Темные секреты драконов. Обещания

– Бэллу? – В гневе я сжала кулаки. – Мы все еще говорим о разумной нечисти, которая питается магическими ресурсами и сильными эмоциями моего студента? Что ж, у нее красивое имя.

– Она не приносит ему вреда, – сообщил Конрад, как только я замолчала. – Иначе уже давно исчезла бы из его жизни.

– Не слишком ли много в тебе самомнения? – нахмурилась я. – С чего суккубе добровольно уезжать от источника?

– Я умею хорошо просить, – ответил Конрад с таким уверенным угрожающим видом, что я вдруг поверила – этот мог бы ее убедить.

Снова захотелось спросить, кто он такой и зачем следит за пятикурсниками-некромантами? Простой преподаватель боевой магии? Ну уж нет. Мужчина передо мной был совсем не прост и явно имел специальность поинтересней. Так кто он? Зачем Конрад приехал сюда?

– Ты выполняешь клятву, данную Налсуру? – выпалила я самое разумное объяснение происходящего. – Приехал работать по его приказу?

– По его просьбе, – кивнул Экхан, мягко улыбнувшись. – Кроме того, я отдаю долг одному важному человеку. От такого не сбежать и не отвертеться.

– Вот как, – выдохнула я. – И кем ты был до того, как перебрался в академию преподавать?

– Не могу сказать, – ответил Конрад.

– А что можешь? – с сарказмом спросила я.

– Проводить тебя. Поговорить о прошлом, если захочешь. – Он смотрел пристально, не пытаясь отвести взгляда. – Постараться уберечь тебя от неприятностей и разочарований в настоящем.

– Не стоит. – Я покачала головой. – Сейчас мне не нужны помощники. А говорить о прошлом – плохая примета. К ссоре.

– Тогда не будем. Ругаться я не хочу, – легко согласился Конрад. – Но напоминаю, что всегда готов к диалогу. Когда решишься. Пусть я и не такой приятный собеседник, как декан Масвир, но, думаю, мы найдем пару общих тем.

Я закатила глаза, демонстрируя раздражение от услышанного и пошла вперед с трудом не срываясь на бег. Мой дом был совсем рядом. Хотелось спрятаться там и взять временную передышку от Экхана.

– Лиара, – позвал меня он, словно чувствуя уязвимость и желая поймать на ней. – Еще один вопрос.

– Давай. – Я обернулась, уставилась на него.

– Если бы я занес пирожные лично, ты бы открыла? – спросил он.

– Возможно. – Я пожала плечами. – Тебе не хватило духу проверить, так что теперь мы этого не узнаем.

– А если бы я рискнул сейчас? И сказал волшебное слово? – уточнил Конрад, явив очаровательную улыбку, от которой у меня зашлось сердце. – Неужели оставишь на морозе?

– Судя по привычке топтаться под окнами студентов, ты закаленный, – бросила я с напускным безразличием, продолжив путь домой.

– Тогда добрых снов, гера Эффит, – раздалось сзади. – Таких снов, чтобы однажды вы пригласили меня к себе.

– Мечтай о чем-то более реальном, – ответила я, ускоряя шаг и испуганно гадая, что было бы, постучись Конрад на самом деле?..

Следующий день не задался от слова совсем.

Я плохо спала и мечтала лишь о том, чтобы меня оставили в покое на пару дней. Мироздание услышало и… сделало наоборот.

Рано утром за мной пришел бледный сонный студент и испуганно попросил срочно отправляться в ректорат.

Снова.

– Они там совсем на время не смотрят? – спросила я со злостью.

Парень пожал тощими плечами, сцедил в кулак зевок и пробормотал:

– Сказали, это очень важно. Гер Ардо ругался с приезжим мужчиной. Тот грозился разнести весь факультет некромантии. Потом они решили, что без вас не разобраться.

– А ты что там делал? – удивилась я.

– У меня отработка за плохое поведение, – ответил парнишка и потер глаза.

На вид ему было около восемнадцати. Невысокий, очень худой, бледный. Что он вообще мог сделать? Видимо, скепсис сильно отразился на моем лице.

– Слышали, к ректору недавно его погибший кот вернулся? – тоскливо спросил студент.

– Нет, – покачала головой я.

– Наверное, решили замять скандал, – вздохнул парнишка. – В общем, это я. Случайно. Тренировался чертить схемы для поднятия нежити. Специально выбрал маленький яблочный сад у ректорского дома. Подальше от всех кладбищ и других возможных захоронений… Ну и вот.

