего занятия. Он всего первый год работал здесь и хотел заслужить расположение студентов и преподавателей, отчего сразу стал любимцем первых. Студенты часто просили его о помощи и очень ему доверяли, так как он никогда не отказывал.

В столовой был весь пятый курс, который всегда занимал ряды возле окна. Кто-то сидел прямо на столах, давая понять, что это будет неформальная встреча. Я сразу увидела Айгела — он стоял рядом с профессором, и они что-то очень бурно обсуждали. Было видно, как Айгел зол, и почему-то это заставило меня напрячься. Как будто впереди меня ждала битва, а не глупое студенческое объявление.

Я отвернулась к Дерии, намереваясь спросить, не знает ли она, что случилось с её братом, но в этот момент встретилась взглядом с Эдарисом. Он сидел на столе недалеко от того места, где стояла я, и, увидев меня, слегка махнул рукой, отчего его сразу ударил в бок другой пятикурсник, сидевший рядом, и они что-то живо начали обсуждать.

— Айгел очень зол, — тихо прошептала мне на ухо Дерия. — Что-то пошло не так.

— Почему ты так думаешь? — Я склонилась ближе к подруге.

— Он редко злится настолько сильно. Только если всё идёт не по его плану.

Нас прервал громкий голос профессора Фирона.

— Прошу тишины, второкурсники!

Весь мой курс замолчал и уставился на профессора, а пятикурсники продолжали разговаривать, но уже значительно тише.

— Как вы знаете, по старой традиции нашей академии пятикурсники украли что-то из кабинета директора и спрятали это на территории академии. Теперь они приглашают второкурсников присоединиться к игре, чтобы понять, что было похищено, и, конечно, найти это.

Кто-то рядом со мной очень громко выдохнул, как будто давно ждал этих слов. Я повернулась и заметила Вирису, мою сокурсницу. Её взгляд был направлен в сторону одного из пятикурсников. Похоже, и у неё было желание, которое она хотела бы, чтобы он исполнил.

Я слегка улыбнулась и снова повернулась к профессору.

— В этом году мы немного изменили правила, чтобы игра была более честной, — продолжил он. — Вещь, что была украдена, заколдована. Теперь выиграть может только один из вас — тот, кто первым из второкурсников коснётся её. У вас есть месяц на поиски. Игра начинается прямо сейчас.

— А что будет, если мы ничего не найдём? — раздался робкий голос из толпы.

— Тогда вещь вернётся в кабинет директора. Всё просто.

Дерия повернулась ко мне.

— Теперь я понимаю брата. Они изменили сроки игры — раньше искать можно было до дня последнего экзамена, а теперь всего месяц… Это просто невозможно.

Мне показалось, что у неё из ноздрей пошёл пар, хотя, может, и не показалось — чего только не бывает с драконами…

— Но месяц — это очень мало, — теперь уже заговорила я, обращая на себя всеобщее внимание.

Айгел посмотрел на меня в упор и улыбнулся, но его улыбка осталась холодной.

— Так было решено советом профессоров, чтобы не отвлекать пятикурсников от подготовки к выпускным экзаменам.

В столовой поднялся гул голосов. Студенты явно были не согласны с новыми правилами.

Я продолжала смотреть на Айгела и увидела, как к нему подошёл один из тех, кто был тогда с ним в кабинете директора. Теперь они оба смотрели на меня, и я видела, как меняется лицо Айгела.

— Ох, что-то назревает.

— Что?

Я плохо слышала, что говорила подруга, но всё равно повернулась к ней.

— Если никто не найдёт украденное, то пятикурсники не получат права провести выпускной так, как хотят, или он вообще будет отменён.

Она стояла совсем близко и говорила тихо, как будто рассказывала огромную тайну.

Студенты начали расходиться, продолжая громко обсуждать услышанное. Дерия подхватила меня за локоть, и мы тоже направились к выходу.

Уже у двери кто-то резко дёрнул меня за руку и потащил в сторону от подруги. Я повернулась и увидела ониксовые глаза Айгела.

— Ты не должна победить, Лис. — В его голосе сквозила такая злость, что холод пробежал по моей спине.

— Что? Почему?

