Zero

Посвящается Урсуле

Посвящается моим родителям

«Познай себя».

«Сначала мы создаем инструменты, а затем инструменты создают нас».

«Мы хотим, чтобы Google стал третьим полушарием твоего мозга».

«Лучший способ предсказать будущее – сотворить его».

Примечание

«Зеро» можно назвать утопией, но все описанные в книге технологии уже существуют, так же, как и ведут свою работу упомянутые отделы полиции в Лондоне (Служба столичной полиции) и Нью-Йорке (RTCC[1]).

Благодаря постоянному сбору данных и все более изощренным компьютерным программам концерны уже давно предугадывают наше поведение в различных областях жизни со все возрастающей точностью. На основе прогнозов они предлагают наиболее подходящие нам товары и услуги или же умалчивают о совсем неподходящих. В последнее время в этой области появляется все больше приложений для индивидуального использования. Люди окружают себя такими программами – от систем навигации («Этот маршрут проведет тебя мимо пробок!») и фитнес-аппов («Рекомендуемая тебе дистанция для пробежки на всю предстоящую неделю составит…») до виртуальных коучей – в надежде сделать свою жизнь удобнее, здоровее, безопаснее – одним словом, лучше. Однако программы-советчики пока далеки от совершенства.

Цифровые очки – уже реальность в некоторых странах.

Несмотря ни на что, эта книга – детектив. Все персонажи в ней вымышлены, сходства с реально живущими людьми – случайны.

В конце книги вы найдете список терминов на случай, если захотите прояснить значение непонятных вам слов.

Peekaboo777[2]: Все готовы? Дальше ни для кого из нас в этом мире не найдется спокойного местечка.

Teldif: Готов.

xxxhb67: Готов.

ArchieT[3]: Готов.

Snowman[4]: Готов.

Submarine[5]: Готова.

Nachteule[6]: Готов.

Peekaboo777: О’кей. Тогда: запускаем!

Понедельник

– У тебя там что, камни? – спрашивает Синтия Бонсант, с кряхтением передвигая большую коробку под нос своему новому коллеге на его половину их общего письменного стола.

Поклажа практически выламывает ей суставы из плеч.

– Тонна крутейших приблуд, – мечтательно произносит Джефф. – Тестовый материал от Департамента технологий.

Он вынимает пластмассовую неваляшку с горящими глазами из коробки, набитой устройствами и кабелями.

Департамент технологий! Взвинченно Синтия проводит рукой по волосам, взъерошенным сосулькам, которые от прикосновения только больше торчат в разные стороны. Она старательно приглаживает волосы, в то время как ее взгляд блуждает по новому оупен-спейсу, в который Daily сгоняет и принтовиков, и онлайнщиков. За шестью длинными рядами столов старые и новые коллеги деловито распаковывают свои пожитки, раскладываются, расставляют, словно на конвейер линии выдачи, офисные принадлежности. В вереницу выстраиваются мониторы; между ними айтишники протягивают последние кабели, которые, словно выпущенные кишки, свешиваются, болтаясь, из аппаратов. В помещение все прибывают и прибывают коллеги, прижимая к животам коробки, протискиваются, ищут свои рабочие места. И всю эту толпу сверху из исполинского экрана на стене в передней части зала заливает мерцанием поток контента мировых информационных агентств, веб-сайтов, социальных сетей. Под ним – бегущая строка для свежеприбывших:

«Добро пожаловать в ньюсфлор Daily!»

– В ньюсфлор, – бубнит Син. – Скорее, в машинный зал.

Она принимается за коробку со своими пожитками.

Никаких крутейших приблуд.

Решительным движением она ставит перед новеньким монитором потертый стаканчик для ручек и карандашей. Рядом с ним кладет блокнот.

Когда она поднимает взгляд, Джефф уже распаковался и напряженно глядит в монитор. Другие коллеги тоже прервали свою конвейерную работу и шепчутся, сбившись в группки и поглядывая на мониторы компьютеров.

– Очуметь, – бормочет Джефф, почесывая свою козлиную бородку. – Ты только посмотри!

В следующий миг из кабинета выскакивает главный редактор. Энтони Хист.

– Быстро дайте трансляцию на видеопанель!