– Вот? – Мои брови сами приподнялись. – Ты оживил захороненного там котика?

– Угу, – грустно согласился парнишка.

– Может, тебе помог кто-то с четвертого курса? – усмехнулась я. – Многим первокурсникам приходится прикрывать старших. Тебе угрожали?

Студент закатил глаза и раздраженно сдул светлую челку с лица.

– Вы совсем как гер Ардо, – сказал он недовольно. – Одни и те же вопросы. Но я бы никогда не стал прикрывать чужие ошибки. Зачем мне это? Со мной угрозы и шантаж не пройдут. Прокляну ведь. Я вспыльчивый.

– Ты ж моя радость, – воодушевилась я. – Как зовут такого прекрасного представителя темных сил?

– Вади́р, – ответил парень, хмурясь. – И я не терплю насмешек.

– Понимаю, – кивнула я. – Будем знакомы. Гера Эффит.

– Наслышан. – Он чуть улыбнулся. – Я буду у вас учиться через полтора года. Спасибо, что пришли к нам в академию.

– Пожалуйста, – хмыкнула я.

– Я могу идти? – уточнил парень. – У меня отработка.

– Иди, – кивнула я, заинтересованно глядя на парня.

Когда-то отец часто повторял, как любит свою работу. Искренне. Несмотря на море забот, неприятностей и рутины. Здесь, в академии, он отдавал себя полностью, стараясь вырастить из студентов способных магов, дать им путевку в будущее. По моему мнению, многие из ребят больше заслуживали порки, чем хорошего отношения. Но папа лишь смеялся, продолжая свое дело. Тогда в его глазах горел свет, способный указать дорогу сотням одаренных тьмой.

И только теперь я начинала понимать тоску отца по этому месту. Я смотрела вслед зевающему щуплому пареньку и представляла, какого великолепного специалиста могла взрастить академия. И наоборот, мне было страшно, что неправильный педагог через полтора года мог потушить в студенте жажду знаний, напугать или вовсе исключить из академии за оплошность. Хотелось быть здесь и лично контролировать этого Вадира. И Миртона Эшера. И сотню других ребят, которые учились здесь.

– Хорошо, что у них есть Налсур, – прошептала я, возвращаясь в дом.

Оставив дурные мысли, быстро оделась, причесалась и отправилась в приемную ректора. Требовалось узнать, кому я снова встала костью в горле. До последнего думала, что с проблемами и угрозами приехал отец Лусира.

Но ошиблась.

– Нас посетили отец и сын Дорахи, – встретив меня в коридоре, прошипел Налсур. – Изволят угрожать. Знаешь почему?

– Понятия не имею, – моментально солгала я.

А сама тут же припомнила практику и то, с каким усердием Экхан исполнял роль избалованного глуповатого студента…

– Чтобы ректору врала с такой же уверенностью! – приказал Налсур и кивнул на дверь. – Пойдем. Они заждались.

Мы вошли в приемную, где моментально затих разговор.

К нам обернулись трое: ректор, крупный брюнет лет сорока и его точная копия раза в два моложе. Дорахи оказались смуглыми, черноглазыми и одинаково недовольными.

– Вот и гера Эффит! – Ректор обрадовался мне, как родной. – Сейчас она все объяснит.

– Очень надеюсь, – высокомерно кивнул старший гость, представляясь: – Роуэр Дорах. Приветствую. Вы, я так понимаю, новый куратор пятого курса некромантов? Там учится мой сын – Гомер.

“Числится,” – поправила я мысленно. Но вслух произнесла тактичное:

– Очень приятно познакомиться.

– А мне – нет, – припечатал мужчина, сверкнув черными глазищами. – Моего сына оклеветали во время практики. И я виню вас. Гомер, подойди и расскажи, как было.

Парень выступил вперед, но не успел сказать и слова, как его отец продолжил:

– Сын и я – шокрилийцы! На таких, как мы, ведется охота. Именно поэтому гер Ардо рекомендовал отсидеться дома, под охраной. И что в итоге?

– Не представляю, – покачала головой я.

– Кто-то изображал Гомера во время практики, – подсказал Роуэр Дорах. – Выставив настоящим дураком! Как вы это объясните, куратор?!

Я открыла рот, собираясь ответить по всем пунктам. Да так, чтобы никому не показалось мало! Но меня опередили.

– Разумеется, мы наняли человека, чтобы он играл роль вашего сына, – вмешался Налсур. – Администрация города умеет считать. Мы не могли отправить семерых студентов вместо восьми. Иначе Гомер не получил бы аттестацию по итогу учебного года. А мы не хотим терять столь ценные кадры.