— Будь осторожна, всё не то, чем кажется. — Он наклонился ко мне. — Я знаю, что Дерия нашла то, что поможет вам, а ты знаешь, что именно нужно искать. Но если ты победишь…

— Ты что творишь? — Дерия наконец догнала нас. — Тебе ведь нельзя никому ничего рассказывать!

— Я даю напутствие вам обеим — не стоит в это ввязываться.

— За месяц это всё равно невозможно. Тебе ли не знать, сколько вы искали, когда были на втором курсе?

Он внимательно посмотрел на сестру, видимо обдумывая что-то.

— Почти четыре месяца.

— Это ведь ты тогда победил. Точнее, ты и твой друг — забыла, как его зовут.

— Сейчас это неважно. — Он внимательно посмотрел на сестру. — Я знаю, что ты нашла в книге отца. Просто прошу — держитесь от этого как можно дальше.

— Или что? Ты ведь не переживёшь, если я выиграю, да?

Я видела, как заиграла вена на его шее. Он был не просто зол — он был разъярён. Но больше ничего не сказал, развернулся и влился в выходящую толпу.

— Я устала от моего брата, — сказала Дерия, прижимаясь ближе ко мне и пытаясь тоже наконец выйти на улицу.

— Он сильно расстроен. Думаешь, тут что-то более серьёзное?

— Возможно, но он никогда нам не скажет. Они все связаны заклятием сокрытия, чтобы никто не проболтался. Так что остаётся только догадываться.

Мы наконец вышли на улицу, и свежий осенний воздух наполнил мои лёгкие. Но вместе с ним меня пронзило очень плохое предчувствие — я не могла понять почему. Это ведь всего лишь глупая игра.

Сделав несколько глубоких вдохов и пытаясь успокоиться, я повернулась к подруге, вспомнив кое о чём.

— Пойдём поедим пирожных? Мы так давно не были в той пекарне на набережной.

Конечно, это никак не было связано с Эдарисом, который нагнал меня вчера. Хотя, надо признаться, я была бы не против увидеть его ещё раз и, возможно, даже поговорить.

Лицо Дерии озарила широкая улыбка.

— С радостью! Тем более я давно хотела попробовать их мягкий шоколадный десерт!

Глава 6

Вечер выдался удивительно тёплым — редкий подарок осени, когда воздух ещё хранит дыхание лета, а свет фонарей отражается в воде мягкими золотыми пятнами.

Мы с Дерией шли по набережной, болтая о пустяках и наблюдая, как распускаются лилии.

— Если они действительно заколдовали предмет, — сказала Дерия, задумчиво глядя на воду, — то, может, искать его нужно не просто в академии, а где-то глубже. В старых подземельях под главным корпусом.

— Или они спрятали это прямо у нас под носом, — усмехнулась я. — Но так, чтобы никто и не подумал там искать.

Она засмеялась, и смех её прозвучал как перезвон стекла — лёгкий и искренний. Мы как раз подошли к пекарне.

Тёплый свет лился из окон, запах свежей выпечки буквально обнимал.

Маленькие колокольчики над дверью звякнули, когда мы вошли.

Внутри было почти пусто: пара студентов у окна, пожилая женщина за стойкой и знакомая фигура у прилавка — Эдарис.

Он стоял, засучив рукава, и что-то оживлённо рассказывал женщине, пока та пила чай. Увидев нас, он обернулся, и его лицо озарилось радостью — настолько искренней, что я невольно улыбнулась в ответ.

— Вот это сюрприз! — воскликнул он, подходя ближе. — Я даже не думал, что ты так быстро примешь моё приглашение.

— А это у нас кто? — спросила Дерия, внимательно посмотрев на меня.

— Эдарис, — вежливо ответил он и даже слегка поклонился. — Это я вчера просил Элисию передать конспекты для Айгела.

— Тогда привет, Эдарис. — Дерия слегка улыбнулась, направляясь к витрине со сладостями. — У вас есть мягкий шоколадный десерт? Всегда хотела попробовать.

— Конечно, сейчас принесу. Можете сесть за любой столик. А что будешь ты, Элисия?

— Что-нибудь с ягодами, на твой вкус.

— Будет сделано.

Мы сели за стол у окна. Сквозь витражи виднелась набережная, где фонари отражались в воде, а вдали слышалось тихое гудение вечернего города. Мир, казалось, дышал теплом и покоем.