Но там во всех окошках уже идет одно и то же: дрожащая воздушная съемка поля для гольфа. В лесу за ним, разбросанно, крыши. Над одной из них развевается звездно-полосатый флаг.

– Дрон… какой-то дрон несется прямо на него… – заикаясь, шепчет Джефф.

Син узнает президента Соединенных Штатов. Он ставит мячик для гольфа на подставку, готовясь сделать удар. Чуть поодаль от него стоит жена, на двух других участках поля их дети без энтузиазма лупят клюшками по мячам. В нескольких метрах от президентского семейства под прикрытием черных очков скучают телохранители.

– Эти кадры из загородной резиденции президента уже несколько секунд транслируются в интернет в прямом эфире, – взволнованно затараторил телеведущий с видеопанели. – За мгновение до начала передачи организация под названием «Зеро» объявила широкой общественности и СМИ через социальные сети об этой акции. Мы пока не знаем, как дроны обошли систему безопасности, равно как и то, что на уме у «Зеро».

Когда летающая камера устремляется на президента США, у Син начинает колотиться сердце. «Они там что, слепые?» Кое-кто из коллег в ужасе вскрикивает. Даже айтишники прекратили свое занятие и уставились на видеопанель.

Президент замахивается, делает удар, провожает мяч взглядом. Втаптывает подставку в газон и выкрикивает что-то мячу вслед. Явно не комплимент, предполагает Син, судя по его физиономии. Тут выражение его лица искажается. Рука вытягивается вперед, и палец указывает на камеру, он оборачивается к телохранителям, срывается с места и бежит к жене и оцепеневшим от шока детям. Вслед за ним гуськом пускаются охранники. Из леса на поле врываются два черных внедорожника. Колесами они рвут газон, в то время как охранники своими телами прикрывают президента с семьей.

Между деревьями и крытыми проходами появляется группа людей. Несколько человек спешат к президенту. Остальные кто нервно осматривается по сторонам, кто глядит в бинокль, кто торопливо набирает сообщение на смартфоне или планшете, кто вопит в гарнитуру.

Толпа телохранителей спешно прячет first family[7] в близстоящий автомобиль. Земля и ошметки газона бьют фонтаном из-под колес, и машина скрывается в лесу. Лишь сделав глубокий вдох, Син понимает, что от волнения затаила дыхание.

В следующий миг ее пульс снова учащается, когда летающая камера через просветы в кронах деревьев находит на дороге автомобиль. Стекла окон второй машины опускаются, и оттуда высовываются мужчины с автоматами, они держат под прицелом небо до тех пор, пока оба внедорожника не въезжают в комплекс зданий и не скрываются в гараже.

– О’кей, – выдохнув, объявляет телеведущий, после того как закрывается дверь гаража. – Похоже, теперь президент со своей семьей в безопасности.

– Бегущая строка готова? – кричит Энтони и ослабляет узел галстука. – Мы можем запустить стрим на сайте? Заголовок: Покушение на президента США…

Взволнованные возгласы из машинного зала обрывают его. На дрожащих кадрах из ярко освещаемого гаража Син узнает те самые внедорожники. Президент, его семья и телохранители на негнущихся ногах выходят из машин. Они не подозревают о проникших внутрь дронах. Пока не вскрикивает ребенок. И все снова пускаются наутек. Как будто за ними гонится рой разозленных пчел, думает Син и вздрагивает.

Под прикрытием телохранителей президентская семья добегает до выхода из гаража, а двое оставшихся там охранников беспомощно палят в воздух из пистолетов. Позади них по стенам носится тень величиной с кулак.

– Черт! Как они сюда проникли? – кричит один из них, направляя дуло пистолета на камеру.

Картинка на видеопанели сменяется смазанными изображениями стен, автомобилей, людей, которые сопровождают оглушительные выстрелы. Затем мониторы чернеют, и в эфир врываются тараторящие наперебой телеведущие.

Машинный зал разом вздыхает. Син не знает, облегчение это или разочарование.

– Дерьмо! – выкрикивает Джефф, когда возвращается изображение. – У них там камера внутри!

Съемка с лягушачьей перспективы, хаотично бегающие пары ног. Где-то затаилась скрытая камера, как зверек, которого охотник загнал в угол. Син невольно испытывает сочувствие к этому затравленному зверьку. Несмотря на то что, вероятно, это он покушается на президента США.

