Замок на краю бездны

Мелодия постижения

Элифания, дочь Аринасия, ученица Безумного Барда

Выйдя в реальность в подворотне какого-то города, Элька обреченно вздохнула. Устала. Смертельно устала! Вторые сутки без отдыха носится по сотням миров, отыскивая следы выпавших из Сети. Одного Барда она нашла на почти безлюдной планете, относящейся ко вторичной отраженной вселенной, отстоящей от материнской под прямым углом, что было довольно редким явлением. Результатом этого стали довольно странные физические законы и совершенно дикие значения основных констант. Повезло, что выпавший оказался далеко от поселений, проблем с местным населением не возникло. Однако картина взгляду открылась любопытная. Голый Бард прыгал по деревьям с гитарой в руках и громко вопил песни. Вопил, поскольку пением это действие назвать было никак нельзя, только воплями пьяного бабуина. Оставив рядом с ним одного из мастеров Равновесия для контроля, Элька с Палачом отправились дальше.

Следующего, к сожалению, быстро найти не удалось. Судя по всему, он, вываливаясь в реальность, скользнул по границам множества вселенных. Поди найди теперь, в какой конкретно он оказался. Пришлось проверять каждую по очереди, пока Элька не вспомнила о способе аналитического сканирования по алгоритму сходимости, вычитанном в одной книге из библиотеки Дина. Самой изучать высшую алгебру времени не было, пришлось подключить к делу возмущенного такой бесцеремонностью искина ближайшей дежурной станции. Тот долго ворчал об отвратительном характере наглых учениц, но никуда не делся. В конце концов, вселенная, в которую выпал Бард, отыскалась. Осталась найти в каком он мире – в любой вселенной их мириады. И это только населенных!

Нет, так дело не пойдет. Надо остановиться и хотя бы поесть, желудок давно напоминает о себе. Возвращаться в замок? Да ну его, время только тратить, и здесь можно чего-нибудь перехватить, благо, искин обеспечит ее любой местной валютой. Девушка вышла из подворотни и с интересом окинула взглядом улицу. Мимо проносились обтекаемые автомобили, по виду которых стало ясно, что этот мир находится в самом начале космической эры. На более высоких уровнях развития двигатели внутреннего сгорания уже не используют – нерационально жечь драгоценную нефть всего лишь ради передвижения с места на место.

Элька двинулась мимо ряда ярких витрин, с любопытством изучая их. Никогда еще не доводилось видеть столько разных интересных вещей. Дома такого не было и быть не могло, учитывая примитивный уровень развития родного мира. В замке было все, чего душа пожелает, но не так, не разом. С каким бы удовольствием она побродила по городу не спеша, в свое удовольствие, но дело – в первую очередь. Найдя что-то вроде трактира со столиками на улице, Элька сунула руку в нагрудный карман и нашла там магнитный стержень. По сообщению искина, здесь вместо кредитных карт пользовались подобными стержнями. А как он, интересно, собирается перечислить деньги? Не воровство ли это будет?

– В местном хранилище государственного золотого запаса стало на несколько килограмм золота больше, – проворчал искин в ответ на сомнения девушки. – Не нервничай. Ешь быстрее, и продолжим.

– Я скоро с ума сойду… – тяжело вздохнула Элька, садясь за ближайший столик и подключая к своей памяти блок местного языка.

Заказав у подбежавшей официантки обед по вкусу той, девушка снова задумалась. Следы сходились вокруг этого мира, пока не входящего ни в один из крупных конгломератов. Зонирование его еще не коснулось. Скорее всего, бесхозное добро вскоре подгребет под себя эрганат Юои Жерг – он ближе всех. Да, местным жителям можно только посочувствовать… Юои отличаются крайней нетерпимостью ко всему, что выходит за рамки их довольно жесткой морали. А здесь демократия, напоминающая скорее анархию – все продается и покупается, человеку позволено что угодно, если у него есть деньги. О морали и речи нет, даже религии давно превратились в доходный бизнес.

Впрочем, Эльку это не касается – она еще не контролирующая, а всего лишь ученица, и у нее есть своя задача. Если Бард здесь, то почему его присутствие не фиксируется сканерами? Почему ни она, ни Палач не ощущают выпавшего? Плетущий Путь сейчас облетал планету в виде энергетического сгустка, проводя поиск своими способами. Неужели Бард погиб? Но почему? Он выпал сюда отнюдь не в истощении. Или у местных нашлось какое-то оружие, способное убить контролирующего?