– В таком случае, вы наняли отвратительного актера! – не унимался Дорах старший. – Потому что до меня дошли слухи о его некомпетентности и глупости.

Гомер грустно вздохнул и снова отступил за папу, приговаривая:

– Кто теперь будет отвечать за мою репутацию? Лучше бы я оставался здесь.

– Ни в коем случае! – слишком поспешно отозвался наш декан. И тут же добавил с нотками беспокойства: – Безопасность превыше всего. Мы это оговаривали.

И тут до меня дошло, почему Налсур советовал забрать парня из академии. Ему не нравился инфантильный папин сынок! Этот Гомер совершенно не вписывался в группу моих пятикурсников и точно не привнес бы туда ничего хорошего.

– Какой толк будет в дипломе сына, если о нем скажут, что он идиот? – продолжал негодовать Дорах старший.

– Не верьте злым языкам, – посоветовала я с самым серьезным видом. – Мало ли кто и что говорит? Это зависть! Ведь я поставила вашему сыну “отлично” за практику. А изображавший Гомера мужчина лично обезвредил нежить первого класса. Дело было ночью на старом кладбище. Кровавое зрелище! Актер пострадал, конечно, но уже наверняка поправился. Так что, если кто-то сказал, что мнимый Гомер вел себя недостойно – это вранье. Однако вы всегда можете отправить сына на следующую практику, чтобы он проявил себя еще лучше.

– Тот мужчина обезвредил нежить первого класса? – хмуро повторил Дорах-старший.

– Под моим наблюдением, – кивнула я. – Это было жутко и завораживающе одновременно. Бой при полной луне. Актер работал серебряными клинками. Нежить рвала и метала, но не смогла противостоять нашему актеру. Для Гомера битва стала бы отличным опытом. Оставляйте его с нами и в конце учебного года просто не узнаете. Он возмужает еще больше! И не волнуйтесь, у академии отличная страховка в случае травм.

– Но их мы постараемся избежать, – вмешался ректор, заискивающе улыбнувшись.

– Я буду очень стараться, – кивнула, посмотрев на ошалевшего от нарисовавшихся перспектив Гомера, и подмигнула: – Здорово, если в следующую практику ты поедешь с нами. Обещаю предоставить тебе возможность отличиться. Нам предстоит много опасного, адреналин будет переплетаться с тьмой и кипеть в крови!

– Гера Эффит, вы забываете о грозящей шокрилийцам опасности, – покачал головой Налсур. – Это не шутки. Но, если все присутствующие будут настаивать на риске, мне останется лишь согласиться. Место Гомера свободно. Вторая практика будет очень скоро. Слово за вами.

У ректора дернулось веко. Я нервно сцепила руки за спиной. Кажется, в этот миг мы впервые желали одного и того же – чтобы студент струсил. И на этот раз Судьба услышала нас. Гомер испуганно посмотрел на отца, коснулся его плеча и тихо напомнил:

– У мамы больное сердце.

Дорах-старший покосился на сына и констатировал:

– Мы не можем остаться. Даже если бы очень хотели. Но прошу впредь внимательно следить за исполнителями роли моего сына. Я увеличу сумму пожертвования академии, чтобы вы могли нанять актера подороже.

– Очень щедро, – закивал ректор.

– И разумно, – тут же согласился Налсур. – Парня надо беречь. Все-таки потомок драконов!

– Жаль, – вздохнула я. – Новая практика обещает много увлекательных приключений.

– Этого у Гомера будет еще предостаточно, – припечатал Роуэр Дорах. – Мы организуем сыну помолвку. Сразу после учебы – свадьба. Сами понимаете, там столько переживаний – это похуже практики.

– Да уж! – радостно всплеснул руками ректор.

– Еще бы! – заулыбался Налсур, который в жизни не был женат.

– Чего же мы здесь стоим? – Ректор указал в сторону. – Пройдемте ко мне в кабинет. Вы наверняка устали с дороги и не откажетесь от чашечки чая. Сейчас моя помощница вернется и подготовит документы для проведения пожертвования в фонд академии. Сюда, пожалуйста. Расскажите про невесту. Наверняка достойная девушка…

Со мной никто не попрощался.

С другой стороны, этот вариант меня устраивал гораздо больше, чем выговор с занесением в личное дело.

– Сегодня обошлось, – выдохнул Налсур. – Но в будущем стоит быть осторожней.