– Там их еще несколько, Чак! – рычит глава аппарата Белого дома Эрбен Пенникотт в телефонную трубку.

Его свободная рука от напряжения сжимается в кулак. На экранах компьютера и телевизора в своем кабинете Эрбен наблюдает, как семья президента и телохранители подбегают к выходу из следующего помещения. Объектив закрывает пара черных берцев. Вдруг камера пролетает мимо них, устремляется к президенту. Гремят выстрелы. Раздаются вопли. На показавшийся бесконечным миг камера ловит распахнутые в ужасе глаза самого могущественного человека в мире, черное отверстие его разверстого в крике рта.

– Проклятье! И снова проклятье! – говорит про себя Эрбен и кривит лицо.

Эти кадры обошли весь свет. На них президента выставили далеко не в лучшем свете. От его превосходства ни следа!

После очередного огневого залпа монитор чернеет. С прижатой к уху трубкой Эрбен глядит в пустой экран. Он не знает, кто разрядил обойму. Его ребята или дроны? Голоса телеведущих заглушают друг друга. Что, если президент или кто-нибудь из членов его семьи ранены? Он срывается с места.

Словно спринтер, он несется без устали по коридорам и анфиладам комнат огромного комплекса зданий. Снова гремят выстрелы. Очередная комната, в которой могли бы жить десять человек, двустворчатая дверь в противоположном ее конце распахнута. Словно перепуганные орущие гномы, к нему бегут дети президента, за ними первая леди, сам президент и его многочисленные телохранители. Боковым зрением Эрбен замечает скользящую у них под ногами тень. Свита проносится мимо него, охранники бездумно палят из пистолетов в пол.

– Вы с ума сошли? – кричит он на них. – Где эта срань?

Ругаясь, он мечется взглядом между видеотрансляциями на своем смартфоне и обстановкой комнаты.

– Вон там! – кричит один из телохранителей рядом с ним и целится под один из диванов.

Эрбен бьет его по руке снизу. Залп гремит в потолок, облако из декоративной штукатурки опускается на них.

– Прекрати шмалять! – орет он.

Под диваном небольшой шагающий робот. Эрбен быстро высвобождается из своего пиджака и бросается на металлического выползня. Как отловщик собак расправляет свою сеть, он расправляет пиджак и набрасывает его на аппарат.

– Ах! – многоголосо стонет ньюсфлор от разочарования, когда с экранов пропадает изображение.

Но сожаление длится недолго. Ликованием встречают они лягушачью перспективу еще одной камеры. Она показывает, как Эрбен Пенникотт одной рукой ощупывает изнутри свой скомканный пиджак и с триумфом вытягивает ее вверх зажатой в кулак. Между его цепкими пальцами дрыгаются металлические лапки. Быстрыми движениями он выдергивает их. Дальше он торопливо ощупывает то, что осталось, – нечто размером с мышь.

– Что это? – спрашивает Син. – Что он там делает?

– Разве не видно? – отвечает Джефф. – Это шагающий мини-робот с камерой. У Пенникотта еще в студенчестве была интернет-фирма, которую он продал за пару сотен миллионов. Кто-кто, а он в этих штуках разбирается.

И действительно, в следующую секунду глава аппарата демонстрирует нечто, зажатое двумя пальцами, что Син не может идентифицировать.

– Сим-карта! – раздается бас Пенникотта, в то время как охранники лихорадочно ищут другие камеры.

Затем он кричит:

– Сейчас же отрубайте все сотовые сети в регионе!

Густая тень опускается на уцелевшую камеру, голоса притупляются. Кто-то накинул пиджак и на второго шагающего робота.

– Кто или что такое «Зеро»? – гремит голос Энтони в стенах ньюсфлора. – Террористы? Чарли, ты что-нибудь разузнал?

– Интернет-активисты, – ответил Чарли, почесывая в затылке.

Он – живое ископаемое в Daily, Син знает его еще по печатной редакции. Она готова биться об заклад, что по утрам он считает по календарю дни до выхода на пенсию, и так уже давно.

– Наподобие «Анонимуса»[8]. Только неизвестные. Выставили в сеть парочку видео с методичкой, как обезопаситься от якобы тотальной слежки. «The Citizen’s Guerilla Guide to the Surveillance Society»[9].