– Слушай, пройдись-ка по местным компьютерным сетям, – обратилась девушка к искину. – Поищи, нет ли где упоминания о внезапно появившемся безумце.

– Это мысль, – согласился тот. – Сейчас сделаю. Кстати, здесь странные физические законы. Я провел экстраполяцию и думаю, что Барда в сумеречном состоянии сознания в этой вселенной зафиксировать будет очень трудно, если вообще возможно.

– И что его именно сюда вынесло? – досадливо скривилась Элька. – Если найдешь чего интересного, скажи.

– Ладно, – буркнул искин и отключился.

Девушка с удовольствием съела вкуснейший мясной салат с крохотными, политыми каким-то острым соусом булочками. На десерт ей подали кусок сладкого пирога и аналог чая, темно-красный горячий настой – на удивление приятный. Элька не спеша прихлебывала его, с любопытством разглядывая людей вокруг. Какие они разные и в то же время одинаковые. У каждого своя жизнь, свои интересы. Живут себе беззаботно, любят и ненавидят. И даже не подозревают насколько изменится все вокруг после прихода Юои. А те придут не позже, чем через пять местных лет – неподалеку, парсеках в десяти, уже рыскают их поисковые корабли. Ничего жители планеты поделать не смогут, куда им, бедным, против могучего конклава, объединяющего десятки тысяч миров. Хоть бы только Юои не стали применять насилия, с них станется – высочайшая мораль эрганата распространялась только на носителей этой морали, а остальные, по мнению у-юэи[18] конклава, всего лишь полуживотные, которых необходимо заставить соблюдать правила, если они не хотят соблюдать их сами. Местных, с их свободной моралью, отнесут к полуживотным однозначно.

Внимание привлекли видящие только друг друга юноша с девушкой, взявшиеся за руки и что-то сбивчиво шепчущие друг другу. Элька грустно улыбнулась – будьте счастливы, ребята! Берегите друг друга! Затем тоскливо вздохнула. Ей самой, поскольку стала ученицей Безумного Барда, подобное не светит. Никогда не будет ничего личного. Дин очень доходчиво, на примерах объяснил ученице это. Даже если Элька полюбит кого-нибудь, ей придется заставить себя забыть о своей любви – сексуальный контакт Барда с человеком убивал человека. Всегда. Слишком велика разница энергопотенциалов. Между собой Барды тоже ничего иметь не могли – одна мысль об этом вызывала болезненное отвращение – до темноты в глазах. Поначалу ведь ей очень понравился Дин, но как только он подверг тело ученицы первичным изменениям, все мысли по этому поводу сразу исчезли – первая попытка задуматься о наставнике, как о возможном партнере, привела к потере сознания.

Однако, если судить по найденной в памяти искина информации, случались редкие исключения. Очень редкие. Дин рассказал Эльке о Связующих, однако тогда она не поняла, что это такое. Да и сейчас не слишком-то понимала. Знала только, что иногда встречались люди с особым даром, которых контакт с Бардом не убивал, а делал Связующими этого Барда. Их души становились единым целым. Но для начала Бард с будущим Связующим должны были полюбить друг друга. И физический контакт между ними оказывался единственным. Как только человек переходил в состояние Связующего, ничего подобного произойти больше не могло. Да и не нужно было – душевная связь между Бардом и Связующим давала влюбленным неизмеримо больше, чем примитивная физиология. Настолько больше, что понять это, пока сам не испытал, человек был не в состоянии. Вот только встретить и полюбить способного стать Связующим… Почти невозможно, слишком мала вероятность. Меньше полупроцента Бардов имели это редкое счастье.

Иногда еще случалось чудо, которое можно было, наверное, назвать великой любовью, любовью-судьбой. Если это происходило, все запреты теряли силу, влюбленные не могли жить друг без друга. И если один умирал, второй тоже не задерживался в мире живых. Но любовь еще более редка, чем встреча со своим Связующим – за триста тысяч лет было всего лишь пять случаев.