– Все вопросы к Экхану, – пожала плечами я. – Это ты отправил его с нами.

– С ним тоже поговорю, – заверил Налсур. – Но помни, вы работаете в команде. Мы все делаем одно дело.

– И дали примерно одинаковые клятвы? – Я внимательно посмотрела на декана Ардо.

– Клятвы? – Налсур удивился. – О чем ты? Занимайся делами, Лиара. И мне пора. Всего доброго.

– И вам, декан, – кивнула я.

Спустя полчаса Дорахи покинули академию. Я видела их из окна второго этажа, направляясь к своей аудитории. И в голову сразу полезли непрошенные мысли о деле, ради которого сама приехала сюда.

Гомер однозначно не был наследником Ордисов. Во-первых, его родители были живы. Во-вторых, Налсур точно не позволил бы наследнику учиться так, как это делал Дорах. Отсиживаясь в доме с папой и мамой.

Александр Форт тоже отметался. Его родители погибли от стихии.

Юлия была вычеркнута сразу – она происходила из большой знатной семьи, и все они вполне здравствовали.

Марк Лис, рожденный и выросший в Икоре, также не мог быть Ордисом.

Про Умса случайно рассказывала Юлия. Его родители жили в Элискрии и были очень богаты. Старший брат Эллиса обитал неподалеку, в Москияре.

Оставались трое: Таттис Чесс – молчаливый вечно мерзнущий парень с несчастным взглядом и огромным магическим потенциалом. Воспитанник приюта. Даниэль Астрид – дерзкий брюнет с карими глазами и ямочкой на правой щеке. Воспитан теткой-зельеваром, держащей ритуальное агентство. Поговаривали, что родители Даниэля были живы, но не выдерживали его темного дара. Это стоило проверить. Ну и Виктор Томс – крепкий добряк, способный уничтожить нежить первого класса в одиночку. Тоже воспитанник приюта.

Все трое нравились мне по-своему, и я не хотела бы подставлять ни одного из них. Потому и тянула с запросами, которые собиралась отправить одному должнику. Примерно полгода назад мне попался на горячем отличный частный сыщик. Он нелегально добыл улики на мерзкого типа, за что мог лишиться лицензии. Тогда я не стала его подставлять, но взяла клятву долга. И теперь Е́рси Ди́тро мог отплатить мне, узнав все про судьбы Астрида, Чесса и Томса.

Пока размышляла, добралась в свою аудиторию. Там меня отвлекли студенты. Третий курс шумно потребовал внимания, рассказывая, как потрясающе они выполнили подготовку к будущему практикуму на кладбище. А дальше день потек как обычно.

И только вечером все снова перевернулось с ног на голову. Ко мне принялись ломиться сразу семеро студентов!

– Гера Эффит, ваше наказание прибыло! – крикнул Виктор из-за двери.

– Это мы наказаны, – исправил его Умс. – Ты все перепутал.

“О боги,” – подумала я, вспомнив, что сама велела им прийти на проверку знаний. Тихо застонав, развернулась, чтобы прокрасться прочь из прихожей. Хотела притвориться, будто дома никого нет.

Но тут услышала голос Юлии:

– Мы к вам с ужином и десертом.

Еда всегда делала меня капельку добрее. На этом мои гады и сыграли.

Сначала я, разумеется, мучила их каверзными вопросами по учебе. Чтобы не решили, будто могут вить из меня веревки. Но, увы, быстро сдалась и заменила пищу для ума на пищу для желудков.

Мы все отлично поужинали. А следом случилось непоправимое: я и сама не поняла, как согласилась, чтобы грядущий день рождения Таттиса Чесса отмечали в моем доме. Как только очнулась, собираясь пойти на попятную, на меня надавил Лис:

– Ему так важно ваше тепло, – сказал он. – Спасибо за то, что наказали нас и позвали к себе. Для нас очень важны ваши внимания и забота.

– И еще больше мы благодарны за ваш выходной, – кивнул Александр. – Вы лучший куратор из всех.

– Реально лучшая, – закивали остальные, принявшись вразнобой меня нахваливать.

Я перевела взгляд на виновника будущего торжества. Таттис сидел, закутавшись в огромный коричневый свитер, и едва заметно улыбался.

– Извините за эту манипуляцию, – с грустью сказал он. – Конечно, вы не обязаны пускать нас к себе. Я давно не праздную дни рождения и не вижу в этом ничего особенного.

Добил, в общем.