– Ну, неизвестными их больше не назовешь. Черт возьми, какая дерзость! Не хотел бы я оказаться в их шкуре, когда до них доберется ФБР!

Несколько минут Син слушает кудахтанье переполошившихся коллег, пока не начинает подозревать, что шоу закончилось. С президентской дачки запретных изображений больше не поступает. Айтишники заползают обратно под столы, подключают кабели и вкручивают последние шурупы.

– Что теперь? – спрашивает Джефф.

– Теперь вы мне из этого состряпаете новость! – отвечает Энтони.

Он хитрый проныра, одного с Син возраста, менеджер и бухгалтер, который хотел бы походить на креатора, если судить по его одежде и стрижке. Собственники медиагруппы усадили его в кресло начальника, чтобы «вести ее в будущее». А оно, разумеется, в интернете.

– Джефф, Чарли, вы оба ищите информацию о «Зеро». Выискивайте все, что только можно! Син освещает расследование.

– Интернет не моя стихия, – напоминает она ему, принявшемуся рыться в своей коробке.

Не вставая с места, он отвечает:

– Интернет – тут всеобщая стихия.

– Убитых нет, раненых нет, – осторожно говорит Чарли. – Если это все, то послезавтра о них забудут.

– Но до этого мы выжмем все соки из этой истории! – заявляет Энтони возбужденно, не вынимая рук из коробки. – Да где же они? Ах, вот где!

Он с гордостью вынимает из большой коробки три маленькие коробки. Быстрым шагом он приближается к Син, Чарли и Джеффу и вручает их им.

– Чтобы вы могли осветить историю по-современному! – объясняет он.

– Чувак, круть! – радуется Джефф. – Новехонькие очочки!

Его пальцы мгновенно раздирают упаковку. Он извлекает из нее свою пару, чтобы тут же ее себе нацепить. Следующим движением руки он хватает со стола свой смартфон.

– Это что? – спрашивает Син Чарли.

– Цифровые очки, киберочки – называй, как нравится, – бурчит тот. – На их линзы можно вывести все то же, что ты видишь на экране своего смартфона.

– С каких пор такое возможно?

– Да ты что, Син! – вмешивается Джефф немного игриво. – Как о них можно не знать! Google, а за ними и другие компании представили первые экземпляры еще в 2012-м.

– Новый разработчик предоставил нам для тестирования, – объявляет Энтони воодушевленно. – Идеально подходят для этой темы!

– И что мне с ними делать? – спросила Син. – Я же газетный репортер. Я пишу.

– Искать и давать информацию в режиме реального времени. В этих очках у тебя перед глазами будет все происходящее вокруг плюс вся необходимая информация. Добро пожаловать в будущее!

Син вертит очки за дужку.

– Я же не тележурналист.

– Сегодня каждый журналист – на все руки мастер! – поучает ее Энтони. – Ты или свыкнешься с этим, или станешь никому не нужна.

– Если сегодня каждый сам себе репортер, – обиженно ворчит Син, – то я уже никому не нужна.

– Я тебя услышал, – сказал Энтони. – Теперь смотри, Син, не дай мне поймать тебя на слове. Есть компьютерные программки, которые умеют писать такие статьи, которые не отличить от написанных людьми. Разве только по тому, что они лучше написанных людьми, – шутит он.

И подходит к ней вплотную, чтобы только она могла услышать его шипение:

– Ты уже и так в моем черном списке.

Син нервно отворачивается от него. Рядом с ней Джефф мотает головой туда-сюда.

– Вау! Круто!

Она смотрит на очки в своей руке.

– Выглядят как обычные.

– Так задумано, – объясняет Чарли. – Большинству людей не понравится, если ты будешь околачиваться рядом с ними в цифровых очках. Побоятся, что за ними будут наблюдать и записывать.

– И правильно, – смеется Джефф.

– Похоже, они записывают все, что видят и слышат, – предположила Син. – И сохраняют куда-то.

– Именно, – хихикает Джефф. – Син мутирует в подставку для очков компании, которая способна заглянуть в последние потаенные уголки ее жизни.

– Какие заманчивые перспективы! Для меня разобраться с сотовым телефоном – уже подвиг.