Элька снова грустно вздохнула – наивно думать, что ей повезет. Но на интересных парней, проходящих мимо ресторанчика, девушка все равно поглядывала. Понятно, что ничего такого она себе не позволит, но поглазеть? Почему бы и нет? Местные жители нравились Эльке – красивая раса. Стройные, подтянутые, волосы обычно каштановые или русые, кожа слегка красноватая, глаза большие. По крайней мере, так они выглядели в этой области планеты. В других, возможно, все иначе.

Про себя девушка называла людьми представителей любых разумных рас, как бы там они ни выглядели. Разумны и душа есть? Значит, люди. Среди тех же Бардов кого только не было… Взять хоть приятеля Дина, обу-Аххна, недавно побывавшего на станции. Нечто, напоминающее лохматую обезьяну с конусообразной головой и одним глазом на груди. Но какой гитарист при том! Элька с восторгом слушала игру мастеров, вытворявших такое, что с ума сойти можно. И гадала – научится ли сама так играть когда-нибудь. Да, гитара за прошедший месяц стала для нее частью тела и души, но до мастерства ей еще расти и расти. А ведь гитара Безумного Барда – это не просто гитара, это эффектор воздействия на реальность.

– Так, нашел! – в голосе искина звучала тревога.

– Что нашел? – насторожилась Элька.

– Три дня назад в городе Олеати из воздуха появился человек, сразу начавший прыгать по крышам и что-то непонятное орать. Полиция попыталась остановить его, но не смогла. Тогда полицейские применили какое-то необычное энергетическое оружие, убедившись, что огнестрельное не приносит безумцу никакого вреда. И ранили его. В бессознательном состоянии незваный гость был доставлен в больницу полицейского округа. После проведенных анализов безумца увезли куда-то агенты СГБ, взяв со всех, участвовавших в этом деле, подписку о неразглашении.

– Мамочки! – едва не упала со стула девушка. – Да как же они его ранить-то сумели?

– Не знаю, – хмуро буркнул искин. – Уже говорил, что в этой вселенной довольно странные физические законы. Вполне возможно, что защита дала сбой. Хуже другое, мы не можем обнаружить, где содержат пострадавшего. Иначе все было бы просто: вытащили бы его в снятую квартиру, подождали, пока не пришел в себя – и в замок.

– Ясно, – опустила голову Элька. – И что же теперь делать?

Она задумалась. Размышляла долго, но ничего толкового в голову не приходило, кроме одного – выходить на президента страны, СГБ которой спрятало пострадавшего. Но кем ему представиться? Уж понятно, что не контролирующей – большую глупость и придумать трудно.

– Здравствуйте, – привлек внимание чей-то равнодушный голос.

Рядом со столиком стоял Палач. Элька радостно улыбнулась и показала на стул рядом – может, он что-нибудь подскажет?

– Добрый день, Риден! – поздоровалась она, когда плетущий сел. – Рада вас видеть!

– К моему глубочайшему сожалению, я ничего не нашел, – вздохнул тот. – А вы?

– Искин обнаружил кое-что.

Девушка быстро рассказала о событиях в городе Олеате и своих планах выйти на президента Объединенных Анклавов Гариона.

– Значит, СГБ, говорите? – переспросил Палач. – Надо подумать. А по поводу контакта предлагаю выступить полицейским агентом, разыскивающим опасного преступника. Имеющим кое-какие полномочия, но не слишком большие. Не выказывайте большой заинтересованности в выдаче вам безумца, иначе президент захочет слишком многого. Нам главное – выяснить, где содержат Барда.

– Как, только? – вздохнула Элька.

– Во-первых, попросите искина станции считать память президента и его приближенных, не помешает. А во-вторых – здесь тоже есть общины воинов Пути. И кое-кто из них служит в СГБ ОАГ, насколько мне известно. Если я попрошу старейшин общин, они сделают все. И постараются выяснить что-нибудь по своим каналам.

– Отлично! – просияла девушка. – Тогда не будем терять времени.

Риден встал, поклонился и вышел, растворившись в толпе. Элька еще некоторое время сидела в кафе, обдумывая свои действия, а затем последовала его примеру.

Честир Оакрен, президент Объединенных Анклавов Гариона, исподлобья смотрел на директора СГБ. Тот нервно перекладывал бумаги в папке.