– Приходите, – буркнула я, вынимая из кармана мятный леденец. – Но готовить и убирать не стану. Если вам надо – делайте все сами! И чтоб в мою спальню ни ногой. Там личная территория.

– Тогда мужчины с едой придут к шести, а мы с Нилой к трем, – предложила Юлия. – Немного украсим здесь все и протрем пыль.

Я пожала плечами, соглашаясь таким образом на любые манипуляции с их стороны. В конце концов, мне и самой хотелось немного отвлечься от работы и вечных встрясок.

С Нилой мы не общались с тех пор, как я предложила помощь за клятву, так что праздник мог стать отличным поводом для примирения.

В общем, я мыслила позитивно. И даже придумала настоящий сюрприз для Таттиса, сразу принявшись действовать и гадать, понравится ему моя креативность или наоборот? Для воплощения идеи связалась с одним из своих должников – гером Ри́сситом – и попросила помочь с приобретением и организацией быстрой доставки подарка. Пообещала после этого, что долг будет исполнен. Ри́ссит удивился. Он был богат и точно мог сделать для меня нечто более весомое, так что с радостью пошел навстречу, обещая выполнить просьбу в срок.

Я понимала, что потратила клятву, которая могла пригодиться для более корыстных целей. Но отчего-то была невероятно счастлива.

Не учла только одного. Точнее, двоих. Оказалось, помимо моих пятикурсников и Нилы, на праздник пригласили Налсура с Конрадом. И никто не удосужился предупредить хозяйку дома!

Так что ближе к пяти, когда я вышла из спальни, чтобы проверить, как идет украшение гостиной, меня застигли врасплох.

Они пахли морозом и едой. Второе – из-за огромных пакетов, которые принесли с собой. Мужчины о чем-то говорили, но, заметив меня, замолчали и выдали два совершенно одинаково-удивленных оскала.

– Мы не знали, что вечеринка костюмированная, – сказал Налсур.

– Ты прекрасно выглядишь, Лиара, – поддержал его Конрад. – Некоторым темным удивительно идет белое. Особенно с овечками.

Часы показывали пять, для гостей было рано. Именно поэтому я стояла посреди коридора в тапках-зайцах и плюшевой белой пижаме, на которой изображалось множество скачущих по облакам сиреневых овечек. Подарок папы…

Отвечать Конраду и Налсуру я не стала. Слова застряли в горле и не хотели выходить.

Молча развернувшись, я вернулась в спальню, чтобы какое-то время беззвучно кричать от неловкости и поминать нехорошими словами Марка Лиса, ведь именно он уговорил на праздник в моем доме!

Спустя какое-то время я решила отпустить ситуацию и принялась искать, во что нарядиться. В шкафу прокопалась больше четверти часа. Хотелось облачиться в красивое, но не вычурное. Задача стояла сложная, ведь Экхан не должен был решить, будто я хотела вызвать его восхищение. С другой стороны, важно было добиться эффекта, при котором Конрад не смог бы оторвать от меня взгляда. Дилемма грозила превратиться в проблему мирового масштаба, когда в руки попало классическое черное платье до колен.

– Просто и со вкусом, – сделала вывод я, глядя на идеальную фигуру в отражении.

Подумав, добавила к образу красные туфли на невысокой шпильке и короткую цепочку с крупной рубиновой каплей, уютно расположившейся в яремной впадине. Волосы уложила в необычный пучок, оставив тонкий вьющийся локон справа, у лица.

Снова покрутившись у зеркала, я удовлетворенно улыбнулась, осторожно взяла с пола тяжелую коробку с надписью: “Осторожно, хрупкое!” и отправилась на торжество в собственную гостиную.

Пришла последней.

Гости сидели за сдвинутым к центру комнаты столом, ломившимся от еды. Нила с Юлией раскладывали приборы. Парни шумно обсуждали предстоящий зачет по артефакторике. Конрад с Налсуром в отдалении беседовали о чем-то своем.

Вокруг летали иллюзорные магические шары всех цветов, по углам парили бутафорские приведения. А на стене справа красовалась то исчезающая, то появляющаяся вновь кроваво-красная надпись: “Бойся, нежить, некромант родился”.

– Креативно, – хмыкнула я, осматриваясь.

– Не волнуйтесь, гера Эффит, надпись через пару дней испарится, – пообещала пробегающая мимо Юлия. – Максимум через неделю.

– Пока не исчезнет, будет повод отмечать! – радостно заявил Марк. И добавил, встретив мой строгий предупреждающий взгляд: – Отпадно выглядите, гера куратор! Слов нет, как вам идет черное!