Через несколько минут Эдарис вернулся, неся поднос с миниатюрными десертами — словно произведениями искусства.

— Прошу, — он поставил перед нами тарелки. — Это «Шоколадное сердце дракона» — тёплый десерт с жидкой начинкой и ароматом специй. А это — «Звёздный напев», ванильный крем с мёдом и лепестками лилий. И наконец, моё любимое — «Ночная фея»: пирожное с ягодами и лёгким вкусом лимона.

— Какие поэтичные названия, — рассмеялась Дерия. — Надеюсь, вкус у них соответствующий.

Я покраснела и уткнулась в десерт.

— Дерия… — прошептала я.

— Думаю, вкус вас тоже удивит, — мягко сказал Эдарис, подавая мне чашку с дымящимся напитком. — Это чай с горными травами. Помогает расслабиться после тяжёлого дня.

Он говорил просто, без намёков и игры, с той открытостью, которая разоружала. В его глазах цвета древесной коры не было ни тени надменности, ни того холодного превосходства, что я видела в Айгеле. Только доброта и чуть заметное волнение — будто он боялся сказать что-то не так.

Мы сидели втроём и говорили обо всём: о занятиях, о преподавателях, о том, как в Финтраэле много магии.

Он рассказывал истории из Валтариана — города рудокопов, где родился, — о холодных рассветах и о том, как его отец однажды придумал рецепт десерта, похожего на снег.

Я слушала и ловила себя на том, что мне спокойно. Тепло. Как будто рядом со мной не просто парень, а кто-то, кто знает, как вернуть в мир вкус простых вещей — запах теста, смех, шелест дождя.

— Знаешь, Элисия, — сказал он в какой-то момент, когда Дерия увлеклась поеданием очередного десерта, — ты совсем не похожа на тех, кто живёт здесь.

Я подняла на него взгляд.

— И чем же я отличаюсь?

Никто, кроме Сатти и Серафа, не знал о моём божественном происхождении — все думали, что я простая ученица Сатти, которую та нашла в Маскодонии.

Эдарис широко улыбнулся.

— Твои глаза. Никогда не видел такого оттенка — они похожи на ночные фиалки.

Эти слова почему-то тронули меня сильнее, чем я ожидала. Я отвела взгляд, чтобы скрыть улыбку, но ощущение осталось — лёгкое, искрящееся, как отражение лунного света на воде.

На улице стало совсем темно, и мы засобирались домой.

Когда мы уходили, город утопал в мягком тумане. Воздух пах сладким тестом и прохладой.

Эдарис проводил нас до дверей, и, когда я обернулась, он стоял у порога всё с той же открытой улыбкой.

— Спасибо за вечер, мне очень понравилась «Ночная фея», — сказала я.

— Это я должен благодарить за то, что пришли и составили компанию. Сегодня посетителей немного, — ответил он. — Вам тут всегда рады, приходите ещё!

Наше общение было таким естественным, будто мы были знакомы не два дня, а гораздо дольше.

Мы с Дерией вышли на набережную. Лилии закрылись, и лунный свет лежал на воде серебряным шёлком.

— Он милый, — заметила Дерия.

— Очень, — ответила я, стараясь говорить спокойно.

Но сердце уже знало: Эдарис мне понравится.

Он был не таким, как Айгел, — не холодным, не опасным, не загадочным.

Просто добрым. Тёплым. И в этом тепле было что-то живое, настоящее, без игр и тайн.

Глава 7

Ночь опустилась на Финтраэль мягко, почти ласково. Ветер стих, луна повисла над башнями замка, и казалось, будто сам воздух стал прозрачнее. Я долго ворочалась в постели — мысли о завтрашнем дне, о странной игре, об Айгеле и его предупреждении и, конечно, об Эдарисе. Всё путалось в голове, мешая уснуть.

Когда глаза всё же сомкнулись, реальность незаметно перетекла в сон.

Я стояла у берега знакомого городского пруда.

Туман стелился над водой, а серебряные лилии уже распустились, словно звёзды, упавшие с неба. От них исходило мягкое свечение — сегодня оно было серебряным, как луна.