И действительно, к смартфону, лежащему на ее столе, подключена старомодная телефонная трубка. Два года назад дочь этим подарком хотела над ней подшутить.

– Давай я тебе настрою очки, – предложил свою помощь Джефф.

Син принимает его помощь, сама она провозится с ними не один час, а Джефф за секунду установит беспроводное соединение между ее смартфоном и устройством.

– А теперь надень, – требует Джефф. – Звук пойдет через оправу – колебаниями прямо в кости черепа за ушами.

– Это шутка?

– Нет. Это отлаженная технология, которая уже несколько десятилетий используется в слуховых аппаратах.

– Не томите, господа! – говорит Энтони и хлопает в ладоши. – Начинайте!

Син закатывает глаза.

– Ну ладно, кто такой этот «Зеро»?

– Вот он у меня на экране, – говорит Чарли и флегматично отодвигает свой стул в сторону, чтобы освободить место Син и Джеффу.

С мутного черно-белого изображения на Син глядит мужское лицо, которое кажется ей знакомым: меланхоличный и колючий взгляд, густые, неподатливые зачесанные назад волосы, тонкая полоска усов, словно это бровь, только над губой.

– Это же Джордж Оруэлл! – констатирует она.

– Сегодня мне необходимо выговориться, – заявляет английский писатель. – В 1948 году Джордж Оруэлл написал книгу. Под названием «1984».

Во время этих слов лицо Оруэлла деформируется, как будто оно из резины, и превращается в лысую, словно слепленную из теста, голову с черными очками и свирепым оскалом. Звучание голоса тоже меняется, становится ниже.

– В ней всемогущая диктатура с помощью армии доносчиков неусыпно следит за гражданами и диктует им, как жить.

Син читала эту книгу в школе. Шел 1989 год. Никакой тотальной слежки не было и в помине, наоборот, последние дни доживал мировой коммунизм со своей армией доносчиков и стукачей.

– Ах, как же страшно такое себе представить! Жуткая перспектива! Рекламный слоган книги, кстати, звучал так: Big Brother is watching you[10]. Сегодня Big Brother – реалити-шоу.

А этому Зеро явно нравится перевоплощаться. В череде сменяющих друг друга лиц Син узнает американского президента, затем британского премьер-министра, потом немецкого канцлера и глав правительств других стран. Ей вспоминается клип Майкла Джексона времен ее юности, только тогда метаморфозы были намного медленнее. Голос тоже постоянно меняется, он звучит то как женский, то как мужской, и все же он не кажется Син чужеродным, он ей приятен. Своеобразный речитатив оказывает на нее почти гипнотическое воздействие.

– А теперь посмотри на свое правительство. Оно желает гражданам только добра. Оно создает классные системы безопасности, чтобы защитить каждого: PRISM, XKEYSCORE, TEMPORA, INDECT и иже с ними. Эти замечательные системы собирают и обрабатывают всевозможные данные, чтобы заранее распознать любую опасность, потенциально грозящую гражданам.

Син непроизвольно улыбается. В чувстве юмора этому Зеро не откажешь.

– …а что с этого имеет правительство? Его клеймят большим братом! Почему тогда Агентство национальной безопасности отслеживает телефонные переговоры и интернет-трафик по всему миру?

Изображение меняется. В черном костюме и в черных очках Зеро едет в метро. Вокруг него люди болтают по сотовым телефонам.

– Ты думаешь, так весело день-деньской копаться в гигантской помойке из пустых разговоров, чужого чванства и слабоумия? Таким будут заниматься только лишь и исключительно тогда, когда на самом деле заботятся о людях!

Потому что надеются обнаружить в этой помойке следы террористов. Все еще чувствуешь себя в безопасности? Не думаю! Нет? Будешь жаловаться? Будешь продолжать называть правительство большим братом? Как в «1984»?

Изображения стремительно сменяют друг друга, требуя от Син предельной концентрации внимания. Теперь Зеро – молоденькая девушка, блондинка, в красных спортивных шортиках и белой футболке. Она проходит сквозь ряды серых, грустных, обезличенных людей, которые неотрывно смотрят на огромный экран с серьезного вида спикером, и размахивает над головой огромным молотом.