– И что вы хотите мне сказать, Лорис? – спросил, наконец, президент.

– Это может показаться чушью, неумной шуткой, но мы, похоже, вступили в контакт с иным разумом, – тяжело вздохнул тот.

– Что?! – взлетели вверх брови Оакрена. – Вы в своем уме?

– В своем! – отрезал директор СГБ. – У меня на руках неопровержимые доказательства.

– Вот как? – задумался президент. – Я вас слушаю.

– Возможно, вы слышали о случившемся три дня назад переполохе в курортном городе Олеате?

– Кто же о нем не слышал? Насколько мне известно, его учинил какой-то безумец.

– Да, безумец, – согласился директор СГБ. – Вот только этот безумец – не человек.

– Почему вы так думаете? – удивленно взглянул на него Оакрен.

– Перечислю по порядку. Во-первых, по свидетельствам очевидцев, безумец появился после яркой вспышки света, ясно видимой даже при свете солнца. Поначалу на него не обратили особого внимания, но вскоре это стало затруднительно. Когда человек прыгает с небоскреба на небоскреб и орет какие-то страшноватые песни, оставляя за собой полосу разрушений, не обратить на него внимание нелегко.

– Мне об этом никто не докладывал… – нахмурился президент.

– По моему распоряжению, Честир, – вздохнул директор СГБ. – Хотел сначала понять, с чем мы столкнулись. Продолжу. Полиция попыталась арестовать нарушителя спокойствия, но не преуспела. Кто-то отдал приказ открыть огонь на поражение, но пули не причинили ему никакого вреда. Они просто падали на землю у его ног.

– Что?!

– Я не лгу, есть видеозаписи. Что странно, в результате переполоха не погиб ни один человек. Безумец походя разрушал пустые дома, но обходил те, в которых были люди. Разрушал тоже странно – запрыгивал на крышу, и здание складывалось, как картонная коробка. О происходящем сообщили в олеатскую контору СГБ. Один из оперативников захватил с собой экспериментальный образец нейрошокера. Как ни странно, нейрошокер подействовал – безумец впал в кому после первого же выстрела.

– Интересно… – потер подбородок президент. – Да, человек на все это не способен.

– Вот именно, – поежился директор СГБ. – Вначале его доставили в больницу главного полицейского управления Олеати. Когда агенты моей службы увидели результаты анализа крови и выслушали объяснения потрясенного врача, они немедленно вывезли арестованного на нашу тайную базу, о местонахождении которой не знаю даже я, и уведомили меня о ситуации Х.

– Ситуации Х? Это еще что такое?

– Нашей службой давно разрабатываются схемы на случай возможного контакта с инопланетянами, – пояснил Лорис. – Не сделать этого было бы глупостью, вряд ли мы одни во вселенной. А попавший к нам безумец – не человек, это ясно сразу. Ученые в шоке. Адаптивность его организма невероятна – он способен выжить в глубоком космосе и в расплавленном металле, тело само генерирует защитные поля неизвестного нам типа. Кровь – это вообще что-то потрясающее. Она насыщена энергией – опять же неизвестного типа! Любые раны заживают почти мгновенно, но энергонасыщенность организма при этом немного падает.

– Весело… – протянул Оакрен. – Вы его допросили?

– Увы, – развел руками директор СГБ. – Он продолжает находиться в коме, попытки врачей вывести не принесли успеха.

– Пусть продолжают! – распорядился президент. – Нам необходимо знать, кто нас посетил и зачем.

– Согласен, – резко кивнул Лорис. – И боюсь, этот гость не последний…

Стена напротив вдруг начала наливаться светом. Не прошло и нескольких секунд, как в кабинет президента шагнула из светового полотнища девушка в черном, явно форменном комбинезоне с какими-то незнакомыми нашивками на рукаве. Лицо ее было совсем юным, но при том надменно-спокойным. В больших голубых глазах светилась уверенность в себе.

– Господин директор прав, – поклонилась она. – Здравствуйте, господин президент! Я представляю объединение Файран.

С иронией взглянув на руку президента, тянущуюся к кнопке вызова охраны, незнакомка добавила:

– Не стоит. Ваше оружие не причинит мне ни малейшего вреда. Даже нейрошокер. Он подействовал только потому, что безумец пребывал в неадекватном состоянии.