Тишина была такой глубокой, что я слышала собственное сердце. И вдруг откуда-то позади раздался голос. Нежный, тихий, будто весенний ветер.

— Элисия...

Я обернулась, но никого не увидела. Только лёгкое движение воды.

— Не бойся. Ты ищешь то, что спрятано.

— Кто ты? — спросила я, делая шаг к озеру. Волна коснулась босых ног — холодная, как дыхание зимы.

— Я память. И я знаю, что ты ищешь.

— Ты знаешь, где это?

— Да. То, что украли, спрятано среди тех, кто не видит свет. Найди лилии, и они укажут дорогу.

Свет вокруг стал ярче, вода вспыхнула серебром, и поверхность озера вдруг покрылась узором — словно сетью древних рун, складывающихся в слова. Я не успела их рассмотреть: всё расплылось, как будто кто-то сорвал покров с зеркала.

Внезапно вспыхнул яркий свет, ослепивший меня, — и я проснулась.

Сердце бешено колотилось. Комната была залита бледными лучами рассвета. Я подняла руку, чтобы стереть пот со лба, — и замерла.

На ладони лежал серебристый лепесток лилии. Тонкий, хрупкий, прохладный — словно только что срезанный.

Я долго не могла отвести от него взгляд.

Получается, это был не просто сон.

Вскочив с кровати, я отправилась во двор на утреннюю пробежку, где меня, как обычно, ждала Ностра. Но ни Дерии, ни Айгела сегодня не было, что меня изрядно удивило и даже расстроило.

После я вернулась к себе и начала собираться на занятия — нужно было срочно всё рассказать подруге.

Я нашла Дерию в коридоре академии. Она сидела на подоконнике, задумчиво что-то записывая в тетрадь. Утренний свет ложился на её волосы золотыми бликами. Увидев меня, она нахмурилась и ловко спрыгнула на пол.

— Что с тобой, Лис? Ты бледна как смерть.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать, — прошептала я, осторожно оглядываясь. — Только не здесь.

Мы свернули в сторону от основного коридора, в закоулок, где было пусто, и я рассказала всё: про озеро, про голос, про лилии и про то, как проснулась с лепестком в руке.

Дерия слушала, не перебивая. В какой-то момент её глаза блеснули, как будто внутри них вспыхнула искра.

— Лилии, говоришь?.. — тихо произнесла она и резко схватила меня за руку. — Пойдём!

— Куда?

— В старый сад.

Он находился позади академии, за высокой каменной аркой, заросшей плющом. Когда-то здесь проводили балы и летние праздники, но теперь место забросили. Сюда приходили только влюблённые — спрятаться от чужих взглядов, посидеть на старых каменных лавочках, обвитых дикими розами.

Воздух пах влажной травой и пылью, а над кронами деревьев дрожал солнечный свет, пронизывая ветви.

В центре сада был маленький пруд, а в нём — серебряные лилии. Такие же, как на набережной и как в моём сне.

Мы подошли ближе.

Я присела на корточки, осторожно коснулась одного из лепестков — и почувствовала, как по коже пробежала дрожь.

— Чувствуешь? — спросила я. — Они… как будто живые.

— Магические, — кивнула Дерия. — Но ничего необычного я не вижу.

Мы обошли весь пруд, проверили каждую клумбу. Я искала хоть что-то: блеск камня, запах магии, след руны, — но всё оставалось прежним. Только ветер колыхал лепестки, и вода тихо звенела, когда на неё падали капли росы.

— Может, мы неправильно поняли? — устало сказала я. — Где-то ещё тут есть лилии?

— Нет, — ответила Дерия, сжав губы. — Только в этом старом саду и на набережной, но она не подходит — искать нужно в пределах академии.

Мы ещё немного постояли, потом медленно направились обратно.

По дороге мне всё чудилось, что за нами кто-то наблюдает. Сад словно жил своей тайной, и в тишине за нашими спинами едва слышно шуршали листья.

— Не волнуйся, Лис, — сказала Дерия, будто почувствовав мои мысли. — Мы что-нибудь придумаем. Уверена, лилии приснились тебе не просто так.

Я кивнула, но внутри осталась странная тяжесть.

Когда мы вошли в главный двор, мне показалось, что на ладони всё ещё лежит серебряный лепесток, даже если его уже не было.

Глава 8