– В 1984 году один производитель компьютеров рекламировал свою новую модель слоганом «Apple Macintosh. И ты увидишь, почему 1984 будет не таким, как „1984”». Тот же производитель, чьи айфоны и айпеды сейчас беспрерывно отслеживают, куда мы ходим и где останавливаемся. Приложения на них копаются в наших контактах и передают их дальше. Если Большому Яблоку не нравится то, что показывают, говорят или делают чужие приложения, он их банит в своем апп-сторе. Голый сосок? Фу, какая гадость! Но давайте будем честны. Google и все прочие откровенно контролируют тебя своими сервисами, смартфонами, очками и сенсорными устройствами точно так же…

Син машинально кивает. Это именно та самая причина, по которой она встречает все технические новинки последних лет с таким скепсисом.

Зеро перевоплощается в полицейского и продолжает:

– Представь себе, твое правительство или полиция требуют, чтобы ты все время носил или носила с собой маленькую коробочку, которая постоянно будет сообщать о твоем местонахождении и действиях. Твой им ответ – средний палец! А цифровой олигархии ты даже платишь за то, что они шпионят за тобой. Это и есть великое искусство контроля! Можно, я тебе отдам свои кровные, чтобы ты установил мое местоположение и использовал мои данные с одному тебе известной целью? У них всем секретным службам мира есть чему поучиться!

Голос Зеро становится тише, резче.

– Они приводят тебе троянских коней, обещают информацию, друзей, карты, любовь, успех, фигуру, скидки и черт знает что еще, но в брюхе у трояна сидят вооруженные наемники и только и ждут момента для удара! Их стрелы точно попадают тебе в сердце и мозг. Они знают о тебе больше, чем любая секретная служба мира. Они знают тебя лучше, чем ты сам знаешь себя! Остается лишь один вопрос, звучавший неоднократно: кто следит за следящими? И кто следит за следящими за ним? Но давайте попробуем дать на него свой ответ. Все следят друг за другом, – почти радостно говорит Зеро нараспев, демонстрируя на камеру средний палец. – Little Brother, I am watching you[11].

В следующее мгновение он становится крайне серьезным.

– Но только не за нами! Я, кстати, убежден, что информационных спрутов нужно мочить.

– Классные эффекты, – говорит Син с уважением.

– Ничего особенного, когда у тебя под рукой современный софт для анимации, – возражает Джефф.

– За последние годы Зеро опубликовал больше сорока таких видео, – говорит Чарли.

– До завтра успею посмотреть, – считает Джефф.

– О’кей, а я посмотрю, что можно разузнать о ходе расследования, – отвечает Син и берет в руки сумочку.

На часах начало восьмого.

– Погоди! – говорит Джефф, увидев, что она собирается уходить. – Ты еще не знаешь самого клевого про очки – распознавание лиц.

– Рас… что?

– Оно уже давно есть в Facebook и фоторедакторах. Разработчики были вынуждены придержать функцию распознавания людей в режиме реального времени, но вот уже несколько месяцев как новые версии позволяют идентифицировать кого угодно с помощью интернета. Мгновенно! Только погляди.

Он надевает очки, смотрит на нее и вручает ей ее смартфон, на котором она видит саму себя. Рядом читает:

Бонсант, Синтия

Дата рождения: 27.07.1972

Рост: 1,65 м.

Проживает: Лондон, р-н Килберн, ул. Пенсворт, д. 11

Сотовый: +4475269769

Телефон: анонимно (больше >)

Эл. почта: cynbon@dodnet.com

Профессия: журналистка

Семейное положение: разведена, с Кордан, Гэри (больше >)

Дети: Бонсант, Виола (больше >), > профиль на Freemee

Мать: Сандвелл, Кэндис † (больше >)

Отец: Сандвелл, Эмери † (больше >)

Фото: …

Больше информации о Freemee:

профессиональная подписка от £ 0,02 (> купить)

анализатор от £ 0,02 (> купить)

– И все это о тебе, – поясняет Джефф. – О-о-о, а кто эта юная леди?

– Моя дочка, – отвечает Син неохотно.

Ей не по себе от безответственного обращения молодежи со своими фотографиями в сети. А в случае ее собственной дочери ей оно категорически не нравится.

– Она гот? – любопытствует Джефф.