– Вы, насколько я понимаю, не с нашей планеты? – медленно встал президент.

– Именно, – наклонила голову девушка. – Позвольте представиться, Элифания Аринасий, полномочный агент Социата, аналога вашей СГБ. Я преследую опасного преступника, бежавшего из-под стражи. Его след привел на вашу планету. Поэтому я здесь.

– Преступника? – прищурился Лорис, переглянувшись с президентом.

– Да, – подтвердила гостья. – Я имею в виду попавшего в ваши руки человека. Вам сильно повезло, что побег дался ему тяжело и он вышел из портала в неадекватном состоянии. Иначе дело не обошлось бы несколькими разрушенными домами.

– И чем же он так опасен? – поинтересовался президент, ничуть не поверивший словам инопланетянки.

– Например, он ответственен за геноцид. Миллиарды жертв и так далее. Если бы он находился в сознании, то скрыл бы следы портала и через несколько лет уже правил бы вашей планетой, устроив здесь такой кошмар, что…

Она поежилась и добавила:

– Не раз эта сволочь подобное проделывала. Поймите, господа, что как только он придет в себя, вам его не удержать, нужен кто-то, равный ему по силе. Хотя бы. Если честно, ваша цивилизация нам глубоко безразлична – но если вы пойдете навстречу и выдадите преступника, мы возместим убытки. Например, предоставим чертежи гипердвигателя, который вполне можно построить при вашем уровне технологического развития. Не захотите – ваше дело, я просто вернусь домой, разбирайтесь сами. Только учтите, что дней через пять он придет в себя. Для меня желательно в этот момент находиться подальше от него.

Взглянув в скучающие глаза гостьи, президент поежился. Если она не лжет, то лучше выдать этого безумца, пока он еще безопасен. А если лжет? Что тогда? А кто его знает! Никак не думал, что придется разбираться с инопланетянами, которых, если откровенно, до этого дня считал выдумкой досужих обывателей. Скорее всего, здесь что-то среднее. Всей правды девица не скажет, агент службы безопасности, как-никак – а эти граждане в любой стране отличаются редкой изворотливостью. Вряд ли в этом самом объединении Файран иначе.

– А почему мы вас не интересуем? – подозрительно прищурился директор СГБ.

– Слишком далеко от нашей территории и слишком близко к Юои Жерг, – безразлично ответила девушка. – Спорить с ними? Спасибо, мы не самоубийцы. С Файраном в галактике считаются из-за наших технологических достижений, но против Юои – мы ничто. Удивлена, что они до сих пор не ассимилировали вашу планету. И уверена, что это произойдет в ближайшие годы.

– Святой Создатель… – простонал президент.

– Да, вам не позавидуешь, – сочувственно взглянула на него гостья. – Противопоставить Юои вам просто нечего. Советую по приходу кораблей зонирования самим проситься в конклав, тогда их отношение к вам будет совсем иным. Но о распущенности, особенно половой, придется забыть раз и навсегда – у Юои очень жесткие моральные нормы. Не соблюдающих эти нормы они считают полуживотными и относятся к ним соответственно.

– А…

– Информация бесплатно не предоставляется, – оборвала Лориса девушка. – Она может стать составной частью платы за передачу нам преступника.

Президент с директором СГБ понимающе переглянулись – все ясно, даже в далеком Файране люди остаются людьми и своей выгоды не упустят. Но не глупо ли верить? Кому известно, существуют ли на самом дели эти Юои или им пытаются развесить лапшу на ушах? Поди разберись. Но сам факт прибытия гостей извне имел огромнейшее значение. Значит там, в глубинах космоса, кто-то все же есть. И непонятно, чего от этого кого-то ждать. Девица вполне может оказаться правой – что они смогут противопоставить боевым флотам межзвездной империи? А ничего!

Девушка вдруг резко побледнела. Она прислушивалась к чему-то невидимому и с каждым мгновением выглядела все более расстроенной. Президент встревожился.

– Вынуждена вас покинуть! – резко бросила гостья. – Поздно.

– В каком это смысле? – встал директор СГБ.

– В любом. На орбите вашей планеты корабли зонирования эрганата Юои Жерг. Мне с ними встречаться не с руки. Еще раз приношу извинения за вторжение. Всего доброго!