– Ничего особенного, – кокетливо отмахнулась я, проходя к столу и стараясь не смотреть на Конрада.

Хотя тот не сводил с меня взгляда. Я чувствовала это кожей.

– Присаживайся, Лиара, – позвал меня Налсур, пока я искала свободное место. – Мы приберегли для тебя кресло.

– Как любезно, – кивнула я, бросив на так называемого друга злой взгляд.

Сидеть мне предстояло между Налсуром и Экханом.

Можно было опротестовать такое самоуправство, но я боялась привлечь лишнее внимание. Рядом с Конрадом во мне просыпался целый океан эмоций. Он бурлил, шумел и превращался в шторм. Действия становились необдуманными, а мысли разбегались, как тараканы при свете дня. И все бы ничего, но… Проявить собственную слабость перед таким количеством людей означало выставить себя на посмешище. А мне, как куратору пятого курса, хотелось выглядеть ве́рхом спокойствия и уверенности. Потому я боялась близости Экхана и оттягивала ее всеми силами.

– Сначала поздравлю именинника, – сказала, посмотрев на Таттиса. – Кто у нас тут совсем большой? Покажитесь, гер Чесс.

Таттис – сегодня одетый в темно-зеленый шерстяной пуловер – тут же поднялся из-за стола и неловко повел плечами:

– Зачем вы, гера Эффит? – спросил он с печальной улыбкой. – Мы и так у вас дома. Все вместе. За одним столом. Это уже подарок.

– Само собой, – не стала возражать я, протягивая свою коробку через стол. – Но вот тебе бонус. Держи аккуратно. Это… хрупкое. Откроешь потом.

– А сейчас можно? – уточнил он, посмотрев на меня своими черными грустными глазами.

– Это твой день, так что делай как хочешь, – ответила я, не в силах сказать «нет» Таттису, но испытывая неловкость.

Во мне снова проснулось неуместное волнение: смогу ли угодить своим креативным подходом? Не сделаю ли хуже подобным подарком?

Тем временем Таттис отставил в сторону тарелку, поставил на ее место коробку и быстро расправился с упаковкой. А потом осторожно открыл подарок, из которого моментально посыпались серебристые искры. Таяло заклинание стазиса, которое наложил доставщик три часа назад.

Чесс замер, растерянно глядя внутрь.

– Что там? – не выдержал Лис, вскакивая.

– Давай уже, доставай, – поддержал его Даниэль.

– Там какая-то нежить? – заволновался Виктор. – Гера Эффит решила проверить твои знания?

Я тихо фыркнула. Это действительно была своеобразная проверка. И чем дольше Таттис стоял, ошалело глядя вниз, тем сильнее я переживала.

– Еще один свитер? – улыбнулся Умс, поправляя очки на носу.

– У Чесса будет целая коллекция всех цветов, – кивнул Александр.

– Что с тобой? – Нила подошла к Чессу, дотронувшись до его плеча. Таттис чуть отодвинулся. Она заглянула в коробку. И ахнула, хватаясь ладонями за щеки.

– Не может быть! – сказала Нила. – Это иллюзия? Оно сейчас развеется?

Словно ей в ответ, из коробки раздался звонкий лай и скулеж.

Все затихли, уставились на меня. А Чесс, вздрогнув, словно очнулся от сна. Быстро вынул свой подарок и принялся недоверчиво рассматривать его на вытянутых руках. Смоляно-черного гладкошерстного щенка с большими испуганными глазами.

– Это лабрадор, – сказала я, не понимая, понравился подарок Чессу или напугал. – Он из питомника фамильяров. Спокойно реагирует на темную магию, без отторжения. И защищает от призраков. Вернее, сможет защищать, когда подрастет. У них особенный лай, неприятный для нежити. Я подумала, тебе не помешает компаньон. Гер Ардо подписал разрешение на содержание пса в общежитии. Но если ты против…

Я говорила все тише, ощущая себя ужасно. И умолка от того, что щенок снова заскулил, засучил лапками. А Таттис неожиданно прижал его к себе, принимаясь гладить и успокаивать миниатюрного зверя. Еще миг… и на губах Чесса появилась спокойная умиротворенная улыбка.

Мы все продолжали молчать, наблюдая за его действиями.

– Смешной, – сказал Таттис, подняв на меня удивительно довольный взгляд. Потом посмотрел на Налсура, уточняя: – Его правда можно оставить?

– Под твою ответственность, – кинул тот.